Дикая орхидея. Квант надежды.

Nostalghia — Coronation. Месть сладка, но не слишком питательна. Мейсон Кули. Любой поступок имеет цену, и неизвестно никому, чем её придеться платить. Действия имеют серьезные последствия… Моя жизнь навсегда изменилась. Пора менять все. Или ничего. Я перекрасилась в черный цвет, изменила цвет глаз при помощи контактных линз, полностью поменяла свой имидж. Но это все равно ничего не изменило внутри меня, я, казалась, осталась той же. Чтобы разгадать тайну своей семьи, смерти моих близких и Рика я готова букально идти по трупам. О да… Я дошла до той точки, благодаря которой у меня есть силы идти дальше. Да поможет мне фортуна. Я стояла прямо перед церковью Св. Марии, и готова преклониться пред ней, только чтобы она дала мне силы в этой нелегкой борьбе. Статуя молчаливо проводила меня взглядом, на город вот-вот должен был обрушиться дождь… Все, казалось бы, замерло в преддверии этого. На мне была черная накидка. Я попросила Джулию никому не расказывать о моем прибытии, я дала клятву, что больше никогда моя нога не переступит Италию, в том числе Рим, а тем более Неаполь. Таков был уговор. Иначе я давно была бы уже мертва. За своей спиной я услышала неторопливые шаги, я даже не шелохнулась. Глубоко вздохнув, я закрыла глаза, и буквально через две секунды открыла их. — Дочь моя, что тебя тревожит? Тишину нарушил мужской голос, это все равно что пройтись раскаленным ножом по маслу. Я медленно обернулась, и увидела старческий профиль седовласого мужчины, который задумчиво, нухмурив лоб, рассматривал меня. Почему я должна была отвечать на его вопрос? Потому что перестала задавать их сама. — Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. Не проронив больше ни слова, я ушла, оставив мужчину в неведении. — Возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут… Я ушла. Тропой, которую выбрала себе сама, и не важно, куда она ведет. Возвратившись в «Немезиду», я узнала что в Риме состоиться коронация молодой особы по имени «Арабелла Салаз», именно она унаследует мой титул главы мафии… Так вот, значит, как. У Гаспара была дочь, которую он скрывал ото всех, и после моего ухода выдвинул её на мое место. Я разговаривала с Джулией, но она ничем не могла мне помочь. — Мне очень жаль Лелия, но таков порядок. Никто не мог вмешаться в выборы, я в этом совершенно бесполезна. Ободряюще улыбнувшись женщине, я обняла её. — Я справлюсь с этим, будь уверена. Теперь у меня есть шанс, и я использую его. Кстати, как там Фредерико? — Он ушел, у него семья и дети, так что для него это было лучшим вариантом. Чтож, я была рада за него. Он заслуживал свободы, за все то что сделал для семьи. — Во сколько коронация? — Примерно в 10 часов, они захотели сделать все с размахом, так что… Может быть, тебе подобрать какую-нибудь одежду? — Это замечательная мысль, отправь в таком случае все в мой номер. Подмигнув на прощание, женщина ушла. Её поддержка здорово вдохновляла меня, давала веру на лучшее. Я устраню преграду. Убью девушку, дам прямой вызов Гаспару, теперь я не намерена быть в тени. Пора дать отпор всем, кто этого заслуживал, я обьявлю Вендетту, всем. У сомелье я отобрала лучшее оружие, которое было. Тело, натренированное за все то время, что я отсиживалась, требовало выброса энергии. Теперь я точно поставила цель, и ничто не будет мешать её выполнению. Моя воля. Теперь это единственное, что у меня осталось. Я поместилась в отеле, держа свое присутствие в тайне. На улицы Рима медленно опускался вечер, я пыталась взять себя в руки и буквально не сойти с ума от волнения. Боль. Она ещё не прошла, но тем не менее при мысли о том, что я могу все возместить, на лице появлялась саркатичная усмешка. Через час, я была уже на главной площади в красном длинном платье, я не стала делать макияж, лишь чуь-чуть подвела глаза. На улице начиналось скопление, суета, и я прекрасно понимала почему. За многие поступки в жизни нужно отвечать, «Бумеранг судьбы» никто не отменял. Я должна стать главой мафии и закрепить здесь свои порядки, раз и навсегда. Никто мне не помешает сделать этого. Джулия помогла мне, скрыла ото всех, за это я была ей безмерно благодарна. Рим был прекрасен, этот город вдохновлял меня, я даже написала здесь пару картин, которые подарила Николаю, надеюсь, он их не выкинул. Я была готова к масшабной драке, и могла держать оборону. На площади начала петь неизвестная певица, но могла сказать, что её голос был прекрасен. Становилось все больше и больше людей, я старалась не привлекать к себе излишнее внимание. Официант стал раздавать рубиновое вино, взяв бокал, я пригубила напиток, который смаковала подобно божесьвенному нектару. Не будь я здесь по делу, непременно насладилась бы прекрасным праздником. Сканировав взглядом местность, я увидела местную знать… О да, их невозможно было не заметить. Впереди, по красной дорожке шла хрупкая на вид девушка. Истинная итальянка. Жгучая брюнетка с чуть смугловатой кожей, осиная талия, губы накрашены ярко красной помадой, и черное шелковое платье с серебрянным гарнитуром на шее. Её волосы были заколоты, и открывали лебединую шею, а подведенным черным глаза идеально подчеркивали зеленые глаза Арабеллы Салаз. Я её уже ненавидела. За все. И готова была убить её, но не сейчас. Нужно выждать идеальный момент. Она получит по заслугам за все, и не важно, что я её почти не знаю. Радом с ней маячили охранники, я даже не могла представить, сколько их здесь, но это не имело ровным счетом никакого значения. Я желала только одного. Сделать Гаспару настолько больно, чтобы покончил с собой. Настолько, насколько он смог бы прочувствовать мою боль. Сердце отбивало ритм. Все же я бесплкоилась, но пришлось отогнать эти мысли. Нет, черт возьми. Теперь я не упущу возможности. Арабелла что-то прошептала своему охраннику, который запротестовал, но потом успокоился и дал неизвестный мне знак своим подопечным. Я прошла за ней, сделалась совсем невидимой. Салаз вошла в резеденцию Санты Марии, предстовлявшее собой большое, грандиозное здание, поражавшее своей красотой. Достав оружие, я незаметно, тенью, пробралась в резиденцию. Взобравшись по лестнице, мы вошли в комнату, в которой, однозначно кто-то был помимо нас. И ожидал её. Для меня это было не совсем хорошей новостью, так как придеться ожидать пока она будет наедине со мной. — Зачем ты хотела меня видеть, Арабелла? Я услышала до боли знакомый голос, но его владельца увидеть никак не получалось. Салаз загородила его, и я проклинала её всеми возможными проклятьями. — Ты мне нужен… Почему ты не хочешь меня видеть? Мой отец обещал тебе, что пока ты с нами — будешь в безопасности. Я хочу быть с тобой, чувствовать. Мне одиноко. В голосе Салаз была безысходность. — Ничем не могу помочь тебе, Арабелла, я выполнил свою часть договора. Больше я ничем никому не обязан. В голосе мужчины слышалась сталь, и в душе я злорадствовала, кем бы он ни был. — Но… Ты же помнишь, как нам было хорошо вдвоем? Гейл больше нет, тебе пора забыть о ней. Я помогу тебе. Прошу… Только не отталкивай меня. Салаз чуть ли не перешла на шепот, черт возьми, да она по уши влюблена в него. Я увидела, как девушка потянулась к мужчине, пытаясь его поцеловать, но он увернулся от жилких попыток и… Я увидела его. Мне казалось, будто бы земля ушла у меня из-под ног. Просто потому что этого не могло быть. Я видела лицо Рика. Того самого, которого я похоронила в своей памяти, жизни, которой у меня теперь и вовсе не было. Нет… Этого просто не могло быть. Я закрыла лицо руками, только бы не закричать. Нет. Возможно, это лишь в моей голове, может быть, я страдаю шизофренией? — Мне нужно идти, прости. Арабелла схватила его за руку. — Нет, побудь со мной, прошу тебя. Черт, мне нужно спрятаться, уйти в тень. Меня не должны здесь видеть. Я оглянулась, пытаясь найти подходящее место. И вот, здесь и сейчас все должно было проясниться.