бессмысленные издержки

      Сказать начистоту, после расставания с наставником Коори гоняет что ни на есть балду, профессионально притворяясь, что он ещё работоспособен, когда на самом деле поход на место преступления отнял очень много ресурсов, а времяпровождение в храме заставило погрузиться в меланхолично-ленивое состояние (представьте, что здесь шутка о том, что он ведь всегда в меланхолично-ленивом состоянии).       Он крутится в кресле, а мысли вертятся вокруг Аримы, и эти обстоятельства доводят его практически до тошноты. Всё движется и размывается перед глазами, а в голове — слишком точный его образ. Каждая складка одежды, которая была замечена, каждая деталь отпечатывается на нём, и Коори вынужденно останавливает кресло ногой, закрывает глаза и вздыхает. Пытается отогнать тошноту внутрь, сглатывает, тянется за кружкой, в которой ещё не успевший остыть чай.       Коори думает, куда они могут пойти сегодня. В какое кафе. А надо ли вообще в кафе? Хочется просто погулять по освещённым огнями города улицам, подышать свежим, насыщенным прохладой воздухом, снова уткнуться в шарф Аримы... чёрт, он забыл отдать шарф Ариме.       Он кладёт голову на стол, пытаясь собраться с мыслями и вывести из них хоть какую-то идею, но тщетно. Скривившись, достаёт телефон, открывает контакты, набирает выученный наизусть, но не записанный номер. Идут гудки. Обрываются.       — Не занят?       — Не-а, — его пофигистический настрой Коори прочитает даже в голосе, — чего хотел?       — Помоги мне кое с чем, — Коори поднимается на ноги и подходит к панорамному окну, смотря вглубь города и пытаясь различить мелких-мелких людей.       — Валяй, — Юу слышно хмыкает. — Ты редко просишь меня о помощи.       — Это мелочь, — буквально выпаливает, — вроде.       — Ну, так?..       Коори сжимает телефон пальцами, а в кармане — ткань брюк.       — Куда бы ты предложил сходить с человеком? Провести время.       — О-о... — он закатывает глаза — так и знал. — На свидание собрался? Не похоже на тебя.       — С такими вопросами ты можешь просто заткнуться, и желательно прямо сейчас, — рявкает в трубку сквозь зубы.       — Ладно-ладно, не пыхти. А с кем идёшь?       — С Аримой-саном.       — Серьёзно? — Юу несдержанно пшикает и смеётся. — Тут даже мне думать не надо.       — Не понял, — Коори изгибает бровь.       — С таким как Арима абсолютно неважно, куда идти. И идти ли вообще... Он прямо согласился провести с тобой вечер?       — “Да, я полностью свободен, придёшь к кабинету после окончания рабочего дня”, — цитирует и пожимает плечами.       — Гм, — Юу молчит с минуту. — Своди его в Ёёги¹.       — Почему именно туда?       — Потому что это твоё любимое место, — Коори улыбается, как по привычке. Юу тоже говорит мягче: — Я тебе ещё припомню, как ты тащил меня туда во время Ханами².       — Это было четыре года назад, — пытается отмазаться Коори с улыбкой, — а в последний год в Академии не вышло, потому что, — оба тяжело выдыхают, — сраные экзамены.       — Но это не меняет того, что ты до хера романтик, — Юу язвит, и Коори не знает никого, кто бы это делал лучше. Не считая его самого, конечно же.       — В это время там не так красиво, — он игнорирует язвительное замечание, — но мне нравится.       — Тогда моя миссия выполнена, — кивает сам себе. — До встречи.       — Я принесу тебе гербарий, — шутит Коори и успевает услышать цоканье на другой стороне, вешая трубку.

***

      Часы близятся к десяти, и Коори уже просто не может усидеть на месте, снимает с вешалки свой плащ и чужой шарф, закрывает кабинет и направляется прямиком на этаж, где находится кабинет Аримы.       Цифры на табло лифта меняются слишком медленно для него. Он скребёт карманы плаща изнутри, нервно качается из стороны в сторону и сжимает губы. Когда же металлические двери наконец раскрываются, срывается с места и крупными шагами доходит до нужной двери. Кладёт на ручку ладонь, сжимает её и осторожно стучится, но не заглядывает внутрь. Прислушиваясь, улавливает приближающиеся шаги, а потом отпревает от двери, когда она открывается. Арима смотрит на него несколько мгновений, кивает со спокойным “подожди минуту”, берёт своё серое пальто и выходит к нему, закрывая кабинет.       — Я забыл вам отдать, — Коори протягивает ему шарф, улыбаясь уголками губ, — снова.       Арима поворачивается к нему, смотрит сначала в лицо, потом — на шарф, повторяя это действо ещё раз, прежде чем взять свою вещь и завязать её на шее Коори. Снова.       Коори вздыхает, поправляя шарф и ворот плаща.       — Куда пойдём? — спрашивает Арима, и они идут бок о бок обратно к лифту.       — Я думаю сходить в Ёёги. Вы же не против? — Коори смотрит на него, нажимая кнопку вызова. Лифт открывается сразу же, так как никуда после него не уезжал.       — Наоборот, — Арима кивает, — там тихо.       — Именно, — соглашается Коори и хмыкает.       Они заходят в лифт по очереди, Арима нажимает на первую кнопку снизу. Коори прикладывается к ближайшей стене спиной и смотрит под ноги.       — Как вы смотрите на то, чтоб купить кофе, что-нибудь пожевать, покрывало и сесть где-нибудь у воды? — он поднимает взгляд на Ариму, чуть наклонив голову вбок.       Тот поворачивается к нему в ответ, немного думает и отвечает:       — Звучит как свидание, — Коори заметно вспыхивает смущением и теряется, — звучит здорово.       — Не свидание... — он отворачивается к зеркалу и поглядывает то на своё слегка красное лицо, то на Ариму.       — Разве? — Арима словно подкидывает дрова в пламя. Коори мотает головой и говорит тише, неуверенно:       — Это немного другое... — скрещивает руки на груди, всё ещё сомневаясь в своих словах.       Арима ничего не говорит по поводу его реакции и первым выходит из лифта. Коори пытается оклематься до самого выхода из здания, а когда холодный воздух ударяет по и без того розовым щекам, чувствует, что становится легче. Он глубоко вдыхает запах морозной свежести и осматривается. Смотрит наверх: крыши домов и тёмное-тёмное небо, на котором не видно ни туч, ни звёзд. Лунный месяц ярко светит вдалеке от них.       — Здесь недалеко гипермаркет, — говорит Коори и идёт вперёд, а потом сворачивает в нужном направлении, слушая шаги за спиной.       Они останавливаются возле пешеходного перехода, ожидая, когда загорится зелёный свет. Здесь, на улицах, людей очень и очень много. Все сбегают со своих рабочих мест и расходятся по барам и казино, к игровым автоматам. Коори знает, что ночью в парк Ёёги мало кто ходит, если и ходит. Там лишь шелест опавшей листвы, бурчащий фонтан и тихая вода — красота.       Перейдя дорогу, они сразу оказываются напротив того самого гипермаркета. Коори заходит первым, чуть раскрывает плащ и идёт меж стеллажей со всякими полезными в быту вещицами; потом идут различные вкусности, молочные продукты, лапша быстрого приготовления, хлеб и сыр, овощи. Он берёт попавшиеся на глаза сладкие пирожки моти.       — Вы будете что-нибудь ещё? — интересуется, поворачиваясь к Ариме, оглядывающегося по сторонам.       — Дынную булку, — отвечает Арима и отправляет Коори на кассу, а сам идёт в нужный отсек.       Когда он возвращается, Коори успевает пробить моти; он же платит.       Они выходят на улицу и не спеша направляются в сторону пешеходного перехода Сибуя. Людей вокруг становится всё больше, и, кажется, если бы Коори не держался за край пальто Аримы, давно бы потерялся с куском моти в руке. На переходе ещё более людно: со всех сторон, как волны, надвигаются люди, самые разные, но одинаково чужие. Коори смотрит в центр, где сегодня лежала та “русалка” (уже не может вспомнить имя, а образ из детской книжки вечно всплывает в памяти), и его немного коробит. Он прижимается к Ариме сбоку, стараясь смотреть лишь вперёд.       — Всё в порядке? — Арима кладёт на плечо ладонь.       Коори молча кивает, слабо улыбаясь уголками губ в попытках убедить себя, что всё уже прошло. С Аримой, близко к нему, кажется намного безопаснее.       Наконец они доходят до другой стороны улицы, и людей разбрасывает по множеству ответвлений и путей, которые знают только они сами. Дорога пустеет, и на ней гуляет лишь слабый ветер, порой пропадающий. Коори приглаживает волосы, чтоб не разлетались в стороны, и осматривается по сторонам. Как раз проходят Мэйдзи и его сад. Деревья и кусты чернеют в темноте ночи, а их листья и ветви отливают желтизной фонарного света. Сам храм становится мрачным и ещё более холодным, чем был днём. Завораживает.       Коори на немного отстраняется от Аримы, берёт пакет с моти в другую руку и подходит к открытой кофейне. Заказав кофе, он передаёт один из стаканов Ариме. Дальше — парк Ёёги.       Подойдя ко входу в него, Коори замирает, осматривая знакомые места. Эта осень поздняя, поэтому некоторые деревья ещё не готовы сбросить свою рыже-золотую листву. Водоём ровен, чёрен, отливает лунным светом. Изредка встречаются фонари, освещающие выложенные камнем тропы, сухую, пожелтевшую траву и опавшие, темнеющие листья. Они ступают на территорию парка, спускаются по главной дорожке к воде. Коори замечает мост на другую сторону, знакомые голые сакуры, с кривыми стволами и чёрными ветвями, широко раскинутыми над влажной землёй, на краю суши и вздрагивания водной глади, похожей на зеркало — рыбы и насекомые, бегущие по ней. Кружат светлячки, то напоминая кусочек солнца, то мигая, то пропадая в темноте.       — Красиво, — комментирует Арима, обращая на себя внимание. Коори смотрит на него, на его лицо, черты которого смягчила тень, и улыбается, нежно и немного грустно.       — Пойдёмте туда, — он указывает на неосвещённый участок земли под акацией, возле моста.       Листья шелестят и хрустят под ногами. Под ними — смягчённая водой чёрная почва. Коори находит более сухое, устланное листвой место, и накрывает его покрывалом бледно-синего цвета. Он снимает шарф и обувь, удобно садится на него, повернувшись к водоёму, ставит возле себя упаковку с пирожками моти и стакан с кофе. Выкладывает дынную булочку Аримы, после чего облегчённо вздыхает, вдыхает сырые воздух и запахи, улыбается. Арима садится рядом, снимая очки и смотря то в воду, то на другую сторону.       — Видите что-нибудь? — интересуется Коори, берёт свой кофе и второй пирожок.       — Относительно, — отвечает Арима, и он указывает ему на сакуры, стоящие по ту сторону.       — Там я обычно праздновал Ханами, — рассказывает, стараясь прожевать сладкую начинку быстрее. — Весной здесь ещё красивее, но так, люблю это место, — смотрит на Ариму, в ответ, — а у вас есть любимые места?       Арима наклоняет голову, задумавшись.       — Солнечный Сад, — Коори понимающе кивает, задумавшись.       — Вы ведь там выросли, — он осторожно отпивает горячий кофе, дуя на него. — У вас были там... эм, друзья?       Арима улыбается уголками губ, смотрит наверх: на раскинутые ветви акации и тёмно-синее небо.       — Я не уверен, — мотает головой, — там просто было спокойно и привычно, — пожимает плечами и распаковывает булочку. — Сейчас там другие дети. И они будут в нулевом отряде с тобой.       — Давайте не о работе, — Коори отмахивается. Арима откусывает кусок от дынной булки.       — А о чём?       — О чём угодно?       Арима запивает кофе и вытирает уголок губ.       — Тогда ни о чём.       Коори хмыкает и вытягивает ноги, расслабляет спину и прикрывает глаза. Сейчас, когда её немного продувает холодным ветром, в носу застывает запах воды и листьев, а глаза расслаблено смотрят в ночь, он чувствует себя в своей тарелке, спокойно. Арима, почему-то, во всё это прекрасно вписывается. Даже так, всё идёт приятным дополнением к его присутствию.       — Почему ты захотел побыть со мной? — внезапно спрашивает Арима, и Коори распахивает глаза, удивлённо смотря на него.       — Мне... — он пытается подобрать слова. — Мне приятно быть рядом с вами, — вздыхает и поворачивается, садясь на колени. — Я чувствую, что с вами мне спокойно, безопасно. Легче? Что-то такое, — Коори смотрит сначала на свои колени, которые он сжимает пальцами, а потом поднимает глаза на Ариму, который внимательно слушает его. — И мне кажется, что неплохо сблизиться за этот год. А ещё вы задаёте провокационные вопросы, — он кривится и отворачивается, пыхтя. — Что за манера вообще...       Арима прикрывает глаза, а потом ставит стаканчик в сторону, на землю, оставляя на дне немного кофе. Он тянет руку к Коори, и он смотрит на него, немного теряясь и сжимая губы.       — Ближе.       Он опускает руки с груди, отодвигает моти и свой опустошённый стакан в сторону, подсаживается и ластится под руку, прикрывая глаза. Арима гладит ладонью его щёку, после чего залезает под волосы и гладит за ухом, немного проводя ногтями. Коори наклоняет к его руке голову, кладёт руки на плечи и приближается, садясь меж ног. Проводит по шее ладонями, пока Арима поднимается к затылку, массирует кожу и пропускает волосы сквозь пальцы. Он оглаживает лицо и смотрит в глаза, так же мягко, как смотрят на него. Запускает руку в волосы — мягкие, приятные коже.       У Аримы сладкие и неожиданно холодные губы, в отличие от рук и его всего. Коори хочет слизать всю сладость, согреть их, чувствовать и чувствовать на своих; в принципе на себе. Он прихватывает верхнюю губу своими, покусывает, спускается к нижней, облизывая уголок, пока чужие руки гладят по спине, спускаясь к пояснице. Пальцы ложатся на талию и прижимают ближе, и он сам подаётся вперёд, смотря из-под ресниц на чужое лицо, которое сейчас необыкновенно близко. Арима углубляет поцелуй, пока Коори обнимает его за шею, сжимая ворот то пальто, то рубашки. Он сплетает горячие языки и гладит нёбо, пока тот старается сглотнуть своё тихое мычание.       Они отстраняются друг от друга, когда воздух меж лицами и телами нагревается слишком сильно. Коори чувствует, как горит его лицо, ненадолго утыкается в плечо Аримы, а оклемавшись, поднимает голову и смотрит на него. Оба вглядываются друг другу в лица, но не видят ничего, кроме спокойствия и “отдышки” из-за поцелуя.       Коори улыбается и гладит большими пальцами скулы Аримы. Тот прижимает его к себе, поглаживая поясницу и вдоль позвоночника.       — По-моему, мы были не на свидании, — тихо говорит Коори, облизывая свои губы.       — Что-то пошло не так? — интересуется Арима и целует его в уголок губ, на что он шумно выдыхает, немного мотая головой. Сказать “нет, всё в порядке” выходит только в чужие губы в новом поцелуе.       Они резко останавливаются, когда слышат чужой смех, доносящийся с моста. Арима открывает глаза и выглядывает из-за Коори. Какие-то девушки решили пройтись по парку в такое время, причём не очень тихие. Они проходят на другую сторону и идут куда-то вглубь парка, так и не обратив на них внимания.       — Так вот почему ты выбрал это место? — спрашивает Арима, из-за чего Коори возмущается, но шёпотом.       — Я теперь извращенец? — задаёт он встречный вопрос, толкая в плечо и нависая, когда тот ложится на покрывало спиной.       Арима лишь мотает головой и поглаживает Коори по пояснице. Он улыбается, накрывает губы в невинном поцелуе и чувствует, как чужие руки скользят вниз, оглаживая бёдра и сминая их пальцами.