Будапешт

Наконец-то Стив увидел, что КГБ способно на что-то большее, кроме старенького Фольксвагена с пуленепробиваемыми стёклами. Он ехал на заднем сидении чёрного мерседеса, с практически беззвучным двигателем, минимальной тряской и кожаным салоном. Внутри не было никаких посторонних запахов, кроме приторно сладких духов Наташи, что заполонили все свободное пространство. Роджерс почувствовал себя немного сжато в низкопосаженном мерсе и расстегнул пуговицы пиджака, свободно расправляя плечи. Дышать стало не легче. Красное шёлковое платье Наташи ярко выделялось в темном салоне, как и тоненькие бретельки на сильных, но тем не менее изящных, плечах, а ещё ее глубокий вырез. Через чур глубокий как для вечера в особняке мэра. — Где же ты прячешь оружие? — решил разрушить тишину Стив, прогоняя в памяти облегающее платье и размером в кошелёк клатч Наташи. Вместо ответа Романофф бесцеремонно задрала подол платья, что так легко скользнул по ее левому бедру вверх. Картина складывалась эротичной, как для замкнутого пространства машины, неприлично оголенной ноги и быстро вздымавшейся груди Стива. — Ты думал, я как в боевиках буду прятать ножи с внутренней части бедра? — криво ухмыльнувшись, спросила Наташа, а потом добавила: — На мэра покушались на прошлой неделе, поэтому даже для «своих» сегодня в особняке будет жёсткая проверка и с десяток охранников. Даже мои милые глаза не помогут против металлодетекторов. Стив сделал вид, что прекрасно понял все, и кивнул. Значит оружие или помощь будут уже поджидать внутри, от чего Роджерс сжал кулаки. Он будет не просто свидетелем, но и соучастником ужасного убийства или политического переворота, пока Бартон наверняка охотится в данный момент на рыжую башку Наташи. Вот дерьмо. — И как же ты собираешься его убить? — для поддержания темы спросил Стив. — Это уже не твои заботы, милый, — наиграно улыбнувшись, пропела Наташа. Ее рука в такт ее словам скользнула по бедру Стива, медленно поднимаясь все выше, а пальцы сжимаясь все больше. Пульс Роджерса повышался параллельно ее руки, но он не дал женским утонченным пальчикам достигнуть его ширинки. Он грубо схватил Наташу за запястье и отвёл ее руку на безопасное расстояние. Остальную часть дороги они проехали молча, каждый в своих мыслях и переживаниях. Загородный особняк мэра, чьего имени Стив до сих пор не знал, оказался на самом деле настоящим дворцом, с греческими колонами на входе, рифлёными фигурами под балконами и величественными окнами. Такой помпезный дом окружали гладко подстриженный газон, разнообразной формы кусты и клумбы цветов, множество цветов. Стив обратил внимание не только на внешний вид и прекрасную архитектуру здания, но и на количество людей в чёрных костюмах и наушниками в ушах, что одним свирепым взглядом говорили о своей непоколебимой попытке убить, если кто-то не так глянет на мэра. Роджерс пытался никак не показывать свою насторожённость с примесью страха за последующие события этого вечера. Успешно пройдя проверку охраны и как бы невзначай поставленную арку металлодетектора, Наташа, дарящая направо и налево ослепительные улыбки, и Стив, сдержанно ведя свою супругу на вечер за руку, вошли в помпезный зал. Похоже это была гостиная, где проходили все главные приемы посетителей, напичканная официантами, кожаными диванами, красивыми картинами в золотых рамках, и людьми, усыпанными бриллиантами и дорогой одежкой. Роджерс понятия не имел какую роль здесь играет, кроме того красивого описания, что дала ему Романофф. Как бы он не пытался по пути к мерсу разузнать хоть какие-то крупицы плана и что конкретно будет делать Наташа, он получал лишь краткий ответ: «Не твоё дело». — Спасибо, — внезапно Стив очнулся от голоса Наташи. Официантка предоставила поднос с шампанским и вовсю глядела на подставного мужа Романофф. На самом деле она была хорошенькой: с длинными чёрными волосами, завязаны в тугой конский хвост, пухлые губы, накрашены бесцветным блеском, карие глаза и совсем детские щёчки, что немного нелепо смотрелись с заострённым подбородком. Пышная и наверняка упругая грудь вздымалась в наглухо застегнутой белой рубашке, что так прилегала к стройному телу. — Тебе можно пить на задании? — пытаясь проигнорировать подмигивание девушки в свою сторону, спросил Стив у Наташи. — А как же мне ещё влиться в обстановку? — сверкнув глазами, подведёнными аккуратными стрелками, спросила Наташа и пригубила стаканчик. Стив лишь кратко хмыкнул и сам последовал ее примеру. Пузырьки приятно заиграли в его рту, даруя сладость и прохладу. Неплохо начинать убийство с бокала шампанского. — Осторожно! — крикнул Стив. Мимо пронеслись две девчонки не страше десяти лет и ростом доходившие ему до пояса, разодетые в красивые бальные платья, что так гармонично смотрелись с классической музыкой и так нелепо с их диким смехом и детским бегом. Роджерс невольно улыбнулся, провожая девчонок глазами, сам вспоминая своё детство, такое хрупкое, веселое и беззаботное. А рядом Барнс, такой надежный и задиристый. Дети всегда приносят что-то настоящее среди, напущенных как индюки, взрослых. — Это дочки мэра, — проследив за восхищенным взглядом Роджерса, объяснила Наташа. Вмиг его взгляд стал мрачнее самой холодной ночи, а уголки губ быстро поползи вниз. Стив сжал сильнее бокал, держась на грани того, чтобы не разбить его об голову Наташи и прервать к чертям собачьим эту операцию. Девочки светились от счастья, бегали так беззаботно, разнося радость среди олигархов и депутатов, и смеялись, смеялись так звонко, что до сих пор шумело в ушах. А эта рыжая бестия хочет оборвать их смех на долгое время, посеять страх и недоверие ко всему миру в детских сердцах, разрушить их мир, сжечь его дотла. Он слышал как кроме детского смеха в ушах отдавался его собственный пульс, ускоренный, в такт его сбившемуся дыханию, пока злость и негодование разливались по венам. Сука. Вот кем была Наташа Романофф. — Мне пора, — обыденным тоном заявила Наташа и, всунув невидящему Стиву свой недопитый бокал, скрылась в толпе богатства. Роджерс не медлил и опрокинул два бокала в себя, пытаясь погасить ярость. А ярость не хотела гаситься. Ему было плевать, что сделал мэр и кому перешёл дорогу, но черт его подрал, дети здесь не причём! Они не могут увидеть смерть собственного отца в самый разгар праздника, он не выдержит звука их разбивающихся сердец. Роджерс рванул сквозь зал в поисках ещё одного подноса с шампанским. И довольно быстро наткнулся на ту же официантку. Девушка взглянула на него как на блажество, едва ли не роняя чертов поднос, пока Стив возлагал на неё ношу пустых бокалов и забирая взамен два наполненных. — Спасибо, — сухо сказал Стив и снова поставил сухие бокалы, опрокинув новую порцию в две секунды. Официантка словно только сейчас проснулась и, загадочно улыбнувшись гостю, театрально махнула головой и повиляла упругим задом прочь. Эффектно. Роджерс потёр глаза одной рукой и задержал пальцы на переносице, как бы ограждаясь от общей обстановки в своём маленьком мире. И как только он начал понемногу успокаиваться, пропуская рациональность в свой мозг, на его плечо аккуратно легла рука. Роджерс удивлённо оглянулся и увидел перед собой вылитую герцогиню 19 века: седые волосы, собраны в чудаковатую косу с кучей жемчужин, чёрное вечернее платье с властной серебряной брошкой в форме осы, бледное лицо, усеянное морщинами, и розовые губы. Ему внезапно захотелось резко поклониться перед ней. А миловидная старушка уже что-то пролепетала на венгерском и одарила его приятной улыбкой. — Извините, я не местный, говорю только на английском, — виновато улыбаясь, объяснился Стив и понадеялся, что старушка не знает английский и можно свалить побыстрому. — О, прошу прощения, хотелось бы мне верить, что такие красавцы берут корни из моей родной страны, а не издалека, — старушка зашлась смехом, попеременно кашляя и улыбаясь. Роджерс выдавил из себя подобие улыбки и напряжённо оглянулся по сторонам, сам не осознавая, что ищет хотя бы намёк на красное шелковое платье. Хриплый голос бабули и ее любопытный взгляд вселяли в него не только желание поклониться, а и убежать прочь. — Мне вдруг стало интересно кто вы и откуда, господин красавчик, — заговорчески подмигнув, сказала пожилая женщина. — Не много мне в жизни остаётся забав, кроме как узнавать новых людей на таких мероприятиях. И да, я Элизабет. Стив с большим удовольствием поднёс протянутую руку Элизабет к губам и едва ли коснулся ее кожи, но это все равно вызвало яркий румянец на щеках женщины. Наверняка она была женой какой-то вышки в правительстве и много времени проводила в одиночестве, раз уж радуется любой возможности поговорить с людьми, отметил про себя Роджерс. — А я Карл Претц, — кратко ответил Стив, едва ли вспомнив своё подставное имя. — Муж… вот той красотки в красном платье. Роджерс целых десять секунд не мог отыскать информацию, где Наташа бы говорила что-то о себе в этот вечер, кто она и зачем здесь. И он готов был проклясть ее всеми существующими заклинаниями за ее халатность к операции, ведь ему ничего не стоило прямо сейчас сдать ее с потрохами и уберечь хрупкие сердца тех маленьких девочек. Ну и ещё подставить себя, как предателя, киллера и просто соучастника. И да здравствуй конец света снова. Элизабет смирно глянула в ту сторону, куда показал Стив на красотку в красном платье, а потом повернулась к нему лицом и одарила озадаченным взглядом. И этот взгляд ясно говорил, что ответил Роджерс так себе. Поэтому он ничего не мог придумать лучше, как снова ухватить бокал шампанского с рядом проносящегося подноса, хильнуть одним залпом и невинно улыбнуться. — Пойду отыщу эту бестию. Оставив старушку в недоумении и с пустым бокалом, Стив мигом скрылся в толпе. Шампанское понемногу начинало туманить рассудок и это единственное что подавляло бушующие эмоции внутри. Как же его все доконало за несколько дней, а ведь он так радовался снова видеть живую Наташу, ее блеск в глазах, огненные волосы и улыбку, хоть и притворную. Не слишком быстро отыскав уборную, Роджерс облегченно выдохнул. Он оказался в просторной ванной с массивными керамическими плитами на полу и стенах, огромнейшее зеркало в пол и напротив него раковину. Включив прохладную воду, Стив с удовольствием умыл лицо. Он чувствовал что ему нужно что-то сделать, но никак не мог решить что и на чью сторону встать. Его порядком достала его беспомощность, опасливость сделать лишнее движение и натворить делов в будущем. Капитан к такому не привык. Раздался щелчок двери и Стив резко повернул голову в сторону исходящего звука, рефлекторно становясь в боевую позу. Но мигом расслабился, увидев ту самую симпатичную официантку. На ее лице во второй раз за этот вечер заиграла интригующая улыбка, а похабный взгляд сканировал тело Роджерса с ног до головы, как бы невзначай задерживаясь на его паху. — Мне кажется, тут занято, — мягко намекнул Стив девушке, что ей здесь не место. Они ничего не ответила, лишь загадочно наклонила голову набок, закрыла дверь и словно пума на охоте двинулась к Роджерсу. Стив невольно отступил на шаг и выставил вперёд руки в предупреждающем жесте. — Ты не так понимаешь, наверное… Но девушка понимала все так, как хотелось ей. Она без церемоний схватила Стива за отвороты пиджаков, потянула на себя и смачно засосала, показывая наяву всю венгерскую гостеприимность для иностранцев. — Стой, — пробурчал Стив, выталкивая язык девушки из своего рта. Кровь хлынула в голову и Стив начал чуть более точно осознавать происходящую ситуацию, и это ему никак не понравилось. Легко отстраняя руками девушку от себя, Роджерс попытался сгладить углы и удалится прочь, как официантка резко присела перед ним на корточки и взялась за ремень. Осознание того, что сейчас произойдёт, словно током пробило Роджерса, и он уже подумывал как бы деликатнее оттолкнуть девчонку, пытаясь погасить нарастающее возбуждение внизу. Звон развивающегося стекла привёл Стива в порядок. Он мигом оглянулся, заметил, что в ванной оказывается было окно и порядком охренел, увидев перед собой вооружённого мужчину, сделавшего кувырок на пол. И тут нападающий охренел даже больше, увидев за спиной Роджерса перепуганную девушку на коленях. Секунда замешательства на всех трех лицах и первым очнулся мужчина, разодетый в такой же костюм, но с ножами в руках, звериным оскалом, и шрамом, перечеркивающим все лицо. Стив чудом уклонился от ножа, который метнул незнакомец, и опрометью кинулся в атаку. Официантка в это же время в истерике выбежала прочь из ванной, с некоторыми проблемами открыв замок на двери. Удар в губу и голова незнакомца по инерции повернулась влево, а вот его рука мгновенно засадила Роджерсу в ребро. Краткий крик и Стив снова взялся за попытку ударить правой рукой соперника, пока левой сдерживал нож, который так и норовил сделать дыру в теле Капитана. Противник сильно толкнул Стива и тот врезался в зеркало, разбивая его на десятки маленьких кусочков. Рука замахнулась, но Стив перехватил удар и сам прижал мужчину к побитому зеркалу. Потасовка длилась недолго, но за это время Стив успел получить порез на груди, от чего белая рубашка моментально пропиталась кровью и превратилась в алую. В отместку Роджерс сломал всё-таки ребро сопернику и, услышав знакомый треск кости, довольно ухмыльнулся и зарядил по морде, так, для профилактики, и порвал рукав пиджака на линии шва. В момент, когда мужчина в очередной раз хотел засадить нож в грудь Роджерса, в ванную ворвалась охрана. Оцепенев от внезапного вторжения, мужчина лишь глухо прорычал и мигом скрылся, выпрыгнув обратно в окно. А вот Стива сразу же заграбастали за руки. Он не стал сопротивляться, ведь знал, что сделает только хуже и поэтому просто послушно давал себя толкать сквозь шикарный зал с шикарными гостями. Все смотрели на него с нескрываемым шоком, кое-кто с презрением за то, что он чуть ли не испортил такой прекрасный вечер, а кто-то с восторгом из-за алого пятна на его груди. Роджерс гордо держал голову поднятой, прекрасно понимая что видит этих людей в первый и в последний раз в жизни и ему глубоко плевать на весь этот шик. Пока он не увидел дочек мэра. Они вовсю таращились на него, но никак остальные. В из глазах читался интерес, такой детский и искренний, ведь не каждый день попадёшь на такую отменную драку и дядю-красавчика с героическими побоями. Сердце пропустило удар и возобновило свою прежнюю работу, как только Стив оказался на улице. Его не увезла полиция, ведь по сути он ни в чем не виновен, на него ведь напали, но своего соперника он так и не смог найти глазами на улице. Досадно. А вот Стива выперли за неприличное поведение. На это ему так же было глубоко плевать, вот только ситуация заставляла его знатно хмуриться. На кой-черт совершать на него покушение в ванной мэра? И как он узнал, что Стив будет конкретно там? Или Стива вообще никто не хотел убивать, а он оказался не в том месте и не в то время? — Ты мне блядь всю операцию завалил, — сквозь зубы прошипела Наташа, внезапно появившейся рядом с ним. Они стояли в саду, окружённые охраной и любопытными зеваками, что просто проглатывали зрелище, не разжёвывая. Гневный взгляд Наташи готов был убить его прямо здесь при свидетелях, а вот Стив только облегченно вздохнул. Сегодня те девочки не будут в ужасе плакать из-за потери отца. Сегодня они продолжат бегать и улыбаться, как ни в чем не бывало. — Прости, видимо, я перебрал, любимая, — делая акцент на последнем слове, Роджерс театрально взял руку Наташи, как можно сильнее сжал ее, аж пальцы похрустели, и смачно поцеловал. Губы Наташи презрительно скривились, но руку отдернуть не смогла. Прекрасный вечер подошёл к концу.