Павлин

      Тэхён глубоко и тяжело вздыхал, смотря на свое отражение в зеркале и неохотно начал наносить макияж на лицо, а также делать прическу, неторопливо завивая локоны. Его снова требовала сцена, его снова требовали в постель, но он не был этому рад, скорее, он был все еще равнодушным. Да, он пообещал Паку заботиться о себе, он начал есть и спит как положено, но заставить себя улыбнутся и играть роль развратного Павлина, к которому тут все привыкли и которого ждали, он не мог. Закончив с подготовкой своего внешнего вида, он поднялся с пуфа и скинул шелковый халат, начиная одеваться в сценический весьма откровенный костюм. Его тело успело отвыкнуть от таких нарядов, которые вовсе не скрывали его форм, а лишь сильнее показывали их и отдавали на всеобщее обозрение, даже излишне их подчеркивали. Снова на его лице оказалась легкая вуаль, украшенная стразами, его тело нагое обвивали серебряные цепи, а низ был прикрыт такое же легкой, струящейся тканью, которая казалось вот-вот спадет вниз. Надев еще украшений, придувая себе более «богатый» вид, он снова недовольно скривился, ощущая себя какой-то наложницей в гареме и едва сдержал порыв эмоций. — Ты готов? — прозвучал голос Чимина за спиной и Тэхён разжал кулаки, слабо кивнув в ответ, чуть опустив голову вниз и закрывая глаза. — Не торопись, тебе еще не пора. — Но уже время, — прошептал в ответ Ким, еще раз взглянув на часы, затем повернулся к Паку, стыдливо закрывая руками свое тело. — Я отвык… Мне тяжело показывать своё тело другим людям, я не справлюсь… Я не справлюсь, Чимин. Я не хочу идти, я не хочу выступать, не хочу продавать свое тело кому попало. — Если я скажу, что ты можешь не идти, что ты сделаешь? — изогнул бровь сутенер и хмыкнул, склонив голову на бок, наблюдая за мимикой прекрасного личика омеги. — Рискнешь ли? — Я не знаю… Я боюсь быть наказанным, —прошептал в ответ Ким и чуть сжался, обнимая самого себя руками. — Но ты же говорил, что тебе уже все равно, Тэхён, — усмехнулся Пак и лишь слегка покачал головой, подойдя быстро к парню, положив руку на чужое плечико. — Я могу позволить тебе рискнуть сегодня всем, если ты позволишь это сделать и готов пойти на это. Не пойти выступать, но отправиться в совсем другое место. — О чём ты, Чимин? — прошептал Ким, обеспокоенно поджимая губы и смотря в глаза напротив, которые так и были пропитаны заботой и нежностью. — Я не могу тебе сказать, просто скажи да или нет, не думай, просто скажи… — прошептал Пак, продолжая прожигать взглядом юного омегу, который заметно начинал нервничать и теряться в своих мыслях.

***

— Так ты выбрал сторону, Пак? — сказал Чонгук, стоя на каком-то холмике близ резиденции Якудзы. Его плащ развивал суровый холодный ветер и волосы слегка колыхались от потока, но его лицо оставался непоколебимым. Он так холодно и серьёзно смотрел на Пака, что стоял перед ним в паре метрах. — Если нет, я убью тебя прямо сейчас, еще одного предателя мне не хватало. — Я вас понимаю, Чон Чонгук, — ответил Чимин, спрятав руки в карманах своей теплой куртки и чуть поджал губы, наблюдая за главой семьи. — Понимаю все недоверие к своей персоне и хочу сказать почему я принял подобное решение. Этот человек и правда очень сильно полюбил вас, он не хочет ничего делать, жить, есть, может даже дышать. Он постоянно поникший, может равнодушный и совсем не заботиться о себе, а всё потому, что ему нахватает именно вас. — И что с того? Тебе то какая разница, — хмыкнул Чон, продолжая наблюдать за действиями Чимина, который более нервничал и мешкался. — Я… Дело в том, что я люблю его, но хочу, чтобы он был счастлив, — прошептал Пак со всей неуверенностью в себе, даже страхом, ведь он не знал, как этот человек отреагирует на подобное заявление с его стороны. — Я хочу помочь вам, хочу, чтобы он наконец полюбил себя и перестал притворяться, чтобы спасти свою жизнь. Прошу, позвольте мне помочь вам добиться этого. — Это и хотел от тебя услышать. Мне нужна твоя помощь в том, чтобы забрать его оттуда в ближайшее время. Скажи мне самый удобный день для этого, мне нужен подробный план здания, расписание Тэхёна и твоего босса. Хотя стой, отныне твой босс я, — сказал Чон, сделав широкий шаг к Мину и ухмыльнулся, протянув руку. — Присягни мне на верность прямо сейчас и прямо здесь, обещай сделать все, что в твоих силах, чтобы я смог завершить свой план, даже если тебе придется рискнуть своей жизнью. Сможешь?

***

      Тэхён сел на край кровати и прикусил губу, жмуря глаза и борясь с неуверенностью, он несколько раз взглянул на дверь, которая указывал ему путь на сцену, но он сильнее вцепился в края постели. С риском и страхом, он все же выбрал сторону и горячо, тяжело выдыхая со страхом ждал того, что ворвутся в его дверь и силой потащат в зал или куда-нибудь еще. Что-то скрипнуло, дверь начала медленно открываться, Ким сильнее сжался и задержал дыхание с большим страхом, чуть жмурясь и сглотнул вязкую слюну. Но его страх не оправдался. Это был Чон Чонгук в том самом строгом костюме, в котором он его впервые встретил. Брюнет тепло улыбнулся и приложил палец к своим губам, как бы показывая жест «тихо» и закрыл за собой дверь. Послушав пару секунд тишину, он быстрым шагом подошел к хрупкому парню и крепко обнял его, прижимая дрожащее тело к себе и уткнулся носом в шею, поджимая губы, вдыхая любимый сладкий запах. Ким сдерживал свои эмоции, лишь смущенно улыбался и обнимал в ответ, едва слышно шмыгая носом и поглаживая ладонями чужие плечи, он пытался прижаться к нему как можно сильнее. — Но как? — прошептал Тэ, приоткрывая глаза, но лишь крепче обнимая и прижимаясь к нему. — Как тебе удалось пробраться? — Твой друг помог мне сделать это, — прошептал в ответ Чон, оставив нежный, невесомый поцелуй на шее дорогого человека. — Но это еще не всё, Тэхён. Дождись меня, мне нужно закончить, и я обязательно вернусь к тебе и заберу насовсем. — Я хочу с тобой, не оставляй меня снова, — в его глазах снова заревел страх и совсем вцепился пальчиками в его сильные плечи, утыкаясь в грудь личиком и помотал головой. — Не оставляй, возьми меня сразу с собой, пожалуйста. — Я не могу подвергать тебя еще одной опасности, здесь ты больше спасен, чем если прямо сейчас пойдешь со мной, — он отрицательно покачал головой, взяв нежное личико в свои ладони и посмотрел прямо в глаза. — Доверься мне. — Я боюсь остаться снова без тебя, не рискуй. Просто давай сбежим, —прошептал Ким, смотря в глаза с редкими слезинками в своих и закусил нижнюю губу. — Мы не сможем окончательно сбежать, если я не закончу здесь и не осовобожу тебя от тяжкой ноши. Пока Ким Намджун жив, ты не сможешь спокойно дышать и жить со мной счастливо. Ты будешь жить в страхе, не будешь чувствовать достаточной безопасности, — он ласково улыбнулся и еще раз поцеловал его нежные губы, притягивая плотнее к себе и с большой неохотой отстранился от них, еще раз взглянув в глаза.       Тэхён неуверенно кивнул и сел снова на край кровати, укутываясь в одеяло и спрятавшись в нем, сжал в крошечный комочек, касаясь пальцами своих губ, на которых еще осталось воспоминание о недавнем поцелуе. Чонгук быстро исправился из комнаты, где за дверью его ждал Пак и еще несколько приближенных. Они молча переглянулись и Чимин быстро пошел по узкому коридору в сторону кабинета Ким Намджуна. Им удалось на время выключить камеры, благодаря махинацией Хосока, но времени было мало и те шли быстро, но максимально бесшумно. Оружие в случаи чего уже было наготове они знали, как все могло обернутся, но видели лишь одну цель и стремились только к ней. Чонгук был снова серьезен и холоден, словно забыл обо всем, он уже достал свой фамильный кольт и хмыкнул, остановившись у заветной двери. Был слышен шум за дверью и какое-то шевеление, он слабо улыбнулся и кивнул одному из своих товарищей, тот открыл дверь и слегка толкнул её, затем Чон резко шагнул в сторону и раздался выстрел, а пуля попала лишь в стену за его спиной.       Всё произошло быстро, они мгновенно оказались в комнате, слышались бесконечные выстрелы, крики и какие-то болезненные стоны. Тэхён закрыл уши ладонями, пытался спокойно дышать и не вслушиваться. Резко все стихло, послышался глухой крик Чонгука и дьявольский смех Намджуна. Ким не знал, что думать и приоткрыл глаза, с трудом дыша и попытался приподнялся, сильно дрожа, смотря на дверь. Тело Пака упало на пол, а под ним сразу образовалась лужа собственной крови, еще секунду Гук медлил, смотря на подрагивающие тело и слушая непонятное мычание от жгучей боли. Ярость ударила в голову, он схватил кольт и не дожидаясь ничего, сразу же выстрелил в Намджуна, попав прямо в лоб и пробив череп на сквозь, тело мучителя шатнулось, запрокинув голову назад, и он упал в в кресло с заставшей мертвой, но сатанинской улыбкой. Чимин спас их, пожертвовав собой, он все еще был жив и держался за грудь, последние силы оставляли его тело, и он начинал захлебываться собственной кровью. — Зато, я выполнил свой долг, — из последних сил, едва слышно проговорил парень и, чуть улыбнувшись, медленно закрыл глаза, окончательно потеряв ниточку собственной жизни.       Чонгук сел на колени рядом с ним и, тяжело выдыхая, молча приподнял уже мертвое тело и пригладил волосы. Это было неизбежно и осознавая это, чон аккуратно поднял тело на руки, пачкаясь чужой кровью и, выдыхая, потащил его на руках к выходу. Голова туманилась, но он продолжал идти и резко остановился, увидев в двух метрах от себя, завернутого в одеяло омегу. Тэхён молча уставился на него в ответ, замечая бездыханное тело Чимина, он закрыл тут же свой рот руками и начало мотать головой назад, шатнувшись и сполз вниз по стене на пол, горячо выдыхая. Слёзы потекли градом с его глаз, и он сильнее сжался, пытаясь снова принять суровую реальность, что охватила его и тащила за собой в Ад.