Абсурд... или сумасшедшая история нашей любви

Глава 26.1 За дверьми конференц-зала целое утро были слышны разговоры на повышенных тонах, так как Каулитц отчитывал свой совет за те проколы, что нашли его люди. Он не стремился снижать тон или приукрашать реальность, предпочитая резать по живому, не жалея и не спуская с рук погрешности. Многие, кто проходили возле зала, инстинктивно вздрагивали, когда в очередной раз по ту сторону раздался крик. Билл был зол, хотя это ещё мягко сказано, скорей он хотел выпустить кишки некоторым акционерам, которые с пеной у рта доказывали свою правоту. Сидя во главе стола, он невольно просчитывал все варианты возможной пытки этих боровов, стараясь держать себя в руках. — Вы закончили? — с пофигизмом на лице спросил он, вскинув взгляд на очередного Альфу, который распинался перед ним, оправдываясь. Мужчина замолчал, встретив жёсткий взор Каулитца. — Молчание — знак согласия… — Билл поднялся на ноги и расправил плечи, буквально натягиваясь как струна, от напряжения и злости, — сели и послушали меня. Подождав несколько минут, он сложил руки в замок и холодно проговорил: — Мне абсолютно посрать на то, что вы по каким-то личным причинам не выполняете вашу работу, за которую вы получаете хорошие деньги. Не справляетесь, пожалуйста, вы знаете, где выход, я найду, кем вас заменить. — Но… — Молчать, я вам не разрешал рты открывать. Я вас предупреждал: работаете совестно, и я не буду вас трогать, а стоит мне на пару дней исчезнуть, так всё, распушили хвост и расслабили булки. За месяц мои люди нашли море ошибок и проколов по всем сферам и отраслям. Как вы это объясните? Недостаточно времени, чтобы нормально отчёт заполнить? Или лень поднять свой зад и проверить производство? А, я понял, — Билл вышел из-за стола и начал обходить Альф по кругу, — некоторые уж очень любят развлекаться в борделях, барах и ресторанах. А другие под шумок отмывают деньги. Я не прав? Мужчины молчали, поскольку не знали, как ответить парню. — Я даю вам неделю на то, чтобы вы всё исправили. И только посмейте опять облажаться, уволю сразу. Марсель, проследи за этим. Все свободны. Парень вышел из зала и направился в свой кабинет. — Жёстко вы с ними, — проговорил Влад, который зашёл вслед за ним. Билл усмехнулся. — По-другому не поймут. Хочу их сломать, подчинить и заставить признать мой авторитет. Ладно, хватит о них. Давай, рассказывай, что узнал. Омега присел за стол и открыл свою папку. — Начнём с того, что Цербер пронёс бомбу из-за того, что некоторые из охраны предали нас. Не беспокойтесь, с ними уже разобрались, прилюдно, никто больше не посмеет так поступить. — Камеры, я так понимаю, были отключены? — Некоторые были повреждены вирусом. А на других перерезанные провода. Так что мы ещё проверим общагу главарей. — Хорошо, — выдохнул Билл, закрывая глаза, — давай дальше. Что с бомбой? — Целая история. Те чертежи, что он разработал вместе с вами, были более совершенны, если можно так сказать. Цель была не просто поджарить ваш мозг, а ещё превратить в овощ и облучить радиацией. Идеальное оружие убийства… Билл хмыкнул. — Ну, ещё бы, на это и было нацелено. Наше же оружие против меня и направляет. Давно было дело, когда Билл и Рихт решили создать универсальное оружие, которое поражает почти всех в радиусе пяти километров и может убить. О да, Каулитц и Шварц хотели власти, не одну ночь они провели за чертежами и расчётами этой самой бомбы. Принцип её был таков: когда бомба только взрывается, противника ослепляет свет взрыва, после звон воздействует на психику, подрывая мозг к чертям, и если не дышать, лежать с открытыми ушами, гарантировано смерть наступит через минуту, так как сосуды и капилляры лопнут и вызовут инсульт. Ещё один плюс заключался в размере и форме. Она была как маленькая флешка или бильярдный шар, который мог принести огромный вред. Рихарт хотел ещё сделать её радиационной, то есть добавить микрокапсулы с ураном или ртутью, чтобы не только мозг страдал, а и по возможности весь организм с окружением. Но Билл не одобрил это и отказался делать подобное, потому что прекрасно понимал, если они это сделают, не факт, что другие не направят бомбу на них. — Значит, он всё-таки решил использовать радиацию… — брюнет закатил глаза, — ладно, ответный ход мы тоже сделаем. Есть ли вероятность того, что он нас заразил? — Нет, — уверено проговорил Влад, — когда вы только поднялись на ноги, я проверил вас и вашего партнёра на наличие радиации в организме. Ничего не было. Очевидно, в вас он кинул первый вариант бомбы, без ртути. — Хорошо, но в больницу на днях надо сходить. Что-то ещё есть? — Да, — омега достал из кармана диктофон, — ваш младший брат Джейсон сегодня днём передал это нам, сказал, что важно. Билл приподнял бровь и взял диктофон в руку, но включать его не стал, вместо этого проговорил, не отрывая взгляда от устройства: — Что-то о моём отце известно? Владлен вздохнул и перелистнул несколько листов в своей папке. — Мы следим за ним уже несколько недель. Ничего вроде подозрительного, но вот в этом и вся загвоздка. Больше никаких покушений не было, никто не появлялся, но и ваш отец каких-то действий не делал. Словно залёг на дно и предпочёл подождать пока буря пройдёт. Но это не мешает ему вести переговоры с партнёрами в США и искать нужных спонсоров. Каулитц фыркнул. — Бизнесмен, блять… Глазом моргнуть не успеет, как ему всадят пулю в лоб. Ладно, проехали, следи за ним и дальше. Теперь скажи мне, вы получили поставку из Испании? Влад кивнул. — Да, наркотики мы переплавили в наш офис в Бельгии, а вот вашу личную посылку я принёс сюда, — с этими словами парень передал в руки Альфы небольшой контейнер, который ранее был в кейсе. Билл осторожно принял коробку и открыл, просматривая наличие нужного лекарства внутри. — Вы думаете, что оно поможет ему? — негромко спросил омега, серьёзно смотря на шефа. Брюнет пожал плечами и закрыл контейнер. — Помочь не поможет, а вот от рецидива на год спасет. — Сами же знаете, что чем дольше вы оттягиваете его, тем сильнее и серьезней он может быть. — Знаю, но я не хочу, чтобы мой брат боялся проснуться неизвестно где и в чёрт знает каком виде. — Вы рискуете, — Влад поднялся на ноги, — он может подсесть на эти вакцины, всё-таки уже четыре года их ему прокалывают. — Не подсядет, в крайнем случае, вакцина может перестать действовать на него и придётся искать что-то новое. — Вы найдёте, — парень слабо улыбнулся, — а если и нет, то сделаете сами. Вы хороший химик. Билл усмехнулся. — Будем надеяться, что до этого не дойдёт. Иди, работай. Омега кивнул и вышел за дверь, а Каулитц откинулся на спинку своего кресла и повертел диктофон в пальцах. — Дожили, за собственными родителями слежу и подслушиваю их разговоры. Мотнув головой, он нажал на кнопку. — Я кажется, тебе уже не раз говорил, не звони мне! — по голосу было ясно, что Крис зол, но, в то же время, напуган. — А мне плевать! Я не виноват, что у Лукаса появилась эта идея «Х», и он вплёл в неё меня. Я не он, так что оставь меня в покое. Билл напрягся, уже внимательней вслушиваясь в разговор папы и, по всей видимости, того самого «одноклассника». — Грегори, чёрт тебя дери, прошло уже двадцать три года с того времени! Отец моего сына Алекс, а не ты, пойми же. Билл шумно выдохнул, но заставил себя дослушать всю запись. — А тебе никогда не приходила мысль, что мы с Лукасом не так уж и отличаемся друг от друга? Да пошли вы оба, я не дам издеваться над собственным ребёнком, в отличие от вас, запомни это! Некоторое время на записи стояла тишина, а потом в ней раздался холодный и непривычно твёрдый голос его папы. — Если понадобится, да, убью, а кое-кого и снова на тот свет отправлю, передай это ему когда будешь навещать его «могилу». После повисла тишина. Билл моргнул, стараясь осмыслить всё то, что узнал из этого разговора. Первое: очевидно, этот Грегори уже не раз звонил Крису, провоцируя или же запугивая. Второе: его папа знаком с Лукасом, то есть с Диамантом, родителем Тома, а то, что это именно он, Билл не сомневался, поскольку слишком много совпадений. Третье: у этих троих какая-то тайна в прошлом, в которой замешан он и Том. Парень вздохнул и закрыл глаза. Мозг кипел от переизбытка информации, мысли перескакивали с одной на другую, не в силах остановиться на чём-то одном. Билл сжал виски пальцами и ругнулся сквозь стиснутые зубы. — Думай, Каулитц, думай. И подозревай своего родителя хер знает в чём! Вздохнув, он встал из-за стола и, прихватив с собой лекарство для Дина, направился на выход, стараясь держать себя в руках. Набрав номер брата, Билл выехал на дорогу по направлению к своей личной квартире, на которой он лечил парней и собственные раны заштопывал. — Да, Билл, — поднял трубку Дин. — Приезжай на Моргенштрасе, — без лишних слов проговорил старший, следя за дорогой. — Оно пришло? — только и выдохнул подросток. — Да, так что пляши, ещё год можешь спокойно пожить. Подготовь всё, я скоро подъеду. — Хорошо. Билл убрал мобильник в карман, надавив на газ. Чем быстрее вакцина попадёт в организм младшего, тем сильнее будет от неё эффект.   Да, она влияла на психику, а именно укрепляла её и восстанавливала нервные клетки. Да, был риск, что Динар мог подсесть на неё, так же, как и многие подопытные, но этого не будет, поскольку в вакцину добавляют своеобразный антидот, который не позволяет зависимости развиться. Наткнулся Билл на эту вакцину около пяти лет назад, когда искал хоть что-то, что может убрать эти рецидивы или хоть немного их отодвинуть на дальний срок. Год ушёл на исследование всех побочный эффектов и пользы, прежде чем он вколол её Дину. То, что она действует, они поняли через неделю, когда должен был быть предполагаемый срыв нервной системы. В те дни Динар просто был немного взвинчен и самую малость напуган, но всё прошло хорошо, и нервные клетки начали потихоньку восстанавливаться, а срывы происходили всё реже и реже. С того момента Билл начал заказывать эту вакцину у своего партнёра в Испании. Он ему оружие посылал, а в ответ принимал наркотики и лекарство. Бесчеловечно и цинично, за жизнь других спасать свою? Но никто и не говорил, что Каулитц святой праведник. К своей цели он идёт напролом и любой ценой добивается желаемого. Он мог быть жестоким и без принципиальным, когда дело касалось его близких, он мог подслушивать разговоры, следить за ними, но загвоздка в том, для чего он это делал. Не из-за маниакального контроля, а просто из-за того, что он их защищает и оберегает. Правда некоторые этого не понимают и скрывают то, что какой-то гандон к нему пристаёт. Билл вздохнул, заворачивая на парковку. — Бегай пока. Разберусь с Дином и Томом, потом за тебя возьмусь, конкурент херов. Дин сидел на кушетке и кусал губы, стараясь не нервничать. Его руки были открыты, шею обвивал своеобразный ошейник с трубками, на голову надета шапочка с электродами, которые шли к монитору. Нет, он не играет в робота, а готовится к тому, что вакцина проникнет в его организм. Укол — это лишь полбеды, но и он причиняет боль, как только поступает в вены. После, через трубки на ошейнике, поступит антидот, которые защищает от зависимости. Как? На внутренней стороне ошейника есть микроиглы, которые вонзятся в шею, давая жидкости проникнуть в артерии и вены. А электроды покажут мозговую активность, и какие участки сознания ещё «мертвые», то есть не работают в полную силу. Подросток нервничал. Каждый раз после этой процедуры, день точно, он просто лежит на кровати и приходит в себя, зато потом целый год или чуть меньше он может спокойно жить. Мальчик обнял себя за плечи и слегка склонил голову. Ясное дело, ему страшно. Любому было бы страшно на его месте, всё же все боятся боли и того, что психика может дать сбой. Каждый раз он в глубине души молился, чтобы всё прошло хорошо, чтобы у него не было заражения крови, чтобы организм не выработал иммунитет против этой вакцины, чтобы она помогла, несмотря на то, что он был атеистом и не верил в Бога. Хотя нет, Бог у него как раз был, его старший брат, который любой ценой спасёт и защитит. У каждого своя религия, у кого-то это церковь и мессы, а у других — близкие люди, которые всегда рядом и поддержат в любую минуту. Динар зажмурил глаза и замотал головой. Нет, нельзя быть слабым, нельзя разводить сопли, он Альфа, он не должен выказывать свою уязвимость… не должен, нужно быть сильным. Но как это сделать, если боль пронзает насквозь, если кажется, что сердце остановит свой ход, во время очередной процедуры, если сил терпеть больше нет? .. Вдруг, на плечи легла рука и прижала парня к сильной груди. — Успокойся, — прошептал Билл, едва заметно касаясь губами уха брата, — всё хорошо, я здесь, тихо. Дыши. Динар послушно задышал, чувствуя, как тело расслабляется, а сердце замедляет свой ритм. Он зарылся лицом в грудь старшего и вдохнул его запах, который создал иллюзию безопасности и поддержки. На время. — Всё нормально, — голос предательски дрогнул, выдавая его волнение, — давай уже покончим с этим. Билл закатил глаза и отстранился. — Вижу я, как всё нормально. Ложись. Подросток ничего не ответил, послушно укладываясь на спину, и прикрыл глаза. Не хотел этого видеть, просто не мог. Каулитц-старший обработал собственные руки в перчатках спиртом и осторожно достал две ампулы на первое полугодие из контейнера. Первая ампула была с самой вакциной, другая — с антидотом. Затянув руку брата жгутом, он начал водить пальцами по ней, ища вену. Когда же она нашлась, Билл осторожно ввёл в неё иглу шприца. Динар дёрнулся и рвано задышал, когда лекарство начало проникать в кровь. — Не дёргайся, — строго проговорил брюнет, следя, как определённое количество кубиков поступает в него. Отсчитав нужное количество, он вытащил иглу и согнул руку в локте, переключаясь на другую. Когда же и вторая рука была обколота, Билл взял в пальцы антидот. — Просто потерпи несколько секунд, потом жжение пройдёт, будет головокружение, но если начнёшь терять сознание, сразу скажи мне. Понял? Динар слабо кивнул, так как боль от вакцины была адской. Билл вздохнул и подсоединил сеть трубок к ампуле, предварительно положив руку на грудь парня, чтобы он не дёрнулся в первые мгновения. Нажав на кнопку на аппарате, брюнет стиснул зубы, услышав сдавленный крик сквозь плотно сжатые губы. Грудь под его рукой задрожала и хотела выгнуться, но вместо этого задёргалась в конвульсиях. Билл схватил брата за плечи и придавил к кушетке, не позволяя дёрнуться. — Терпи! — прошептал он, всматриваясь в искажённое от боли лицо младшего, который широко открыв глаза, смотрел на него. Постепенно тело начало успокаиваться и замирать, а глаза подростка увлажнились. Дёрнувшись последний раз, он заскулил и расслабился, но горячие струйки слёз потекли по его щекам. Билл осторожно снял ошейник и начал протирать кровоточащие ранки. — Тихо, всё закончилось, тихо, — успокаивал он, вытирая кровь и забинтовывая шею мальчика. Динар дрожал от боли, что душила его, и тихо всхлипывал, уже не в силах сдерживаться. Когда ты один на один с болью, все маски и привычки катятся к чёрту, и наружу выходят настоящие чувства. Из наглого подростка, он превратился в слабого ребёнка, которому нужна защита и забота. Билл закутал младшего в одеяло, которое лежало рядом, и достал мобильный из кармана, набирая номер Тома. — Да, Билл. — Я сегодня переночую у родителей, есть кое-какие проблемы. Не волнуйся, утром буду. — Серьёзные? — Достаточно, не переживай, всё уже хорошо. — Окей, буду тебя ждать. — Спасибо, Лисёнок.