Бывший лучший друг

мечтал ли ты когда-нибудь свежий глоток воздуха вдохнуть? просыпаясь по утрам бесконечное «люблю, люблю» читать? мечтал ли ты объятий таких крепких-крепких? чтоб не уйти и не вздохнуть? мечтал ли ты корзинку персиков у дома? а я с трепетом ждать бы у забора. мечтал ли ты встречать рассветы и провожать закаты? мечтал ли ты с разбегу сигануть в бескрайнее море? мечтал ли ты пушистых крыльев за спиной? чтоб улететь туда, где хорошо где все мечты — явь, и не существует горя? где рассветы там теплее солнца, а закаты длиньше расстояния до морского донца? где душа смеётся, а глаза плачут, где настолько хорошо, что сердце скачет. чтоб улететь туда, где ты и мы б с тобой были бы одни. насчитал, сколько ты «мечтал»? красивая бумажка, правда? видать, судьба посчитала лишним иметь тебе меня.

Ближе к девяти утру к дому приехала чёрная ауди. Человек Кая принес с собой и балон бензина и, пообщав, что бугатти в скором времени будет у высотки, в которой квартира Монтгомери, передал ключи ауди парню. Как только появилась связь Руми первым делом позвонила Сэму — тот сильно беспокоился и обещал придушить каждого, кто не найдет госпожу. Девушка, лишь виновато ойкнув, улыбается в трубку, клянётся, что все в порядке и обещает вернуться как можно быстрее. Ллойд, слыша разговор Руми, усмехается и обзывает Сэма «нянькой». Дорога проходит в полной тишине. Сил у девушки практически нет, не смотря на то, что только ещё девять утра, а горячее солнце обещает не менее горячий день. Виновница всему вчерашняя погода неясная, да ещё и сказывается бессонная ночь на жутко скрепучем, неудобном диване. Руми, наслаждаясь мягким креслом машины, обещает самой себе, что обязательно ещё отоспится у себя в номере и решает, пока есть время, подремать и в машине.

***

Кай после кофе и горячих поцелуев Скайлор сразу одевается, беря с собой ключи от своей машины, обещает скинуть все обязанности своему секретарю и вернуться пораньше. На это Скайлор лишь улыбается и, на последок чмокнув в щёчку, закрывает за женихом входную дверь. Девушка, пока не будет парня, думает спуститься в бассейн, дабы подбодриться, и хотела было уже захватить полотенце, как в дверь стучат. Скайлор, думая, что Кай определённо что-то забыл, усмехается и открывает дверь, с неподдельным удивлением смотря на гостью. — Братец не дома? — Он недавно только ушёл, — мотает головой Скайлор и, опомнившись, отодвигается в сторону, приглашая в дом. Ния, улыбнувшись, стаскивает с плеча сумку и входит в дом, бросая ее куда-то в прихожую тумбу. — Сегодня какой-то выходной или я чего-то не знаю? — Решила сделать для себя выходной, — ухмыляется младшая Смит и проходит в зал, устало плюхаясь на диван. — Бесючий Кай приставил ко мне не менее бесючих нянек, от которых фиг оторвёшься. Но я не я, если не сбегу от них, — подмигивает та, вызывая у Скайлор смешок. — «Бесючие няньки» это те лысые амбалы в костюмах? Я бы от них сама бежала, — девушка тоже следом садится на диван и мысленно решает, что сегодняшний поход в бассейн плавно перенесется на завтра. — Так почему не в университете? — Не спрашивай, — шумно вздыхает Ния, поджимая губы в тонкую полоску. В универ не хочется от слова совсем. Туда, конечно, всегда не хочется, но в это утро особенно. — Как ты поняла, что любишь Кая? Скайлор, до этого сидящая в расслабленной позе, замерла от неожиданного вопроса и, с минуту подумав, ёрзает на месте, приподнимаясь со спинки дивана. — Сложный вопрос, — цокает девушка и теребит спадающий локон блестящих на свету волос. — Наверное, это не я поняла, а мое сердце. Ния, оторвав взгляд от подруги, кусает губу и смотрит сквозь всего, уходя в себя. С минуту в комнате висит абсолютная тишина, лишь легкий ветерок от открытого окна чуть колышет тюль. — В первый раз когда я увидела Кая, подумала «что за чудик? Никогда с ним не буду встречаться», — улыбнулась воспоминаниям Скайлор, закусывая губу. — Сперва он казался мне каким-то холодным принцем, возможно, и был слегка пофигистичным, но позже почему-то хотелось встречи с ним. Знаешь, это какое-то непонятное чувство, когда он рядом, и кажется, что вся твоя вселенная сосредоточена только на нём. Это когда и больно и приятно. А когда рядом его нет, внутри будто пусто становится, а глаза всё ищут его. Глупая влюбленность? Возможно. Говорят, лишь человек способен понять свои чувства, а я.. я в это время не понимала всю себя. Чувства, как распутавшийся клубок: ты вроде и пытаешься закатать его обратно, ищешь конец и начало, развязываешь узлы, ходишь вокруг да около, и вдруг что-то щёлкает в голове. Ты понимаешь, что всё дело в нём, в этом парне: мимолетные взгляды, случайные касания, казалось бы, мнимая связь, красная нить, что свзявывает наши запястья, бешенный ритм под грудиной и беспорядок из бесконечных мыслей в голове — всё это и было воображаемым распутанным клубком. Обратно намотать — по полочкам всё разложить. Понять откуда начинается эта нить, это непонятное чувство. А оно начиналось с Кая. С того самого «чудика, с которым я бы никогда не втречалась». — Ты права, — кивает Ния и, сглатывая вязкую слюну, переводит взгляд на подругу. — Это сложно.

***

— Чёрт возьми, — Сэм с силой пнул близлежащую бутылку, что та со звонким скрежетом покатилась по асфальту. Телефон разрывался от звонков, ещё только десять часов утра, а его нервы уже на пределе. Руми звонила час назад, так что они должно быть уже подъезжают. Вновь звонок от одного и того же контакта, вновь полный ярости вздох и палец правно скользит по «принять вызов». — Да, Госпожа? — Сэм, клянусь, если эта бессовестная девчонка не позвонит мне и не скажет, что с ней всё в порядке, я взорвусь и пусть мой прах развеют перед ее же лицом! — Госпожа, она недавно звонила мне, сказала, что уже в пути и не о чем беспокоиться, — вновь врёт тот, впиваясь ногтями в ладонь и оставляя на ней красные полумесяцы. Кто-то из своих людей успел уже доложить вчера ночью маме Харуми, что девушка исчезла. Злость Сэма на этом не закончилась, и пришлось лжеклясться перед чужим родителем, что эта «бессовестная девчонка» ночует у своей подружки, а у телефона в самый неподходящий момент закончилась зарядка. — Госпожа, терпение, и она Вам позвонит. — Ох, Сэм, — вздыхает женщина в трубку, а мужчине кажется, что асфальт под ним прогнулся под непосильной чужой ношей. — Как приедет, открути ей за меня бошку. — Обещаю, — цедит сквозь зубы Сэм и, опомнившись, тут же пытается разрядить обстановку, как вдруг замечает невдалеке машину. — А вот она и приехала. Чёрная ауди плавно останавливается у отеля, а Сэм, может покляксться, что слышит в трубке вздох облегчения. — Пусть приедет ко мне. Сейчас же. Мужчина, ответив, что та скоро будет, кладёт трубку и спешит засунуть смартфон обратно в карман брюк. Дверь ауди бесшумно открывается, и из машины выходит сонная девушка. На голове, откровенно говоря, гнездо, кулачки то и дело потирают ещё закрытые глаза, а Ллойд, опустив тонированное стекло, активно махает замеревшему Сэму. — Здравствуйте, — ломает тонкие губы в фальшивой улыбке мужчина и тянется к девушке, придерживая за чужой локоть, дабы та не полетела вниз. — Скажи набрать мне ванну и пусть нальют вина, — шевелит пересохшими губами та, еле перебираясь с ноги на ногу. Всю дорогу Руми спала, но даже час сна не смог справиться с сонливостью. — Конечно, Ваше сонное Высочество, но, боюсь, только после аудиенции с вашими родителями, — говорит тот, всё ещё помогая перебираться Харуми, а девушка в руках замирает. — В смысле?

***

— Сегодняшняя уборка из меня все соки выжала, — вздыхает женщина и, вытирая влажный лоб, расплывается в лёгкой улыбке: от проделанной работы сверкает дом. Коул за все эти месяцы, пока она проходила лечение в больнице, не убирался в доме от слова совсем, что на некогда чистых полках с любимыми романами лежал слой пыли. — Врач сказал, что тебе нужен отдых, — хмурится парень и ставит перед матерью тарелку со свежевыпеченной в духовке картошкой и соусом гуакамоле. Мама сразу после выписки взялась за уборку, даже не попив ободряющего чая после больницы. Коул, лишь вздохнув, ставит подле тарелки с горячей едой и ложку. — Ты должна набираться сил. — Выглядит вкусно, — улыбается женщина и спешит попробовать блюдо сына. Коул за всё это время мало чего дельного готовил, скорее варил лишь рис и ел еду быстрого приготовления. А на сегодня в честь выписки мамы из больницы парень решил встретить ее должным образом и специально для этого искал рецепты в интернете, на ходу подбирая принесенные человеком Харуми продукты в холодильнике. — В скором времени и я найду работу. Негоже матери висеть на плечах сына. Должно быть, трудно совмещать работу с учёбой. — Да нет, — тихо отвечает тот и, наложив и в свою тарелку немного картошки, садится напротив. — Приятного. — Приятного аппетита, сынок. Коул не сказал матери о Руми. Не говорил, откуда берутся столь дорогие продукты на их столе, не говорил, каким образом оплачено не менее дорогое лечение матери, не говорил, как ему удалось устроиться на учебу в самом престижном университете в Ниндзяго. Она сама решила, что на работе у Коула в отеле прибавка, и выпускной диплом никогда не любившего учебу сына хорош, что его взяли на бюджет. Коммерческий им просто не светит там. Баккет каждый день борется с мыслью о том, что ложь — плохо, судорожно ищет для себя оправдания и бежит от правды. Парень каждый день обещает самому себе и мысленно маме, что признается сегодня же. Но похоже это сегодня ещё не настало. — Я постараюсь устроиться в столовой неподалёку от нашего дома. Им нужна посудомойщица, — женщина всё с таким же трепетом ест картофель, мысленно восхищаясь умениям сына, а внутри Коула трескается сердце, невидимой пылью оседая под мамины ноги. — Я наелся, — прочищает горло парень и, поставив ложку обратно в тарелку с недоеденным картофелем, поднимается со стола, спеша выйти из кухни, резко ставшей невыносимо душной. Женщина, замерев, проводила сына непонимающим взглядом и, медленно пережевывая, смотрит на так и не тронутую тарелку с уже остывшей едой и ложкой в ней. — Дурашка, — шепчет под нос та и убирает ложку с тарелки.

***

Руми, расстегивая на ходу молнию с кожанки, выходит из родительского дома и, остановившись у крыльца, смотрит на небо. Мама переживала, отец стыдил, что позволила себе вольничать в такой час, не предупредив, а у девушки уже голова кругом. Сэм обещание выполнил, по указанием матери открутить бошку Руми, пусть и мысленно. Девушка, закусив губу, вздыхает: глубоко внутри она понимала родительскую опеку и даже винила себя за неосторожность. Всё же нервы мамы важней. Такси должно вот-вот приехать. Скайлор отправила сообщение с местом встречи с пометкой «срочное». Срочное, не срочное, но Руми всё же решает поехать, развеяться и просто расслабиться, пока Сэм распоряжается, чтобы все вещи девушки были незамедлительно перенесены из отеля в новую квартиру в центре города, ключи которой сейчас приятно холодили пальцы в кармане. После неприятного случая отец дал выбор: жить в их доме или же в квартире, естественно под присмотром Сэма. Девушка, разумеется, выбрала второй вариант. Пусть хоть и так, но всяко лучше, нежели в доме с двумя парами испепеляющих глаз. К дому подъезжает белая тойота, и Руми, чуть ежась от вечернего ветерка, тут же спешит сесть в машину.

***

В помещении душно, пахнет дорогими сигаретами и алкоголем. Ллойд, с характерным звуком откупорив бутылку виски, наливает блестящую в свете сафитов жидкость в два пузатых бокала, передавая один из них Каю. Смит, сделав довольно большой глоток, щурится и наблюдает, как друг, не притронувшись к бокалу, задумчиво сверлит взглядом пустоту. — Как поездочка? — прерывает молчание Кай, с лёгким прищуром смотря на друга, который, честно сказать, сам не свой. — Если не считать кражу бензина, которую Руми наверняка считает подстроенной, всё относительно неплохо, — пожимает плечами парень и делает первый обжигающий глоток. Макушка горит от непрекращающихся взглядов здешних мест светских львиц, а в голове одна конкретная. — Я бы тоже посчитал кражу подстроенной, не в обиду, — пускает смешок парень и наливает себе ещё. — Поговорим немного о тебе? Например, о том, с каких это пор Скайлор начала отпускать тебя в клубы? — хитро улыбается Ллойд и смотрит из-под спадающей медовой челки на парня, прекрасно помня, как красноволосая не любит отпускать горячо любимого жениха. Кай, ухмыльнувшись, выпивает до дна и, положив бокал на стол, переводит взгляд на друга. — Я обещал много не пить, — отвечает тот, а Ллойд звонко смеётся. — Она с Нией пошла по магазинам выбирать подарок Еве, говорила, что прихватит и Руми. А я после клуба заберу обоих Смит. — Скайлор ещё не Смит, — ухмыляется Ллойд, делая глоток виски. — В скором времени, — подмигивает тот, расстегивая пуговицы рубашки. Переодеться времени не нашлось, в силу того, что Скайлор торопилась. В темном помещении, где светом служат лишь софиты, жарко, а кондиционеры над головой уже не спасают. — Завтра Еве уже пять. Того глядишь, и восемнадцать стукнет, и внуков качать будешь. — О нет, — отмахивается Монтгомери, а Кай прыскает от смеха. — Я ещё молод и полон сил, а Еву запру в замке и приставлю дракона. Пусть ее Адам пощекочет себе нервишки, перед тем как найти. — За Адама и его нервишки, — улыбается Кай, подняв бокал вверх, где искрится блестящая жидкость цвета шафрана, и выпивает виски залпом. Бокал осушается быстро, а пальцы уже тянутся к бутылке за новой порцией. — Ну, а пока Адам ещё растёт, завтра мы придём ближе к трём. — Предупрежу повара, — кивает тот, опуская бокал на стол. Каждый день рождения Евы проходит в домашней обстановке без лишних гостей. Девочке приятно, отцу не сложно. Ллойд никогда не экономил на подарках и сам в секрете от девочки прячет большую коробку у себя в кабинете. Помпезных мероприятий не будет хотя бы до восемнадцати. Ребенку не за чем подарки с рук чужих, а круглый стол с близкими людьми вполне заменит поздравления незнакомцев. — Хейли больше не появлялась? — тихо спрашивает Кай, кажись, громкая музыка перехватывает голос, но Ллойд вопрос отчётливо слышит. — После того раза нет, — хмыкает Монтгомери, постукивая пальцами по столу в такт играющей в клубе музыке. — После всего глупо появляться. Она ничего не добьётся, а я ничего не изменю. — Согласен, — слабо кивает Кай, задумываясь. Какой бы Хейли дурой не была, Еву как ни крути жалко. Да, возможно, девочка ни в чём и не нуждается, сыта и крыша над головой, но все, закусывая губы, продолжают из года в год слушать лишь одно желание — пусть скорее придёт мама. Ллойд любит и лелеет дочь, деньги текут бескончаемыми реками, но одного всё так же не купить. Материнской любви. Почему-то перед глазами всплывает фигура одной конкретной девушки. Руми кажется Каю хорошей — Скайлор от нее в восторге. К тому же и друг однозначно к ней дышит не ровно. К слову, Кай с удовольствием бы погулял после своей свадьбы. Что не сделаешь ради друга. — Что у вас с Руми? Минутное молчание повисло за столом неловкой тишиной. Кай сверлит глазами Монтгомери, а Ллойд отвечать не торопится. Возможно, и сам не до конца понял. — Общее детство, — отвечает тот и сразу тянется к бутылке, наливая до краёв. Разговаривать об этом нужно точно не на трезвую голову. — А что на счёт настоящего? — вскидывает бровь Смит, наблюдая, как друг опрокидывает в себя бокал виски. Горло приятно жжёт, а в голове всё та же тошнотная трезвость. Внутри коллабс, все мысли взрываются по одной, кажись, взрывом громкую музыку вне перекрывают. — Не знаю. Не врёт — Кай это по взгляду видит, по напряженному лицу и сжавшимся кулакам. Видит эту безумную пустыню напротив, молчит, понять себя самого и свои чувства даёт. Этот дикий огонь в глазах друга, что перекрывает радужку, пляшет, картинки сегодняшнего утра кидает, а губы всё так же тянутся к бокалу, как к последнему источнику. А Кай соглашается негласно, сам к бокалу тянется и думает, если бы всё было бы так просто, это была бы не жизнь, а фильм. Чертов дешевый роман с наиглупейшим сюжетом и до предела наигранными чувствами. Вот только камер нет, режиссера тоже. Видимо, матушка-судьба уже сама попкорн взяла и наблюдать за комедией сверху стала. Каю бы усмехнуться горько, друга по плечу похлопать, а небес благодарить за второстепенную роль.

***

Руми, заплатив таксисту, выходит из машины и сразу встречает подруг. По словам девочек, завтра день рождение Евы, и завтра намечается маленький, но праздник. Девушка на это лишь охает и согласно кивает: девочку обрадовать всё же хочется. Но Ллойд не говорил об этом. Не говорил о дне рождении Евы. Может он не хочет, чтобы она приходила? Или он с бытовыми заботами так беспечно забыл? Руми отчаянно верит во второй вариант. Без приглашения заявляться на чужой праздник не входило в планы девушки, а Скайлор же уверяет, что всё в порядке и велит выбирать подарок. В магазине игрушек много всего, но подходящего так и нет. Пока Ния вертится вокруг кукол, а Скайлор ходит вокруг прилавок с детской декоративной косметикой, взгляд Руми падает на велосипед. В голове отчего-то промелькнул тот самый маленький мальчик, в чьих волосах солнце, а взгляд такой буйный, дикий и твердый ещё с юных лет. Маленький велосипед, с серебряными вставками, с розовым аккуратным сидением и блестящими колесами он смотрится привлекательно. Спереди имеется розовая под цвет самой седушки корзинка, а педали, украшенные мелкими серебряными звёздочками, красиво переливается на свету. — Надеюсь, Ллойд не такой строгий папуля и разрешит Еве прихарашиваться, — вздыхает Скайлор, держа в руках довольно большой набор детской декоративной косметики. — Господи, почему мы не взяли чёртову каталку. Руми, а ты выбрала что-нибудь? Скайлор, еле держа в руках коробку, смотрит из-за спины подруги на товар и вскидывает в удивлении брови. — Как на счёт велосипеда? — оборачивается к девушке Руми, закусывая губу. — Думаю, дети ее возраста подвижны. — Мне нравится, — кивает та, разглядывая велосипед напротив, и, положив горе-коробку на пол, бежит за продавцом, мелькнувшим средь набитых игрушками прилавок.

***

Коул, проснувшись на пятнадцать минут раньше будильника, спешит встать с кровати. На часах без десяти восемь, а пары начинаются лишь в девять. Парень, приняв водные процедуры, на ходу съедает яблоко, не чувствуя вкуса, и, убедившись, что мама ещё спит, тихо закрывает за собой входную дверь. Коул не знает, когда приходит Ния, но застать ее первее всех он просто обязан — убедиться, что та не держит обиду, и искренне отблагодарить за помощь, какой бы она ни была. Утро Нью-Ниндзяго Сити солнечное, точно парню обещает, что удача на его стороне. Прошлой ночью Баккет никак не мог уснуть. В голове вихрем крутились разные мысли, а как только парень засыпал, перед глазами вновь вырисовывался образ той черноволосой оборванки, что Коулу ничего не оставалось, как встать и судорожно глотать прохладный воздух. Сегодня всё должно проясниться. Сегодня Коул будет спать спокойно. Знакомых ребят из группы Коула пока не было видно, лишь незнакомые студенты и некоторые лектора заходили в здание. Парень решил не заходить в университет и пока постоять у входа. Минута, две, пять, десять — оставшиеся студенты подтягиваются, остальные лектора доходят — ее нет. В душе всё клокочет, сжимает до мельчайших размеров, а глаза все ищут знакомую макушку. Коул, поджав губы, смотрит на телефон. Осталось шесть минут до первой пары. Баккет в последний раз осматривает входные университетские ворота и, шумно вздохнув, разворачивается. Сегодня Коул вновь будет спать неспокойно.

***

Первая ночь в новой квартире на вселенско мягкой кровати Руми пришлось по душе. Отец не соврал, квартира полностью обустроена самой новой техникой и дорогой мебелью, а, осматривая красивый декор, видишь работу не одного мастера. Девушка спрыгивает с высокой кровати и, сонно потерев кулачком глаза, одевает на ноги белые кролики-тапочки, заботливо оставленный папой. Сэм завез в новую квартиру все вещи и вчера вечером отпросился на день. Руми того отпустила, мысленно злобно потирая ладошками, что план отца «следить за дочерью» резко провалился. Пройдя через большую коробку с подарком для именинницы, девушка улыбается. Еве определенно должен понравиться подарок. Не смотря на то, что в душе тупой болью скребла мысль о том, что Ллойд так и не пригласил на день рождения собственной дочери, Скайлор весь вечер по телефону уверяла подругу пойти вместе с ними на праздник. «То, что у Ллойда не голова, а репа, которая переодически забывает всё на свете, не наша проблема» — сказала тогда Скайлор, а Руми, поджав губы, задумалась. Возможно просто забыл. В холодильнике девушка находит молоко и, взяв с полки хлопья, высыпает их в глубокую миску, наливая после прохладное молоко. Найдя на полках холодильника холодный кофе в баночке старбакс, девушка улыбается «правильному» началу дня и, переложив всё добро на стол, ищет пульт от плазмы. Вдруг утреннюю тишину прерывает стук в дверь, и Руми, замерев, переводит взгляд на выход. Сегодня никаких гостей быть не должно, к тому Сэм отпросился на день. Кого в такую рань привело? Пока девушка гадала, кто бы мог быть гостем, в дверь вновь постучались. Руми, закусив губу, всё же двигается в сторону двери и, пару раз щёлкнув в правильном направлении ключ в дверной скважине, отворяет. Никого. Пустой коридор, вдоль которого расположены двери в такие же квартиры. Взгляд медленно перемещается вниз, и девушка, замерев, в немом вопросе смотрит на корзинку с цветами. Ещё раз обведя взглядом коридор на наличие посторонних, Руми берёт довольно тяжёлую корзинку в руки и закрывает дверь. Идея найти пульт от плазмы и продолжить идеальное утро испаряется с головы девушки, и та, поставив корзинку на стол, восхищается кремовыми розами. С другой стороны корзинки виднеется уголочек записки, и пальцы непроизвольно потянулись к бумажке, а глаза немедленно вчитываются текст. «золотистый цвет — цвет солнца и радости. начни свой день так же ярко, как и эти розы. надеюсь встретить тебя сегодня в моем особняке в честь дня варенья Евы. Монтгомери Л.» На лице расцвела глупая улыбка. Руми, закусив губу, дабы не запищать от радости, проводит пальчиками по бутонам и вдыхает аромат. Свежий, лёгкий, утренний. Девушка, присмотревшись, видит, что на самом дне корзинки лежит коробка конфет и, открыв коробочку, пробует лакомство. Шоколад до одури нежный, мягкий и тает во рту, оставаясь приятным послевкусием на кончике языка. Некоторые шоколадки в форме сердец, некоторые круглые, в виде солнца, а некоторые продолговатые, в форме луны. Попробовав уже вторую, девушка блаженно прикрывает глаза: кроме форм, шоколадки отличны друг от друга и вкусом. Миска с хлопьями и кофе от старбакс остаются так и нетронутыми, а Руми, взяв коробочку, лёгкой походкой направляется в спальню. Это утро точно идеальное.

***

Кай, устало вздохнув, зачесывает смоляные волосы назад и заходит в дом, закрывая за собой дверь. Сегодня работы было особенно много, и парень, растегнув рубашку на две пуговицы сверху, закатывает рукава и проходит в гостиную. Легкая тюль колышится от ветерка, который заходит из открытого настежь окна, а в воздухе отчётливо чувствуется знакомый аромат васильков. На часах уже два часа, а Скайлор нигде не видно. Слишком тихо. Слишком подозрительно. Кай, остановившись, щурится и, оскалившись, быстро направляется в сторону штор, тут же одергивая ее в сторону. — Прячешься? — вскидывает бровь парень, а Ния, поджав губы, выдавливает из себя улыбку. — Ох, братик! Как же ты бесшумно зашёл. А я тут кое-что проверяла, но сейчас всё в полном порядке, — часто кивает девушка и, всё так же фальшиво улыбаясь, обходит Кая, свободно плюхаясь на диван под нечитающий взгляд брата. — Почему прогуляла университет? — вскидывает бровь тот и сует ладони в карманы зауженных брюк. — Так сегодня день рождения Евы, я бы не успела на праздник, — пожимает плечами девушка, заводя руки за голову, дабы подпереть затылок. — А вчера? Как бы Ния не пыталась строить из себя неприступную холодную крепость, с каждой секундой под суровым взглядом парня та мелкой крошкой крошится на диван, ещё немного и ветер подхватит — точно улетит подальше. — Не захотела. Парень ухмыляется и, пройдя к диванам, плюхается следом. Ния, закусив губу, принимает немного зажатую позу и сильно трёт шею — непонятное доселе чувство плющом обвило горло, что дышать не дает, и с каждым вздохом тянет камнем вниз. Кай смотрит на сестрёнку и ловит паникшее состояние напротив. — Рассказывай. — Бесючая лекторша Ким, тупые доклады и курсовые, бесючие телохранители, мне продолжать? — безэмоционально спрашивает та, даже не думая продолжать. — Я не про универ, — хмурит брови Кай и поглядывает на Нию, над которой скоро серая тучка появится. — Можешь рассказывать о душевных переживаниях, я выслушаю, пойму. — Ну тогда тащи виски, буду заливать горе, — вздыхает та, а парень усмехается, влепляя младшей слабый подзатыльник и говоря такое приевшееся «детям нельзя». Губ Нии трогает лёгкая улыбка, а в голове проносятся воспоминания из такого заметного ящика «детство», когда брат крал у нее конфетки со дня восьмого марта, когда брат впервые словил у угла очередного сосунка, который бегал верным щенком за тогда ещё девочкой-дюймовочкой Нией. Вот только вместо сосунков за девушкой бегают уже взрослые парни, а на день восьмого марта Кай сам дарит любимые шоколадки Ние, совсем «незаметно» подкидывая в сумочку. Детство уже давно прошло, и они изменились. Университет брата сменился работой, а школа сестрёнки сменилась занудным универом. Время поменяло всё до малейшей детали. — Я больше не ребёнок. Проносится как-то жалостливо и оскорбленно, как кажется Каю, и парень, шумно вздохнув, чуть улыбается. — Знаю. Ния, как будто не ожидавшая такого ответа, вскидывает бровь и смотрит на парня с немым вопросом «братец, ты точно ты?» Кай всегда старался оттянуть этот момент. Он ещё морально не готов видеть свою маленькую сестрёнку с каким-то пацаном. Он всегда оберегал ее. Но время несщадно, и Кай это понимал: настанет пора и он доверит свою маленькую сестрёнку тому самому, который будет так же лелеять и любить черновласку. Но пока есть время, парень не допустит никаких «тех самых» хотя бы до окончания университета — пусть перевернёт для начала весь Нью-Ниндзяго. Вдруг тишину нарушает топот босых ног, в проеме двери медленно высовывается влажная огненная макушка, а две пары глаз удивленно смотрят на вход. — Вы так тихо сидите, — шепчет Скайлор, стараясь громко не шуметь и не прерывать сей идиллию, но оба Смита, переглянувшись, лишь прыснули от смеха. — Посушу волосы феном и обязательно присоединюсь к вам, да-да. — Нам же надо ещё за Руми заехать, — опомнившись, вскакивает Ния и тут же срывается за удаляющейся в спальню девушкой, оставляя Кая вытирать наступившие от смеха слёзы в полном одиночестве.

***

Руми, уложив волосы лёгкой волной, закусывала губу. В высоком зеркале виднеется нежно розовое платье, доходящее до середины бедра. Платье с еле заметным декольте, обрамленное мелкими жемчужинами, на поясе виднеется темная атласная лента, так правильно обвивающая тонкую талию, а на самой юбке звездопадом рассыплен блестящий на свету жемчуг — смотрится на правильной фигуре идеально, но в душе всё такое же чувство, что чего-то не хватает. Девушка пшикает гуччи флору на запястья и, натерев за одно и шею, остается довольной образу. Вздохнув, та откидывает белоснежный локон волос за спину и берёт на руки достаточно тяжёлую коробку, украшенную декоративной бумагой. Во дворе девушка взглядом ловит красное ламбо и, крепче сжав бока коробки, дабы не отпустить, направляет в сторону машины.

***

— Пап, ты что? Так нечестно! — девочка, поправляя диадему на голове, забавно смотрит своими глазами пуговками на парня, мило надувая маленькие губки. — Всё честно, — мотает головой Ллойд, вертя в руке шашку. — Король победил королеву. Минус шоколадка. — Да ну, дурацкая игра какая-то, — смешно морщит носик Ева под смешок парня, что-то считая на своих маленьких пухленьких пальчиках, и, охнув, вертит перед лицом Монтгомери маленькую ручку, демонстратируя насчитанные пять пальчиков. — Смотри сколько раз ты победил! Так нечестно, сегодня вообще то мой день рождения, а не твой. — Что? Сегодня твой день рождения? — шутливо охает Ллойд, разводя руки в разные стороны, а девочка, изменившись в лице, гордо задирает носик, который Ллойд несильно щелкает пальцем. — Так сколько же исполняется этой принцессе? — Целых пять! — на этот раз Ева разводит ручки в разные стороны, а парень, хохотнув, хватает на руки девочку и, усадив на свои колени, начинает щекотать за маленькие бока, отчего девочка взрывается оглушительным смехом. — В таком случае я должен поцеловать тебя целых пять раз, — говорит тот, а Ева, хихикнув, подставляет отцу раскрасневшуюся от смеха пухленькую щёчку, что тому ничего не остаётся, как только воплотить сказанное в жизнь. Губы только тянутся, чтобы чмокнуть румяную щёчку, как тут же раздаётся звонок в дверь, и Ева, оттолкнув Ллойда, с визгом побежала в прихожую открывать гостям дверь. Парень не успевает встать с пола, как особняк наполняет детским восторженным визгом. — А у кого это у нас день рождения, а? — Скайлор, войдя в дом, кладёт пакеты на близстоящую тумбочку и тут же ловит весёлую девочку. — Ева, сколько раз я говорил не открывать дверь, — выходит в прихожую Ллойд и, помахав гостям, чешет затылок, рассматривая коробки, завёрнутые в блестящую бумагу. — Ух ты. — И тебе привет, старец, — вздыхает Кай и, положив коробки на пол, проходит в дом, хлопая по плечу друга. — Выпьем? — Конечно, апельсиновый сок, — убедительно кивает Ллойд, а Кай прыскает от смеха. Пока гости расступались, у самой двери парень ловит взглядом белоснежную макушку и, подмигнув, махает. Девушка же, улыбнувшись, кивает и проходит следом, как вдруг ее видит удивлённая девочка. — О, Руми! — хлопает глазками Ева и под хохот гостей тут же запрыгивает на девушку, которая, словив девочку, тут же спешит поздравить. Ещё пару минут и все садятся за стол, который чуть ли не валиться от еды: различные закуски, фрукты, посередине графин, ко всем ожиданиям Кая, с виноградным соком и любимый Евой яблочный пирог. Но на стол пока никто не смотрит — Ева, не скрывая весёлых вскриков, распаковывает подарки. Кай, как всегда, громко смеясь, снимал все впечатления на камеру, Скайлор, улыбаясь, помогала девочке с уже не нужной оберточной бумагой, Руми, тихо хихикая, поглядывали на девочку, а Ллойд, попивая как ни странно апельсиновый сок из бокала, легонько улыбался, наблюдая за всеми. Но все тут же замолкли в ту секунду, когда к столу выходит Ния с большим клубничным тортом в руках, в который вставлены пять аккуратных свечек, и Ева, раскрыв рот, тут же подбежала к столу, гордо занимая место именинницы. — Пожелай всего самого лучшего, — шепчет в маленькое ушко Ния и, на последок чмокнув в висок, отходит в сторону, наблюдая за искрящимися от искреннего счастья глазами. Девочка, с минуту подумав, обводит взглядом торт, уже желая знать каков на вкус красивый блестящий крем и настоящая ли клубничка сверху, и, зажмурив глазки, шепчет что-то под нос, после чего со всех сил дует свечи под громкие овации гостей. — А теперь порежем.. — Нет! — резче, чем хотелось, отвечает Ева, тут же вскакивая. — Я сама! — А как иначе? — улыбается Ллойд и подходит из-за спины к девочке, вручая в маленькие неумелые ручки нож и вскоре накрывая их своими ладонями. Руми, улыбнувшись, следит, как они оба нарезают торт, пусть и неровно, пусть и неаккуратно, но за эту искрящуюся и светлую улыбку можно отдать все. — Пап, стой! На ноже крем остался, дай лизну, — просит девочка. — Ага, язык отрежешь и торт кровью зальешь, — вздыхает Кай, мотая головой под смех Ллойда, а Скайлор, толкнув того несильно в бок, шипит «не пугай ребёнка». — Точнее, давай, тебе положат самый красивый кусочек, с него и будешь лизать. — Нет! — отвечает девочка, протестующе стукнув кулачком по столу. — Я съем только клубничку и пойду краситься! — В смысле, — хмурится Ллойд, а Скайлор, улыбаясь, еле заметно кивает «ес», будто точно попала в яблочко. — Лови свою клубничку, — ободряюще кивает Ния и, специально взяв с центра торта крупную ягоду, как приз, вручает Еве. — Держи. — глаза девочки тут же загорелись озорным огоньком и, взяв ручонками клубничку, тут же всю отправляет в рот, аппетитно причмокивая, после чего тут же слезает со стола, побежав в сторону подарков. — Ох, ну и для кого торт тогда? — шутливо вздыхает Скайлор и садится за стол. — Подождёт твой торт, подарки же интересней, — продолжает наблюдать за девочкой Кай, не без интереса в глазах смотря на реакцию ребёнка. — Вот именно, — кивает Ния и тут же тянется к кусочку пирога, совсем наплевав на диету. — Это ещё она подарок Руми не видела. — Вы меня огорчаете, — шутливо вздыхает Скайлор, смахивая несущую слезинку. — Ну я бы и сам не прочь покататься на велосипеде, если б был пятилетней девчонкой, — пожимает плечами Кай, а Ллойд вскидывает в удивлении брови. — Велосипед? Комнату тут же оглушает очередной веселый писк, и Ева, полностью распаковав подарок, радостно припрыгивает. — Второй велосипед! — прыгает от радости девочка, а Ллойд, всё так же вскинув брови, смотрит на подарок. И вправду велосипед. — Па-а-ап! Теперь мне нужен гараж! — Действительно, — кивает Кай, тянясь к аппетитным пирожным. — Этот велосипед даже лучше! — восхищенно вздыхает девочка, вызывая у присутствующих смешок. — Ну вправду! Этот велосипед розовый, а папа дарил мне желтый. — У-у, как ты мог, — щурится Скайлор и бросает осуждающий взгляд в сторону парня, жуя восхитительно пышный и мягкий пирог, рецепт которого точно узнает у повара семьи Монтгомери. — Вообще-то не жёлтый, а золотой! — спорит Ллойд, серьезно поглядывая на дочь, которая, скрестив ручонки, не менее серьёзно топнула ножкой: — Жёлтый! — Сразу видно в кого Ева пошла, — пожимает плечами Ния, разводя руками, а Руми, сидевшая рядом, тихо хихикает. День плавно близился к вечеру, все сытые и довольные до предела. Руми же решила посидеть у крыльца, желая немного подышать свежим воздухом. В душе от такого лёгкого и в то же время домашнего праздника оставалось приятное послевкусие. Этот день точно запомнится и отложится в папку «драгоценное». На небе ни облачка, легкий ветерок приятно лижет оголенные плечи, и Руми, приятно ежась, прикрывает веки. Вдруг слышится звук открывающейся двери, топот, а после правая часть лица горит от чужого взгляда. Руми, открыв глаза, поворачивается и встречается с полными интереса глазками напротив. — Что делаешь? — просто спрашивает девочка и садится рядом на ступеньку. — На звёзды смотрю, — улыбается девушка, а Ева, задрав голову, всматривается в небо, хмурясь. — Но их же нет. — А они на моих коленях, — хихикает Руми, а Ева, переведя взгляд на чужие коленки, которые прикрывал подол платья, хлопает глазками. И вправду на платье красивые блестяшки, что красиво переливаются на свету ламп у дома. — Нравится? — Ух ты! — восклицает девочка, позволяя себе пухленькими пальчиками трогать красивые камешки на платье, дабы убедиться, что это не звезды упали на коленки тети. — Красиво. — Я сама шила платье, — улыбается девушка, принимая комплимент от ребёнка. — Правда? — тут же загорается девочка, ещё более сосредоточенно смотря на камешки. Она может так делать? Руми в глазах Евы теперь поднимается на ступень выше, ведь эта тетя умеет красиво шить платья. Девочка, закусывая губу, совсем не замечает на себе изучающего взгляда со стороны Харуми. — Если не секрет, что ты пожелала, когда задувала свечи? Девочка, услышав вопрос, оторвалась от разглядывания красивых камушек с платья тёти и задумалась. Она впервые в жизни пожелала не то желание, которое загадывала из года в год, и по правде говоря сама ещё не знает, правильно ли поступила. — Я пожелала, чтобы ты со мной и папой сходила на аттракционы, — тихо отвечает та, а Руми вскидывает брови. — Интересное желание. Ева, хихикнув, закивала и перевела взгляд на чистое небо. — Бабушка с дедушкой подарили мне огромного мишку и билеты на аттракционы, — продолжает девочка, на что Руми улыбается, вспоминая родителей Ллойда. — Но если это мои билеты, то значит я могу приглашать кого захочу, да? — Странный вопрос, — пускает смешок Руми, уже догадываясь к чему клонит девочка. — Ну раз ты так хочешь.. — Я настаиваю, вообще-то, — исправляет Ева, а девушка вновь смеётся от такого серьёзного тона мелкой. — Ну раз так то я обязана пойти, — кивает Руми, а девочка тут же вспыхивает от радости, как спичка, одаривая девушку чистой улыбкой. — Тебе понравился велосипед? — Да, а то я уже думала, что буду кататься на жёлтом, — смешно кривится Ева, а девушка улыбается. Подарок значит понравился. — А ещё мне понравилась косметика. — Правда? — спрашивает Руми, а девочка спешит кивать. — Ты ещё не пробовала накраситься? — Пробовала, — обречённо вздыхает та. — Но папа смыл с меня мой макияж, и сказал, что я как будто из фильма ужаса вышла, но он просто ничего не понимает! — Конечно, — серьёзно кивает Руми. — Как-нибудь сама тебя накрашу и не дам папе смыть красоту. Хорошо? — Накрасишь меня перед аттракционами? — воодушевляется Ева, а девушка, улыбаясь, кивает. — Ну вот, теперь хочу чтоб гости поскорее ушли, чтобы пойти на аттракционы. — Ну ты и вредина, — хихикает Руми, ероша мягкие волосы. — Сейчас спрошу у папы, ты только здесь жди, — девочка, получив утвердительный кивок, тут же забегает в дом на поиски отца. Руми же, улыбаясь, медленно поднимает взгляд на небо и видит, как блестящая звездочка срывается с темного полотна и яркой полоской ускользает куда-то вниз. Желания маленькой девочки услышаны.