a little about us

Юнги, на самом деле, никогда не думал, что будет ненавидеть даже саму мысль о скором взрослении сына. Раньше он наивно полагал, что когда Минхен-и научится передвигаться самостоятельно (ползать, для начала), они с Тэхеном будут больше отдыхать и немножко расслабятся. Ага, как же. Восьмимесячный малыш умудрялся уползать от родителей «в самые далекие дали на сверхзвуковой!» Тэхен на подобные высказывания лишь хохотал и говорил, что Юнги преувеличивает. - Конечно же, преувеличиваю, - в очередной раз ворчит старший, пока Ким несет на руках довольного собой ребенка: Хен-и, пока родители отвлеклись, дополз до кухни и разворошил мешок с рисом. – Но это не отменяет того, что он у нас растет настоящим дьяволенком! - Как скажешь, хен, - посмеивается младший, передавая сына мужу. – Я тут приберусь, а вы отдохните. Юнги с благодарностью целует Тэхена в щеку и уносит лопочущего что-то ребенка в гостиную. Там он сажает сына на ковер, сам обустраивается на диване. Минхен пару минут дергает ворс, после задумчиво смотрит на папочку. - Что такое, малыш? – Мин тепло улыбается, слегка наклоняясь вперед. Хен-и уверенно ползет в сторону дивана и, достигнув цели, требовательно дергает ткань спортивных штанов папы, не забывая при этом возмущенно агукать. - Хочешь на ручки? – смеясь, интересуется Юнги, впрочем, тут же протягивает руки и усаживает малыша на колени. Тот незамедлительно укладывает головку на отцовскую грудь и бормочет «па», которое выучил совсем недавно. Будто извиняется. – Папочка не сердится. Папочка очень любит маленького дьяволенка Минхен-и. Мин вытягивает сына на руках и под довольный детский смех расцеловывает пухленькие щечки. - Без меня веселитесь? – наигранно грозится Тэхен, появляясь в комнате. – Ох, сейчас накажу! Поцелуйчиковая атака! Он начинает чмокать лицо сына, при этом слегка щекоча бока мужа. Юнги неловко извивается, хохоча и громко требуя личного пространства. Минхен-и, счастливый донельзя, хватается ручками за обоих родителей и нелепо прижимается губками к щеке отца, пока тот самозабвенно целует старшего. - Па! – Звонкий голос ребенка заставляет родителей оторваться друг от друга. Юнги смущенно хихикает и чмокает макушку сына. - Подумать только, этот мальчишка каких-то пару месяцев назад не отпускал меня на работу, - хмыкает Тэхен, толкая мужа так, чтобы вместе улечься на узком диване. Мин кряхтит, но в кои-то веки не ворчит. – А сейчас он ревнует тебя ко мне. - Ты меня тоже к нему ревнуешь, так что вы квиты. – Старший удобнее укладывает сына, чтобы малыш мог наслаждаться вниманием обоих родителей. – И ты должен понимать, что Хен-и занимает в моем сердце больше места, чем ты. Прости. - Вот обижусь и уйду жить к кому-нибудь из ребят. - Они меня поддержат. Ким театрально хватается за сердце, полузадушенно причитая о собственной судьбе и одиночестве, на что Юнги лишь шипит и легко щипает мужа за бока. Тот также ответно щипается, и они начинают мелкую потасовку, совершенно не замечая зевков ребенка. - Скоро заснет, - шепчет Тэхен, поглаживая спинку сонного Минхена, распластавшегося на груди папочки. – Погуляем, когда он проснется? - Обязательно, - выдыхает Мин, смотря на сына. У него щемит в сердце от взгляда на крошечного мальчика. – Я не хочу, чтобы он так быстро вырос. - Угу. Но это все равно неизбежно. Юнги надувает губки и жмется лбом к тэхеновскому плечу. - Все равно не хочу. - У нас впереди еще несколько лет, хен. – Тэ смотрит на заснувшего сына и прикрывает глаза, чувствуя, как и к нему подступает сон. – В любом случае, он навсегда останется нашим маленьким дьяволенком. Дружное сопение отца с сыном заставляет Юнги почувствовать умиротворение в душе. Он впитывает образы любимых мужчин и через некоторое время тоже позволяет морфею утянуть себя в сонное царство.