Верни мне мою любовь

Он шел размеренными неторопливыми шагами, вспоминая прежние годы своей жизни. Как давно он не был в своей родной компании! Сколько воды с тех пор утекло. Казалось, еще вчера он отдавал распоряжения, отчитывал недисциплинированных сотрудников, исследовал рынок и заключал выгодные контракты, а сегодня он был всего лишь случайным гостем. Довольно странное ощущение… Постучав тихонько в дверь, Клаус не дожидаясь отклика вошел в главный кабинет. Раньше это все принадлежало ему, и никогда прежде он не входил в него с такой осторожностью, соблюдая все правила поведения. Отдав все борозды правления Элайдже, приходилось играть роль второй скрипки и ничего теперь тут не попишешь. Довольно неожиданная атмосфера царила в комнате. Элайджа резко поднялся с кресла, оборонив стопку бумаг. Ручка выпала из его рук при резком махе. Очевидно, он сильно нервничал, что весьма насторожило Клауса. - В чем дело, брат? – усмехнулся блондин, заметив еще одного случайного гостя. Напротив Элайджи сидела миловидная девушка с вьющимися каштановыми волосами, и прекрасными золотисто-карими глазами. Выразительные, четко очерченные губы придавали образу пикантное очарование. Несколько секунд она сидела неподвижно, будто ждала команду оператора. Нетрудно было догадаться, что эта девушка имела самое прямое отношение к журналистике. На ее коленях были разложены карточки с вопросами, которые она ловко перетасовывала, как карты. На громоздком столе лежал маленький диктофон, который она наверняка взяла с собой на интервью. Да, и смущенный вид старшего брата красноречиво говорил о том, что он не в своей тарелке. Прежде Элайджа никогда не общался с прессой, считая это пустой тратой времени. Как же многое изменилось! - Добрый день, - вежливо поприветствовала очаровательная незнакомка. Широко раскрыв глаза, она с любопытством рассматривала Клауса. Ее взгляд был целиком и полностью прикован к гипсу на его правой руке. Повязка через плечо скрывалась под черным распахнутым пальто. Клаус заметил эту противную жалость и сочувствие в ее глазах. Этот ужасный гипс всегда вызывал сострадание, заставлял каждый раз объяснять его причину. Он всей душой ненавидел жалость. Приравнивал ее к слабости. А слабость раздражала его. Всегда считал себя победителем по жизни, а не слабым беспомощным больным, который не всегда может и дверь самостоятельно открыть. Целый ритуал с соблюдением всех предписаний врача, кошмарный дискомфорт при плавании, бессонные «неудобные» ночи на одном боку, строгий запрет на вождение машины. И этот список можно было продолжать до бесконечности! Вот он своеобразный, искренний «подарок» от ненавистного Локвуда. И с этим придется страдать еще долгое время. Чертова сломанная рука! - Добрый день, - воскликнул блондин с натянутой улыбкой. Раздражение едва удалось скрыть под приветливым выражением глаз. Если она хоть слово скажет про его руку, он немедленно выкинет из кабинета эту любопытную журналистку. Пройдя бесцеремонно вглубь комнаты, Клаус взял со стола графин с водой, заполнил пустой стакан и присел рядом. Все же уверенности ему не занимать. Это у них, как говорится, семейное. - Никлаус, познакомься, это Хэйли Маршалл, журналист из местной газеты. Она сейчас работает над статьей. Лицо Элайджи еще сильнее напряглось, что конечно не осталось без внимания Клауса. Он тут же улыбнулся, перехватив смущенный взгляд девушки. - Клаус Майклсон, очень приятно! Он тут же привстал, протянув ей руку. Хэйли улыбнулась в ответ немного натянуто. Она боялась даже привстать, чувствуя чрезмерный напор во взгляде подошедшего блондина. Клаус же наклонился к ней еще ниже, нарушив зону ее комфорта. Его глаза сравнялись с ее глазами так, что она не могла и пошевелиться. Несколько карточек бесшумно упали на пол, но она даже не отреагировала, оцепенев от острого всепоглощающего взгляда Клауса. - Держу пари, мой брат - зануда. Я бы мог рассказать, куда интереснее! – улыбнулся он, открыто флиртуя с девушкой. Кокетливая улыбка произвела неизгладимое впечатление на Хэйли. Девушка недоверчиво и лукаво повела бровью, но ничего не ответила. Его уверенный, властный голос, расправленные плечи, поднятый подбородок и в то же время детская улыбка, искорки в глазах и странная естественность, граничащая с чрезмерной манерностью, вызвали неподдельный интерес. Будь другая ситуация, она непременно улыбнулась бы ему в ответ. Однако, чувствуя пронзительный и волнительный взгляд Элайджи, Хэйли собралась и спокойно ответила: - Напротив, его очень интересно слушать. Я пишу статью об успешных бизнесменах. Уверена читателям будет интересна история жизни Элайджи. Ее голос стал тверже. Взгляд еще более смелым и вызывающим. Клаус понял, что проявил полную бестактность и поспешил загладить свою оплошность. - Простите, кажется, я не вовремя. Зайду в следующий раз. - Нет-нет, мы как раз закончили, - остановил его Элайджа. Хэйли торопливо собрала все карточки, выключила диктофон. Суетливо собрала все карточки и блокнот в свою маленькую сумку. За ней пристально наблюдали мужчины, от чего она еще сильнее нервничала. Уронила даже телефон и на предложение Элайджи проводить ее до выхода, ответила отказом. Она хлопнула дверью, пообещав перезвонить чуть позже. Клаус же сразу расслабился. Больше не было случайных свидетелей. Он молчком подошел к любимому шкафчику, достал от туда виски и заполнил стакан. - Ты спугнул ее, Никлаус. Что за манеры? – начал отчитывать Элайджа. Клаус не стал даже оборачиваться, чувствуя спиной осуждающий и до тошноты правильный взгляд старшего брата. Он выпил еще один стакан виски залпом, соскучившись по терпкому и родному алкоголю. Чрезмерное внимание Ребекки лишало всякой возможности выпить соблазнительные напитки. - Она ведь тебе нравится? – спросил неожиданно Клаус. - Что за вздор? Это всего лишь интервью, - уверенно ответил Элайджа. - Но ты был так взволнован, когда я вошел. На тебя это так не похоже! - ехидно улыбнулся блондин. Столкнувшись с неодобрительным взглядом Элайджи, Клаус продолжал смеяться. Он делал так всегда, когда хотел раззадорить противника. - Твои неосновательные предположения только смешат. Практика общения с прессой – немаловажный шаг в построении успешного бизнеса. К тому же, в будущем Хэйли собирается написать о нас книгу. - О нас? – усмехнулся Клаус. - Скорее о тебе! Элайджа лишь пафосно отвел взгляд в сторону, будто разговаривал с прислугой или своим персоналом. - Хочешь доводы? – не выдержал Клаус. – Одного твоего щенячьего взгляда в ее сторону уже достаточно! Аргумент номер один. Когда я начал с ней флиртовать, ты чуть не спалил меня взглядом. А она при этом чувствовала себя такой виноватой! Изо всех сил пыталась тебе понравиться. Аргумент номер два. Ах да, забыл напомнить, что ты терпеть не можешь прессу! Так что же заставило ненавидящего до мозга костей Элайджу Майклсона принять какую-то сомнительную журналистку в своем кабинете? Один на один? Вот тебе аргумент номер три! Он сделал паузу, придирчиво глядя в глаза брата. Ему никогда не составляло особого труда разгадать любовный интерес Элайджи. Он всегда был слишком предсказуемым. Полное отрицание в психологии дает всегда положительное, подчиняясь и математическим законам. - Жаль Софи. Она в курсе, что ты увлечен другой? Не ожидал от тебя, брат! - Не твое дело, - грубо ответил Элайджа. - Ты должен ей сообщить, что она уже не в статусе вечной невесты. Заполнив еще один стакан виски, Клаус продолжал издеваться над братом. Смотрел на него как на нашкодившего маленького хулигана. Открыто высмеивал его новую пассию. - Я сам разберусь, без твоих умных советов! - Просто удивительно, ты полностью занял мое место, и не только в компании! Брат, каково это любить двух женщин одновременно? Трудно, ведь да? Повторяешь мою жизнь под копирку! Алкоголь до неприличия развязал его язык. Почему-то на этот раз он опьянел очень быстро. Видимо сказывался слишком долгий и образцовый трезвый образ жизни. Элайджа же ничего не ответил. Лишь ловил себя на мысли, как же похоже складывались их судьбы. Он точно также был сейчас загнан всеми непростыми сюрпризами судьбы. Однако меньше всего он хотел выносить на суд свою личную жизнь. - Скоро с тебя снимут судебный запрет, и ты уедешь в Лондон, - неожиданно сменив тему, он снова обрел свою былую уверенность. - С чего это вдруг? - Ты должен вернуться в наш бизнес! Будешь управлять нашим филиалом в Англии. Ребекка предпочитает провести оставшиеся пять месяцев беременности дома. Она не хочет рожать здесь. С Воном я уже договорился, он согласен. Уже занимается визой. Командный тон Элайджи еще сильнее нервировал Клауса. Он снова встал и наполнил себе стакан. Никто никогда не решал за него судьбу. - Ты будешь спорить? Здесь ты работать не хочешь. Твоя бывшая жена выставила на аукцион ваш дом. Все квартиры, машины, предметы искусства, драгоценности и мебель ты оставил Кэролайн. Мог оставить себе хотя бы загородный дом! Твой развод обходится уж слишком дорого! Ты еще и согласился содержать ее, поддерживая привычный образ жизни. Как можно быть таким расточительным! - Ты сейчас будешь каждую копейку считать? – взорвался Клаус, со злостью поставив стакан на стол. Он чуть не сломался под натиском его силы. Выручил лишь качественный хрусталь. - Ты должен взять себя в руки! Здесь ты будешь только пить, играть в покер или того хуже сядешь на антидепрессанты. Влажный климат, родной дом и любимое море освежит твою голову. Да и рождение племянника взбодрит тебя! Клаус хотел тут же возразить своему брату в силу своей привычки – не подчиняться никому. Но на этот раз Элайджа как никогда был прав. Больше его здесь ничего не держало. Дом, родной дом. Из которого, он когда-то сбежал. Удивительно, но теперь он снова бежал. Только теперь в обратную сторону. Он допил свой виски, размышляя о перспективе жизни в Лондоне. Может родной город и в правду даст сил и энергии? Может быть он забудет обо всех своих неудачах? Спокойно переживет окончательный разрыв с Кэролайн. Уедет подальше от воспоминаний о Елене. Вернется в бизнес и все будет хорошо. На короткий миг его душа успокоилась. Но если бы он только знал, чем закончится этот вечер… Он с неким повиновением посмотрел на Элайджу. Кивнул головой. И больше не стал сопротивляться. Собрал себя по частям и выдал покорную улыбку. Элайджа тоже обрел нужное дыхание. Все переживания за брата наконец подходили к концу. Он совсем не ожидал, что Клаус так быстро согласится на его предложение. Вместе с Ребеккой они долго не находили покоя. По очереди следили за каждым шагом брата, опасаясь за него. Что-то подсказывало им, что их брат совсем не спокоен, несмотря на всю свою внешнюю невозмутимость. Он мог рано или поздно взорваться, либо медленно тлеть, сгорая изнутри. Проблемы с законом и личной жизнью. Все сворачивалось в тонкую спираль. К счастью, Клаус спокойно воспринял предложение вернуться в родной дом. Ведь после ссоры с отцом, Клаус так больше и никогда не появлялся. Элайджа спокойно выдохнул. Проводил брата до выхода, набирая по пути номер Терри, чтобы тот встретил Клауса. Личный водитель всегда был у него на быстром наборе, но из-за помех со связью он так и не дозвонился. - Мистер Майклсон, - раздался приятный голос секретаря из телефонной трубки. – К вам Мэйсон со срочным визитом. - Конечно, пусть заходит, - ответил Элайджа. Не успел он набрать повторный вызов, как в кабинет ворвался Мэйсон. Разгоряченный молодой человек тяжело дышал. Пытаясь успокоиться, он схватил стакан воды и залпом осушил его. - Что случилось? – обеспокоенно спросил Элайджа, убрав мобильный телефон в карман. Мэйсон все никак не мог отдышаться. Оглядывался по сторонам и все никак не мог взять себя в руки. - Ты разве не должен был прилететь через два дня? – удивленно посмотрел на него Элайджа. - Должен, - ответил молодой человек. Бросил портфель с бумагами на диван. Снова налил воды. Сделал пару глотков и на этот раз успокоился. - Хотел позвонить Клаусу, но решил сначала спросить тебя. - Ты можешь не томить? Ближе к делу! – потребовал Майклсон. Мэйсон выдержал непродолжительную паузу, а затем продолжил: - Я видел Елену. - Какую еще Елену? - Гилберт. Она продала нас Марселю. - В самом деле? – удивился Элайджа. - Она, что работает на него? - Да. Договоры, отчеты лежат в портфеле. – Он указал на диван и поспешил обратно к выходу. - Стой, куда ты? – остановил его Элайджа. - Клаус, он ведь здесь, да? Я видел его машину. Он должен знать. - Послушай, Мэйсон, не думаю, что предательство Елены будет его интересовать! - Да, это и не важно. Она на днях замуж выходит! Я должен ему рассказать! Элайдже совсем не понравился этот суетливый необдуманный шаг. Эту новость его брат воспримет явно не на «ура». А они ведь только что утрясли все дела! Не хватало еще этой девушки, с которой у Клауса была интрижка три года назад. Кэролайн и так отняла столько сил и нервов. Какая еще может быть Елена? - Не смей ему ничего говорить! – громко крикнул он. Мэйсон был в полном шоке, замерев на месте. Он не ожидал подобной реакции от заботливого старшего брата. Как же он сам мог скрыть от своего друга такую важную информацию? Да, он готов был отдать голову на отсечение, что любая новость о Елене будет его волновать. Несколько раз Клаус признавался ему за бутылкой пива в местном баре, что намеревается нанять детектива или пробить через знакомых полицейских ее местоположение. Тогда Мэйсон готов был тотчас же начать поиски, но на трезвое утро Клаус его сразу останавливал. Живя в счастливом браке с Кэролайн, Клаус не мог больше искушать себя. Боролся с собой и отзывал назад. Стоило ему только узнать о ней хоть что-то, он бы начал копать все глубже и глубже. Зачем же снова начинать все с начала? - Да, Клаус будет только рад! – возразил Мэйсон, припоминая те самые вечера с задушевными разговорами в баре. – Он ведь уже развелся! - Ты, что идиот? – повысил голос Элайджа впервые в жизни. – Ты про судебный запрет помнишь? Клаус сразу сорвется. И потом, если она собралась замуж, значит счастлива. Он и так сейчас ничего не соображает, полный гнева и с желанием отомстить Локвуду. Разрыв с Кэролайн слишком для него болезненный. А тут еще и Елена?! Ты в своем уме? - Но она так удивилась, когда узнала, что Кэролайн его бросила. Я уверен, она снова захочет быть с ним. Пусть он ей хотя бы позвонит! – настаивал на своем Мэйсон. - Какой вздор ты несешь! Ты, что романтических фильмов насмотрелся? Три года прошло. Она, наверняка его ненавидит. А он ненавидит себя. Пусть она живет своей жизнью! Клаус же уедет с Ребеккой в Лондон через неделю. Мы уже все решили. Элайджа был крайне далек от всех этих эмоциональных необдуманных рискованных шагов в жизни. Будучи слишком рациональным человеком, продумывающим каждый шаг с возможным сценарием всех вариантов, он не мог допустить непредсказуемый и очень опасный ход. Все должно быть под его контролем. Продумав все до мелочей, Элайджа позабыл лишь об одном. Ведь дверь в кабинете была не закрыта. И во всей этой суете Мэйсона затерялся Клаус. Он стоял всего лишь в нескольких шагах от двери, внимательно вслушиваясь в каждое слово…