their stories.

— Ахах, да, что ты говоришь? — Чистейшую правду, любовь моя! — Боже. Сынмин уже давно привык ко всем слащавым фразочкам своего парня. Каждый раз он умудрялся придумывать все новые и более откровенные подкаты, отчего у Мина выработался иммунитет к пикапу. Но он все равно ждал, ждал и любил все все фразочки Хенджина, потому что любил самого Хенджина. Очень любил. до безумия — Я посмотрел в словаре синоним слова «прекрасный». Твое имя там тоже было. — Ну, Джинни! кто же знал, что все это разрушится в один прекрасный день

***

— Хах, ему ты тоже говорил все эти фразочки? И как? Ему понравилось? — Сынмин. — Что Сынмин? Я не прав? — Прошу тебя, успокойся. Он просто мой друг. Ничего больше. — Да да.. уже слышал. Сынмин сам не понимал, почему он так отвечает. Почему он вообще завёл этот разговор. Не понимал и не мог остановиться. я знаю, что он друг, но…

***

— Привет, меня зовут Ян Чонин, но друзья зовут меня Нини. Приятно познакомиться! — Д..да, я Ким Сынмин. Мне тоже очень приятно. Лучезарный мальчик с улыбкой ярче, чем само солнце, и ямочками глубже, чем сам океан, очаровал одним лишь своим появлением. — Ну, наконец-то, я вас познакомил, — у Джинни аж от сердца отлегло, когда его горячо любимый парень и никем незаменимый лучший друг пожали друг другу руки. — Ну, пошлите в парк? — он похлопал обоих по спине, но при этом смотрел на Чонина, потому что они давно не виделись. В тот самый момент в сердце Мина что-то очень больно кольнуло, но он предпочёл не думать об этом. зря

***

— Минни, что-то случилось? — Хенджин обеспокоенно посмотрел на Сынмина. — А? С чего ты взял? — У тебя лицо грустное. Мин даже не осознавал, что не контролирует свои эмоции. Да что там, он даже объяснить не может из-за чего вдруг такая перемена настроения. — Аха.. да, просто дораму грустную смотрел. Главного героя так жалко. — Правда? А мне посоветуешь? — глазки Хвана зажглись огоньком интереса. — Потом. Сначала сам досмотрю. Он не знал, зачем обманул. Не знал, отчего на сердце так кошки скребут. Не знал, почему тогда подумал, что Хенджин с Чонином неплохо смотрятся вместе. Не знал и даже не пытался узнать. семя ревности уже было посажено, а Сынмин лишь обильно поливал, вспахивал для него землю и усердно убирал все сорняки

***

* входящий звонок Сын_самыкрасивыймойпареньнасвете_мин * — Алло? — Хенджин, ты свободен сегодня? Знаешь, вышел один фильм, который я очень хочу с тобой посмотреть. — Минни, солнце, прости меня, пожалуйста. Я уже договорился с Нини, что пойду с ним на футбол. — А.. вот как. — Простииии, мы обязательно сходим в следующий раз. Я куплю тебе самый большой попкорн, хорошо? — Конечно, милый. Повеселитесь там! — Люблю тебя! — И я. * звонок завершён * Нет. Нехорошо. Совсем нехорошо. Почему он? Не ходи с ним. Не оставляй меня. Я твой парень, не он. Почему ты делаешь это со мной? он снова проигнорировал эти мысли

***

— Знаешь, Чонин сегодня такое учудил. Услышишь, не поверишь. Так вот.. — Чонин, Чонин, Чонин. Нини тут, Нини там. Я 24/7 слушаю твои рассказы про него, может хватит? Давай ты уделишь внимание мне, а не своему драгоценному другу, — раздраженный тон сам по себе вырвался из уст Кима. Он не думал, что выйдет так резко. — Минни, ты что.. ревнуешь? — А что, если да? — Боже, ты такая булочка, когда вредничаешь, — Хван приблизился к нему, чтобы крепко обнять, но Мин показушно отодвинулся от своего парня в сторону. — Я не разрешаю тебе трогать меня неделю. — Что? Смерти моей хочешь? — Хван наигранно прижал руки к сердцу. — А вот страдай теперь! — словно ребёнок Мин показал Хенджину язык и с обиженной моськой ушел в другую комнату. Но внутри бушевал ураган чувств, что собирался в общую картину под названием «Ревность». Она заставляет тебя на стенку лезть от неуверенности в себе и своем партнёре. Заставляет страдать от постоянной паранойи, что его у тебя кто-то уведет, или же он точно сам тебя бросит ради другого. Заставляет расти чувство ненормального собственничества, отчего хочется скрыть, запереть, никому не показывать своего любимого. Сделать так, чтобы во всем мире остались только вы вдвоём, и никого больше. Отвратительная картина. но Сынмин уже заплатил за нее цену

***

— Минни? — Я ВИДЕЛ! Я ВСЕ ВИДЕЛ! — истерический крик Сынмина ошарашил Хвана. Очень редко, когда можно было застать его в таком состоянии. — Что, что ты видел? — Хах, он еще и спрашивает, — усмешка, перемешанная с отчаянием, сильно перекосила лицо парня. — Я видел, как ты вместе с Чонином ходил в кафе сегодня в обед. Значит, когда я зову его прогуляться, так он вечно занят, а для Нини ничего не жалко, не так ли? — Прошу тебя, не перегибай палку. В тот раз, когда ты написал, я, действительно, был занят. Хочешь, сейчас куда-нибудь пойдем? Или можем никуда не идти. — Джинни игриво приблизился к Минни. Но сейчас Минни не существовало. Вместо него была дикая ревность, переходящая все границы разумного. Буйная и неумолимая она хотела разрушить все на своём пути. Ким был не в состоянии контролировать ее. — Нет, не хочу. Можешь, точно также пойти к Чонину. Уверен, он не откажет, — каждое слово было пропитано глубокой обидой и недоверием. Это очень сильно задело Хвана. — Что мне нужно сделать, чтобы ты понял, что Чонин просто мой лучший друг? Нет, у нас с ним ничего нет. Я люблю, желаю только тебя, и хочу проводить как можно больше времени только с тобой. Почему ты мне не веришь? А Сынмин не в силах был поверить. Страх. Его обуял неконтролируемый страх, что он недостаточно хорош для Джинни, что у них с ним слишком мало общего или же Мину не хватает страсти. Страх, что все это есть у Нини. Страшно, ему так страшно, что это чувство перерастает в гнев, который он в полной мере обрушает на своего парня. — Я верю тебе, но если ты, действительно, любишь и хочешь меня, то перестань с ним общаться, — сначала Хвану показалось, что его любимый пошутил, но достаточно было посмотреть в его глаза, чтобы понять: это не шутка. — Сынмин? Что с тобой? Почему я должен перестать с ним общаться? Мы дружим с пелёнок, ты же понимаешь, что я не могу просто так его бросить? однако в голове Кима эта фраза прозвучала как: «я лучше брошу тебя, чем брошу его» Непонятно откуда взявшаяся ваза со свистом пролетела над головой Хенджина. От шока у Хвана подкосились ноги и он упал на колени, рефлекторно прикрывая голову. — ТЫ С УМА СОШЕЛ? — Я?! Мне кажется, это ты не в своем уме, раз решил бросить меня. — Да, когда я такое вообще говорил? Ким Сынмин, ты пересекаешь черту! — Заткнись. Разъяренный Мин стоял посреди комнаты и часто дышал, чтобы хоть как-то выпустить пар. Он нечитаемым взглядом смотрел на шокированного Хенджина, и вдруг его глаза наполнились слезами. Его разум настолько помутился, что он захотел убить Хенджина, чтобы никто не смог кроме него любить его. Сынмин ужаснулся. Его взгляд перешёл на осколки разбитой вазы, которую он бросил в него. Они казались такими острыми, что Мин никак не мог понять: он хочет зарезать себя из-за глубокой самоненависти, или же он хотел зарезать Джинни из-за его безумной любви. Ким задыхался — Уйди, — еле слышным голосом пробормотал Ким. — Что? — Я СКАЗАЛ: СВАЛИ ОТСЮДА! — кажется, это предложение услышал весь город, настолько громко это было. У Хенджина нет слов. Сильная обида и непонимание заполнили его полностью. Ему ничего не оставалось делать, кроме как встать и медленно, отчётливо делая каждый шаг, выйти из квартиры. Услышав звук закрывающейся двери, Сынмин смог, наконец, вздохнуть. Он медленно сел на пол и закрыл уши. Тысяча, нет, миллионы мыслей и голосов мигом атаковали его голову. Она буквально разрывалась от обилия противоречивых чувств. Но одна мысль сверлила Сынмина изнутри особенно сильно. он точно ушел к Чонину