Полная чаша

Брок открыл глаза и уставился в белый потолок тюремного лазарета. Его он узнал сразу, уже не в первый раз приходилось здесь бывать. Знакомо пищали приборы, знакомый доктор склонялся к его лицу, что-то пытаясь сказать. Но Брок не слышал. Тяжёлые веки опускались, утягивая обратно в небытие. — Мистер Тейлор, — расслышал он голос самого неожиданного гостя, с чего бы Роджерсу вдруг интересоваться его здоровьем, после всего-то? — Как долго он в таком состоянии и почему вы не уведомляете о проблемах со здоровьем заключённых? Доктор Тейлор, тюремный врач, принялся оправдываться: обследования ничего не показали, кровь и ликвор в норме, бла-бла-бла… В сухом остатке сводилось к тому, что заключённый Рамлоу слабеет с каждым днём вот уже три месяца, но никто не знает почему. — А загнись он — констатировали бы смерть и похоронили молча? — рявкнул Стив. — Подготавливайте его к перевозке в клинику СтаркИндастриз. Сегодня же. Доктор сбледнул и отскочил от Стива, глянул ошарашенно. Ещё бы, мало того что Капитан Америка позволил себе орать, так ещё и ради кого? Агента Гидры? Броку было уже всё равно, что в клинику, что на кладбище. Он не мог шевельнуться и с трудом дышал. Как будто на груди лежал камень. Врачи засуетились, обкололи пациента какими-то поддерживающими препаратами, чтобы только доехал и не пришлось бы объясняться с полковником Роджерсом. В Башню на медицинский этаж — Роджерс в последний момент созвонился с Тони и всё переиграл — Брока доставили в восьмом часу вечера. И тут же Стиву позвонил Барнс. Ответил Стив только после десятого гудка. — Стив-Стив-Стив! — его голос звенел такой редкой теперь радостью. — Ты где? Скоро домой? Я в порядке! — Бак, я в Башне. Рамлоу перевезли в медблок на двадцать третьем этаже. Если ты в состоянии, поднимись, пожалуйста. Судя по тому, что у него в медкарте и как вы оба оживились, оказавшись рядом, — тут всему виной один из артефактов. Барнс явился на двадцать третий этаж через пять минут. Хлопнул по плечу Стива, заглянул в палату, где, прикованный к стальным поручням койки наручниками, лежал и довольно бодро вертел головой Брок Рамлоу, но заходить не стал. — Знаешь, сколько мы с ним на пару этих артефактов перетаскали? — спросил Барнс. И, оценив выражение лица Стива, сказал: — Вот и я не знаю. Не всё помню. А он должен помнить, он по каждой миссии отчёты писал. О! Можно же посмотреть те отчёты! Стив немного устало смотрел на Рамлоу, словно и не слышал слов Барнса об отчётах, миссиях, артефактах. В голове теснилось столько всего, что страшно становилось, особенно если «болезнь» как-то связала Баки и Рамлоу, если его придётся терпеть теперь рядом, смотреть в глаза, на вечную ухмылку, как-то пытаться сосуществовать вместе. — Попрошу Наташу обеспечить доступ к отчётам Страйка для Гидры, — одними губами произнёс Стив. — Стиви, ты чего? — спросил Барнс. — Его же не обязательно держать рядом со мной. Посадить его в халкоупорную камеру, пока не разберёмся, что за артефакт сработал, — и всё. — Посмотрим, — нахмурился Стив. Уж он-то понимал, что не будет камеры для Халка, не будет вообще камеры, что Рамлоу отведут небольшую комнату — если только в Башне есть небольшие комнаты — этажом ниже, вошьют чип в холку, как дикому животному, и забудут на какое-то время, предоставив его нуждами управлять Джарвису. Барнс ещё раз заглянул в палату, где вполне бодрый, хотя и изрядно отощавший Брок Рамлоу в больничной распашонке сидел на койке и вертел головой. — Пойдём отсюда, — сказал Барнс. — Что нам тут делать? Оставшись один, Брок накрепко задумался о том, что же сегодня произошло: ему стало хуже, в разы хуже, организм отказывался бороться за жизнь сам, а дальше — аппарат искусственной вентиляции лёгких и возникший из ниоткуда Роджерс, словно оплот справедливости, принёсший свет, блядь, и исцеление в отдельно взятый лазарет. Это всё ладно, только вот какого демона его перевезли не пойми куда и что дальше будет, Брок даже представить себе не брался. *** — Мне это не нравится, — сказал Барнс, когда они со Стивом оказались на своем этаже. — Снова ноет, не сильно, а так… — он потёр грудь. — Наверху не ныло. Чай будешь? — Видимо, расстояние сокращается, — задумчиво протянул Стив, мысленно прикидывая, сколько метров между этажами. Сейчас, когда Рамлоу пришёл в себя окончательно и, судя по всему, не нуждается в медицинской помощи, его можно переселить куда-нибудь поближе, чтобы странное воздействие не так сильно давило на Баки, причиняя дискомфорт. — И на полигон теперь так просто не выбраться, Бак, а только в компании. Барнс хмыкнул. — Я представил, как мы выгуливаем Рамлоу по полигону в наморднике и строгом ошейнике, — объяснил он. — Хотя это уже какое-то извращение из современных получается. — У каждой современной семьи должна быть собака? — в тон ему ответил Стив, запустил кофемашину, а для себя поставил чайник. — А мы заведём барсука? — улыбнулся Баки и обнял Стива. — Но с этим надо что-то делать, мелкий. Скорее бы Беннер что-то узнал. Беспокойство, тянувшее болью в груди, улеглось. Стив выдохнул, устроил голову на плече у Барнса, обнимая в ответ. — Сделаем, разберёмся, со всем разберёмся, Бак. Просмотрим все отчёты по миссиям, опросим живого свидетеля, если понадобится, вытрясем из него сведения. Но мне кажется, он не станет отказываться от сотрудничества. Если это артефакт… — Стив помолчал недолго, подбирая слова. — То обратимся к Тору и асгардским магам. — Не верю я в Тора, и в асгардских магов не верю после того, как узнал про Локи, — проворчал Барнс, наливая в свою чашку сиропы и сливки. — На Беннера у меня как-то больше надежды. Когда пойдём допрашивать Рамлоу? — Не сегодня. Хочу сначала сам проглядеть отчёты, что он сдавал руководству по поводу ваших миссий, — устроившись на высоком барном стуле, ответил Стив, повертел в руках пока ещё пустую кружку. С Рамлоу он хотел сначала поговорить сам, без Баки, с глазу на глаз, так сказать. Выяснить всё для самого себя в первую очередь, понять, почему он не бился до последнего или не сбежал, когда представилась такая возможность, а предпочёл тихо отсиживаться в своей квартире в ожидании, когда за ним придут. Почему молча вытянул руки и не спорил с наручниками. Слишком много «почему». — А мне покажешь? — спросил Барнс и с удовольствием принялся пить кофе. — Может, что полезное вспомню. — Он задумался: — Это же я могу к психотерапевту съездить? Или не могу? А можно пригласить её сюда? Без заключения психотерапевта Барнса даже на полигон Базы не пускали, не то что «в поле», а он уже засиделся в Башне. — Рамлоу на Базу тащить… лучше вызвоним мисс Стоун сюда, пока не стало понятно, что на вас оказывает такое воздействие, — подумав, ответил Стив. — Мне определённо лучше, когда он поблизости, — отчитался Барнс. — Остался мелкий дискомфорт. А что он? Тоже болел в тюрьме? Горячий кипяток полился в заварочный чайник, пахнуло чабрецом и мятой. Стив накрыл чайничек полотенцем для рук и сел обратно. — Я просмотрел записи из его камеры. Всё так же, но сильнее в разы, организм простого человека слабее. — Это ничего, что мне всё равно его не жалко? — спросил Барнс. Стив усмехнулся. — Он тебе не друг, не муж, не любовник, — попробовал успокоить он Барнса. Чай почему-то горчил на языке, несмотря на пять ложек сахара. — Ну… подчинённым был, — пожал плечами Барнс. Стив накрыл живую ладонь Барнса своей, сжал. — Бак, всё образуется. — А чего у тебя тогда такое перекошенное лицо, мелкий? — внимательно вглядываясь в Стива, спросил Барнс. — Колись давай. Кружка дрогнула в другой ладони, чуть не расплескав чай. Стив отвёл взгляд в сторону. Было ли вообще что ему рассказывать Баки? Что он мог рассказать… — Мы с Броком… — начал было он, но дальше сказать ничего не смог. У Барнса глаза полезли на лоб. — Стив, у вас что-то было? Он поэтому к тебе пришёл, а не к Фьюри? Поэтому приволок меня к тебе? — Не было у нас ничего, — огрызнулся Стив, но тут же поник плечами. — Не успели. А теперь уже и не будет. Сразу вспомнилась собственная ладонь на горле того, кто был дорог, дороже всех, кого Стив поставил на одну ступень с Баки, вспомнилось, как Брок хрипел, но не пытался вцепиться в его пальцы, лишь смотрел прямо в глаза. Вспомнились злость и опустошенность. И страх. Снова страх лишиться всего, как он боялся только за Баки, всегда за Баки. Потому, наверное, и не убил Брока своими руками, отпустил, надеясь, что он сбежит, успеет скрыться, забиться в очередную нору и исчезнет из его жизни так же, как и появился. Барнс встал и обнял Стива — крепко-крепко, как когда-то, ещё до войны. И долго обнимал молча. — Разгребёмся, — без какой-либо надежды в голосе сказал Стив, хотя на душе всё-таки стало значительно легче. У них с Баки, до войны, до Гидры всегда всё было на двоих: и беды, и печали, и влюблённости в одних и тех же красавиц, которые так и оставались влюблённостями, потому что за красивым сильным Баки Барнсом всегда стоял хлюпик Стив, только так и никак иначе. А кто согласится делить жизнь ещё и с некрасивым младшим братом своего мужа? И сейчас Баки снова был рядом, делился теплом. — Ладно, давай решать проблемы по мере их поступления, — согревшись теплом Барнса, улыбнулся Стив, снова подхватил кружку с остывшим уже чаем. — Сначала отчёты. Найдём все артефакты, над которыми проводились ритуалы. — Ищи артефакты, которые сами были частью ритуалов, — посоветовал Барнс. — Там, знаешь, всякое было. Один раз, чтобы забрать кривой костяной ножичек, мне пришлось зарезать этим ножиком здоровенного рогатого козла. Как он вонял! Хохотнув, Стив совсем расслабился. Почему-то мысль о шаманских плясках вокруг козла развеселила, ситуация даже перестала казаться такой беспросветной. — Вот-вот, — улыбнулся Барнс. — Часто, чтобы забрать артефакт, приходилось совершать обряд. Так что я понятия не имею, сколько на мне такого висит. Думаю, одной этой странной связью с Рамлоу не обошлось. — Он снова потёр грудь. — Пойдем отчёты читать. Стив развернул сразу с десяток голографических окон с отчётами, которые скинула ему Наташа, просматривать все подряд не имело смысла, слишком много куда отправляли, оказывается, Зимнего Солдата с Броком Рамлоу. Почти на всех миссиях они были вместе и шарились не пойми где помимо основного задания. — Зачем Гидре весь этот хлам? — удивился Стив, перечитав перечень всех предметов, что когда-либо были доставлены Зимним командованию. — Открыть музей исторического наследия народов мира? — Ты знаком с Тором, ты видел Локи и ты не веришь в магию? — Барнс удивился не меньше Стива. — Да Гидра же начиналась на магических артефактах, у неё оружие было на основе энергии магического артефакта, ты же сам мне рассказывал! Естественно, что они продолжали собирать всякий магический хлам. Вот ради этой штуки, например, — Барнс ткнул в отполированную медную чашу с явным древнегреческим узором, — мне, кажется, пришлось тащить с собой зерно и целовать Рамлоу. А для чего она была — я и тогда не знал, и теперь не знаю, а Рамлоу не знал даже, что надо сделать, чтобы её взять, он на таких миссиях был на подхвате. Стива словно током ударило, когда он прочитал полное описание артефакта. Гера… чаша… Он отбросил все остальные отчёты в сторону, запуская поиск именно по этим двум словам, попадающимся в одном документе. Стив прекрасно знал мифологию, и те мысли, что лезли в голову, пугали.