Иллюзия подвоха

      Локи саркастично смотрел, как стража, не смея ослушаться приказа, стремительно вышла вон.       Неужто? В самом-то деле? Оставил его? Преступника, предателя, урода в семье наедине с собой? И даже не боится, к примеру, ножа, кинжала в спину? Хотя почему это в спину? Никого ведь рядом нет, можно и в профиль попытаться!       Заметив очередную резкую перемену настроения сына, Один еще сильнее обмяк на троне, помрачнев.       Прав Локи, прав. Прав, провожая насмешливым взглядом стражу Асгарда. Она, как и правитель мира асов, уже не та. Ей нужна новая закалка, новый Царь, который будет жестко контролировать ее поначалу, чтобы добиться бдящих верных воинов. Думы его оправдываются, престол нужно действительно уже уступать. Выросли сыновья, окрепли… Один из них даже умен не по годам… Мда… Жаль, что всего лишь один… — И что же ты хотел мне такого сказать, отец, раз изволил отдать приказ покинуть нас? — Локи, попытавшись поубавить яда в голосе, явно заинтересовался происходящим. — Время действует и на нас, Локи. Я слишком стар, мое время истекает, — с горечью подытожил вслух Верховный Бог Асгарда.       Локи вздернул брови. К чему подобное заявление? Это своеобразный намек, что его будет судить братец? Тор упрям и непрошибаем в одних местах, но мямля и неженка в других. Максимум, что он сделает — кинет на неделю в тюрьму, чтобы уже через сутки, прогнувшись под ударом грызящей совести, снять все обвинения под каким-нибудь смехотворным со стороны Бога Хитрости предлогом, найти лазейку в котором — самая банальная банальность и легкая легкость. В самом деле, что может просить Тор? Не захватывать человечество? Не вопрос. Силой никак — найдутся варианты с «добровольным» подчинением или еще какой альтернативой, об этом в обещании как раз так удобно умалчивалось…       Поняв, что пауза затянулась, а младший погрузился в собственные думы, что-то тщательно анализируя, соображая и прикидывая, Один продолжил: — Я долго думал над тем, что останется после меня… Над тем, что я оставлю и к чему это может привести, — Всеотец медлил. — Знаешь, мой отец бы никогда не допустил подобное, но времена меняются… Эпохи меняются… Меняются Цари. — К чему весь этот разговор? — Локи вынырнул из своих мыслей, оценивающе пробежавшись взглядом по Одину и его окружению.       Копья нет. Никакого оружия в поле зрения — тоже. Стража вышла вон. Не похоже, что в планах Всеотца расквитаться с приемным позором самому. — Я слишком стар, — вновь грустно изрек Один. — Конец моего правления наступил. — И? — Локи усмехнулся, развел руками и, качнув головой, еще раз пробежался по залу перед собой глазами.       Один вздохнул. Это оказалось сложнее, чем он думал. — Сын мой, — Всеотец встал со своего места, сделав несколько быстрых шагов в сторону дернувшегося трикстера. — Я понимаю, вы еще дети. Как каждый из вас это не отрицай, но это так. Мы не властны над этим, каждый асгардский муж в чем-то ребенок и наивен, пока у него самого не появятся дети…       Один подошел к приемному сыну, аккуратно положив руки ему на плечи.       Локи оторопел, не в силах поверить.       В каком… Что значит «пока у него самого не появятся дети»?! Дети… Нет, нет и еще раз нет! Лучше тюрьма, казнь, что угодно, но не это! Значит… решили женить?! Вопрос только один — на ком?! — Или иная ответственность, — продолжал Один, не без радости отметив в глазах сына при предыдущей реплике странный блеск, который стоило счесть, очевидно, за понимание, его, старика. — К-кто она? — в трансе выпалил Локи, ощутимо дрогнув плечами от пробежавшей по телу дрожи. — Твоя участь? — Один ободряюще улыбнулся, возрадовавшись. Он не ошибся с выбором. — Она велика, для кого-то прекрасна, а для кого-то ужасна. Какова она для тебя — решать лишь тебе одному.       Сын Лафея побледнел, нервно отшатнувшись и, не удержавшись на подкосившихся ногах, резко начал заваливаться в бок. — Локи! — Один вскрикнул, тут же подхватив царевича и перетащив его куклой обвисшее тело на ближайшую подходящую для сидения поверхность — трон. — Предки! Прости старого дурака! Погорячился! Ты так ослаб после… всего, а я шокировать… Локи, — Всеотец взволновано и крайне обеспокоенно чуть-чуть встряхнул сына, — сынок, ты как? В порядке? Легче? Целителей позвать?       Локи, зажмурившись, в ответ что-то попробовал сказать, но лишь открыл и закрыл рот. Возможно от шока, неверия, отчаянной немой попытки доказать, что он, сын Лафея, Ему, Всеотцу, никто… но магия, придающая облик аса, второй раз за последние сутки сошла с тела Бога Коварства, открыв его истинную ипостась.       Смертельно побледнел уже Один, в панике заметав взгляд единственного глаза по сторонам.       Боги! Нужно немедленно чем-то завязать ему глаза, пока Локи их не открыл, иначе… иначе это конец. Всеотцу. От жены. И от собственной глупости. Боги! Запугал мальчишку! От паники и страха даже многовековая магия сошла на нет.       Великие Предки, только бы он сейчас не открыл глаза!       Локи вжался в трон. Нет. Верить нельзя! Не могли они… Не могли они просто взять и найти ему супругу! И не абы кого! Великаншу! Не факт, что йотуна. Судя по голосу и тону, это точно особа не-прекрасного пола из второсортных миров, даже не входящих в девятку. Со Всеотца станется найти, отыскать, достать из самых глубин совсем уж… не похожую на асов форму жизни.       В том-то и дело, что могли…       На заднем плане что-то продолжал щебетать ненавистный правитель Асгарда, но Локи не слышал. Не желал слушать. Но… может быть, удастся как-нибудь облегчить участь? Сбежать… Куда угодно, не важно уже куда, не важно даже есть ли там кого завоевывать или это просто пустынная планета… Лишь бы подальше отсюда, больше пока ничего не нужно. Лишь бы не это. — Завтра, — нервно вырвалось у младшего принца, стоило ему немного взять себя в руки.        Один точно не должен ожидать его побега так скоро, а тем более «добровольного» знакомства с женушкой, следовательно шансов на неожиданное спасение больше. Всеотец не сможет за всем уследить в подобной прыти. — Завтра? — прошептал Один.       Быть не может! Почему он так спешит? Неужто не видит свое состояние? — Спешить не нужно с подобным выводом, лучше окрепни… — Бог Асгарда успокаивающе попытался дотронуться до наследника, но тот неожиданно поднял взгляд, пылающий странной отчаянной яростью. — Завтра, — твердо отрезал сын.       Один нервно потянулся к бороде, невольно начав ее теребить. Фригга за подобное по голове не погладит. Нет, будет пилить всю оставшуюся отставку за подобную прыть! Посадить не отошедшего от потрясения ребенка на трон? Ребенка, что был с детства серьезен и с пониманием ко всему относился?       Старый дурак… — Ты уверен? — тихо и неуверенно спросил Всеотец, сомневаясь в том, что вообще теперь можно как-либо отговорить взявшего слишком много на себя младшего сына. — Может, лучше подождешь немного? Трон от тебя никуда не сбежит…       Локи до боли в пальцах впился в подлокотники трона.       Злая шутка, Отец. Значит, она из правящей династии? На трон вздумал посадить? И на чей? Чего ты так боишься? Того, что в выбранном тобою мире может быть главой Царица, но не Царь? Перепутаны местами? Жестокая тирания к супругу? В таком случае поздно спохватился. Опоздал.       Локи не был намерен упускать возможную попытку к бегству. С подобной неуверенностью неплохие шансы, что Один о чем-то забудет. — Да, я уверен, — сухо бросил Бог Коварства. — Я не сбегу. — Хорошо, — Один сокрушенно покачал головой.       Не стоило давить на младшего ребенка, ох, не стоило… Но что не делается — все к лучшему. Возможно, сейчас наилучшая пора, вместе с сыном удастся сдержать и отбросить врагов, не дав завоевать Асгард…       Что не делается — все к лучшему. Нужно отдать ряд приказов, коли это знаменательное, но нежданное для всех событие произойдет завтра с утра.        Локи готов был провалиться сквозь трон, онемевшими пальцами продолжая впиваться в подлокотники. Это определенно будет бессонная ночь. Если паника не позволит думать, то, на крайний случай, в шкафу в его покоях есть куча простыней…        Как знал ведь в детстве, пригодятся. Остается только надеяться на сон индивидов в доспехах под окном сегодняшней ночью.