Нью-Йорк, база Щ.И.Т.а
15 сентября 2019 г., 21:21
— Может в кино сходим? — спросил Ник. Шла последняя неделя месяца, проведенного мной на базе. Подмяв под себя два мягких кресла, парень развалился поперек подлокотников и лежал так уже минут тридцать. Ник Форд был агентом из той же группы что я и Крис. Он почти год проходил стажировку во Франции, в одном из самых крупных агентств по безопасности, а по истечению срока действия контракта был отправлен домой с пометкой «до востребования». Это событие его не сильно расстроило, потому что по словам Ника «заработанных денег и положительных отметок в личном деле хватит как минимум на год, чтобы ничего не делать». Нам вот с Крисом такого счастья не привалило.
Друг писал новую программу для внедрения в систему отслеживания незаконной продажи оружия, а я взяла на себя ответственность за группу новобранцев. Точнее, как взяла, мне ее великодушно передал Фрэнк, но не полностью, а лишь пару занятий в неделю, на которых я делилась с ними опытом работы. По моим расчетам интересные истории должны были закончиться аккурат к Новому году, когда группу переведут на следующий уровень и мне не придется поведать им о фиаско в Румынии. К слову, эту историю быстро забыли все, кроме меня. Довольно-таки долго я ждала звонков или сообщений от бывших напарников, ждала, черт возьми, извинений. Мне хватило бы и просто пары слов, даже не важно от кого (хотя с одним из них я планировала больше никогда в жизни не разговаривать). Узнала, кого именно направили вместо меня. Счастливчиком оказался Эдди Такер, агент, выпустившийся на два года раньше. Личное дело Такера я читать не стала, больно надо. Раз назначили, значит причины были. Обидно? До скрежета зубов.
— Мне лень даже из лаборатории выходить.
— Аналогично, — поддержал меня Крис.
Атмосфера полумрака и неприкосновенности нас вполне устраивала, чего не сказать о Нике, избалованном за год походами по ресторанам и прочим развлекательным заведениям Парижа.
— Тогда может закажем пиццу и посмотрим, как доставщик отбивается от охраны на входе?
Крис скептически усмехнулся:
— Щ.И.Т. еще прошлому не всю моральную компенсацию выплатил. Зато новички на всю жизнь запомнили, что еду надо брать с собой или же тащить свою задницу за пределы базы.
— Я, кстати, хочу попросить у Фрэнка занятия по физподготовке у твоей группы, — сказал Ник, изогнувшись на креслах так, чтобы было удобно смотреть в мою сторону.
— А кто с ними сейчас занимается? — я попыталась вспомнить расписание новичков, но тщетно. Мы виделись два раза в неделю, а то и меньше, в остальной процесс их подготовки я не вникала. Но признаться честно, прикипела к этим не по возрасту смышлёным «детям». Они обращались ко мне на «вы» и это одновременно пугало и вызывало восхищение, неужели я дослужилась хотя бы до такого признания?
— Сам Фрэнк их и гоняет. А у меня с понедельника программа ежедневных пробежек, так что совмещу полезное с приятным.
— Зачем тебе это? — не поленившись выползти из своего укромного уголка, я посмотрела на Ника.
Он был на полголовы ниже меня, из-за чего его мускулистая фигура выглядела немного комично. Но несмотря на это Ник был очень подвижным и ловким. Его не сильно интересовали спарринги до седьмого пота, а вот полоса препятствий или какой-нибудь кросс — самое то.
— Сбросить пару килограмм. Вы присоединиться не хотите? Крис вон совсем припух.
Я мысленно поблагодарила друга, что в мою сторону он комментария не отпустил.
— Алё! — крикнул в ответ блондин, — меня все устраивает. Да и не меня одного.
— О, ты о своей загадочной девушке, которую никто никогда не видел? — начал издевательски подтрунивать друга Ник.
— Не твое дело, лягушатник. Продолжай передергивать на моделей из GQ.
Ник рассмеялся в голос.
— Я пока что сторонюсь серьезных отношений, если ты об этом. Хотя, та рыженькая вроде ничего.
Тут настала моя очередь вмешаться в разговор.
— Если хоть раз тебя увижу рядом с Милли, то лишишься всего того, что заставляет тебя к ней тянуться.
Эта «рыженькая» была одной из самых выдающихся в группе новичков, и запудрить ей мозги отношениями или чего хуже непродолжительной связью, значит пустить месяцы обучения коту под хвост.
— Понял, не дурак, — Ник поднял руки в жесте «сдаюсь».
— Серьезно, они ведь младше нас больше чем на пять лет.
— А кого в наше время волнует разница в возрасте? — подал голос Крис. Он нарочито медленно вычитывал что-то в тетради. — Кстати, а сколько было типам, с которыми ты в Европу гоняла?
При одном только упоминании о Баки или Сэме мне хотелось на кого-нибудь наорать. Выпустить пар с самого возвращения домой так и не удалось.
— Совместной работе это не мешало, а мы сейчас о другом говорим.
— Ладно, мне не принципиально. — Крис пожал плечами.
Тишину нарушил недовольный полу-стон полу-плач Ника. Я ехидно засмеялась. Стены лаборатории Криса затягивают, как болото. Уютное такое, многофункциональное болото.
Вскоре Фрэнк и правда назначил Ника новым инструктором, и тот от души начал гонять новичков от снаряда к снаряду, на пробежку вокруг всей территории базы и обратно, да так, что на мои лекции они уже приходили еле-еле душа в теле. После очередного захрапевшего прямо на занятии агента я направилась с разборками к их культуристу. Николас оккупировал спортивный зал и считал себя в нем единоличным правителем, царем и богом. Здесь занимались только первокурсники (находившиеся во власти нового наставника) и иногда, по вечерам, заходили другие агенты. Ник принялся частично перестраивать помещение для осеннего марафона. Все боялись, как бы он не начал пол грязью заливать для пущего эффекта.
— Ты снова мучал детей? — я подхожу к высокой лестнице посреди зала, по которой Ник забрался на стальные перегородки под потолком и теперь развешивал там большие карабины.
— Мы не делаем ничего свыше нормы, — отозвался он.
— Но они едва ходят после твоих занятий. Снижай нагрузку, это им вредит.
— Мег, я же в твои методы преподавания не лезу, правильно?
— Я не преподаю, это, во-первых, а, во-вторых, речь идет о программе, а она едина. Вспомни как нас учили, ничего подобного не было.
— Да у нас ведь была группа доходяг! Первая, после щелчка этого Таноса. Набрали, кого смогли, и чтобы не доводить до инсультов, обучали в щадящем режиме.
— Это кто тебе такие сказки рассказывал?
— Фрэнк, — мгновенно ответил Ник. Ну, конечно, кто если не он.
— Сделай исключение хотя бы перед моими лекциями, хорошо?
— А иначе что? — подмигнул мне парень, нависая над одной из металлических балок.
— Иначе я уберу эту лестницу. Впрочем, я ее и так уберу.
И хотя полностью сложить ее у меня не получилось, но оттащить на приличное расстояние вышло.
— Не на того напала! — крикнул Ник.
— Прыгнешь? — задрав голову к потолку, я посмотрела на улыбающегося друга.
— Поймаешь? — парировал он.
— Да нахер надо.
— Беги, Шерман, — командным голосом объявил Ник, и я, не раздумывая, бросилась к дверям. Оттуда по узкому коридору до выхода из крыла, через большой холл под удивленные взгляды других агентов, и прямо в лифт. Только там я позволяю себе обернуться, с удивлением обнаружив, что никакой погони то и нет. Придурок. Наверху я встречаю Фрэнка, он слава Богу моего забега не видел…
В этот же день я выясню, что Барнс, Уилсон и агент Эдди Такер успешно завершили миссию и возвращаются домой. На мою просьбу почитать материалы дела Фрэнк отрицательно качает головой. Говорит, что ничего особенного там нет, и даже скорее закрыли его для виду, потому что вряд ли за месяц они успели сделать то, что не успели вместе со мной за полгода. Новость больно бьет по самолюбию и забирается куда-то в подкорку мозга, чтобы при любом удобном случае о себе напомнить. Я не очень хорошо знакома с Эдди, но уже заочно его ненавижу. Справился, значит, вундеркинд.
Мою рассеянность замечают новички, на очередном занятии они не задают вопросов, как обычно, а просто молча выходят из кабинета в конце лекции. Крис говорит, что жизнь — дерьмо, а мы в ней мелкий мусор, и советует мне по этому поводу не париться. Обещает выцепить с сервера все последние данные по миссии, но пока что их туда загружать никто не торопится.
Через неделю они уже возвращаются в страну. Встречаю счастливого Эдди за завтраком, и Крис с Ником под руки выводят меня из помещения еще до того, как я успею что-либо сказать. Уилсона и Барнса на базу не вызывают, птицы слишком высокого полета. Ребята уже практически умоляют отвлечься, всячески пытаются развлекать, но как тут мыслить позитивно, если в мой огород бросили огромный камень по имени Эдди?! Он даже не догадывается, по какой причине я бросаю в его сторону такие взгляды. Мужчины немного толстолобы в этом плане и не умеют читать между строк.
— А может он один из них? — спрашиваю у ребят во время очередных посиделок в лаборатории, ставшей для нас и комнатой отдыха и рабочим кабинетом.
— Из кого из «них»? — спрашивает Крис, он клюет носом над столом, но спать не уходит.
Я раздраженно закатываю глаза, реагируя на его жалкие потуги соображать.
— ГИДРА.
— Пф, — фыркает Ник, — Эдди далек от ГИДРЫ, как мы с вами от Мстителей.
— Ну, а как тогда еще он смог добиться таких результатов? Откуда информацию взял? — не желаю униматься я.
— Да пес его знает, Мег, какая теперь разница. Будь уверенна, тебе за подготовку группы больше зачтется. К тому же ГИДРА — вечна, там сколько не борись, а они все возвращаются и возвращаются. А ты выпускаешь курс новеньких и вуаля! Уже в должности куратора.
— В таком случае нам с Ником должность на двоих делить придется.
— Поделим, — отвечает парень и, смачно зевнув, отворачивается от нас лицом к спинке дивана.
Еще через пару дней я щедро отдаю свои часы занятий Нику, который устраивает новичкам генеральную репетицию марафона. От нечего делать тащусь следом за ними в спортивный зал и, выудив из угла со снаряжением несколько маленьких матов, сооружаю из них самодельное кресло-диван. Ник раздает указания, и как только группа приступает к упражнениям, парень устраивается рядом со мной, периодически поглядывая на секундомер и выкрикивая фразы вроде «шевелитесь» или «моя бабушка и то быстрее бегала». Наступает тот редкий момент отдыха, когда не нужно бояться быть застуканным за тунеядство. Полностью откинувшись на мягкие маты, устремляю взгляд в потолок и позволяю себе ни о чем не думать, пока меня из этого состояния не выдергивает друг.
— По твою душу пришли? — шепчет он мне и кивает на вход в спортивный зал.
С взявшейся одному Богу известно откуда непроницаемостью я поворачиваю голову и тут же перевожу взгляд обратно на парня. «Не знаю», — произношу одними губами, а Ник начинает ржать как конь, очевидно находя мою реакцию забавной.
— Не отвлекаемся! — кричит он замершим в любопытстве агентам, и те прекращают пялиться на Барнса, вернувшись к упражнениям, но искоса все-таки поглядывают на живую легенду второй мировой. — Чем обязаны? — обращается он уже к подошедшему Баки, плечи Ника все еще подрагивают от смеха. Я талантливо изображаю ветошь.
— Мне велено забрать их на тренировку. — Уже успев отвыкнуть от этого командирского тона, начинаю испытывать какие-то смешанные чувства, и даже пытаюсь отгонять мысль, что пусть и немного, но скучала. Продолжаю заинтересованно разглядывать потолок, и тут до меня доходит смысл его слов.
— С какой это стати? — резко приняв сидячее положение, вызываю целый парад звезд и цветных точек перед глазами. Под «их» Барнс имеет в виду нашу группу. Мою группу.
— Дополнительные занятия по боевой подготовке.
— Супер! — восклицает Ник и тут же получает от меня ощутимый пинок в голень.
— Ты, наверное, этажом ошибся. Эта группа занимается по простой программе, в которую не входят спарринги до потери пульса.
— И какие они агенты после этого? — невозмутимо спрашивает Барнс.
— Нор-маль-ные, — произношу я по слогам. Меня до глубины души поражает его спокойствие.
— Станут лучше.
Понимаю, что ни капли раскаяния в мыслях Баки нет, и намекать ему тут, пока кровь из носа не пойдет, нет смысла.
— Правда, Джеймс, — Барнс неожиданно осекается, услышав свое имя, — эти ребята не для боевой подготовки.
Он задумчиво потирает заросшую жесткой щетиной щеку и теперь выглядит искренне потерянным. Баки что, сейчас действительно ко мне прислушался без пререканий? Я перевожу взгляд на Ника, преисполненного энтузиазмом, и слишком поздно замечаю его горящие глаза. Незаметно для остальных показываю ему руку, сжатую в кулак, в надежде, что он промолчит, но Ник лишь невозмутимо моргает, и вскочив на ноги, протягивает Барнсу ладонь.
— Николас, — он начинает энергично трясти руку Баки, — наслышан о тебе. Как насчет пары совместных тренировок?
Я стыдливо прячу лицо в ладонях. Ник его разве что не целует. И ведь этот «друг» словом не обмолвился о своей тайной любви к персоне Барнса, хотя я догадывалась, что общих тем для общения у них может быть очень и очень много.
— Почему, из всего огромного множества вариантов, тебя отправили именно сюда? — влезла я, не дав Барнсу ответить. — Ник, иди работай.
Парень без лишних пререканий кивнул: «понятно» и ушел разгонять зазевавшихся новичков, которые вот-вот себе шеи посворачивают, глядя на Баки.
— Сам попросился, — Барнс сел на место Ника.
— По причине?
— Предложили лететь в Мексику, но меня от вида сверху уже воротит. По другим заданиям все расписано, а месяц болтаться без дела — не хочу. Я здесь больше никого не знаю.
Здесь, как я поняла, он намекал на меня. И было это вполне искренне, ведь Мстители на нашей базе не тусовались, а других знакомых у Барнса и не было.
— Сэм где?
— Капитан Уилсон? — усмехается Баки, — в Вашингтоне, опять.
— Это у Роджерса чувство юмора такое? Сложно представить тебя перед камерами.
— Он не отдал бы щит мне, — сказал мужчина с явным знанием дела.
— Ладно. Я надеюсь, что мы друг друга поняли. Эту группу ты тренировать не будешь.
Он снова посмотрел на меня тем самым взглядом. В груди защемило. Все-таки его опыт работы, да и жизни, всегда будет на меня давить.
— С чего это?
— С того. Одно задание вы мне уже запороли.
Барнс, насупившись, шумно втянул воздух через нос, «проглотив» эти слова.
— Нам тебя не хватало, — наступила минута откровений, которой суждено было бесследно исчезнуть в порыве моей жаждущей отмщения души.
— Это лишь работа, Барнс. Здесь нет такого понятия — «не хватало». Ты, кажется, говорил, что мы обсудим всё «после», но прошел месяц, а ни один из вас так и не удосужился позвонить или написать. Не так много и было нужно.
Я поднялась на ноги, собираясь покинуть зал. Этот разговор «тет-а-тет» ни к чему приятному не вел.
— Ты же сама знала, что ждет по возвращении на базу? — Барнс, кажется, искренне не догонял, чего это я на него взъелась, — что я должен был сказать?
— Не сказать, а сделать. Господи, просто изобразить на лице любую эмоцию похожую на сожаление и максимально правдоподобно сообщить, что все хорошо.
— Соврать? — удивился он, и на губах мужчины растянулась идиотская ухмылка. Я непроизвольно сжала руку в кулак.
— Эврика! Да, иногда людям приятно это слышать. Правда кому-то способность проявлять сочувствие не достается.
— Не понял, — сердито отрезал он.
— Говорю, что…в общем все люди разные, ничего в этом криминального нет.
Но успокаиваться Барнс уже не собирался, а его тяжелый взгляд каким-то магическим образом не давал мне сдвинуться с места.
— И это означает, что я плохой человек? — на его скулах заходили желваки.
— Что? Да причем тут ты, нет. Люди не делятся на плохих и хороших за их способность чувствовать. Просто я с такими стараюсь тесно не контактировать, это дело личных предпочтений.
По-моему, я только что открыто заявила, что Барнс не в моем вкусе. Собеседник мгновенно переменился в лице.
— Предпочтений? — тихо переспросил он.
— Я не это имела в виду.
— Поясни.
Я боязливо покосилась на Ника и новичков, которые внимательно слушали наставника и на нас слава богу не реагировали.
— Извини, правда. Ляпнула, не подумав…
Но прежде, чем я успела договорить, на моей голени мертвой хваткой сомкнулась рука Барнса.
— Каких предпочтений? — повторил он, но уже настойчивее. Я никогда себе не позволяла таких вольностей в общении с Баки, но и он обычно вел себя скромнее, так что один-один.
— Это так тебе меня не хватало? — я кивнула на его руку. Захват заметно ослаб, а затем Барнс и вовсе отпустил мою ногу. — Я больше не ваша девочка на побегушках и отчитываться ни за что не буду. И, да. Если твои тренировки будут плохо сказываться на общей успеваемости группы — я буду жаловаться.
— Они мне еще «спасибо» скажут.
— Ты зазнаешься, Барнс. Я здесь дольше тебя, так что не надо делать вид, что ты знаешь, как лучше.
Внутренне я давно была готова с ним разругаться и расставить все точки над i, правда плохо представляла, во что мог вылиться этот конфликт, но было как-то все равно.
— Так нравится лезть в мои методы работы? — он очень внимательно смотрел на меня снизу вверх из-под своих иссиня-черных длинных ресниц. Почему тут каждый второй готов драться за «свои» методы работы?! В памяти всплыл разговор с Ником и точно такие же слова, сказанные мной, и я прикусила язык.
— Опять все на себя переводишь! Усмири свое эго, я забочусь о группе.
— Наверное неправильно понял твои предпочтения, — он огрызнулся в ответ и демонстративно отвернулся, сделав вид, что его интерес к этому разговору исчерпан.
Представляя их возвращение и конкретно нашу встречу, я продумывала в голове разные варианты развития событий, но такого даже нафантазировать не могла. Этот недо-агент хочет войны? Получит.
