G O L D I C E

Выходные, соревнования поставили на утро, потому что было участников достаточно. Чимин пришёл как раз тогда, когда была разминка на льду, он вышел вместе с другими фигуристами и проехался пару кругов для того, чтобы почувствовать поверхность, а после пошёл в зал для растяжки. Везде были приезжие фигуристы с тренерами. Играла музыка, дикторы, пресса. Это всё ужасно давило на парня. Чонгук приехал сюда вместе с сестрой и родителями, его заставили напялить дорогущий костюм, который он терпеть не может. Чонгук хотел поддержать сестру, а не покрасоваться богатствами своего отца на публику, он это просто ненавидел, в отличии от Юны. - Интересно, где он, - Чонгук хочет встретиться с Чимином, пожелать ему удачи и спросить, как он себя чувствует и уверен ли в том, что нога не подведёт. Он идёт куда-то вглубь, стараясь не потеряться и найти какие-то тренировочные залы и что-то в этом роде. Чимина отвлекали все эти люди, поэтому он надел наушники включая громко музыку и вышел из зала. Никого не замечая, он спустился на парковку. Сначала он выглядел обеспокоенным, но позже его взгляд стал меняться в зависимости от того как он продолжал разминаться. Чонгук замечает Чимина, он в наушниках и быстро скрывается где-то, а Чон следует за ним, оказываясь на парковке. Он стоит за одним из столбов и внимательно наблюдает. - Он так усердно занимается, - тихо говорит он, точно зная, что Пак его услышать не сможет. Чонгук хочет запечатлеть всё это на камеру, Пак слишком эстетичен. Тонкие руки, талия, узкие бёдра. Как только Пак прекращает растяжку, Чонгук прижимается спиной к столбу и ждёт, когда он уйдёт. Вскоре он закончил и пошёл ко льду, ибо через 10 минут он должен показать выступление судьям. Стоя возле своего тренера в наушниках, он спокойно снял с себя спортивный костюм, оставаясь в костюме, который был чёрного цвета, фасон как обычный деловой костюм, только вот ещё обшит стразами со всех сторон, а ещё парень уложил волосы. В общем выглядел достаточно хорошо и снова был не похож на того милого парня, которого сбил велосипедист. Он выпил таблетку обезболивающего и надел коньки, а после закрыл глаза, настраиваясь. Чонгук долго искал родителей на трибунах, а после сел рядом, отвечая на многочисленные вопросы о том, где он был. - Когда выступает Юна? - Интересуется он, на что родители говорят о том, что сестра будет после какого-то парня, имя которого они не запомнили. Чонгук осматривает места, где стоят все фигуристы. Теперь он наблюдает и переживает не только о своей сестре. Он видит, что Чимин готовится к выходу и через пару минут называют его имя и название программы. Гук открывает рот и смотрит прямо на Пака. - Пак Чимин...- шепчет он, крепко сжимая кулаки. Пак снял наушники, вздыхая глубоко. Когда он услышал своё имя, то лишь улыбнулся, выезжая на лёд под аплодисменты и останавливаясь в середине. Он нашёл глазами Чонгука и подмигнул ему. Через пару секунд началась музыка и парень начал кататься, сначала спокойно, а после темп нарастал. Музыка была динамичной, а вместе с движениями Чимина, становилось понятно что за тема у него. Это была любовь, но только очень страстная и поэтому Чимин старался откатать её по полной. Уже прошло два прыжка и он хорошо приходил в них, а на третьем упал, ибо было больно. После окончания программы он еле как доехал до бортиков, а как только вышел со льда, то заплакал как ребёнок, ибо было обидно, ведь он столько готовился для этого выступления, но его боль подвела его. На озвучивании оценок, парень сидел с опущенной головой, хоть он и вошёл в тройку и на следующий этап соревнований, ему было всё равно очень обидно.Поэтому он ушёл в раздевалку и плакал, закрыв лицо руками. Когда выступал Чимин, то Чон просто не мог оторвать от него глаз. Он немного дергается, когда Пак падает, он видит как ему больно. Чёрт, он же говорил, что стоит дать себе отдохнуть и не нагружать ногу. Когда всё заканчивается, Гук поздравляет сестру и идёт к мужским раздевалкам, сразу же находя там Чимина, никого больше не было. - Чимин... - тихо говорит он, садясь на скамейку рядом и смотря на разбитого парня, - всё же нормально, - пытается поддержать его Чон, осторожно положив руку на его спину, похлопывая. Пак уже немного успокоился, когда в раздевалку кто-то зашёл. От Чонгука веяло теплом, но его утешения не особо помогали, Чимин вытер глаза и лицо платком, а после поднял голову смотря на Чонгука. - Да, всё нормально. Спасибо, - слабо улыбнулся, а глаза грустные, красные из-за слёз. После он расшнуровал коньки и один снял без труда, а вот второй, снова было ужасно больно. Мало того что все прыжки приходились на эту ногу, так она ещё и была той самой, которую он подвернул. Из глаз снова слёзы от боли, а сам парень вообще вытаскивает шнурки, чтобы хоть как-то было можно снять этот конек. Чонгук сильно кусает свою губу, когда видит всю боль на лице Чимина. Он вновь садится перед ним на колени, вытягивая ногу Пака, развязывая его шнурки самостоятельно. - Я же сказал, что тебе ещё рано заниматься... - он тяжело выдыхает, держа ногу Чимина одной рукой, а другой аккуратно снимая конёк. Чонгуку стыдно и неловко, он боится смотреть в чужие глаза. В глаза человека, которому он принёс столько боли из-за своей влюблённости, которую он осознал совсем недавно, когда пересматривал школьные фотографии и заметил на одной из них Чимина. Он понял, что скучает, что он обязан извиниться перед бывшим одноклассником, да он должен просить прощения перед ним на коленях всю оставшуюся жизнь. - Где твои вещи? - Спрашивает он, осторожно ставя ногу Чимина на пол и замечая за ним открытый шкафчик. Он находит там эластичный бинт, который должен быть у каждого, связанного со спортом. - Почему ты даже бандаж не надел? - Немного разочарованно говорит он, вновь устраиваясь перед Паком. Он кладёт худую ногу на свое колено и начинает хорошенько перевязывать. - Знаю что нельзя и тренер тоже отговаривал, но я так много готовился чтобы перейти во взрослую лигу, - вздохнул, - если я пройду в следующий этап и выйграю, то поеду на гранпри, после которого ещё одни соревнования и олимпиада, я хочу на олимпиаду, - надул губки немного, - конёк плотно прилегает к ноге, поэтому с бандажом было бы не удобно..это моя вина, что я не правильно приземлился, - чуть шипит из-за боли, а потом достает таблетки и выпивает ещё, - Чонгук...- тихо произносит кладя руку на плечо, а после пристально смотрит в глаза, - почему ты сейчас стоишь здесь и помогаешь мне? - Шепчет. Чон не может долго смотреть в знакомые глаза, поэтому опускает взгляд на его ногу и продолжает перевязывать. Он осторожно закладывает краешек бинта, чтобы было удобно, и немного поглаживает чужую ножку, как обычно делает его сестра, когда получает подобные травмы. - Я... Я виноват перед тобой и никогда не смогу загладить свою вину... Я просто хочу помогать тебе, - тихо говорит он, так и не поднимая головы. Чуть покраснел из-за таких нежных прикосновений, шумно сглатывая. Парень чуть улыбается тыкая пальцем в макушку Чона. - Я давно тебя простил, теперь ты должен простить себя, - продолжает тихо говорить, - если хочешь помочь, то пойдём выпьем кофе и посмотрим на выступление твоей сестры? - Улыбнулся, запуская руку в волосы парня и нежно спуская по щеке вниз к подбородку. - Как я могу простить себя?.. Я принёс тебе столько боли, - тихо говорит он, прижимаясь щекой к его руке. - Я думал, что ты меня ненавидишь, - говорит он, смотря в глаза напротив и продолжая поглаживать ногу, - ты был... У тебя было очень красивое выступление, - говорит он, прикусывая губу, - сам делал этот костюм? - Интересуется он, улыбаясь. Улыбнулся чуть шире, а после убрал руку, ибо это смущает немного, да и ногу убрал, всё же он его простил, но пока боязнь оставалась. - Спасибо, а костюм делал вместе с тренером. Было сложно расшивать его вручную, - тихий смех, после чего парень встает чуть прихрамывая и идёт к своему шкафчику, где надевает спортивный костюм сверху и кроссовки. - Идем? - Развернулся к Чонгуку и провел рукой по волосам.