У каждого свой путь

Рассказ Цзинь Цзы Сюаня был прерван лишь кротким вздохом Сяо Ю, отдававшим нотками истерии. В этот же миг на столе появилась бутылочка вина, предназначенная для девушек. Ещё несколько звенящих минут и мужчина продолжил свой рассказ. То ли это было опьянением от вина, то ли скорбные вести настолько помутили рассудок лекарки, но последующие минуты, часы, возможно, и дни прошли для неё в настоящей агонии. Со стороны казалось, что Вэй Сяо Ю застыла, но в глазах, подернувшихся дымкой, явно виднелся омут скорби, затягивающий девушку глубже и глубже. Апатия спустя время сменилась горячкой – Цзянь Янь Ли силой отвела названную сестру к кровати и не отходила, меняя один за другим холодные компрессы на лоб. Если бы гонцов казнили за скорбные вести, то Сяо Ю уже давно собственноручно оторвала голову Цзы Сюаню, несмотря на то, что тот, в целом, даже оправдывал У Сяня. Этот У Сянь! Лекарка не знала злиться ли на брата, обижаться, или же бежать слепо мстить: горьким был вкус потери, а от души словно оторвали половину. Оторвали жестоко, с мясом, разбрызгивая чувства во все стороны. Девушка, в силу профессии, считала себя не склонной к депрессиям и подобным искажениям души, но она не могла отрицать простой истины: скорбь и обида на брата привели с собой сосущую тоску. Переваривала информацию о гибели У Сяня и её обстоятельствах Вэй Сяо Ю шесть дней, а на седьмой же день вновь явился Цзинь Цзы Сюань. «Мне не хочется вас прогонять», - с очевидным сожалением начал он, - «Но Башня Кои – не то место, где я мог бы обеспечить вам полную безопасность». «Хань Гуан Цзюн уже отбыл своё наказание?» - перебила мужчину лекарка. «Полагаю, что да, но какое это имеет…» - Цзы Сюань вновь был прерван, но на этот раз своё терпение ему выказать было несколько сложнее. «Прошу, отправьте сообщение в Гу Су Лань. Думаю… Думаю, они примут меня». «Сестрица, ты хочешь присоединиться к клану Лань?» - несколько обеспокоенно спросила Янь Ли и погладила лекарку по кисти. «Выбор невелик, милая шицзе: скитаться, опасаясь, что кто-то не тот узнает, либо присоединиться к клану, который не откажется от сестры Старейшины Илин. Цзян Чену будет… неприятно смотреть на меня, полагаю, а в клане Лань будет шанс навязаться Лань Ван Цзы и путешествовать с ним». – девушка опустила взгляд на свои руки, поджав губы. – «Мне очень жаль, что встреча с Цзинь Лином не может состояться». «Это будет слишком подозрительно», - кивнул Цзинь Цзы Сюань. Общим решением было не устраивать встречу Сяо Ю и малыша Жу Ланя: по словам мужчины, скрываться в Башне Кои становится опаснее и опаснее с каждым днем, поэтому рисковать своим сыном тот не намерен. С этим заключением девушка была согласна, но окончить обсуждение темы предложила обещанием, что до двенадцатилетия племянника их встреча все-таки состоится. Бесконечно уходить от темы Цзы Сюань не мог, а когда его жена незамедлительно дала это обещание, то и он сам нехотя дал клятву. Отбытие из Башни Золотого Карпа планировалось два дня: растянулось все из-за задержки с отправкой письма. А где задержка отправки, там и задержка получения, как и написание ответа. Со всеми возможностями быстро связаться с Лань Си Ченем, ответ на просьбу пришел только через пять суток после отправки. «Удивительно быстро», - так охарактеризовал это Цзинь Цзы Сюань, «Они на мечах летали или на черепахах?» - одновременно с мужчиной сказала Вэй Сяо Ю, перебивая его в который раз. Приготовления к отправке не заняли времени больше, чем три часа. Сменить одежду на походную со знаком клана Цзинь, взять с собой несколько бутылочек лекарств и под самый конец ночная выползка в личный тайник Цзы Сюаня. Скрытая дверь за удивительным полотном с цветочным полем напротив стола мужчины в его кабинете, и они уже в небольшой тайной комнате, состоящей наполовину из одного только бамбукового стеллажа. Если Сяо Ю понятия не имела, зачем сюда шла, то Цзы Сюань имел определенную цель и эту самую цель он протягивал девушке двумя руками. Суй Бянь. Меч загадочно темнел под тонким слоем пыли, едва успевшей собраться на нем. «Чистоплотный фазан», - подумалось девушке, и та перевела вопросительный взгляд на мужчину. «Меч запечатался сам собою после гибели Вэй У Сяня», - с тихим вздохом начал растолковывать Цзы Сюань. «Чьё же золотое ядро будет достаточно родным для Суй Бяня, если не близнеца его хозяина?» «Я его двойняшка, дурень», - покачала головой лекарка, взяв меч и положив его ровно на то же место, откуда Цзинь Цзы Сюань его и взял. «Этот меч подчинится другому человеку. И этот человек не я. К тому же, я не обнажала меча раньше, не буду делать этого и сейчас. Мне он ни к чему». «Больше похоже, что близнец», - покачал головой Цзы Сюань, неодобрительно проследив взглядом за лекаркой. В эту же ночь девушку на своём мече транспортировал в Облачные Глубины молодой господин Знакомые Сапоги. Прощания были недолгими, чтобы не вызывать лишних слез. Девушки взяли друг с друга обещания быть осторожными, а мужчинам же оставалось проявлять стойкость. Путешествие оказалось таким же затяжным, как и предполагала Сяо Ю. На окончание вторых суток беспрерывного полета, девушка едва стояла на ногах в двадцати локтях от ворот, ведущих на территорию клана Лань. Покачивалась из стороны в сторону и понимала, что вляпалась по уши: уже было почти десять вечера, а адепты Гу Су Лань, как всем известно, ложатся спать в девять. Привычки брата надоедать сверх меры у девушки не было (и кому это мы врем?), поэтому, забравшись на достаточно высокую, крепкую ветку ближайшего дерева, Сяо Ю начала размышлять. Подумать было о чем: вернуть брата не представлялось возможным – ритуалов лекарка знала не мало, но недостаточно, чтобы вернуть дух У Сяня в данном положении. Выпив очередное лекарство, Сяо Ю чуть было не закашлялась, ощутив привычное першение в горле: голос восстановился, но временами пропадал и периоды его пропадания отмечались едва терпимым першением. Эти перебои не зависели от желания девушки, что её весьма раздражало, а это раздражение ненадолго отвлекало от боли за грудиной. Пытаясь рационально оценить своё состояние, Сяо Ю сначала подумала, что её захватила грудная жаба, но эта мысль была откинута. Девушка никогда не любила мужчину и не была отвергнутой им, она не помнила потери родителей, как и их самих, братья в Пристань Лотоса после нападения клана Вэнь её не пустили, поэтому ранее она не знала, как может болеть душа. Теперь же эта дверь была распахнута и как бы не хотела, но лекарка не могла её закрыть, лишь обессиленно спуститься на пол по косяку и глотать соленые слезы. Она не плакала, когда была в Башне Кои, но почему-то разрыдалась именно здесь, в Облачных Глубинах. Совсем тихо всхлипывая и уже не видя ничего вокруг из-за пелены слез, Сяо Ю едва не свалилась с ветки, но после мига свободного падения, что-то теплое и мягкое крепко держало её, держало достаточно крепко, чтобы осколки души вместе с телом не рассыпались мелкой крошкой горного хрусталя в густой траве. Когда окружающий мир обрел четкость, вокруг уже было помещение. На первый взгляд совершенно не обжитое, но довольно комфортное на второй. Если комфорт измерять глазами человека, ещё недавно сидевшего в тюрьме. Ложе было достаточно скромным и жестким, но на удивление достаточно удобным. Спальня не была просторной, уже на расстоянии двух вытянутых рук девушки от кровати была дверь. За ней, вероятнее всего был кабинет: три стены были из дерева, эта же, с дверью, была из бамбуковых балок и тонкого пергамента между ними. Через пергамент просвечивалась фигура человека, сидящего за столом. Поднявшись с ложа, девушка обнаружила у его изголовья оставшиеся бутыльки с лекарством и выпила два нужных. Судя по всему, подъем в Облачных Глубинах она проспала. Не смотря на то, что Сяо Ю выспалась, голова её говорила о другом: истерика, случившаяся… когда? Новый провал во времени выбил лекарку из колеи. Не поленившись потратить несколько минут замедления на то, чтобы заправить постель, девушка забрала оставшееся лекарство и вышла из спальни. Второй комнатой личных покоев действительно оказался кабинет. Мужчина, сидящий за письменным столом и аккуратно выводивший иероглифы в свитке, поднял взгляд на Сяо Ю и легко улыбнулся уголками губ, откладывая тонкую кисть и вставая из-за стола. «Рада приветствовать вас, молодой господин», - девушка вежливо поклонилась мужчине. «Благодарю вас за заботу, Цзэу Цзюнь. И прошу прощения за нарушение правил Ордена Гу Су Лань», - вновь склонившись уже в более глубоком поклоне, девушка выпрямилась под участливым взглядом Первого Нефрита, стыдливо смотря в пол. «Я готова понести за это наказание. И… хотела бы просить вашей помощи».