Если мир сошел с ума

Прошу прощения у вас, дорогие читатели, и особенно у тебя, Miss Perl, я соврала, сказав, что не смогу выложить продолжение сегодня. Но я смогла. Ваш Автор. Аид и Персефона, взявшись за руки, растворились, пропали, исчезли… Были и нет их. Я, разинув рот, тупо смотрела на то место, где они только что стояли. Никаких порталов, искажений пространства, лестниц по воздуху. - Они ушли по теням, - пояснил Нико. – Я тебе говорил об этом способе передвижения. - Мы тоже?.. – боязливо спросила я. - Нет, не сейчас. Это очень тяжело для меня. - А меня ты этому научишь? Я, весело улыбнувшись, вновь посмотрела в глаза парнишке. То странное чувство все еще оставалось в груди… - Это невозможно, - покачал головой сын Аида. – Ты не связана с тенями… - Вообще-вообще? Слегка расстроившись, я выкатила нижнюю губу, не сводя глаз с полубога. Он усмехнулся, уже без стеснения разглядывая меня. - Я настолько плохо выгляжу? – задала провокационный вопрос я. - Как тебе сказать, - фыркнул Нико. – Тебя ранили римляне, я видел. И не раз. Но ни одного следа… - Стикс меня вылечил, - передернула плечами я. – Круто, правда? - Ниже нос. Я рассмеялась, чисто, от всего сердца. Мы двинулись в сторону дворца Аида. Странное чувство, захватившее было меня, притаилось, затихло, перестало контролировать мои эмоции. Но не исчезло совсем… - Мой рюкзак у тебя? Там должна быть сухая одежда… - Да. И мы замолчали. Это было неловкое молчание… Я отчего-то начала стыдиться этого самого чертового чувства, покраснела и вообще боялась взглянуть на Нико. Мне показалось жутко неправильным то, что мы стояли так… близко. Да что это со мной?! Прекрати думать, Эмили. Все будет, как будет. На все воля божья. Хм, как иронично! - Ты думал, что я умру в реке? – спросила неожиданно для самой себя я. - Я думал, что ты самый сумасшедший человек, которого я только встречал. Чтобы уговорить Перси Джексона на прыжок в Стикс, мне понадобились добрые полгода… На какое-то время он опять замолчал. Мы минули огромную очередь на суд, Цербера. Я улыбнулась этому невероятному псу. Огромный, полупрозрачный, внушительной массы. Этот дурень пытался догнать свой же хвост. - Ты прыгнула туда, потому что больше некуда было деться?.. – поинтересовался друг. - Нет. Я хотела это сделать с самого начала. - Шутишь? – изумленно переспросил парень. - Нет же! Просто я подумала, что это – неплохой способ шокировать твоего папочку… - Он действительно был в шоке! – хитро улыбнулся Нико. – Видела бы ты его лицо! - Да? Ну и замечательно! – нехотя обрадовалась я. - Ты успела познакомиться с Персефоной? Коротко и лаконично я рассказала сыну Аида о том, как провела вчерашний день. Упомянула и о предложении Гее свергнуть бога. - Персефона тебя успокаивала? И признала, что превращать меня в одуванчик ей не следовало? – сказал парень с иронией, хотя какая ирония? – самый настоящий гротеск. – Прогресс! - Она хорошая… - виновато протянула я. - Видимо, только с лицами женского пола. - Почему же? Отца твоего она тоже любит! - Исключения подтверждают правила, - усмехнулся Нико. – В любом случае, я рад, что вы подружились. Я вопросительно изогнула бровь и ядовито рассмеялась. Он рад. О, да! А я-то думаю, что это его так перекосило. А это радость, оказывается. - Что смешного? - Врешь ты смешно, вот что! – улыбнулась я. – Ладно, забудем. Аид уже не против меня, верно? Я затаила дыхание. - Не знаю. Он сам все скажет за обедом. - А ты как думаешь? – не успокоилась я. - Все сложнее, чем ты себе представляешь… - помрачнел Нико. Я хотела было спросить, в чем дело, но… Хорошо, что у меня хватило мозгов заглянуть к нему в глаза, густо покраснев при этом. Столько печали, боли и сомнений… Я побоялась, что с развитием темы, всего этого негатива станет больше. Любопытство, хитрое существо, заворочалось, шепча на ухо. Оно требовало узнать, что творится в голове у парня. Но, на мое счастье, здравый смысл быстро пресек эти ненужные заговоры. Парень открыл двери в дворец своего отца. Я проникла внутрь. Уже привычные тишина и мрачная атмосфера огромнейших зал свалились на меня. Сын Аида сказал мне, что мы должны подняться на третий этаж, в его комнату. И мы пересекли залу из конца в конец, прошли по узкому коридору куда-то влево. А вот и лестница! Только совсем другая, нежели на балкон: значительно шире, прочнее и со скромными перилами, но все же крученая. Проход на второй этаж остался позади… - А что здесь? – спросила я. - Столовая и еще пара пустых помещений. Наконец-то третий этаж. Порядком закружившись, я несказанно обрадовалась прямому коридору! Этот уровень дворца разительно отличался от нижних. Во-первых, потолки здесь были не такими высокими. Во-вторых, отсутствовали залы, вместо них по бокам от прохода расположились относительно маленькие комнаты. В-третьих, я не нашла ни одного черепа на стенах. Нико распахнул предо мной дверь, вторую по левой стороне. Тихонечко вздохнув, я прошла внутрь помещения. Чертов джентльмен! Комната моего друга, освещенная парой люминесцентных ламп, реагирующих на человеческое тепло, была простенько обставлена. Было и одно узкое окно. Кровать в единственном экземпляре, зато добротная, большая, с мягким черным покрывалом и потрясающе большой подушкой. Низенькая тумбочка, угловой шкаф для вещей. Мишени для игры в дартс на стене, исколотые до дыр. В основном, в центре. Да, с меткостью у этого парня все в порядке!.. Я с трудом выдернула один дротик. С какой же силой надо было его кинуть, чтоб проткнуть мишень насквозь!.. Я отошла на какое-то расстояние. Прищурилась, готовясь бросить дротик… - Э, нет! – услышала я Нико. – Слишком близко. Парень показал место, с которого надо стрелять. Вздохнув, я увеличила расстояние до нужного. Ах, сложнее стало. Вновь сконцентрировавшись, я прищурилась. Вот так, хорошо… И пустила дротик. Тот мягко вошел в мишень. Шестерочка… Могло быть и хуже, в принципе. Полубог, хитро улыбаясь, взял другой дротик, встал на одной линии со мной. Секунду он прожигал взглядом мишень. Затем бросил свой снаряд, резко, с силой. Его дротик пропорол пенопласт, ударившись о каменную стенку, заскрежетав. Десятка. - Иди ты… - усмехнулась я. - Уже пошел. Твой рюкзак у кровати. Жду за дверью. Нико уже развернулся и быстрым шагов вышел в коридор. - Только не подглядывай! – фыркнула я. - Чего я там не видел, - совершенно серьезно отозвался парень. Действительно. Кто обрабатывал мне раны? Кто раздевал меня, когда укладывал на постель в лагере, а потом стирал одежду? Кто смущался моего вида в одном платьице-полотенце?.. Мне стало отчего-то очень неудобно, даже стыдно. О, Боже, Эмили, не здесь же сопли разводить!.. Одернув себя, я спокойно расстегнула рюкзак, извлекла оттуда вторые джинсы, красивого синего цвета, и свитер, мягкий и теплый. Облачившись во все это, я нащупала в заднем кармане резинку для волос. Надела ее на руку, чтоб не забыть о существовании таковой, собираясь заплести волосы, когда они высохнут. Сменила носки на сухие. А вот с обувью делать нечего… Тяжело вздохнув, я вновь впрыгнула в мокрые кеды. Сырые вещи повесила на спинку кровати. Я вышла из комнаты, предусмотрительно закрыв дверь. Нико ждал меня в противоположном конце коридора. Специально решил показать, что не подглядывал? Я рассмеялась, глядя на него. Парень в ответ мне лишь снисходительно улыбнулся. - Настроение хорошее? – спросил он. - На самом деле, я устала, как собака… - сморщила нос я, продолжая смеяться. В этот момент я поняла, что сказала чистую правду. Несмотря на то, что боль исчезла, усталость и не собиралась никуда уходить. Меня словно пыльным мешком по голове стукнули. Голова потяжелела, внутренности сжались. Самое главное, чтобы о моей слабости ничего не узнал Аид… Дождавшись, когда моя истерика подойдет к концу, мы начали спускаться в столовую. Вот и второй этаж… Я вздохнула, пытаясь унять бешеную пляску мыслей. Мы попали в просторную комнату с большим количеством окон, что было крайне необычно для этого дворца. Посреди стол длинный овальный стол, естественно, черного цвета, с черной скатертью, черными салфетками. Столовые приборы выбивались из этого мрачного ряда: они были из костей, белые. Стол ломился от яств. И салаты из свежей зелени, и горячие блюда, которые я в жизни не видела, и вина. Мне поплохело от этого напыщенного богатства. Откуда здесь столько продуктов?! За дальним концом стола сидел Аид. Он, таинственно улыбаясь, смотрел на меня. Словно бы я была его новой игрушкой, и бог решал, в какую такую игру со мной сыграть… Ровно по середине соседней грани стола сидела Персефона. Прямая спина, волосы убраны назад, идеальный макияж. Она помахала мне рукой. Я слабо кивнула своей подружке. Мне стало не по себе, все веселье улетучилось. Даже мысли о Нико и о странном чувстве отошли на дальний план. Меня затрясло. Мне было страшно и ужасно неприятно находиться в одном помещении с Аидом… После того, как он меня кинул на произвол судьбы, позволил броситься в Стикс… Даже сейчас! Бог смотрел на меня, как вольный орел на маленькую мышь-полевку! Для нас было заготовлено два места: одно напротив Аида, другое – напротив его жены. Не дай бог мне сесть на первое!.. Нико, с пуленепробиваемым выражением лица, отодвинул для меня огромный стул, отгадайте-ка с двух раз, какой! Я бросила на парня убийственный взгляд. Его нужно срочно отучать от хороших манер… Но, делать нечего, я аккуратно, изображая леди, приземлилась напротив хозяина подземного царства. Мой друг уселся напротив Персефоны. Аид, смекнув, в чем дело, расплылся в широкой улыбке. Все во мне перевернулось, настолько отвратительной была эта улыбка. Но я старательно делала вид, что все в порядке. Вальяжно вытянула ноги, выпрямила спину, убрала мокрые волосы за уши… Еще чего! Радовать эту скотину своей же кислой миной! - Эмили, угощайся, не стесняйся. Ты, наверняка, очень голодна, - проговорил бог сладким голосом. Театр одного актера… - Вы очень проницательны, - подыграла ему я. – Спасибо. - Советую тебе попробовать греческий салат… - говорил Аид. Можно подумать, никогда не ела. - Настоящий, заметь. По древнему рецепту. - Спасибо. Я приподнялась на месте, наложила салат из красивой черной тарелки в свою. Попробовала. Действительно, вкусно! Пытаясь сдерживать аппетит, есть медленнее, более эстетично, я поглядывала на Нико и Персефону. Парень уплетал какое-то мясо за обе щеки. Но глаза его, вернее их метания, выдавали все беспокойство. Он не знал, что ждать от своего же отца. Не знал и боялся, что его намерения будут отнюдь не в нашу пользу… Персефона лукаво улыбалась, поглядывая на меня. И, поймав мой взгляд, подмигнула мне как бы невзначай. - Нравится? – не отставал Аид. Сильно же я его задела!.. - Очень вкусно, - сухо улыбнулась я. - В бокале слева от тебя налито вино. От Диониса. - Ей нет двадцати одного, - вставил Нико. Чья бы мычала!.. Сам-то родился не так давно! Я посмотрела на напиток. Темный, красно-кровавый. В нос ударил специфический запах. Мне стало жарко, нестерпимо жарко. Щеки запылали, на лбу проступил пот, я тяжело задышала. От вина не спиваются, нет. Это все ерунда. И тетю Элизабет погубило вовсе не оно. Она сама… Бог не сводил с меня насмешливого взгляда. Я протянула руку к бокалу. Холодный. Поднесла к губам. Сделала маленький глоток, затем еще. Странный вкус. Не впечатлило. - Прекрасное вино, - соврала я с важным видом. - Ты пей-пей… - Благодарю за заботу. - А еще обязательно попробуй мясо, вот на той тарелочке. И не беспокойся за свою фигуру. Лист салата встал у меня поперек горла. Кашлянув, я с трудом проглотила пищу, поморщившись. Замечательно, повелитель, просто великолепно! Недовольство закипало у меня внутри. Только цыц, Эмили, молчи, даже не думай перечить… - Я никогда не морила себя диетами. - Но ты очень худая. - Извините, - фыркнула я, не сдержавшись. - В любом случае, мясо – это белок. Его нужно есть… - Да, я знаю, повелитель Аид. - Углеводов там мало. А именно они превращаются в жиры. - Мы проходили это на биологии. - Тогда, наверное, тебе известна польза фруктов! Свежие мандарины, угощайся. - Обожаю мандарины. - Правда? - А Вы почему ничего не едите? - Я уже сыт по горло. - Мной? – уже не скрывая раздражения, откликнулась я. - И тобой… Как это мило! Я ахнула. Наглец, хам, да еще и трус вдобавок! Потрясающий набор качеств для бога! - Прекратите спектакль! – прикрикнул Нико на отца и меня. Парень вскочил с места, сжал кулаки, напряг мышцы. Его захлестнула волна ненависти и злобы. Готова поспорить на что угодно, тени в глазах полубога вновь приобрели опасный вид. Я поежилась, внимательно глядя на него. - Нико, спокойнее, - пробормотала Персефона. – Папа с Эмили просто шутят. - Тебя никто не спрашивает, - прошипел сын Аида, обращаясь к мачехе. Моя подружка вмиг ощетинилась. Ну и семейка!.. Однако Аид не обратил на это никакого внимания, он продолжал разглядывать меня в упор. - Действительно, сын, сядь, не маячь, - спокойно отозвался хозяин дворца. Прорычав что-то нечленораздельное, Нико плюхнулся на стул. Я вздрогнула. Напряжение, витающее в воздухе, порядком мне надоело. - Папа, ты позвал нас сюда, чтобы устроить этот концерт? – хрипло проговорил друг. – Я думал, у нас много дел. Их нужно обсудить. - Да, точно. Какой ты молодец, спасибо, что напомнил! – иронично отозвался Аид. Я положила себе в тарелку мясо, что посоветовал бог. Взяла ножик в правую руку. Умело порезало кусок на маленькие кусочки. Отправила кусочек в рот. Надо же, Аид не соврал: это блюдо, воистину, волшебно. Аппетит разыгрался не на шутку. Я смела мясо с тарелки меньше, чем за минуту, запив его вином. - Итак, приступим. Эмили, сначала ты, - бог сладко улыбнулся. – Я очень удивлен тем, что ты прыгнула в Стикс. Не скрою, это восхищает. Неуязвимость тебе пригодится. А твое общение с Геей… Скажи, ты можешь сама выйти с ней на связь или это делает только она? - Не пробовала. - Попробуй как-нибудь. Говоришь, тебе сложно бороться с наваждениями? Мой тебе совет: постарайся ее не слушать. Закричи, заплачь, засмейся. Сделай все, чтобы заглушить ее голос. В остальном, тебе поможет Нико. Слушайся его во всем. Он, в принципе, не такой дурак, каким кажется. Мы с парнем переглянулись. И, словно по сигналу, отвели друг от друга глаза, мастерски сделав вид, что ничего не было. - А теперь о серьезном. Весь наш план действий можно условно разделить на две части: Перси Джексон и, собственно, сама Гея. О сыне Посейдона… Конечно, он один из семи полубогов. Сильнее его у моего братца никого нет. Вернее, у него вообще больше никого нет. Судя по тому, что я услышал от Эмили, Джексона похитил кто-то сильный. Что-то мне подсказывает, что это кто-то из олимпийцев… Разборками с богами, доступом на Олимп займемся мы с Персефоной, так уж и быть. А вот другие варианты придется перебрать вам, ребята, - Аид картинно протянул руки в сторону меня и Нико. – То бишь, римлян, мелких богов, Охотниц… С кем он еще дружил? - Аннабет, - брякнул парень. - Эту барышню мы даже не рассматриваем, - закатил глаза бог. – Она очень слаба для того, чтобы создать новую ячейку в пространстве. - Лука, - подсказал Нико. - Так, хорошо, этот фрукт может быть замешан. Тем более, он переродился… - Дедал? – вспомнила я рассказ друга о лабиринте. - Он в аду, - довольно хмыкнул Аид. - Зоя Ночная Тень и Бьянка, - назвал неизвестные мне имена друг. - Бьянка на это не способна, а вот Зоя… В любом случае, она мертва. - Амазонки? – сыпал догадками Нико. - О, это все к римлянам!.. - Почему амазонок вы смешиваете с Римом? – не поняла я. - Родная сестра царицы амазонок, старая знакомая Перси и Аннабет, сейчас претор римского лагеря, - объяснил парень. Я нервно ухмыльнулась, тщетно пытаясь уместить в голове такой поток информации. - Калипсо, - подала голос Персефона. - О! А вот это, ребята, отличная идея. Калипсо – титанида, она далеко не слаба. На вашем месте я бы начал с ее поисков. А поискать ее придется. Опять же Перси сам и захотел отпустить всех мирных монстров… Да, Нико говорил мне, что во время войны с Кроносом Джексон угодил на остров этой любвеобильной дамочки… - Вот, пожалуй, и все с сыном Посейдона, - продолжил Аид. – Насчет Геи… Нико, с тобой мы должны очень хорошо поработать над защитой Тартара. Парень деловито кивнул. Раздражение прошло, ко мне пришли интерес, любопытство и азарт. - И ты, Эмили, нам поможешь. Потом объясню, как. Что еще? Гея постарается возродить своих сыночков. С ними мы будем справляться по мере необходимости. Хотя… Аляску нужно будет проверить. Там мощи Алкионея. Это тоже ваше задание, Нико, Эмили. К тому же, Гея будет искать остальных шестерых из пророчества, чтобы переманить к себе или же сразу убить. Мы должны найти их быстрее. Есть идеи? - Аннабет, - вновь сказал парень. - Да, возможно. Но эта девчонка скорее будет слабым звеном. Афина – не такая уж и важная богиня. Она не представляет интереса, - сморщился бог. - Нико? – догадалась я. Аид посмотрел на меня, как на умалишенную. И раскатисто засмеялся. - Нет, точно не он! – похрюкивал хозяин мертвых. – Он не самый сильный из моих детей! Мой друг медленно вдохнул и еще медленнее выдохнул. - Талия? – предложил он. - Нет, она Охотница. - Тогда Джейсон, - исправился полубог. - Да, скорее всего, - согласился Аид. - Бьянка? – с дрожью в голосе, странной-странной дрожью, поинтересовался Нико. Второй раз за вечер это имя. - А кто такая Бьянка? – полюбопытствовала я. - Родная сестра Нико, дочка моя, - ответил бог, крайне удивившись вопросу. – Так ты не знаешь?! - О, круто! Познакомишь? – спросила я, обращаясь к другу. И тут же поняла, что зря. Ой, зря. Парень сразу съежился, побледнел, попасмурнел. Он затравленно заглянул мне в глаза. Столько эмоций, гиблых чувств… Они тянули ко дну, низко, не вырваться. Я сильно испугалась. Одно его состояние порождало во мне ненависть к этой самой Бьянке. - Она умерла, - будничным тоном откликнулся Аид. О, Господи!.. Меня затошнило. Сколько еще у него скелетов в шкафу? Жуткое неудобство смешалось со странной обидой. Я ему доверила все о себе, а он… Чужая душа потемки! Нельзя заводиться. Настроение у всех сидящих за столом резко переменилось. У меня и кусок в горло не лез. А про Нико я, вообще, молчу. Он смотрел на меня затравлено. - Я думаю, всем все понятно. Завтра мы с Нико укрепляем защиту Тартара, а потом Нико с Эмили идут на поиски информации… - констатировал Аид. - Да… - вяло отозвалась я. - Всем спасибо. Мой друг встал из-за стола, подошел ко мне. Я тоже поднялась, поблагодарила мужа с женой, и мы гордо удалились на третий этаж в сопровождении мертвой тишины. Я села на кровать Нико, оперлась на стену, сложив ноги по-турецки. Парень удобно устроился рядом со мной, подложив внушительных размеров подушку под спину. Мы сидели в полумраке, поскольку он отказался включать свет, сказав, что и так не темно. Комната приняла опасные очертания. Дротики, которыми мы играли в дартс, поблескивали, воткнутые в мишени. Греческий профиль друга показался мне каким-то странным, непривычным. Я смотрела в узкое окошко, на рай. Парк аттракционов, пруды, сады, чистые пешеходные дорожки, радостный смех, словно бы и не существует никакой смерти… - Элизиум, - прошептала я. - Там хорошо, - просто ответил сын Аида. - Нет, неправда. Передернула плечами я. Нико вопросительно посмотрел на меня. - Я бы не хотела там оказаться, как и на полях наказаний, в принципе. Рай похож на сказку, слишком нереалистичную. Жить там – жить иллюзиями. В пятидесяти метрах страх… Как вообще можно радоваться, если знаешь что вот тут, под боком, кто-то страдает и зовет на помощь? - На полях наказаний – преступники и грешники, - возразил парень. – Они не заслуживают жалости. - А что такое грех? – спросила я. – Этому слову нет объяснения. Разные эпохи несут разные грехи. То, что было когда-то нормой – сейчас аморально, и наоборот. Все настолько относительно! - Но только три выхода: рай, ад и бессмертие. - Это не выходы. Выход – это перерождение. - Может быть, ты и права, - неожиданно согласился со мной друг. И вновь молчание. Нико смотрел куда-то сквозь стену, думал о чем-то своем. Я, разделив волосы на три части, сплела косичку на левую сторону от нечего делать, закрепив это чудо резинкой. - Папа тебя принял, - вдруг сказал парень. - Думаешь? – засомневалась я. - Знаю. Ты ему понравилась. Я, не веря его словам, с силой тряхнула головой. - Завтра мы пойдем укреплять Тартар, - брякнула я. - Да. Мы с отцом положим очередные защитные заклинания. - А без тебя он это сделать не может? - Он хочет меня научить всему. Папа прав: я, на самом деле, не сильный. Именно поэтому, я должен знать все понемножку. - А кто тогда сильный? – смутилась я. – Бьянка? Была – не была. Лучше пусть Нико расскажет мне все сейчас, во избежание дальнейших недомолвок. Если тебя что-то гложет, нужно высказаться… Я, с замиранием сердца, наблюдала за реакцией парня. Господи, что угодно, пусть даже расплачется, лишь бы не говорил, что ненавидит меня за расспросы… А вдруг, и вправду, ненавидит? Но сын Аида, поморщившись, как от удара по лицу, только усмехнулся. - Да хотя бы и она. И опять заткнулся. Он не собирался изливать душу, кто знает, по каким причинам. Только ответил на прямой вопрос. Глупая обида снова залезла ко мне в сердце. Болезненно зажмурившись, вовсе не радуясь этому незаконному проникновению, я вздохнула. То странное чувство, принесенное с берега реки, поддержало обиду, даже добавило к ней какие-то остроты. Получается, это чувство – не есть хорошо?.. Я поежилась, не понимая, что со мной происходит. Мне хотелось встать, уйти, громко хлопнув дверью. Наговорить кучу гадостей в лицо парню. Но какое я имею на это право? Что я вообще себе вообразила? Что мы друзья, не разлей вода? Что мы нужны друг другу? Бред это все. Пустое. Наваждение, хуже Геи. Я знакома с Нико третий день. Да, он меня спас. И я ему благодарна. Но с чего же я взяла, что он доверяет мне, что он успел привязаться ко мне. Да и я к нему ни капли не привязана… Наверное. - Ну-ну, милая, не плачь! – услышала я голос Геи. – Отпрыск Аида недостоин твоих слез, дорогуша… Он тобой не дорожит, ты ему не нужна, ты никому не нужна… По щеке покатилась одинокая слеза. Горло перехватила чья-то холодная рука, запретив говорить. Я не могла двинуться. Меня словно парализовало. К обиде, беспомощности перед Геей и ее наваждением прибавился еще и жуткий страх. - Твоя тетя хорошо живет без тебя. Хочешь посмотреть? Перед глазами появилась картинка, хорошего качества. Моя тетя Элизабет вскрывала очередную бутылку, сидя в какой-то ужасной пыли на полу… Волосы спутанные, не мытые. Она пила эту дрянь и смеялась, смеялась неизвестно чему. Настроение ее, и действительно, замечательное омрачал запах алкоголя и грязи. - Ей ты тоже не нужна… - прошептала мать-земля. – Ты никому не нужна здесь, милая. Кроме меня. Я помогу тебе, родная, только скажи. Попроси о чем-нибудь… Давай быстрее, вставай, уходи оттуда. Зачем тебе там сидеть? Иди ко мне… Против воли я поднялась с места. Уже не было сил, чтобы бороться с чем-либо. Все во мне занял страх. Страх перед правдой. А слова Геи были ею. Я в это верила. - Ты куда? Куда ты идешь? – донесся до меня голос Нико. Но я уже не могла остановиться. Чертово наваждение! Я попала в ловушку! Я понимала, нужно попросить парня о помощи… Сказать, что я не сама, что это все Гея… Не смотря на то, что мы чужие люди, у нас есть общий враг… Но холод сильнее сжал горло, выдавливая слезы. И ноги сами шагали прочь. Я уже вышла из комнаты. - Что случилось? Все плохо, Нико, все очень плохо… Я не могу ей противостоять. Я не могу ей противостоять без никого. Я не могу ей противостоять без ТЕБЯ, Нико. Эти слова застряли где-то в груди, задавленные громкими словами земляной женщины.