Если мир сошел с ума

Прошу прощения за чудовищную задержку и надеюсь хоть как-то искупить вину этой главой. Ваш Автор. *** - Что это? – продолжала бормотать я. Я провела пальцем по стеклу, прямо по рисунку. Хм, ничего… Он не стерся, не потемнел, не расплылся. - Метка Повелителя Аида, - пояснила Люси. Значит, я не ошиблась. Нарисованные шлем и меч принадлежат богу. Хорошо. Следующий вопрос – кто это сделал, как и зачем. Ясно одно: так или иначе, в этом замешан Аид. Следовательно… Сердце застучало быстрее. - Нико? – повторила имя парня я. Тот не шевельнулся. - Нико! – прикрикнула я. Друг открыл глаза, узкие щелочки со сна, поднялся на одном локте на кровати, потянувшись и сладко зевнув. Сонный, помятый, с забавным отпечатком подушки на щеке. Я усмехнулась. Сначала он наткнулся взглядом на скелетов, непонимающе вскинул брови, одурманенный, потом повернулся ко мне. Скользнул по мне глазами, легким таким взглядом, родным до боли, до дрожи приятным, улыбнувшись краешком губ. Кажется, я не прогадала с черным нарядом… И нашел у меня за спиной «метку Повелителя». Лицо полубога мгновенно переменилось. Улыбка превратилась в ужимку, усталую, несколько недовольную. В глазах мигом очутилась странная отрешенность, меж бровей залегла вертикальная морщинка. - Доброе утро, - сказала я, привлекая к себе внимания, намекая на то, что я жду объяснений. - Не уверен, что доброе… - охрипшим голосом отозвался парень. Тревога всколыхнулась, тяжелым осадком лежащая на сердце. Нико вылез из-под одеяла. Быстро надел свои джинсы, с вечера аккуратно висевшие на спинке кровати, натянул футболку сначала наизнанку, потом, обнаружив оплошность, тяжело вздохнув, сделал все правильно. Он, якобы просто так стряхивая какие-то несуществующие пылинки, провел рукой по правой брючине. Незатейливый жест, вполне обыкновенный, если не одно «но»… В правом кармане сын Аида хранил сложенный в череп меч. Выхватив это действие из ряда других, ничего не значащих, я испугалась. Испугалась не на шутку. Я быстрым шагом сократила расстояние между нами, подошла к парню вплотную, поймала его руку на лету. - Итак? - Отец вызывает, - он махнул рукой в сторону окна. - Так это он!.. - бросила я. Я подбежала к столу, схватила с него клинок. Окинув себя быстрым взглядом, я заткнула оружие за пояс. Отвела руки, посмотрела, не падает ли оно, и, удостоверившись в том, что, чтобы потерять свой талисман из стигийской стали, мне нужно будет очень хорошо постараться, я перевела взгляд обратно на Нико. - Эта… метка. Это серьезно, да? – поинтересовалась я. Глупый, по сути, вопрос. - Да, - лаконично ответил парень. – Этот знак – своего рода тревога. Папа говорил, что будет использовать его в самых крайних случаях… - Говорил? – насторожилась я. - Это первый раз, когда я получаю его в обычной обстановке, а не во время обучения, - пояснил друг. – Нет, ты пойми… Если тебе надо на учебу, то иди, я не настаиваю… Чувство с реки Стикс волчком завертелось у меня в груди, теплое, ласковое. - Я все понимаю. Мне никуда не надо. Я пойду с тобой, - улыбнулась я полубогу. А мы хотели сегодня отдохнуть. Наивные… Готова поспорить, Гея специально выбрала сегодняшний день для бунта. Когда Аид и Нико ослаблены после защиты Врат, а я… Я поглощена мечтами и никчемным, жалким чувством вины. Он благодарно кивнул. В глазах – прострация и волнение, на губах – знакомая тревожная улыбка сумасшедшего. Сын Аида надел страшненькую куртку, повернулся ко мне спиной, проговорив: - Залезай. - А ты уверен, что сможешь? – засомневалась я. - Нет. Да! Залезай! – помотал головой Нико. - У тебя больная спина. Я не полезу! – возмутилась я. - Залезай! – повторил друг. - Зачем? Есть же скелеты… - я указала рукой на мертвецов. - Мне так спокойнее, - моргнул сын Аида. - Глупости! Попросив секунду, я сбегала в прихожую, впрыгнула в кеды, накинула на плечи куртку. Мигом вернулась в комнату. Мысли вертелись в голове, бешенные. Паника разрасталась. Руки дрожали. То ли от страха, то ли от безумного азарта, лучшей разновидности волнения, не разберешь… Что-то случилось. И не нужно обладать какими-либо сверхъестественными возможностями, чтобы догадаться, что именно. Восстание монстров. Массовое. Гея сказала правду. Война началась снизу. Времени на рассуждения больше нет. А вот силы… Силы нужно использовать все. Без остатка. И без разницы, насколько кто устал, насколько плохо себя чувствует. Это наш долг. Но не сейчас и не здесь, а там, в царстве мертвых. - Марк, Люси, - обратилась я к трупам, - пожалуйста, отнесите меня и Нико к Повелителю. - Да, хозяйка, - проговорил Марк. - Как скажешь, госпожа, - подтвердила дочь Ареса. - Ты знаешь имена скелетов? – удивился парень. - Мы подружились, - пожала плечами я. Полубог снисходительно ухмыльнулся. Приятной такой улыбкой, любимой мною до чертиков. Я взяла Нико за руку, переплела свои пальцы с его. Вторую руку я протянула Люси. Сына Аида с другой стороны подхватил Марк. Я закрыла глаза, задержав дыхание. Границы между мирами стерлись. Привычный ветер из коридора теней подул в лицо. Ноги сами заскользили по накатанной дороге, как водные лыжи, на большой скорости рассекающие водную гладь. Я улыбнулась, нервно. Я пыталась представить картину охваченного волнениями царства Аида. Выходило нечто совершенно жуткое. Жуткое в высшей степени. На фоне черных стен, стонов, бесконечных, протяжных стонов, вырисовывались воинственные крики, разворачивались кровавые драки с непобедимыми противниками, уже более чем мертвыми. И где-то среди этой кутерьмы невинные души, и без того не самые счастливые, не знающие ничего кроме горя и страданий, чье существование, как факт, едва ли поддается пониманию. Чьи крики разрывают на части. И Аид один против всего этого дерьма, брошенный на произвол судьбы Зевсом… Паника обволакивала меня. Тянула свои длинные руки к моей бедной голове, занимая все мысли, отнимая самые трезвые из них. Все выходило из-под контроля. Рушилось. Падало. Что будет, если мы проиграем? Если выпустим монстров сейчас? Что будет, если они возьмут верх? Аида забросят в Тартар? Персефону туда же? А нас с Нико убьют… В один день. Ха, как в сказках. Я дернулась, не в силах совладать с собой. Смех, слезы накатывали одновременно, меня разрывало. Страх зашкаливал. Тревога стучала в висках. Азарт убеждал биться до последнего, хитроумный, выстраивал выигрышную стратегию. А, может, и не хитроумный, а просто глупый? Бесконечно глупый? Тени, дурацкие, лишь мешались под ногами. Они ничего не понимали. Не знали. Они были бессильны против нее тогда, в Эпире. Они нам не помогут! Я подняла глаза на друга, полные слез, отчаянья. Мне хотелось закричать, вылить все наружу, но что-то, неизвестное, отроду несвойственное, подстегивало меня. Я закусывала губу до боли, пытаясь потушить весь этот душевный пожар. - Мне страшно… - прошептала я. - Брось, - откликнулся Нико. – Все будет хорошо. - Ты… слаб, Аид тоже. Я неумеха, - бормотала я. - Брось, - повторил парень. Он сильнее сжал мою руку, осторожно, нежно большим пальцем поглаживая мою холодную ладонь. - До этого момента все было нормально, и сейчас будет, - уверенно говорил сын Аида. – Эмили… Ты чего? - Я… я чувствую… Что-то не так. Что-то не так. Я как заведенная повторяла эту фразу. Гея молчала. Победоносно. Едва сдерживая радостный смех. Она прятала от меня что-то важное, что-то бесконечно важное… Забросила это что-то в самый дальний угол моего сознания и, как опытная иллюзионистка, соорудила незатейливую конструкцию из зеркал, не позволяющих видеть, что, собственно, спрятано… - Все хорошо. Я с тобой. - Да, я знаю, но… Что-то не так. Со мной, с ней, не знаю… - лепетала я. – Есть что-то, что мы не учли… Вот только что?.. - Не может такого быть! – покачал головой полубог. – Гея тебя путает. Специально, понимаешь? Все должно быть в порядке. Врата мы закрыли. Танатос на нашей стороне. Это наваждение. - Наваждение, - кивнула я, пытаясь убедить в этом саму себя. Хорошо, если так… Хорошо, если наваждение… А в любом случае, что можно изменить?.. Тени выбросили нас на неизвестном мне участке подземного царства. Раскрылись, мягко поставили на камни и чинно удалились. Оставили нас наедине с ожившими фантазиями. Пожалуй, этот уголок можно было бы назвать уютным и даже тихим. Во всяком случае, он когда-то был именно таким… Стикс, кажется, самый исток этой реки, черный-черный бурный поток с кучей ненужных теперь нужных вещей, печально плывущих по течению, смиренных, уходил куда-то вправо, заворачивал за огромную скалу. Невероятного размера скалу с острыми зубами-краями, словно бы пытающуюся откусить часть бесконечного неба над нашими головами. С трех сторон стены, безмолвные, бездушные скалы. Уж слишком безликие. Чересчур безразличные на свой жутковатый манер. Превращенные в решето. В ничто. Измельченные. И раскрошенные. Умницы-тени кружились в местах дыр, в слабых местах, старательно колыхались в такт ветру, сильнейшему ветру, воющему тревожно, до мурашек и холода. Эти замечательные существа пытались создать видимость того, что проходов нет, старательно делали вид, что скалы целые. Врали, милые. Я видела это. Видела сквозь них. И прекрасно понимала, что эти самые дыры – прямой путь на свободу, в новую жизнь. Лучшая перспектива для монстров, для приспешников Геи. А ветер выл, плакал. Камни падали сверху, разбивались на тысячи осколков. Сирена, самая настоящая сигнализация из ближайшего супермаркета, звенела, надоедая. Они не выдерживали, страдали, подавали беспрерывно сигналы SOS, но принять их было некому. Некому было разрушить весь этот бессмертный или, наоборот, давным-давно умерший, заживо погребенный кошмар. Хуже всего, что я видела. Хуже монстров на Отрис. Хуже Геи в голове. Хуже от того, что понятней. Монстры, мертвые люди, а, быть может, предатели-полубоги, малые божества, боролись, даже нет, побеждали призрачные римские легионы и полчища скелетов. По истине, варварские лица. Лица этих существ. Все они смешались в одно. В кошмарную жадность до собственной жизни, до обещанной им вечной жизни. И ничего святого. Нет. Крест. Красный, кровавый. Злоба на агрессии. Отвращение на вызове. Презрение с унижением, два неразлучных друга. И превосходство. Липовое, фальшивое, напыщенное, тоже блестело в глазах наших противников. Лютое, оно затмило им разум, лишило зрения, вывело из строя. Излишняя самоуверенность, звериная жестокость и та же жадность. Жадность до признания. Жадность до того, чтобы показать всем, что лучше, что сильнее, что достоин!.. - Они все такие же как и ты, милая… - прошептала Гея на ухо. – Незаслуженно забытые, брошенные, нелюбимые. Тело откликнулось сильной дрожью, зверским отторжением всего и вся на эти слова. Я еще раз обвела глазами пространство. Скелеты, призраки и чудовища. Умирают вновь, исчезают на секунду и появляются снова. Игра в бесконечность, увы, развернувшаяся не в нашу пользу. Словно бы одурманенные, одичавшие до сумасшествия, монстры вгрызались в скелетов, буквально вгрызались. Их взгляды, ненасытные, улыбки, кривые, страшные, мысли отпугивали жестокостью, болью, страсти до драки и сокрушительной победы. Слишком сокрушительной. Сокрушительной во всех смыслах. Отвращение переросло в следующую стадию. Омерзение. Меня трясло. Можно убить просто. А можно клинком в сердце и плевком в душу. И с ритуальным танцем на костях. И с радостью продираться дальше, сквозь тени, наружу, к свету, к жизни предателя, к низкой жизни… - Я не такая! – прорычала я. Черта с два! Черта с два! Слышала, Гея? Слышала?! Злость заиграла во мне, невероятно приятная, правильная злость, граничащая с уверенностью и небывалой решимостью. В огонь и в воду. Живыми или мертвыми. Я подняла глаза на Нико. На его лице отпечаталось презрение и мрак, смешанные с тонной холода и равнодушия к судьбе восставших. В глазах парня клубились мысли, черные стеклышки неведомого калейдоскопа, острые, опасные, складывающиеся в незамысловатую картинку... Ладонь друга стала ледяной, отрешенно ледяной. - Нико? – окликнула его я. Сын Аида перевел глаза на меня, все такие же отрешенные, далекие. - Покончим с этим! – кивнула я на ужас, творившийся впереди. Моя грудь вздымалась и опадала в такт сбивчивому, возмущенному дыханию. Щеки пылали. Мне было жарко. Азарт и решимость, сплетясь, настраивали меня на битву, большую. Мозг работал по неизвестной мне программе, демонстрируя варианты действий, предлагая способы нападения… Какой-то монстр, две головы и три руки, разрубив пополам скелета, заставив его исчезнуть на несколько секунд, скользнул под занавес теней, попал в ход на поверхность. Неожиданно на нас сзади обрушился удар. Острая боль в спине. Резкая. Пульсирующая. Застонав, я изогнулась. Стало еще хуже. Стрела? Копье? Господи, что это?.. Я инстинктивно впилась пальцами, ногтями в спасительную ладонь Нико. Удар ужасной силы. Меня бросило вперед, пушинку на ветру. Импровизированный замок из наших рук на какой-то миг стал крепче, больше сжался. Ухнув, зажмурившись, сжавшись, я приготовилась к встрече с землей лицом. Я замерла в нескольких сантиметрах от камня. Что-то хрустнуло. Это-то что-то, кажется, было моей костью… Надрывно так. Преломилось. Острая боль ударила в голову. Я сморщилась, закусив губу. Ох, как же больно… Знакомый скользящий звук… Меч Нико превратился из черепа в полноценное оружие. Еще один удар. Парень покачнулся. Замок из наших пальцев ослаб. Я провисла, изогнулась со страшной силой. Еще одна кость хрустнула. Ребра… Моя ладонь выскользнула из руки друга. Локти стукнулись о холодный камень. Мышцы сократились машинально, ахнув, я стукнулась лбом о породу. В ушах зазвенело. Боль загорелась в голове, яркая вспышка, ослепительно белая. Сознание ускользало, неуловимое. Уползало, убегало. Кислорода не хватало. Температура тела подскочила. Дурманящая жара… Я ловила ртом воздух, лениво моргала, пытаясь совладать с собой. Лязг металла где-то совсем рядом. Нико! Это он! Точно он! Он на ногах. Бьется. Один. Чувство с реки Стикс заулыбалось взбалмошное, нелепое. Унимая дрожь, я с трудом приподнялась на руках от камня. Так, давай, Эмили!.. Дыхание сбилось, скорее походило на одышку. Сплюнув густую слюну, кашлянув, я нащупала клинок у себя на поясе. Ухватилась за его рукоятку, удобную, словно бы для меня предназначенную, вытащила его. Отлично. А теперь… Я резко поднялась. В глазах опасно потемнело. Страх того, что я близка к поражению, проник под рубашку. Какой-то нечеловеческий, животный, непонятный инстинкт помог мне сориентироваться. Не отдавая себе отчета, просто доверившись удивительной программе, что мой сумасшедший мозг запускает в особых случаях, я ударила наотмашь вправо. Я провернула кольцо с обсидианом три раза, как положено, загадав число двести. Щедрый жест, не правда ли? Я поймала на себе взгляд Нико, заботливый, тревожный. Он спрашивал, все ли хорошо, молча, без слов. Я неуверенно кивнула. Парень переметнулся поближе ко мне. Теперь между нами метр. Двое против троих. Не ново. Если не считать, что противники – бывшие когда-то военные, судя по камуфляжной форме, мертвые военные, которых, собственно, победить невозможно. Военные с совершенно материальными копьями и мечами из самого что ни на есть металла, подозрительно отливающего бронзой. Что же, что же, что же… Мысли лихорадочно завертелись у меня в голове. Двое, те, что стояли по краям, сделали одновременно выпад в нашу сторону. Тени открылись за спиной, обдав меня ветром, сильнейшим порывом. Мы с Нико одновременно сделали большой шаг назад и в разные стороны, ускользнув от лезвий противника, держа наготове свои. Двести скелетов выступили на площадку, встали вокруг нас, зажав, отделив мгновенно от военных. Как вовремя! Я нервно ухмыльнулась. - Помогайте своим, - бросила я на выдохе. - Да, хозяйка, - нестройный хор одеревенелых голосов. Скелеты, двести два – недавно призванные и мои Марк и Люси, - бросились в драку. Часть мгновенно вывела из строя этих самых военных, заставив их раствориться в воздухе, рассыпаться на мириады мелких кусочков. Другая часть рассредоточилась по самым опасным точкам, умные ребята. - Это не сильно поможет, - заметил парень. - Знаю, - согласилась я. – Но все же… - Они не умирают, - рассуждал Нико. – Нам нужно нечто большее, чем просто рота солдат… Можно, конечно, применить заклинания… - Но на это уйдет много времени, - подсказала я. Улыбка вырисовывалась на моем лице. Красноречивая. Я поняла, к чему ведет полубог… - А если бы можно было сбросить всех этих ребят в Стикс… - говорила я. - Души бы распались, - ответил парень в тон мне. - Это риск, - заметила я. Будет плохо, если кто-то здесь, кроме меня, завладеет проклятием Ахилла. Очень плохо. - Это единственный выход, - ухмыльнулся друг. Я отдала приказ скелетам скидывать монстров в Стикс. Верные, с обожанием посмотрев на меня своими пустыми глазницами, выдав стандартное «конечно, госпожа», они тут же повиновались, все разом. Гея заливисто засмеялась в моей голове. Ошибка! Непростительная ошибка! При малейшей попытке сосредоточиться на чем-то, кроме оружия противника, на вызове теней или прочтении заклинания, мертвецы тут же погибали, пропуская глупый удар, в который раз, и отходили теням. Я недовольно топнула ногой. Ну и дура ты, Эмили!.. Эх и дура! Положение лишь ухудшилось. Наша армия уменьшилась вдвое за считанные секунды. Вздохнув, терпя саму себя, ругаясь на чем свет стоит, я провернула кольцо еще раз, загадав снова двести. Пространство ощутимо исказилось, пошло рябью. Тени то и дело выглядывали из своего мира, совали любопытные носы в происходящее и, ласково щекоча меня, теребя волосы теплым ветром, пропадали вслед за миниатюрными волнами. - Не позволяйте никому воскресать, - отдала приказ я. Скелеты, понятливо кивнув, разбрелись в разные стороны, по ходу включаясь в битву, вызывая тени, читая заклинания своим монотонным голосом, зато безошибочно, зато верно, замораживая, не подпуская чудовищ к выходам. - Попробуем сами? – отвлек меня от созерцания этой грандиозной битвы мертвых голос парня. - Сами? – удивилась я. – Ты думаешь, я на что-то способна? - Уверен, – добро улыбнулся мне друг. Я ухмыльнулась, кивнув ему. - Помоги мне образовать тени… Уже знакомый мне военный появился за спиной сына Аида. - Сзади! – крикнула я. Полубог, мгновенно поняв, что нужно делать, обернулся, выставив вперед меч, блокируя удар в грудь. Промах. Мертвец сделал выпад, целясь в шею. Сердце ушло в пятки. Доля секунды на раздумье. Я бросилась вперед, к парню, чтобы схватить его, уронить на спину, не позволить ранить… Но Нико сам быстро отошел в сторону. Раз – и на другом месте. Возможно, он даже перенесся по теням, я не успела заметить. Я затормозила, пораженно глядя на друга, улыбаясь. - Слева! – одернул меня сын Аида. Слева?.. На миг растерявшись, я просела вниз. Сердце застучало сильно-сильно, безумная улыбка заиграла на губах. Приятная дрожь прошла по телу. Война так война! Чей-то меч просвистел у меня над головой. Так, сейчас удар идет сам по себе… В этот момент важно удержать меч, а не отвлекаться на какие-либо другие приемы. Отлично. Стрельнув глазами влево, увидев все те же ноги в армейских высоких сапогах, в штанах, заправленных в резину, чертовы вояки!, я от груди, не разгибаясь, ударила противника по ногам. По логике вещей, сейчас должен быть удар сверху, бездумный, просто от отчаянья, сверху. Глупый такой удар, бесполезный, безболезненный для моей железной кожи. Ха! Я двинулась назад, убирая голову от лезвия, подставляя грудь. Сосредоточься, Эмили. Очень важный момент… И точно! Бах! Острие меча ударилось мне о грудь, какое-то время давило на кожу, даря жуткую боль. Скрипнув зубами, я напомнила себе, что время имеет значение. Схватилась левой рукой за лезвие вражеского меча, сжала его. Пальцы заломило от напряжения, кожа болезненно прогнулась под острыми его краями. Секундного замешательства должно хватить!.. Господи, как же я люблю собственную неуязвимость, как же я люблю смотреть на противников, внезапно обнаруживших это мое пуленепробиваемое качество! Самодовольно хмыкнув, я ударила в противника по бедру собственным клинком. Специально, со всей силы, ввела клинок по самую рукоятку. Серый силуэт призрака начал стремительно таять, потерял форму, исчез совсем. Я тут же поднялась на ноги. Сколько у меня времени? Секунд десять? Пятнадцать от силы. Надо уложиться. Первым делом я обратила внимание на друга. Тот боролся уже с двумя мертвецами, колол, рубил, изворачивался. Практически не атаковал. Только мастерски уходил от ударов. Будто танцевал, отмахиваясь от их неумелых, но, бесспорно, сильных выпадов. Но не это главное. Главное, что в его волосах во всю клубились тени, вертелись, осторожно стекаясь ему в руки. Что ж, не одна я такая… Оригинальная? Довольная, уверившись, что с ним все в порядке, я сосредоточилась на кончиках пальцев. А время бежало. Я нервно дрыгала ногой, щелкала этими самыми пальцами, пытаясь поймать желанное онемение, желанной покалывание, пытаясь поскорее дотронуться до теней. Давайте же! Ну же! Страх подбирался ко мне сзади. Все ближе, ближе. Ах! Военный по кусочкам начал собираться, складываться, словно бы был мозаикой. Я закрыла глаза. Давайте! Давайте! Тени, миленькие! Я чувствовала их… Чувствовала совсем рядом. Еще чуть-чуть, еще поменьше бы волнения… Соберись, Эмили! Внезапно что-то произошло. Грохот падающих камней и грязные ругательства на английском. Что-то грандиозное. Я, удивленная, открыла глаза, решив посмотреть, в чем дело. Да, это нужно было видеть!.. Под моим противником образовалась яма. Честное слово, яма! Еще секунду назад ее здесь не было. И военный стоял на самом ее дне, метра на три ниже, чем я, заключенный в своеобразную тюрьму. А рядом со мной, в каких-то тридцати сантиметрах, находился Аид, собственной персоной. Как он тут оказался я, право, не знаю… Было в его сегодняшнем образе что-то… поистине дьявольское, самодовольное, какой-то шик и лоск, большее, чем повседневная его уверенность. И наряд он сменил: от привычного одеяния остался разве что цвет. На пальцах его колец видимо-невидимо. Я улыбнулась, задумавшись, сколько разных функций они выполняют. Хозяин подземного царства сделал характерный жест. Готова поспорить, он был слегка приукрашен, а, может, и вовсе ничего не значил. Он, с хитрющей своей улыбкой, поднял камни со скалы взмахом руки, перенес их по воздуху на приличном расстоянии легко и непринужденно, затем, энергично тряхнув рукой, обрушил их на голову моего противника, засыпав его яму. Провел рукой горизонтальной линию. И, опа!, на месте ямы образовалась прямехонькая, без сучка и задоринки, поверхность. Я, улыбаясь, невольно развела руками. - Круто! Нет, правда, круто! – восхитилась я. Аид польщено ухмыльнулся. Комедию строит. Опять. - Научите? – не могла уняться я, отойти от культурного шока. Эту способность управления землей я много раз видела в фантастических фильмах. Меня это поражало и, одновременно, отвращало: уж очень неестественно этот фокус смотрелся. А это… Фантастика! - Когда-нибудь, девочка, - ответил бог. Голос его тоже изменился: звучал слегка мягче, мелодичней, чем обычно. Но, признаться, обычная хрипотца Аида мне нравилась куда больше, чем этот бархат. - Спасибо Вам! – продолжала я. – Вы меня спасли! Спасибо! Только вот… где же Вы раньше были? Последний вопрос был, наверное, несколько бестактным, но… Я произнесла его с таким искренним обожанием, с таким восхищением, открыв пред этим мрачным мужчиной душу, что фраза скорее походила на изысканный комплимент. - Решал проблемы с ходами по всему царству, - по-доброму улыбнулся Аид. – И собираюсь решить эту проблему здесь. А вы… Вы знаете, что делать. - Вы нам не поможете? – растерялась я. - Нико же у нас умник, все умеет… - уклончиво ответил хозяин царства мертвых. – Так что вперед! С этими словами он отошел от меня к ближайшей стене. Приложил к ней руку. Закрыл глаза. Через одежду было видно, как напряглись мышцы спины. Как, должно быть, это сложно, управлять целыми пластами земли, избавлять тюрьму от многочисленных дыр таким трудоемким способом, забивая прорехи камнями в одиночку. Губы Аида зашевелились, зашептали какие-то неизвестные мне слова. Расслышать их я не могла, прочесть то мимике тоже… Он говорил не на английском, а, наверняка, на греческом. Этакое таинство. Настоящее фантастическое колдовство. Факт того, что самый старший из богов и, по совместительству, мой хороший знакомый, добрый волшебник и отец лучшего друга, рядом, стоит за спиной предал мне сил. Умеет же этот комедиант по-настоящему удивлять! Я покачала головой, решив, что ему лучше не мешать, а мне лучше все-таки помочь Нико… Вздохнув, я несколько секунд наблюдала за битвой парня с двумя военными, вычисляла их стиль атак, тактику, силу удара и пыталась предугадать, на что будет направлено следующее действие. Как и все мертвецы, эти не отличались большим умом и высоким интеллектом. Все та же пена у рта, с зашкаливающей жестокостью, удары исключительно на поражение и никак более… Они били всего в три точки на теле: шея, грудь и голова, что, собственно, логично. С подобными ранениями так просто не разделаешься… Нико, не прибегая к теням, не применяя заклинаний, ловко уворачивался от ударов, лавируя. Так… Мертвецов нужно сбросить в Стикс. Идеальный вариант – швырнуть в них тени со всей дури. Минусы – дерущиеся находились в постоянном движении, не стояли на месте. На виду то оказывалась злобно-ироничная улыбка сына Аида, не отличишь от отцовской, то ее загораживали серые спины трупов. Шансов промазать слишком много. Снести Нико в реку не хотелось бы. К тому же, парень уже заготовил сюрприз для противников. Отличный. Тени практически полностью прокрыли не участвующую в бое левую руку… Ему просто нужно сколько-то времени. Четыре, три, два, один! Давай, Эмили! Подгадав момент между атаками, я за считанные мгновения сократила расстояние между мной и тройкой. Чуть ближе… Ага, отлично! Не тормозя до конца, я ударила ногой по ребрам одного из трупов. Серое вещество, его душа, подернулось, пошло волнами, взволнованное жаром моего тела. Мертвец отлетел в сторону. Свалился на камни, ничего не весящий, громыхнув мечом. Нико хватило этой секунды замешательства. Одно греческое слово, и тени направленным потоком по руке потекли ко второму, что стоял на ногах. Бурным потоком. Черная река из теней, подхватила военного, подняла его над землей и, не останавливаясь на пути ни перед чем, роняя по дороге скелетов, восставших, сметая их, затягивая заодно, сбросила соперника в Стикс под яркое сопровождение испуганных криков толпы. Я победоносно улыбнулась. Друг подмигнул мне, задорно, устало. Он вновь произнес это слово на греческом, направив тени на бедолагу, что я сбила одним ударом. Волна подхватила и его и, продираясь сквозь толпу, круша и забирая с собой трупов, выбросила всю компанию в великую реку. - Получается! Получается! – закричала я. Нико, улыбнувшись, кивнул. Я выставила вперед кулак. Парень по-дружески ударил по нему, довольный. Рано радовались… Ситуация изменилась. Надтреснула, переломилась. Часть монстров стали пробираться к ходам наружу с утроенной силой, уничтожая все на своем пути, исчезая в стенах массово. Другая часть увидела в нас с другом потенциального врага и помощников виновников всех их бед – Аида. - Бей их! – услышала я. - Полубог! – следующий возглас. - Твари! – пожалуй, самое приличное обзывательство из всех. - Закончилась ваша власть! - Вы никто! - Госпожа использует вашу кровь! Кровь? Что-то новенькое. Хмыкнув, я выставила вперед клинок, встав спиной к спине Нико. Какая-то змееподобная тварь набросилась на меня справа. Взвизгнув, я хотела было податься назад, но, стукнувшись о лопатки друга, опомнившись, почувствовала мгновенный укол вины. Какая же ты паникерша, Эмили! Раздражение отвесило мне хороший подзатыльник. Зарычав, я надавила на левое плечо парня своим плечом, заставив слегка повернуться, с размаху ударив по змее клинком. Та, зашипев, отползла в сторону, мускулистая, сжалась. Изогнувшись, монстр снова бросился на меня, разинув пасть, противно шурша и поигрывая пластичным раздвоенным языком. А вот это уже не шутки… Напасть не так уж просто. Траекторию движения не угадаешь и бить неудобно… Сердце бешено застучало, предчувствуя встряску. На губах появилась азартная улыбка игрока с суицидальными наклонностями. - Вниз! – скомандовала я Нико. Мы одновременно присели. Змея, промахнувшись, проскользнула над нами. Что дальше? Дальше змей должен спуститься к нам. Плюс со стороны парня тоже есть какие-то монстры… Полубог осторожно потянул меня за рукав куртки вправо. Поняв его с полужеста, я ухмыльнулась. Из этого дурацкого, казалось бы, тупикового положения на корточках мы умудрились двинуться в свободную сторону, развернулись лицом к нашим противникам, выпрямились, насколько это было возможно за маленький промежуток времени, став плечом к плечу. - Пли! – кивнула я. С рук сына Аида сорвалось два шарика из теней, плотных. В полете они распались на части, образовали одну линию - жгут, канат. Тот захлестнул монстров, ударной волной повалил на камни и повез прямиком к речному обрыву. Замечательно сработано! Сердце все еще стучало, заведенное, не верило удаче. Блестя глазами, я выдохнула, истерически засмеявшись, говоря себе ни в коем случае не расслабляться. - Я нападаю. Ты защищаешь, - отрезал парень. Выглядел он просто отвратно. Мешки под глазами опасно посерели, дошли до сизого и теперь наливались болезненным фиолетовым, вены на шее выступили неестественно явно. От улыбки не осталось и следа. Только ужимка, сомкнутые в линию губы, пересохшие. Яркие огонечки в глазах побледнели. Он устал. Был на грани. Но не сдавался. Слишком задевала его вся эта ситуация. Поэтому я, без вопросов, восхитившись выдержкой полубога, его стойкостью и работоспособностью, сжала его плечо, просто так, на удачу. Парень уже настраивался на работу. Закрыл глаза. Зашептал что-то тихо-тихо. Тени, послушные, сбегались к нему со всех сторон, быстро, порывисто. Доверился мне. А что же я? Я не должна подвести. Отбивать от него монстров клинком было бы безумием. Защищать собой, собственным телом – неправильной тактикой. Один только выход. Выдохнув, я сосредоточилась на кончиках пальцев. Давай, Эмили! Ты справишься, ты сильная! Тени, почувствовав мой настрой, тут же откликнулись на мой зов, подскочили в ладони, расшевеленные Нико. Прошептав им «спасибо», почувствовав знакомое онемение на пальцах, я начала представлять, как в моей руке разрастается шарик, куча взбесившихся теней, опасных. Я рисовала его все крупнее и крупнее у себя в голове, пока не почувствовала дикую боль в пальцах, приятную боль как при растяжке, хорошей такой, качественной. Устало улыбнувшись, глянув на упругую сферу, я подкинула мячик на ладони. Зажмурилась. - Помогите, Аид! Я фантазировала стену из теней вокруг нас, непробиваемую для монстров, но легко проходимую для магических штучек Нико, идеальную защиту. Выходило фантастически. И каково было мое счастье, когда я увидела, как тени, эти милые черные существа, складывались сетью вокруг нас, лизнув меня в щеку, повинуясь. Что-то тяжелое в одну секунду легло мне на сердце. Груз ответственности. Груз собственных фантазий и приказов. Ноги подкосились. Я замычала, протяжно, не в силах, не зная, куда себя деть. Ох… Напрягшись, я села на пол, уронила голову на руки, прислушиваясь к крикам в округе, свидетельствующим о том, что атаки Нико доходят до адресата. Свист теней, моих удивительных подданных, в голове нарастал. Они опасно разгонялись здесь, в этом мире, практически исчезая, ускользая в другой. Их удерживать… Становилось все труднее. На голову давило нечто очень тяжелое. Дышать было невозможно. С губ сорвался стон, мученический. Я чувствовала, как холодеют пальцы. - Это не для тебя, милая. Тени тебя разрушают. Они не твоя стихия. Нет, не разрушают. Неправда. Это и должно быть так тяжело. Эта тяжесть естественна… Мой мозг запаниковал, крича, возмущаясь, говоря, что все это ложь. Ложь. - Заткнись! – прошептала я. Ее голос. Завораживающий. Чарующий. Приторно-сладкий. В моей голове. Отвлекал. Я отняла лицо от ладоней. На барьер из теней набрасывались чудовища, рыча и завывая, скалясь. Сети трещали в углах угрожающе. Страх подступил к горлу. Нико выглядел совсем плохо. Исключительно ужасно. Радовало лишь одно: противников стало вдвое меньше. Большинство растаяли в Стикс. - Как непочтительно, милая, - пролепетала Гея. Не отвлекайся, Эмили! Не отвлекайся! Сеть начала редеть. Замигала. Страх душил. Сердце стучало. - Ты же видишь, что вам не победить… Аиду все равно на вас. Его даже здесь нет. Как нет?! Вздрогнув, я оглянулась на стену. Нет, вот же он! Стоит! Блокирует ходы, работает с землей! Обман! Уловка! Злость охватила меня. Волной сшибла с ног, выбила из колеи. Я захлебнулась ею, задохнулась. Захрипев, поливая мысленно грязью земляную женщину, я боязливо цеплялась за образ сети в голове. Тщетно. Тщетно. Он пропал, исчез, растворился. Она его стерла!.. Паника хлынула на меня. Защита ослабла. Монстры прорвались. Меня, сбитую с толку, злую, отчаявшуюся, повалили на пол, животом вниз. Я извивалась, вырывалась, кричала. В голове играла сирена, тревога. Ужас и страх охватили. Вина, коварная барышня, лицемерная, смеялась надо мной, говорила, что я не справилась… Меня разрывало. Глазами я бегала по округе, пытаясь что-либо сделать, что-то придумать, но мысли… Мысли… Мысли… Они путались, переплетались, чудные, терялись. Мне что-то воткнули в спину. Острое. Прямо в позвоночник. Вместо кровоточащей раны, я чувствовала, образовалась здоровенная вмятина, как на железной машине. Слезы сами полились из глаз. Боль ударила по лицу. Плача, бесстыдно рыдая, я попробовала сбросить с себя кого-то, какого-то монстра, ползя вперед, скребя ногтями по камню. - Нико!.. Нико!.. – бормотала я. Еще один удар. Боль пронзила все тело, судорогой прошлась по конечностям. - Помоги! Из-за пелены слез видно было плохо… Я хлопала глазами, пытаясь хоть что-то разглядеть. И лучше бы не пыталась. Какая-то крылатая тварь схватила Нико за спину, потащила его куда-то, стремительно набирая высоту… Догадка, жуткая догадка, подействовала меня как ведро холодной воды на спящую. Острые камни на скале! Это из-за меня! Меня! Из-за меня ему больно! Из-за меня его сейчас бросят на каменоломню! Аид, где же Аид… Страх застучал в ушах. Дрожь прошлась по всему телу. Он умрет! Умрет! Сердце разрывалось, погибало. Я почувствовала себя бесконечно мертвой, бледной сволочью… Мир затек по-другому. Время остановилось. Собственный крик зазвенел в ушах, пронзительно громкий. Лучше б умереть! Умереть по-настоящему. Мне, а не ему! Я уцепилась изо всех сил за одну безумную надежду, глупую, неверную… Схватилась крепко-крепко. До боли в пальцах. До ряби в глазах. - Тени-тени… Тенечки… Милые… - лепетала я. – Помогите мне… Отнесите меня… Тени… Я молилась Аиду, проклинала себя, снова молилась. Погибала. Сгорала. Жалела. Все темнело. Мрачнело. Становилось невыносимо плохим. Без него. Чудовищная птица несет друга к острым пикам-камням. Последний шанс! Я наспех нарисовала в голове картинку. Место в воздухе. Произвольное, рядом с нынешним положением Нико. Раз! Я проскользнула в щель, перешла границу меж мирами. Внезапно, резко. Выдохнув, чтобы устоять на движущейся дорожке теней, я выставила руку вправо, цепляясь за стенку пространства, боясь упасть. Ноги сами несли меня вперед, неизвестно как, неизвестно зачем… Несли меня одной мыслью поймать его налету. Всего лишь поймать. Я не испытывала ни голода, ни холода, ни страха – ничего. Бред. Тлен. Пустота. В голове мелькали его глаза, губы, руки, наши поцелуи и мои мечты, его безумная поддержка и страшнейшее понимание, глупое благородство. Слезы спускались вниз по шее на грудь. Внезапно коридор оборвался. Оборвался в воздухе. Опоры под ногами не было. Вскрикнув, я поняла, что падаю, падаю сама. Страх забился в сердце, вырываясь, сходя с ума. Чуть выше, быть может, на метр, летел Нико. Тоже вниз. А там, внизу, камни. Острые зубья. Ахиллесова пята не поможет. Упасть на спину и не стукнуться головой невозможно. Я умру. Умру. Обязательно. Жалость к себе задушила. Я лишь жалобно пискнула, протягивая руку к парню. Вряд ли дотянусь… Сердце разрывалось от противоречивых чувств, а разум предпочел ни о чем не думать, все забыть, отречься, предатель. Я вызывала тени, но они не подчинялись. Высота уменьшалась с каждой секундой. Я сжалась, приготовилась к худшему. Сейчас. Совсем близко… Бам! Я ударилась обо что-то неожиданно мягкое, пружинистое. Подлетела вверх и снова упала на импровизированный батут. Батут из лиан, самых настоящих тропических лиан. Облегчение, страшная сила, свалилась на меня. Я нервно, криво улыбнулась, засмеялась… Рядом приземлился Нико. Живой. С точно такой же истерической улыбкой. Надо же… Я лениво махнула рукой своим мыслям. Батут! Я знала, кого нужно благодарить за наше спасение. Вон ту фигурку в зеленом платьице, стоящую рядом с Аидом. Персефону.