Трудный возраст

Как только Глеб нежно поцеловал меня, холод ушёл куда-то. Не прерывая поцелуй, я сняла с себя туфли, которые так долго мучали мои ноги. Глеб углубил поцелуй, а его руки перешли на мою спину, медленно опуская молнию платья. — А если нас услышит медведь или волки? — оторвавшись от него, спросила я. — Не волнуйся, мы будем тихо, — улыбнувшись от моего наивного вопроса, ответил он и снова поцеловал меня. Когда он перешёл на мою шею, я чувствовала мурашки от каждого его касания, закатывала глаза и рефлекторно пыталась оттолкнуть его от себя, хотя я молилась, чтобы это никогда не кончалось. Он бережно опустил меня на землю, я вцепилась в его футболку, и он позволил мне стянуть её. Он опустил штаны почти до колен. Я грубо впилась в его пухлые губы и этим страстным поцелуем контролируя, уложила его на землю и села на него сверху. Он улыбнулся, так что при свете луны я могла видеть его острые зубы. Глаза его блестели, но в них не было того животного желания, как тогда в его квартире. В его глазах на этот раз была доброта, и он будто наслаждался, что маленькая девчонка ведёт себя отнюдь не как маленькая девчонка. Он будто был в приятном ожидании с вопросом « малыш, ну, что же ты можешь делать, а? ». Может и это мило, но не для меня. От этой недооценённости я лишь становилась более резкой. « Я сейчас тебе докажу, какая я взрослая», будто кричала я, и Глеб, я уверена, понимал это и именно от этого он улыбался шире. Я прыгала на нём, откинув голову назад, и, царапая его грудь. Я ускорялась, и наше дыхание становилось всё чаще и громче. Естественно я была осторожной, чтобы не залететь, ведь, как вы могли догадаться, резины у нас не было. Я упала на землю рядом с ним, гулко дыша. Земля была холодной и твёрдой для моей, почти голой, спины, но кого это волновало. Немного придя в себя, я подвинулась ближе к Глебу и уютно устроилась на его груди. Он пальцами проник в мои волосы и, гладив, прошептал. — Мелкая. Мы молча лежали и смотрели вверх. Мне нравилось, как блестел лунный свет сквозь ветки и листья высоких деревьев. Немного полежав, мы привели в порядок нашу одежду и продолжили путь. *** Вы видели лицо ребёнка, когда он под ёлкой наконец-то нашёл подарок, который он очень долго хотел? Вот примерно такие лица были у нас, когда мы услышали звуки машин, которые сказали нам, что заветная трасса рядом. Мы не верили своим глазам. По дороге мы успели наступить на грязь, лужи, да и вообще были грязные и усталые, но мы были вместе… вот, что самое главное. Глеб начал останавливать машины, но никто не сделал этого. После того, как четвёртая проехала мимо, я решила вмешаться. — Давай я попробую. — И как же? — с сомнением спросил он. — Увидев девушку, они точно остановятся. — Ну, попробуй. Я уверенными шагами стервы встала посреди дороги. Увидев машину, я нежно и плавно подняла руку, и как вы думаете? Да, да, машина остановилась, поставив Глеба в ступор. Я откинула голову назад, через плечо смотря, нагло сказала. — Учись, мальчик. Он усмехнулся, а я подошла к машине, чьё окно медленно опустилось. — Молодёжь, вас подвести? На водительском сидении оказался взрослый мужчина, он ласково улыбался, было видно, что человек он хороший. Но, как бы, мой парень в хорошее в людях не верит. Он, отодвинув меня, встал и серьёзным, даже немного грубым тоном начал. — Да, нам до города. — Ну прыгайте, что ж вы стоите-то? Глеб открыл заднюю дверь и, сначала пропустив меня, сел рядом. Машина продолжила путь. Вдруг на радио Energy заиграла песня «на луне». Я посмотрела на Глеба, а он усмехнулся. Вдруг мужчина протянул руку и, переключив, фыркнул. — Одно дерьмо сейчас. Вот в моё время такие песни были… а сейчас… Издевательский смешок вырвался из моей груди. — Согласна, дядя. Дерьмо, — на зло сказала я. Фара в ступоре сидел и молчал, но вдруг грустно сказал. — Да ладно вам, может это кому-то нравится. Не такое и это дерьмо. Мой смех вырвался с новой силой. Конечно, мне бы хотелось, чтобы этот смешной для меня диалог продолжился, но мужчина просто поставил джаз. Я была такой усталой. Моя голова медленно опустилась на плечо Фары, и глаза закрылись. Дорога, уличные фонари, джаз в машине загипнотизировали меня, и я заснула, чувствуя тёплые руки любимого на себе. Я вернулась в наш мир, когда немного почувствовала, что меня положили на тёплую кровать, но и это не заставило меня проснуться полностью. Я, положив руки под голову, повернулась на бок и, уже под мягким одеялом, снова заснула. Я знала, что если Глеб рядом, то я в безопасности.

***

Прошёл год. Нет! ПРОЛЕТЕЛ. Грёбаный год. Лучший год моей жизни. Человек, несмотря на свой график, на свой характер, сумел стать всем миром для меня, самым родным. Тем, кто был рядом, когда я сбегала из дома, тем, кто спасал меня, тем, кто терпел мою сломанную психику, тем, с кем я попадала во всякие неприятности. Тем, с кем я позволила себе поверить в чудо, поверить в любовь. Не ныряй в человека слишком глубоко…захлебнёшься. Слабачка. Закружилась голова от сказки, улетела я от реальности, не понимая, как всё начинает медленно, но верно катиться в бездну. Было слишком красиво, слишком фальшиво и идеально. И вот, в слезах я пытаюсь понять, с чего всё началось. Пожалуй, это был новый год. Он забрал меня после очередной ссоры с «любимой» семьёй, чтобы отвезти меня отмечать новый год с его близкими. Всё было волшебно, красиво. Особенно, когда он дал мне подарок, когда я села к нему. Это был новый телефон, ведь, как вы помните, полгода назад (к тому времени) я разбила экран старого. Это было очень мило. В ответ моим подарком были биты. Да, да, вы можете засмеяться, но это было, наверное, самым полезным подарком, который я только могла подарить, ведь зелёными бумажками я не владела. Но милота и сопли продолжились недолго. Всё закончилось ровно на том моменте, когда я совершенно случайно нашла длинный, женский волос, светлого оттенка. Убегая от вопросов, и своим поведением, Глеб окончательно убедил, что тут была девушка и явно не случайная. Когда мы приехали на место, я отказалась выходить из машины и попросила такси, чтобы уйти. На это мой парень вышел из своей бехи и, открыв мою дверь, буквально вышвырнул меня из неё. Оставив мучительные вопросы и комок у меня в горле, он давил на меня, заставляя улыбаться перед его родственниками и сглатывать слёзы. Наверное, это один из самых ужасных моментов, когда тебе так хочется рыдать, чтобы успокоиться. Когда глаза туманятся, но тебе надо терпеть это и улыбаться, чтобы все думали, что всё хорошо. Полное унижение. Но на этом тот чудесный праздник не закончился. Когда Глеб на час ушёл проводить некоторых родственников, не выдержав ссору, сначала с семьёй, а затем с ним, я впервые за пол года закурила. Это не пролетело мимо глаз маленького Германа. Я не знала, что он это видел, ведь он не проболтался Глебу в этот день. Я узнала об этом, когда Глеб на следующий день буквально похитил меня у двери моего дома. Он весь горел от злобы, несмотря на то, что я ещё была обижена за вчерашнее. «Не убьёт ли он меня» думала я, смотря на его состояние. Ну да, девушка, которая удачно превратилась в твою рабыню, нарушила правило. Убей её. Знаете, иногда думаю, что лучше бы убил. А хотите, я вам расскажу, каким было моё наказание? Он притащил меня к себе, привязал мне руки, завязал глаза и, до потери пульса, грубо оттрахал, как последнюю суку, словно я какой-то кусок мяса. И в этот день у меня, против моей воли, случился первый анальный секс и минет. Классно, да? Мы с ним «помирились», когда спустя пару дней он заехал ко мне с цветами и попросил прощения. Но сейчас я понимаю, что это было что-то по типу «прости меня, но это ты виновата». А всё-таки, после этого всё было хорошо. Моя мама нашла себе нового хахаля. Из-за этого я не появлялась дома, да и моё отсутствие не особо замечали. Можно сказать, что я практически жила с Глебом. Хотя ночевала я редко. Через месяц я зашла к нему в гримёрку, это было перед концертом. Я зашла и застала его и его друзей за курением травки. Я не была в шоке, я знала, что он это делает. Его друзья вышли, и он дал мне знак, чтобы я села рядом с ним. — На, попробуй, — сказал он низким голосом и протянул мне самокрутку. Я губами схватилась за неё и начала вдыхать. Прикольно кстати. Но где логика? Он со мной вытворяет хуй пойми что, а затем сам даёт мне травку. Марихуана была началом. Как-то, под его присмотром, я попробовала кокаин. В этот момент мой мозг дал мне сигнал, что что-то не так, но я не сняла розовые очки и продолжила витать в облаках. Красивые слова, дорогие подарки, сюрпризы, откровения, общие проблемы, милые моменты (например, как мы играли в снежки. Как мы пытались приготовить что-то, но в итоге это превратилось в войну мукой, как мы принимали душ, упали как-то в грязь) обманули меня. Я проиграла. И когда прошёл ровно год нашего знакомства, я думала, что он по-любому помнит и лишь не говорит об этом, чтобы сделать мне сюрприз. И всё-таки, я решила пойти к нему с подарком. Это был его шарфик, который он примерно год назад дал мне, чтобы скрыть засосы. Когда я поднялась к нему, дверь оказалась открыта. Я зашла и увидела у порога красные шпильки. «Может мама?» подумала я и прошла дальше. Но в дверном проёме в гостиную я увидела, как девушка сидит на Глебе, и они, страстно целуясь, снимают друг с друга дорогие шмотки. Я, ладонью закрыв рот самой себе, чтобы не завизжать и не зарыдать, прижалась к стене, что разделяла гостиную и коридор. Слёзы быстро покатились по щекам, а затем по пальцам, но я не издала ни единого звука и всхлипа. Я молча положила шарфик на тумбочку и просто ушла. А что ты хотела, Лина. Он Фараон. А ты кто? Тебе 17. Ты обычная девушка, а вокруг него модели, деньги и крутые ребята. Ты ещё и должна быть в шоке, что это продлилось год. Это не его вина, что ты поверила в слова и сказки. Это не его вина. Я до ночи потеряно бродила по московским улицам. Дома меня не ждут, Глеб меня не ждёт, уроки не ждут. Блять, что происходит? Как я до такого докатилась? Я не хотела больше видеть его, но знала, что придётся. Ведь впереди был день рождения Шнура. Но я решила, что именно на нём я поговорю с Глебом и положу конец этому недоразумению длиною в год.