Всё ли так просто?

— Эмм.. Хорошо, — отвечает старший, не понимая или слишком хорошо понимая, что происходит. — Я.. — Пак мнётся, краснеет, а вдруг его отвергнут, но уже нечего терять, он уже начал. — Если не хочешь, можешь не говорить, в чём проблема? — Н-нет.. Не в этом дело... — Так говори, чего тянешь? — Йаа! Легко говорить! — Так скажи! — повысив тон в ответ, сказал Юнги. — Я люблю тебя, Юнги-я!~ — выпалил парень и закрыл лицо руками. Юн просто убрал руки младшего своими и поцеловал его. Чимин откровенно охренел от исхода событий и, округлив глаза, замер. Мин отстранился и, улыбаясь, спросил, — Ты чего? Иди сюда, глупый. Юнги обнял Чима, прижимая к себе и поглаживая по спине. Сказать, что он счастлив — ничего не сказать. Впервые за несколько лет Юн настолько искренне улыбается. Пак же ничего не понимает. Прям вообще ничего. Его не отвергли, это не входило в варианты исходов, поэтому реакции на этот случай он не предусмотрел и просто сидел с пустым взглядом. С одной стороны он ликует, а с другой — ищет подвох, потому что, по мнению Чимина, этому холодному безразличному парню не свойственно любить, выражать эмоции, чувства и т.д. Мин отстраняется и смотрит младшему в глаза, спрашивает обеспокоенно, — Ты чего? Всё впорядке? — на что Пак не отвечает и продолжает смотреть в пустоту. — Эй, Чимина, — Юнги берёт Чимина за руки, отчего становится невыносимо больно, ведь жмут на недавние порезы. — Аайщ, больно, отпусти, — взвизгивает Чим и выдёргивает руки, тут же натягивая рукава как можно ниже. — Что у тебя с.. Ты.. Покажи руки, — в этот момент Мин становится очень даже серьёзным и требовательным. — Н-не стоит, в-всё хорошо, правда.. — дрожащим голосом отнекивается Пак, но всё безуспешно, и он всё же вытягивает руки. Юнги осуждающе смотрит на младшего и аккуратно поднимает рукава его толстовки, стараясь не задеть больных мест, но пару раз Чимин всё же шипит. — Ты идиот, Пак Чимин. Зачем ты это делал? — спрашивает Юн, будто собираясь наказать. — Й-я.. — Чим нервно сглатывает и опускает взгляд вниз. — Ты понимаешь, что на твоих руках живого места почти нет?! Ты бы ещё с крыши прыгнул. — Была мысль, но Тэ позвонил в тот момент... — Обожаю твоего друга, хотя бы так могу знать, что с тобой происходит. Цени его, он волнуется за тебя. — А ты?.. Ты бы заплакал, если бы я прыгнул?.. — у Пака наворачиваются слёзы. — Ты реально конченый идиот, иди сюда, — Мин обнимает его, — Никогда не думай о таком, понял? Такого никогда не будет. Понял? — Угу.. — Чимин еле обнял больными руками старшего, утыкаясь носом в ключицу. — Обещай, что больше не будешь делать подобные вещи. — Но.. — Обещай. — Х-хорошо.. Я больше не буду, обещаю... — Вот и славно, а теперь дай руки намажу, чтобы быстрее прошло. — Не нужно, сами пройдут.. — Я сказал, дай сюда руки, что-то в моих словах было непонятно? — Юнги отрыл в портфеле мазь, которой сам часто пользуется, мало ли что. — П-понятно... — Чим подвинулся к нему ближе и вытянул руки. Юн выдавил мази себе на палец и аккуратно начал распределять по полуживым рукам младшего. — Юнги.. — тихо позвал Пак. — Да? — А.. М-можно вопрос?.. — Агам, я слушаю, — продолжая намазывать консистенцию на руки Чима, говорил с ним Мин. — А.. Что т-ты.. Ч-чувствуешь к-ко мне?.. — дрожащим голосом спросил Чимин. — Сам не знаю, я "не шарю" в этом, но брат сказал, что похоже на любовь. Что-то типа "ты как-то странно её проявляешь, но судя по твоим повествованиям, ты влюблён в него", — цитировал брата Юнги. Пак неловко приблизился к лицу старшего и робко поцеловал его. Юн, мгновенно забыв о мази, ответил на поцелуй. Но как только хотел обхватить его лицо ладонями, мазь напомнила о себе. Чимин, почувствовав что-то холодное желеобразное на своей скуле, резко отстранился, но, поняв, что это мазь, только засмеялся, покрывшись румянцем. Чим собрал немного мази пальцем с лица и обтёр о лицо Мина, не переставая смеяться. Юнги, осознав, что происходит, тоже засмеялся, вытирая мазь со своей щеки. — Ах ты ж, — Юн потянулся к рёбрам Чима в попытке найти щекотку, потому что ему нравилось, когда младший смеётся. И у него получается, ведь тот откатывается назад и пытается убрать ладони Мина. Но в один момент не успевает поставить руки, чтобы была опора, и падает на спину, оказываясь под Юнги. Сейчас обоим уже не до шуток. Юн нависает сверху и нежно целует Пака. Тот мгновенно краснеет и несмело отвечает, робко двигая язычком в то время, как Мин уже умело орудует своим языком в чужом рту. Довольно красивая картина: парни, признавшиеся друг другу наконец в своих чувствах, целуются на крыше, освещаемые кровавым закатом. И, казалось бы, никто не может им помешать, но как же вовремя звонит прекрасный друг Чимина.