The Inquisitor

      Счастливая Гавань, Гора Правосудия       В ту самую секунду, когда группа прошла через Зета-трубу, Кид Флэш начал грузить припасы, собранные Инквизитором, на марсианский биокорабль. Хотя Данте предпочел бы доставить их на один из двух «Джавелинов», которые хранились в резерве, а не на корабле ксеносов, он не собирался рисковать тем, что Бэтмен отключит их основной способ эвакуации, если возникнет наихудшая ситуация.       Через несколько мгновений Кид Флэш закончил загружать ящики с припасами в биокорабль. Он выглядел несколько раздраженным из-за того, что ему пришлось на большой скорости переносить большую часть их нового оборудования в ангар, но, учитывая ситуацию, он, по крайней мере, понимал почему и не жаловался. Он прекрасно понимал, что инквизитор был не в том настроении, чтобы выслушивать какие-либо возражения.       Затем группа направилась к месту проведения брифинга, и по мере того, как они это делали, Аквалад посмотрел на Инквизитора. — Что именно ты планируешь делать с Лигой справедливости? К счастью, ты ничего не сказал о них, пока мы добывали оружие и припасы.       — Ты не хуже меня знаешь, что они не станут слушать ничего из того, что я скажу, поскольку это оскорбит их детское чувство морали. Когда я расскажу им о ситуации и о единственном способе разрешить ее с относительно минимальными потерями, они отмахнутся от этого, потому что они всегда должны стараться спасти всех.       Все, казалось, были озадачены этим заявлением. — Что в этом плохого? Разве это не правильно? — спросил Робин. Данте покачал головой. — Невозможно спасти всех в подобной ситуации. Это не какое-то горящее здание или ограбление банка; это угроза существованию нашего вида. Что бы мы ни делали, будут огромные жертвы. Единственное, что мы можем сделать, — это свести их к минимуму, насколько это возможно.       К чести Аквалада, он не стал сразу отрицать, что спасти всех еще можно, хотя, скорее всего, он понимал, что сейчас неподходящее время для обсуждения любых разногласий, которые могут возникнуть у него по этому поводу. — Просто… насколько сейчас все плохо? — Уточнил он: — Каковы наши шансы?       Инквизитор минуту или две молчал, словно обдумывая свои слова, которые для всех остальных были достаточным ответом. — Из того, что я видел, не похоже, что демоническое вторжение распространилось за пределы Бладхейвена; слава Богу Императору. Однако в то же время я знаю, что это не будет длиться вечно. В конце концов, после того, как они перебьют всех мужчин, женщин и детей в этом городе, они распространятся дальше, чтобы причинить еще больше страданий; это в их природе. Что же касается наших шансов, то в данном случае невежество — это настоящее блаженство.       На этой радостной ноте все направились в комнату для совещаний. Оказавшись внутри, они обнаружили, что остались совершенно одни, если не считать главного монитора, который был включен и напрямую подключен к штаб-квартире Лиги Справедливости. На экране была почти вся Лига, с Бэтменом в центре.       — Вы опоздали. — Коротко сказал Крестоносец в плаще, бросая тот же «взгляд Бэтмена», которым он награждал преступников и тех, кто вызывал у него недовольство, что Инквизитор делал очень часто. Конечно, его использование было таким же бесполезным, как и тогда.       Инквизитор шагнул вперед. — Прошу прощения, мы собирали необходимые припасы и оборудование для предстоящей миссии.       Последовала пауза, прежде чем Бэтмен заговорил снова. — На некоторое время ты и остальная команда будете переведены в режим ожидания, пока Лига позаботится об этом межпространственном событии.       — В данный момент это было бы нецелесообразно; вам понадобится мой опыт в этом вопросе. — сказал Инквизитор будничным тоном. Бэтмэн еще больше сузил свой взгляд на Данте. Тем не менее, прежде чем Крестоносец в плаще успел что-либо сказать, инквизитор продолжил: — Я уверен, что любой псайкер среди вас уже отметил, что это явление почти в точности такое же, как-то, которое привело меня сюда, только гораздо более интенсивное. Так же, как я уверен, что вы не смогли связаться с Затарой из-за его отсутствия. Я не прав?       Бэтмен оставался невозмутимым или, по крайней мере, создавал такое впечатление, в то время как большинство других членов Лиги Справедливости начинали выглядеть более чем обеспокоенными словами инквизитора.       — Так я и думал. Несколько месяцев назад Затара пытался получить от меня информацию о Варпе. Я предупредил его, чтобы он держался подальше от Имматериума и даже не слышал о нем; однако он явно решил изучать его втайне, и теперь мы видим результаты. Некая сущность явно развратила его душу и повлияла на него так, что он начал создавать Варп-разлом, разрыв между материальной вселенной и Имматериумом за ее пределами, и его обитатели теперь свирепствуют по всему городу. Однако, если он не будет закрыт в ближайшее время, то Разлом расширится, позволяя большему количеству демонов наводнить этот мир. Как только они установят достаточно широкую и прочную опору в этом мире, спасти его будет невозможно.       Инквизитор заметил, что, по крайней мере, эти дураки из Лиги, по крайней мере, осознавали серьезность ситуации, даже если и не понимали ее до конца. Это было прекрасно; на самом деле, было бы лучше, если бы они не знали до конца, с чем имеют дело. Это означало бы снизить риск того, что кто-то из них еще попадет под влияние Сил Хаоса, учитывая их слабость.       Несколько членов Лиги пришли в ужас от мысли, что их друг полностью сошел с ума из-за влияния Варпа и теперь рискует самим существованием Человеческой расы. На этот раз Инквизитор не мог полностью винить их или считать слабыми, даже если они явно не понимали масштабов ситуации.       Затем Бэтмен спросил: — Итак, что именно ты предлагаешь в этой ситуации? Как нам спасти Затару и всех остальных в городе?       Вопрос был совершенно предсказуем: — Я буду откровенен в этом вопросе, Бэтмен. Вы не можете сделать ни того, ни другого. — Данте сказал: — Бладхейвен уже потерян; сохраняющаяся порча Варпа сделает жизнь там невозможной. Всех выживших необходимо поместить в карантин, чтобы убедиться, что они не подверглись порче. Что касается Затары, его разум и тело уже захвачены Варп-сущностью, спасти его невозможно.       — Он прав. — Сказал другой голос, а точнее, Мисс Марсианка. — Послушайте, я видела его воспоминания. Он абсолютно прав.       Первым из Лиги, кто откликнулся, как и следовало ожидать, был Капитан Марвел. — Вы двое этого не знаете! Всегда есть другой способ! — Закричал он.       Остальные члены Команды — особенно Мисс Марси, хотя на ее лице было написано столько же гнева, — отошли от своего лидера на несколько шагов, когда он в холодной ярости сжал кулаки. Как посмел этот отвратительный еретик стоять здесь и говорить ему, что он ничего не знает? Данте боролся с этими мерзостями с детства; он видел, как они убивали его друзей и семью, подвергался пыткам, и у него был семилетний опыт службы в организации, у которой был десятитысячелетний опыт борьбы с обитателями Варпа.       Инквизитору хотелось взорваться от ярости; если бы этот дурак был здесь лично, искушение выхватить свой плазменный пистолет и казнить этого никчемного еретика за его слова было бы почти непреодолимым. Вместо этого он подавил свое возмущение и ненависть и изложил факты так спокойно, как только мог. — Это ты ничего не знаешь. Я видел, как это происходило раньше, много-много раз, и я являюсь частью организации, которая боролась с этими мерзостями на протяжении десяти тысячелетий. Если бы был другой способ, не думаешь ли ты, что я бы рассказал вам об этом?       При этом Бэтмен произнес те же самые заезженные фразы, которые Инквизитор слышал уже десятки раз: — Независимо от того, что ты думаешь о ситуации, Инквизитор, мы не будем убивать. Тебе давно пора это понять.       — О, я действительно понимаю, Бэтмен. Я понимаю, что ты и остальные члены Лиги отказались бы прекратить страдания одного человека, которого невозможно спасти, и позволили бы миллиардам людей испытать судьбу, худшую, чем смерть, просто для того, чтобы вы могли продолжать тешить себя иллюзией, что у вас чистые руки и совесть.       Бэтмен выглядел разъяренным словами Инквизитора, но заговорил Супермен: — Мы не отнимаем жизни, потому что не играем в судью, присяжных и палача!       Команда продолжала наблюдать за разгорающейся перепалкой, и каждый из них знал, чем все это закончится, поскольку ни одна из сторон, казалось, не хотела и не могла отступить.       — Это не твои детские попытки навести порядок, ксенос! Это война, в которой каждый житель этой планеты проиграет, если этот разлом не будет закрыт как можно быстрее, и единственный способ сделать это — убить того, кто держит его открытым!       — Мы найдем другой способ. — твердо заявил Бэтмен, и Данте почувствовал, что его терпение иссякает еще больше. — Другого пути нет! Я уже видел это много раз и не буду повторяться снова. А теперь, если у вас не хватает духу сделать то, что необходимо, я сделаю это сам!       — Мы должны были ожидать подобной жестокости от кого-то вроде тебя. — Супермен сердито посмотрел на Инквизитора. Данте больше всего на свете хотел убить ксеноса прямо здесь и сейчас за такое оскорбление. — Я не отвечаю перед тобой, ксенос, и твои слова выдают твое невежество. Но этот бессмысленный спор продолжается уже достаточно долго!       Данте вытащил из кобуры свой плазменный пистолет и выстрелил в экран, прямо в ту часть, где виднелась голова Супермена.       — На этом все переговоры заканчиваются. — пробормотал Кид Флэш.       Когда Инквизитор повернулся к остальным членам Команды, он увидел, что на лицах у всех было написано что-то от смирения до недоверия с отвисшими челюстями. Особенно это касалось Затанны, которая, казалось, не верила в то, что видела.       — Итак… — начал Робин, но замолчал, когда все повернулись к нему, и беспомощно пожал плечами. — Могло бы пройти и получше. — сказал Аквалад.       Инквизитор покачал головой. — Нет, не могло. Ты это знаешь, и я тоже. Они не способны справиться с таким врагом, который будет пренебрегать их детской моралью и использовать ее против них. Я видел это раньше: любое колебание, любое проявление сострадания к этим существам, и они используют это против вас.       Хотя другие члены Команды выглядели так, как будто не хотели верить Инквизитору, они знали, что он не стал бы лгать им о чем-то подобном.       — Пойдем, нам нужно добраться до биокорабля, если мы хотим добраться до Бладхейвена.       Это привело в замешательство почти всех присутствующих. — Почему мы не можем просто воспользоваться зета-трубой? Разве это не было бы быстрее? — спросила Троя. На это ответила М’Ганн: — Помехи из Варпа могут сделать телепортацию невозможной, если не сказать чрезвычайно опасной. Мы все могли бы так же легко оказаться в Варпе, как и в Бладхейвене.       Услышав это, все вздрогнули. Учитывая страшную историю, которую им рассказали в приграничном регионе Курака и Биалии, никто из них не хотел рисковать. Особенно учитывая, что это не помогло бы им спасти мир от демонов в буквальном смысле этого слова. Даже Затанна, из того немногого, что ей рассказали, знала, что этот «Варп», по сути, был адом.       — С уходом будут небольшие проблемы. В Пещере действует карантин, и никто не может ни войти, ни выйти. Двери подвесного отсека и зета-камеры закрыты. — Сказал Робин, отрываясь от своего наручного компьютера.       Инквизитор все равно направился к двери. — Изоляция — это осложнение, но я к нему подготовился. — заявил он, выходя и направляясь к ангару. Остальные члены команды последовали за ним. — Значит, мы просто нарушаем приказы Лиги Справедливости? — Спросила Затанна.       Троя криво улыбнулась девушке. — В общем-то, не волнуйся, со временем ты привыкнешь к этому безумию.       Затанна задавалась вопросом, сможет ли она когда-нибудь привыкнуть к этому, особенно учитывая то, что они собирались сделать.       Это заняло несколько минут, но Инквизитор извлек пару взрывчатых веществ из одного из контейнеров, помеченных предупреждающей надписью о взрывоопасности. Они были похожи на то, о чем можно подумать, услышав слово «наземная мина», но на нем был маленький экран и несколько кнопок, так что это больше походило на один из взрывных устройств, с которыми инквизитор заставлял их тренироваться.       — Это мелта-заряды; одного должно быть более чем достаточно, чтобы справиться с дверями ангара, и даже если они не сработают, бортового вооружения биокорабля должно хватить, чтобы пробить в них приличную дыру.       Остальные члены команды наблюдали, как Инквизитор начал прикреплять взрывчатку к центру двери ангара. Это заняло несколько мгновений, но он прикрепил устройство и направился обратно туда, где его ждала остальная команда, с детонатором в руке.       — Одной взрывчатки будет достаточно? — спросил Аквалад. — Да. — Это все, что сказал Данте, прежде чем нажать большим пальцем на главную кнопку детонатора.       Раздался громкий хлопок, заполнивший весь ангар, и все, кроме Инквизитора, пригнулись и закрыли уши. Когда все посмотрели на результат, то обнаружили, что мелта-заряд прожег огромную дыру прямо в дверце ангара.       Края воронки раскалились докрасна, а с верхней части отверстия капало несколько расплавленных кусков. Остальные члены команды выглядели совершенно сбитыми с толку этим зрелищем. Они ничего не сказали, даже когда инквизитор заговорил снова.       — Все вы знаете, что это не какой-то дурак в кричащем костюме, который грабит банк или захватывает заложников. Это угроза выживанию и душам каждого мужчины, женщины и ребенка в этом мире. Это кошмар, ужас, которому нет предела, такого еще не было в истории этого мира. Не буду врать, шансы на то, что кто-то из нас вернется, в лучшем случае ничтожны, но, несмотря на кажущуюся невозможность, мы должны двигаться вперед. Потому что если мы этого не сделаем, то все, что мы любим, все, что нам дорого в этом мире, будет обречено.       Все напряглись при словах Инквизитора.       — И если мы одержим победу, то еще не родившиеся поколения будут считать это решающим моментом для нашего вида. Это будет момент, когда разверзнется бездна, и ужасы, которые выйдут наружу, обнаружат не беззащитных овец, ожидающих, когда их сожрут, а стойких защитников, стоящих наготове у стен и заявляющих «Нет»! Мы не ваша добыча, мы не ваши игрушки и мы не ваши рабы. Мы — ваш конец! И мы отправим всех до единого из них, вопящих, обратно в ад, который их породил!       Остальные члены команды с решительным видом направились к трапу биокорабля. Когда они поднялись на борт, Затанна взглянула на Аквалада и спросила: — Он всегда произносит подобные речи?       Аквалад улыбнулся и ответил: — Не всегда, но я бы сказал, что у него, похоже, есть к этому талант.

***

      Сторожевая башня, Околоземная Орбита.       Оглядываясь назад, Бэтмен полагает, что ему следовало ожидать этого, учитывая то, что Берч сказал им во время его первой встречи с Инквизитором. Данте всегда был настроен враждебно, когда общался с ними, но это зашло гораздо дальше, чем он ожидал. Ему каким-то образом удалось привлечь всю команду на свою сторону и помочь ему сбежать, что было более чем неожиданно.       Когда камеры видеонаблюдения засняли их маленький побег с горы Правосудия, у всех возникло сильное искушение найти их, задержать и, при необходимости, поместить в Зал правосудия или Сторожевую башню. Некоторые из них были более активны в обсуждении всей ситуации.       — Я не могу поверить, что они действительно это сделали. — пробормотал Зеленая Стрела; все это время его возлюбленная выглядела опечаленной тем, что она видела.       — О чем они думают? — спросил Супермен, потирая переносицу.       — Мы должны догнать их, пока их не убили, или… — начал Флэш, но не смог закончить, когда заговорил Бэтмен. — Прямо сейчас нам нужно попасть в город и закрыть портал. Все остальные выглядели так, словно собирались протестовать, но Бэтмен продолжил: — Когда мы доберемся до города, Айкон и Ястреб пойдут и выведут их из города.       Оба героя кивнули в знак признательности, хотя Бэтмен мог сказать, что были и другие, кто хотел бы присоединиться к Команде. Бэтмен был главным среди них, особенно когда дело касалось его сына. Какая-то его часть больше всего на свете хотела броситься туда и остановить Дика, чтобы он не наделал глупостей. Ему пришлось подавить все свои родительские чувства, насколько это было возможно, чтобы сосредоточиться.       Кроме того, все члены команды снова и снова доказывали, что они способны справляться с невероятно опасными ситуациями, и это, безусловно, соответствовало их уровню. Он был уверен, что с ними все будет в порядке. В то же время Бэтмену нужно было бы поговорить с каждым из членов Команды и выяснить, почему именно они согласились с безумными идеями Инквизитора!       Другие члены Лиги, казалось, так же не хотели отпускать своих закадычных друзей — практически свою большую семью — в этот ад, несмотря на то, что Ястреб и Айкон давали им заверения. — Я обещаю, что мы вернем их всех в целости и сохранности; они не будут очень рады этому, но они будут в безопасности. — Ястреб попытался успокоить их, в то время как Айкон кивнул в знак согласия.       Это было не идеальное решение, но лучшее, что у них было на данный момент.       Позади группы раздался громкий свист. Они обернулись и увидели золотой портал в форме анка, открывающийся в центре зала заседаний. Из ворот вышел мужчина в синей униформе. Лицо мужчины было закрыто золотым шлемом, а на спине у него был плащ с высоким воротником, застегивающийся на две большие пуговицы. На руках у него были золотые перчатки, а на ногах — сапоги того же цвета. На талии у него был золотой пояс с большим кругом в центре.       Все узнали в этом человеке того, кем он был: Верховного чародея и почетного члена Общества справедливости Америки, доктора Фейта.       Его ждали. — Приношу свои извинения за опоздание. — сказал он, подходя к остальным членам Лиги справедливости. — Доктор Фейт, мы вас не ждали.       Доктор Фейт склонил голову. — Понятно, но когда я узнал, что происходит в Бледхэвене, я подумал, что лучше всего объединить наши усилия с вашими. Это угроза, с которой никто в Лиге справедливости не сталкивался, и вы не сможете справиться с ней без моей помощи.       Все сочли, что слова доктора Фейта были почти эхом слов Инквизитора, сказанных всего несколькими минутами ранее. Но в любом случае, им нужно было попасть туда немедленно. Особенно учитывая все те странные вещи, которые происходят в окрестностях Бладхейвена, как Альфред сообщил Бэтмену всего за несколько минут до этого, люди в городе ведут себя гораздо более странно, чем ожидалось. Вплоть до того, что в Готэме было больше случаев насилия, чем обычно. Не только от преступников, но и от обычных людей. Дошло до того, что отряды по борьбе с беспорядками Готэма были переведены в режим повышенной готовности.       Бладхейвен находился в добрых пятидесяти милях от Готэма, но, несмотря на расстояние, это не могло быть простым совпадением.       Они должны были спасти Бладхейвен, Затару и закрыть разлом так быстро, как только могли. Именно эта мысль пронеслась в голове Бэтмена, когда он и остальные члены Лиги пробирались к одному из Джавелинов. .

***

      Марсианский Биокорабель на пути к Бладхейвену       Для команды полет в Бладхейвен был более чем необычным. В начале полета Инквизитор встал со своего места и начал молиться Императору, держа в руках небольшую горящую благовонную палочку. Во время молитвы он проходил мимо каждого члена группы и никому не позволял прерывать его служение, каким бы странным оно им ни казалось. Он утверждал, что это поможет защитить их души от сил Хаоса, и, учитывая его опыт, это вполне могло быть правдой. Таким образом, каждый член команды разрешил это, даже если у него были некоторые оговорки.       Молитвы и воскуривание благовоний продолжались добрых двадцать минут, прежде чем Данте остановился и вернулся на свое место. На некоторое время воцарилась долгая тишина, затем Инквизитор сотворил символ Аквилы и начал тихо молиться. После того, как он закончил свой второй круг молитв, заговорил Кид Флэш. — Итак, не хочешь дать нам какие-нибудь советы в последнюю минуту, прежде чем мы приступим к делу?       Последовала еще одна пауза, заставившая всех задуматься, не должен ли был Кид Флэш держать рот на замке, но вместо этого Инквизитор сказал: — Ожидайте безмерного ужаса; ничто не сравнится с тем, что эти мерзости могут обрушить на недалекие умы. Многие из них будут атаковать, практически не заботясь о своей безопасности или благополучии, поскольку убийство на материальном плане не «убивает» их как таковых. Вместо этого они просто преобразуются обратно в Варпе. Но не принимайте их за обычных безмозглых мясников. В каждом их действии есть извращенная хитрость, заговор, схема. Будьте готовы к неожиданностям и засаде за каждым углом, а также к более… эзотерическим угрозам, которые мы, смертные, не в состоянии постичь. Другие попытаются использовать болезни в качестве оружия; вы почувствуете их запах задолго до того, как увидите, и один-единственный укол одним из их орудий заразит вас неизлечимыми болезнями, которые причинят вам такие мучения, что вы будете молить об избавлении от быстрой смерти. В то время как некоторые изменяют свои формы и черты, чтобы выглядеть так, как вы больше всего цените, или как-то, что лучше всего соответствует вашим чувствам. Они делают это, чтобы внушить вам ложное чувство покоя и безопасности, прежде чем приступить к своим мучениям.       Все начинали все больше и больше нервничать из-за того, что услышали, но Инквизитор еще не закончил. — Некоторые демоны, особенно тот, который взял Затару в качестве марионетки, попытаются вовлечь нас в диалог, не слушайте ничего из того, что они говорят.       Команда, казалось, была немного сбита с толку таким очевидным фактом. — Мы и так не слушаем монологи суперзлодеев; почему в этом случае должно быть по-другому? — спросила Артемида.       Инквизитор покачал головой. — Ты слышишь, но не слушаешь. Демонам не нужно, чтобы ты верил чему-то, что они говорят. Их слова, даже на мгновение затуманивающие твой разум, — это слабость, которой они будут безжалостно пользоваться. Что касается веры в то, что они говорят, демоны будут охотиться на ваши самые сокровенные надежды, неуверенность и страхи, которые вы всегда питали. Они предложат вам то, чего вы всегда хотели, но никогда не могли получить, будь то слава, богатство или просто возможность вернуть то, что вы потеряли. Если это не удастся, они попытаются заставить вас усомниться в себе или ваших союзниках, и поверьте мне, когда я говорю, что они очень искусны в манипулировании смертными.       Это заставило всех начать нервничать и даже бояться. Затем Затанна почувствовала, что Инквизитор перевел взгляд на нее, и приложила все усилия, чтобы сдержать дрожь.       — Например, если Демон, обитающий в трупе твоего отца, будет находится на грани поражения, он попытается притвориться, что его изгнали, а Затара спасен, но это будет ложью, уловкой для тебя, чтобы ослабить бдительность настолько, чтобы он смог нанести удар.       Наступила долгая пауза, пока все переваривали эту информацию.       Именно тогда М’Ганн, казалось, кое-что поняла. — Вот… как ты сюда попал. Не так ли? Ты оказался втянут в то, что делали силы Хаоса, и это привело вас сюда. — Это был не совсем вопрос, но и не совсем утверждение.       Все посмотрели на Инквизитора, словно ожидая, что он что-то скажет. В конце концов, он именно это и сделал: — Ты не… неправа, но это еще не все. В мире, известном как Патронус, шла война; там был раскрыт Культ Хаоса, и инквизиция была призвана уничтожить его. Культ оказался гораздо более значительным, чем ожидалось, и, таким образом, началась полномасштабная война по всему миру. Но поскольку они все еще были недостаточно многочисленны и сообразительны для тех сил, которые привлекли верные императору, их численность была сведена на нет, пока в их руках не остался только один город.       Команда слушала с напряженным вниманием, пока он продолжал: — В последнем отчаянном порыве оставшиеся культисты провели ритуал, чтобы открыть брешь в Имматериуме, очень похожий на то, что происходит сейчас. Только, в отличие от нынешнего, культисты провалили ритуал, и разлом, который они открыли, был нестабильным. Достаточно было одного корабля, влетевшего в него, чтобы он закрылся. Мой был единственным доступным.       Смысл сказанного быстро стал понятен, когда на лицах команды появилось изумление от услышанного. — Ты решил пожертвовать собой. — Робин был прерван, когда Данте прервал его. — Нет, это был вовсе не выбор. — Подразумевалось, что он был вынужден это сделать, и когда его спросили, инквизитор сказал:       — Нет, меня никто не принуждал к этому. На самом деле, мой наставник пытался заставить меня отказаться от этого. Это не был выбор, потому что для меня его буквально не было. Между пожертвованием одной жизнью, даже собственной, и спасением целого мира лояльных граждан Империи? Это вовсе не было выбором, и это не было какой-то тщеславной попыткой стать мучеником. Я прекрасно понимал, какие ужасы подстерегают меня по ту сторону пропасти, но спасти миллиарды людей, пожертвовав одной жизнью, даже своей собственной, было приемлемо. И я верил в Бога-Императора, что он защитит мою душу от ужасов Варпа. Я был прав, и Он послал меня сюда с какой-то святой целью, которую мне еще предстоит раскрыть.       Группа была потрясена самоотверженным поступком своего лидера. Он, вероятно, спас целый мир, нырнув прямо в ад, и сделал это без малейших колебаний.       Кому-то было легко сказать, что они сделают что-то подобное, чтобы защитить миллиарды жизней, но совсем другое дело — сделать это на самом деле. Конечно, на каком-то уровне команда понимала, что однажды в своей жизни им, как героям, возможно, придется принести высшую жертву ради людей Земли, но, по правде говоря, никто из них на самом деле не задумывался об этом всерьез, даже во время битвы.       Однако здесь. Здесь был человек, который не только сделал это и выжил, но и сделал это, не задумываясь ни на секунду. Это было восхитительно и самоотверженно, но в то же время они задавались вопросом, будут ли они в конечном итоге делать что-то подобное в какой-то момент, чтобы спасти жизни других.       Некоторое время полет продолжался в относительной тишине, прежде чем М’Ганн доложила: — Мы приближаемся к Бладхейвену. Похоже, что американские военные полностью окружили город.       Казалось, что Уоллер определенно выполнила свое обещание держать город в узде. Ну, по крайней мере, на какое-то время. Не похоже, чтобы демоны пытались вырваться за пределы Бладхейвена. Тем не менее, в конце концов, демоны устанут от резни внутри и начнут сеять нищету и страдания повсюду. Когда это произошло, Данте не питал иллюзий, что они смогут сдерживать орду очень долго.       — Продолжайте двигаться вперед; нам нужно подобраться как можно ближе к цели, прежде чем мы совершим посадку.       М’Ганн кивнула и так и сделала, все время увеличивая скорость корабля. Это был просчитанный риск; замедление не позволило бы им сильно упасть, если бы они попали под вражеский огонь, но сделало бы их легкой мишенью для всего, что могло выстрелить в них сверху.       Через несколько мгновений они оказались в черте города и почти сразу же были окружены почти буквальной стеной летающих демонов. Команда смогла различить несколько фигур среди огромного роя; некоторые были похожи на огромных синих скатов-мант с зубами, другие больше походили на чудовищно гротескных мух, а третьи имели более гуманоидную форму, но с крыльями, как у летучей мыши или птицы.       — Что это, черт возьми, такое?! — Закричал Робин, глядя на мириады странных и отвратительных форм, которые приближались к биокораблю. — Демоны! Немедленно открыть огонь и начать маневры уклонения! — Приказал Инквизитор.       М’Ганн не нужно было повторять дважды, поскольку энергетическое оружие биокорабля открыло огонь по огромному рою летающих демонических тварей. Хотя бортовое оружие биокорабля убило многих монстров, многие, многие другие смогли избежать их и продолжить преследование.       Из-за зданий Марси было почти невозможно разогнать корабль до полной скорости и уйти от демонов, которые, несмотря на то, как некоторые из них выглядели, на самом деле были довольно проворными. Они начали цепляться за судно, в то время как некоторые из тварей пытались прогрызть себе путь сквозь корпус, в то время как одна из отвратительных огромных мух ползала по смотровому окну кабины. Существо, сидевшее на нем, снова и снова вонзало странное зазубренное лезвие в корпус биокорабля. Это не причинило большого вреда, но если бы все было не так ужасно, то можно было бы заметить незначительную коррозию, появившуюся в местах удара лезвия.       — Нарушена целостность корпуса! Я не могу снять с нас этих тварей! — Крикнула М’Ганн.       Инквизитор знал, что на данный момент у них оставался только один выход: -Снизить высоту и приготовиться опустить трап для высадки! Мы все покидаем корабль!       Хотя большинство участников группы были слегка удивлены этим, они поняли, что удивляться особо не стоило. Учитывая безумие, через которое почти все они прошли к этому моменту, прыжок с биокорабля, на который напали монстры, даже не попал в десятку лучших. На самом деле, единственной, кто выглядел напуганным происходящим, была Затанна, которая изо всех сил старалась не поддаваться панике.       Корабль начал снижать скорость и высоту полета, когда Мисс Марсианка включила автопилот. Посадочный трап начал опускаться, и группа смогла увидеть проплывающую мимо землю. К счастью, он опускался недостаточно быстро, чтобы причинить кому-либо серьезные травмы.       Инквизитор первым выпрыгнул из задней части биокорабля, остальные члены команды последовали за ним. Они упали на землю, а некоторые покатились по асфальту, чудом избежав столкновения с несколькими автомобилями на улице.       К счастью для команды, никто из них не пострадал, за исключением одного или двух, у которых были порезы или ушибы. Когда они посмотрели на биокорабль, то увидели, что он врезался в уже горящий жилой комплекс. К счастью, корабль не взорвался от удара, хотя масса извивающихся демонов, покрывавших его, вскоре загорелась, и воздух наполнился серией криков, которые были настолько чуждыми, что их невозможно было выразить словами.       — Ну… Я определенно сражен наповал. — пробормотал Робин себе под нос.       Вместо этого Данте встал, вскинул плазменное ружье к плечу и начал искать цели.       — Все еще живы? — спросил он. В ответ от остальной группы последовала серия одобрительных замечаний. — Хорошо, а теперь приготовьтесь к атаке. Нам нужно уничтожить демонов.       Так начались первые шаги в проклятом городе.