a marvelous gift

Баки специально выбрал окольную дорогу, чтобы поменьше встречаться с другими путниками. Одиночество его не пугало, в отличие от незнакомцев — кто знает, что придет им в голову? Велят что-нибудь в шутку, а отменить приказ будет некому. Жаль, что у него нет собственной лошади, что уж говорить о карете. Однако сожалеть было в любом случае поздно, и теперь Баки старательно обходил каждую деревню на своем пути. Странное ощущение: с одной стороны, раз вокруг никого нет — некому командовать, а с другой — поговорить он все-таки любил. Будь рядом Стив… По правде сказать, Стива не хватало больше всего. Солнце клонилось к закату. Сквозь ветви деревьев пробивались длинные теплые лучи — в них рыжие волосы женщины полыхали как пламя. Баки заметил это пламя издалека, а уже подойдя ближе, увидел, что женщина стоит, уперев кулаки в бока и смотрит на кучу тряпья у своих ног. Потом обнаружилось, что из кучи торчит голова, так что никакая это не куча, а человек. — Вечер добрый, — окликнула женщина. — Ты не мог бы помочь? — Конечно, — ответил Баки, подавив желание побыстрее пройти мимо. Так-то он с удовольствием помогал всем подряд, особенно по собственному выбору, но не стоило доверять людям, встреченным в лесу на ночь глядя. — Это Клинт, — женщина указала на тряпье, — и он для меня тяжеловат. Ты не мог бы… Баки подхватил Клинта под одну руку, женщина ухватилась за вторую. Вдвоем они сумели поднять его и усадить, прислонив к стволу. — Что с ним? — спросил Баки, глядя на струйку крови, которая стекала у Клинта из носа. — Ничего страшного, — ответила женщина с подозрительным равнодушием, — бывало и хуже. — Аа, — глубокомысленно отозвался Баки. Стив был единственным, кто на его памяти часто терял сознание, и окружающие никогда не относились к этому так спокойно. — Я Наташа. А тебя как зовут? Баки посмотрел на нее с подозрением. — Так что с ним случилось? — поинтересовался он вместо того, чтобы представиться. Пока ему ничего не приказали, есть простор для маневра. — Жонглировал дровами, — она ухмыльнулась, — и переоценил свои силы. Позорище, на самом деле, так-то он неплохой жонглер. Баки поморщился. — Когда очнется, ему будет больно. Меня зовут Баки. — Баки? — темная бровь иронично приподнялась, стало как-то неловко. — Что ж, Баки, ты мне очень помог. Спасибо. Куда направляешься? Баки невольно облизнул губы. Женщина не вызывала доверия. Кто знает, говорила ли она правду. Жонглировать дровами глупо. С другой стороны, они со Стивом и не такие глупости затевали. — В Королевскую военную академию, — наконец ответил он, постаравшись, чтобы это прозвучало гордо. Будущему новобранцу положено гордиться. Наташа на мгновение прищурилась. — Ну-ну. Занятно. — И чего тут занятного? — раздраженно переспросил Баки. Мало ему было Стива с шуточками на эту тему… При воспоминании о Стиве что-то дрогнуло в груди, и Баки поспешно сосредоточился на Наташе. — Похоже, ты сам не в восторге от этой идеи. — Да я счастлив, — соврал он. Наташина бровь опять поползла вверх. — Врешь, — припечатала она и, не успел он открыть рот, чтобы возразить, добавила: — Не ври мне. Рот пришлось закрыть. Врать он теперь не сможет, зато и говорить не обязан. Наташа кивнула с невеселой ухмылкой. — И почему я не сомневалась, — буркнула она себе под нос. — Очередная жертва Золы. Баки похолодел. Как поспорить, не солгав? — С чего ты так решила? — спросил он немеющими губами. Тот, кто знает о проклятии, может воспользоваться этим знанием. Она может приказать ему все, что придет ей в голову. — Я умею внимательно смотреть, — загадочно ответила она. Сердце Баки колотилось как бешеное. Вот и случилось то, чего так боялись мама с папой: ему придется исполнять прихоти первого встречного, какими бы жестокими те ни были. Впрочем, Наташа, похоже, и правда смотрела внимательно — ее лицо смягчилось. — Я не видела Золу, — тихо сказала она, — но жила с таким же проклятием от одного из его… друзей? Последователей? — Жила? — выдохнул Баки. Не может быть! — Жила, — повторила она. — Я сломала его. — Как? — отчаянно выдавил он. — Как от этого избавиться? Расскажи, пожалуйста. При виде печали на ее лице Баки хотелось заорать. Сейчас она скажет то же самое, что говорили колдуны и феи: ничего не поделаешь, ничем не поможешь. — Я не знаю, — так и есть. — Я не помню, как это сделала. — Как это — не помнишь? — Там происходило много всего, — ровным голосом объяснила она. Баки передернуло от этого холодного спокойствия. — И все-таки от него можно избавиться? — он не узнал собственного голоса. Будто не взрослый мужчина говорит, а испуганное дитя. Она коснулась его руки. — Можно, — глаза в глаза, не отводя взгляда. — Все скажут тебе, что нельзя, потому что Зола непобедим. Но я знаю, что ты справишься. Прости, что больше ничем не помогаю. Баки проглотил ком в горле. — Спасибо. Знать — это… — слова давались с трудом. Кивок. — Но Академия… — она лукаво улыбнулась, — не самый желаемый путь для того, кто не хочет исполнять чужие приказы. Баки пожал плечами. Врать она ему запретила, а рассказывать про Стива не хотелось. Родители переживали, как бы Стив не заставил Баки служить себе, но так будет куда легче обойти этот запрет. — Хочу попасть в личную охрану принца, — спокойно ответил он. — Неплохая работа, — так же спокойно отозвалась Наташа, но чувствовалось, что она понимает больше, чем показывает. В этот момент застонал Клинт. — Моя голова… — Так тебе и надо, — жестоко ответила Наташа, но Баки не мог не заметить, с какой нежностью она отвела с его лба волосы. Вдруг нахлынула такая тоска по Стиву, что пришлось отвести взгляд. — А это кто? — удивленно спросил Клинт. — Это Баки, — объяснила Наташа. — Держит путь в Королевскую военную академию. И ни слова о проклятии, за что Баки был чрезвычайно благодарен. — О, и нам в ту же сторону. Пойдем вместе? Баки закусил губу. — С меня взять нечего. Если вдруг решишь ограбить. Это была не совсем правда, но Клинт, в отличие от Наташи, врать ему не запрещал. Перед уходом королева Сара дала ему кошель с монетами. Хочешь — не хочешь, пришлось взять, мамина кузина присвоила все деньги родителей, а отправиться в путь с пустыми карманами было бы совсем глупо. Клинт вскинул руки. — Эй, эй, даже не собирался. Ты слишком юн, чтобы слоняться по этим дорогам в одиночку. Сейчас не слишком безопасно. Я хочу помочь. — Клинт неравнодушен к бродячим псам, — пояснила Наташа. Это прозвучало так ласково, что Баки даже не обиделся. Клинт пожал плечами. — Не люблю бросать детей на произвол судьбы. — Я не ребенок, — возразил Баки. — Мне уже семнадцать. Клинт и Наташа обменялись взглядами. — Ладно, — успокоил Клинт. — Совсем взрослый. И это прозвучало еще обиднее, чем если бы он продолжил спорить. Баки демонстративно закатил глаза. Они и сами вряд ли намного старше него. Самое большее, лет на пять. Кроме того, услышав Наташину историю, Баки невольно начал доверять ей. Может быть, не так плохо иметь рядом человека, знающего о его проклятии. — Я собирался переночевать на том постоялом дворе, — Баки махнул рукой. — Думаю, в темноте идти небезопасно. — Умно, — одобрил Клинт. — А деньги у тебя есть? Щеки Баки вспыхнули. Он не настолько доверял своим новым спутникам, чтобы говорить о деньгах. Клинт только фыркнул. — Дитя мое, не верить незнакомцам — это правильно. Но меня твой кошелек не интересует, всего лишь хочу узнать, сможешь ли ты заплатить за комнату. — Смогу, — ответил Баки, опустив взгляд. Его гордость немало потрепало со дня смерти родителей; пользоваться чужими деньгами — это еще капля в море. — Пора идти дальше, — вмешалась Наташа. — Торчать на месте точно не стоит. Какое-то время они шагали в тишине. Баки размышлял, похожи ли Клинт с Наташей на разбойников. — А вам разбойники по дороге не попадались? — наконец выпалил он. Клинт и Наташа снова переглянулись. — Попадались, — ответил Клинт, и Баки невольно сжал кулаки. — Хотел бы я встретиться с ними после того, как научусь драться по-настоящему! — Лучше надейся не встретиться, — резко заявила Наташа. Баки хотел было возразить, что у него есть причина, но вовремя прикусил язык. Не стоит рассказывать о себе слишком много. Пусть считают, что родители будут его искать, может, тогда они не станут убивать его. А будет ли искать его кто-нибудь на самом деле? Родителей нет в живых. Сестры малы и беспомощны. Теперь его семья — это Стив и Сара, но они не ждут его возвращения в ближайшие несколько лет. Пройдет немало времени, прежде чем кто-то обратит внимание на его исчезновение. Горло сжалось от невольной обиды. Но Стив будет ждать писем. И если не получит — наверняка явится прямиком в Академию. От этой мысли глаза подозрительно увлажнились, но на сердце стало светлее. Стив всегда придет за ним. Когда они подходили к городу, Клинт начал насвистывать. Наташа не обращала на это внимания, и Баки тоже не стал спрашивать. Вскоре им навстречу выскочил пес. Его шерсть была такого же цвета, как ветви придорожных кустов. Пес чем-то ужасно смахивал на Клинта — преврати кто-нибудь Клинта в собаку или пса в человека, они походили бы друг на друга как братья. Пес обнюхал пальцы Баки, и тот понял, что соскучился по Дум-Думу. — Привет, дружок, — сказал Баки. Пес в ответ лизнул его руку. — Это Лаки, — сообщил Клинт. — Иногда он путешествует вместе с нами. — А мой пес остался дома. Чистая правда. Дом Баки рядом со Стивом, и именно там остался Дум-Дум. — Как его зовут? — Дум-Дум, — с вызовом ответил Баки, привычно ожидая насмешек. Клинт рассмеялся, но одобрительно. — Шикарное имя! — Так назвала его младшая сестренка. Говорить об этом было больно, Баки отвернулся, чтобы скрыть выражение лица. У Аннабель недавно выпали передние зубки, а Элизабет начала учить буквы. Он никогда не увидит, как растут новые маленькие зубы, не услышит, как Элизабет читает первые книжки. — Ей было грустно, что ты уходишь? — спросил Клинт. Элизабет отчаянно рыдала, когда мамина кузина заталкивала ее в карету. Аннабель что-то кричала Баки уже изнутри. Когда карета отъезжала, Баки смотрел на торжественное лицо Бекки и ладонь, которую та прижимала к стеклу. — Да. Больше они не говорили до самого постоялого двора. Баки снял отдельную комнату — благодаря Саре у него хватило на это денег. Он разделся и лег, но заснуть не получалось, несмотря на то, что тело ныло от долгой ходьбы. Ему никогда не случалось оказываться так далеко от дома. Зачем было уходить от семьи и Стива? Он думал о том, как теперь живут Элизабет и Аннабель. Поселили их в одну комнату или у каждой есть собственная? В какой интернат отправят Бекку? Чем занят Стив? Наверняка опять ввязался в неприятности, раз некому его удержать. Уже засыпая, Баки представил разбойников и Стива, который атакует их, рискуя жизнью. К его удивлению, Клинт и Наташа явились будить его с утра пораньше. — Тут недалеко, — напомнил Баки. — Я доберусь самостоятельно. — Нам все равно в ту сторону, — отмахнулся Клинт. Баки был почти уверен, что это неправда, но знал Клинта не так хорошо, чтобы затевать спор. — Не хочу, чтобы ты угодил в плохую компанию раньше, чем доберешься до Академии, — намекнула Наташа, и Баки невольно сглотнул. Его грызло беспокойство. Из Академии нельзя удрать, чтобы полазить по деревьям. А вдруг его вышвырнут, и он не сможет зарабатывать на жизнь, не сможет защищать Стива? Лаки ткнулся носом ему в ладонь, отвлекая от мрачных мыслей. До Академии оставалось идти совсем немного, когда Клинт с Наташей вдруг остановились. — Дальше нам нельзя, — пояснил Клинт. — Кое-кто не обрадуется таким гостям. Баки прищурился. — Только я поверил, что вы не разбойники. Клинт расхохотался. — Неа, — фыркнула Наташа. — Но это не значит, что в Академии мы на хорошем счету. — Тогда ладно. Спасибо, что проводили. И присмотрели, — неловко добавил он, проводя ладонью по затылку. Клинт положил руку ему на плечо и встряхнул. — Не давай им унижать себя, ладно? — он не знал, что его слова не оставляют Баки выбора. Теперь придется все время думать о том, как бы его кто-нибудь не унизил. Баки мысленно вздохнул. — Удачи, — добавила Наташа. А потом наклонилась ближе и прошептала: — Не слушайся Клинта, если не хочется. Баки благодарно улыбнулся — Наташины слова освободили его. Они стояли и махали ему вслед. Лаки громко лаял, снова заставив вспомнить о Дум-Думе. Баки закусил губу и пошел дальше по улице. Здание Академии вырастало перед ним с каждым шагом — огромный старый замок, стылый даже на вид. Совсем не похожий на королевский дворец, в первую очередь потому, что там не было Стива. Баки расправил плечи и вскинул подбородок, представив, как Стив смотрит на него, как они вместе бросаются в очередную драку, и наконец потянул на себя тяжелую дверь. Та не открылась. Баки растерялся. Постучать? Вот он стоит на пороге будущего и не может попасть внутрь. Не слишком приятное сравнение. Но не успел он придумать что-нибудь еще, как дверь со скрипом отворилась. — Ого, — удивился парень, — а ты почему снаружи? — Пытаюсь войти, — ответил Баки. — Явился поступать в Академию. — Ты пропустил прием, — сообщил парень. — Все собрались еще вчера. У Баки упало сердце. — Всего один день? Парень только плечами пожал. — Если честно, понятия не имею. Я сам новичок. Баки с облегчением выдохнул. — Ну ты меня и напугал! Тот ухмыльнулся в ответ, и Баки решил, что они поладят. — Нельзя выходить на улицу без разрешения. — Так куда ты собрался? — уточнил Баки. Парень с хитрым видом потянул из кармана табакерку. Баки это слегка ошарашило. Конечно, они уже не дети, но курить им рановато. Отец курил, но только у себя в кабинете, подальше от детей и от мамы, которая терпеть не могла дым. — Меня зовут Джеймс, — представился парень. Баки фыркнул. — Меня тоже. Но отзываюсь я на «Баки». — Ну и дурак, — отозвался парень. — А я отзываюсь на «Монти». Баки рассмеялся, но тут сзади подошел еще один парень. — Ты вышел наружу, — прошипел он. — Мы еще не начали учиться, а ты уже влипаешь в неприятности. — Я новенький, — сказал Баки. Парень посмотрел на Монти. — Где ты его нашел? — Всего лишь открыл дверь, — огрызнулся тот. — Было заперто, — уточнил Баки. Парень скорчил рожу. — Нас тут замуровали или что? Поначалу Баки решил, что он такой из себя пай-мальчик, но теперь его уверенность поколебалась. — Скажи-ка, я правда опоздал? — Сомневаюсь, — обнадежил парень. — Я приехал три дня назад, и с тех пор новички приходят и приходят. Меня зовут Гейб. — Баки. Они пожали друг другу руки, как настоящие мужчины. — У Монти есть место в комнате, — сообщил Гейб. — Можешь поселиться с ним, со мной уже живут Француз и Морита. — Он понизил голос. — Главное, не связывайся с Рамлоу, что бы ни случилось. — А кто такой Рамлоу? — так же тихо спросил Баки. Теперь он не сможет связаться с этим Рамлоу даже если захочет, так хоть будет знать, кто это. Монти скривился. — Это воплощение абсолютного зла. Гейб закатил глаза. — Слишком пафосно. Но Рамлоу… -…у тебя за спиной, — прозвучало откуда-то, заставив их подпрыгнуть. Мускулистый парень, заметно старше их троих, насмешливо пялился на них, скрестив руки на груди. Выражение его лица Баки совершенно не понравилось. «Задира» — сказал у него в голове голос Стива. — И что трое новобранцев делают почти за порогом Академии? — Он новенький, только прибыл, — быстро проговорил Монти. — Мы помогали ему разобраться, — подхватил Гейб. Рамлоу посмотрел на него, скривив губы. Баки сжал кулаки, приготовившись драться, и перехватил предупреждающий взгляд Гейба. — Новичок, значит? — Рамлоу поднял брови, оглядывая Баки с ног до головы. И неясно было, стоит ли в этом случае производить хорошее впечатление. — Что ж, новичок, нужно отыскать тебе место в комнате. — Уже нашли, — выпалил Монти. — Он будет со мной. — Надо же, я и не знал, что у тебя есть право расселять по комнатам, новобранец, — притворно удивился Рамлоу. — Уж прости, думал, это я отвечаю за вашу группу. — Строго говоря, нет, — вмешался Гейб. — За всё отвечает полковник Филлипс. Рамлоу это уточнение не понравилось. Темные глаза опасно сощурились, видно было, что у него зачесались кулаки. — Эй! Мне все равно, с кем ночевать. Сначала я должен отдать полковнику рекомендательное письмо. Все будущие новобранцы обращались в городскую стражу за рекомендацией — местная управа подтверждала их готовность к службе. Баки написал рекомендацию сам Фьюри, так что волноваться было, можно сказать, не о чем. Ноздри Рамлоу раздувались, как у злой лошади. — Иди за мной. Напоследок Баки взглянул на Монти и Гейба. Гейб одними губами пожелал ему удачи. Баки невольно подумал, что случится, если его все-таки поселят вместе с Рамлоу. Наверное, если полковник Филлипс тоже отдаст приказ, то ничего страшного. Полковник встретил очередного новобранца с кислым видом, недовольный, что опаздывает на ужин. Да и Баки предстал перед ним не в лучшем виде — пыльный и грязный после долгого пути. Даже волосы пригладить забыл. — Кто писал тебе рекомендацию? — поинтересовался Филлипс. — Коммандер Фьюри, сэр, — ответил Баки, и Филлипс, кажется, удивился. Он протянул руку, и Баки спешно зашарил в сумке в поисках письма. Оно слегка помялось, но королевская печать красовалась на прежнем месте. Филлипс хмуро повертел письмо в руках, и Баки стало не по себе. Его не могут не принять, Фьюри же командует Филлипсом, разве нет? — Хорошо, — монотонный голос будто зачитывал приговор. — Форму выдадут завтра утром. Три смены, стирать по мере загрязнения. Кто не успеет — будет наказан. Подъем по сигналу, быть на зарядке через пятнадцать минут. Завтрак, учеба и тренировки по расписанию для группы. Остальные правила узнаешь завтра. Нужно место в комнате, — Филлипс поднял взгляд на Рамлоу. Баки бесстрашно выпалил: — Сэр, я уже нашел место. В комнате с другим новобранцем. Филлипс кивнул. — Отлично. Мне все равно. Рамлоу, покажи ему казармы и выдай одежду для сна. Свободны. Рамлоу смотрел напряженно, но не посмел ослушаться прямого приказа. Баки же постарался скрыть торжество. Как только за ними закрылась дверь, Рамлоу толкнул Баки в плечо. — Думаешь, самый умный? — Есть немного, — согласился Баки. Рамлоу ему не понравился, зато понравилось его дразнить. — Я твой командир, новичок, — оскалился Рамлоу. — И на твоем месте вел бы себя повежливее. — Обязательно, — легкомысленно подтвердил Баки. — Только не забудь выдать мне пижаму, как велел полковник. Глупо злить человека, который может наказать тебя, но не делать этого было выше его сил. Точно такие же ребята наслаждались, избивая Стива до полусмерти — этот тип с первого взгляда вызывал у Баки ненависть. В дверях спальни Рамлоу пихнул Баки так, что тот чуть не полетел носом вперед. Монти обалдело посмотрел на него, потом разглядел хмурую рожу Рамлоу и благоразумно промолчал. — Принеси своему новому дружку одежду, — прорычал Рамлоу. — И приготовься к тому, что завтра тебе будет очень больно. Когда за ним закрылась дверь, Монти присвистнул. — Смотрю, ты покоряешь сердца. Баки пожал плечами. — Не такой уж он и страшный. Блеф, разумеется. Ничего хорошего от Рамлоу ждать не приходилось. С него станется приказать что-нибудь мерзкое, ради того, чтоб полюбоваться испуганным новичком, а Баки останется только выполнить. Впрочем, Монти его ответ рассмешил. Он махнул в сторону свободной кровати. — Располагайся. Поспи сегодня голышом, а? Неохота лишний раз тащиться в прачечную. Баки только зубами скрипнул. Замечательно, придется в самом деле спать голым. Учиться в Академии так здорово. Чтобы успокоиться, он начал перекладывать свои вещи в ящик под кроватью. В шкаф он повесит только форму, все остальное ему пока не понадобится. Монти явно обратил внимание на узелок с едой, который выдала Мэнди. Поймав его взгляд, Баки вытащил сладкую булочку: — Лови. Булочка прилетела точно в подставленные ладони. — Где ты это взял? — подозрительно спросил Монти. — Наша повариха собрала в дорогу. Монти удивленно раскрыл глаза. — Человек, у которого есть личный повар, поступает в Академию? Его можно было понять — в Академию приходили дети фермеров и простых горожан. Люди побогаче учились в других местах, подальше от муштры и железной дисциплины. — У моего друга, — поправил Баки. — Не у меня. Этого оказалось достаточно. Монти надкусил булочку и блаженно вздохнул. — Эта повариха просто волшебница. Баки мысленно хмыкнул. О Мэнди ходили разные слухи, но делиться сплетнями он не собирался. Когда Баки разделся перед сном, Монти снова вытаращился на него. — Блин, дружище, я ж пошутил! Баки отвернулся, чтобы скрыть румянец. В комнате было почти темно, только свет коридорных ламп пробивался в окошко над дверью, создавая длинные тени. — Удобно же, ветерок обдувает, — бросил он небрежно. Он прослыл остроумным и обаятельным по большей части из-за того, что постоянно скрывал следование дурацким приказам, которые люди неосознанно отдавали ему. Монти хмыкнул и повернулся на другой бок. Баки забрался в постель. В коридоре раздался сигнал подъема. Баки не имел привычки вскакивать с кровати, но ему не оставили выбора — стоило закрыть глаза обратно, как желудок скрутило, напоминая о нарушении приказа Филлипса. Он все время дергался, пока Монти помогал ему правильно надеть форму. — Куда ты так рвешься? — проворчал тот. — У нас всего пятнадцать минут на сборы. Опоздаем на зарядку. — Да ладно, — отмахнулся Монти. — Минутой раньше, минутой позже, какая разница. «Тебе, может, и никакой», — подумал Баки, но вслух ничего не сказал. Во время зарядки он постарался привлечь к себе как можно меньше внимания. Потом они все вместе отправились завтракать, по дороге Гейб представил своих соседей по комнате: Француза на самом деле звали Дернье, он говорил с сильным акцентом уроженца севера. Морита был хмур и напорист, чем-то он походил на Стива. Пока они ели, он старался поворачиваться так, чтобы закрывать Баки от взгляда Рамлоу. — Я приехал одновременно с Гейбом, — объяснил он. — Рамлоу любит задирать новеньких. — Баки он уже ненавидит, — поделился наблюдением Монти. — Вчера вечером он буквально зашвырнул его в нашу комнату. Баки пожал плечами, сделав вид, что его это не волнует. — Я не золотой, чтобы всем нравиться. Уроки шли один за другим: стратегия, тактика, даже зачем-то современная история. Баки нахмурился, увидев в учебнике ошибку: автор неправильно указал дату свадьбы Сары и короля Джозефа, а Стива зачем-то сделал на два года старше. — Новобранец, тебя что-то не устраивает в книге? — поинтересовался ментор. — Нет, сэр, — быстро отозвался Баки. — Тогда чем ты недоволен? — Я… ничем, сэр. — Отставить лгать командиру! — резко приказал ментор. — Здесь приводятся неверные даты. — Баки вскинул подбородок. — Король с королевой сочетались браком зимой, а не весной. А Ст… принцу в этом году исполнилось семнадцать, не девятнадцать. Все затаили дыхание. — Полагаете себя умнее королевских историков? Баки сглотнул. — Я из столицы, — он понадеялся, что такого объяснения будет достаточно. — И разумеется лично знаете Ее Величество и Его Высочество, не так ли? — к счастью, вопрос был риторическим. Рассказывать про дружбу со Стивом совсем не хотелось. — Так держать, новобранец, — саркастически похвалил ментор. — В награду вы получаете недельный наряд на кухню. И поедите только тогда, когда закончите работу. Если останется время до отбоя. Однако во второй половине дня дела пошли лучше. В отличие от Стива, Баки был достаточно сильным и здоровым, чтобы учиться рукопашному бою наравне со всеми. Но удивительнее было обнаружить у себя талант к стрельбе. — Вы из деревни? — спросил ментор на стрельбище. — Никак нет, сэр. Столица. Ментор явно удивился. — Вы часто стреляли? — Никогда, сэр. Кажется, это его впечатлило. — Из вас вполне может получиться Королевский стрелок. — Благодарю вас, сэр. Я был бы рад. На самом деле, Баки было все равно. Впрочем, у стрелков жалование выше. К ужину принесли почту. — Рядовой Барнс, письмо! — В первый же день, — удивился Морита. — Твоя дама? — спросил Гейб. Баки смотрел на торопливые корявые строчки, не в силах сдержать улыбку. — Лучший друг, — ответил он, засовывая письмо в карман. — Тот, у которого повар? — уточнил Монти, и Баки кивнул. Разумеется, Стив написал в тот же день, как Баки ушел. Может быть, для того, чтоб порадовать друга, но куда вероятнее — ему просто не терпелось сделать что-нибудь. Как всегда. Баки добрался до своей комнаты перед самым отбоем. Наряд включал уборку столовой, так что пообедать и поужинать не удалось. Другие ребята умудрялись перекусить, пока убирали еду со столов, но Баки получил прямой запрет. К тому времени, как всё было вычищено, ничего съедобного в поле зрения не оставалось — все запрятали подальше, от крыс. В ящике под кроватью лежал хлеб, который Мэнди дала ему с собой. Одной булкой не насытишься, особенно после дня тяжелого труда, но ничего другого у Баки не было. Он зажег свечу и достал письмо Стива. Монти к тому времени уткнулся в книгу, целиком погрузившись в чтение. Когда-то они сделали Стиву собственную печать вместо слишком узнаваемой королевской — и вот теперь на красном воске красовался отпечаток в форме грубой пятиконечной звезды. Дорогой Баки, Я помню, что ты ушел только сегодня утром, но хочу, чтоб первое письмо дошло до тебя сразу по прибытии в Академию. Я обещал писать, кроме того, чем быстрее я напишу, тем быстрее ты ответишь. Сегодня прибыл посол с Юга, и я принимал его, потому что мама неважно себя чувствовала. Не волнуйся, обычная простуда. А может, она знала, насколько скучно это будет, и решила свалить на меня. От таких унылых приемов кто угодно захочет держаться подальше. Такая тоска, Бак. Он отказался обсуждать недостаток воды в их области, сказав, что это было бы невежливо. Невежливо, представляешь?! Люди болеют и умирают, потому что пьют сплошную грязь вместо воды, а посол переживает об этикете. После этого Коулсон долго рассказывал мне о необходимости дипломатии. Пока он распинался, Дум-Дум заснул. И храпел так, что я почти ничего не слышал. Лучшее время за весь день. Неважно, лучше расскажи, как там в Академии. Рассказывают что-нибудь интересное? Много ли новобранцев? Надеюсь, с вами обращаются хорошо, кормят вовремя и т.д., и т.п. (Мэнди очень переживает, хватит ли тебе тамошних порций). Я видел полковника Филлипса один-два раза, он грубоват, но в целом хороший человек. Может, тебе стоит подружиться с ребятами постарше, чтоб они рассказали, что у вас там к чему, показали все входы и выходы. Ма говорит, что через две недели мы даем очередной бал. Подозреваю, что без тебя умру там от скуки. Кроме того, кое-кто явно хочет навязать мне своих дочерей. Хотел бы я, чтобы ты тоже пришел на бал. Надеюсь, у тебя там все хорошо. Напиши мне сразу, как появится свободное время. Знаю, что у тебя пока что есть дела поважнее, но мне позарез нужна весточка от тебя, чтоб было чем заняться в твое отсутствие. В одиночку торчать в королевском дворце совсем не весело. Надеюсь, мое признание не покажется тебе глупым, но я уже скучаю, Бак. Мы ни разу не расставались даже на пару дней с тех пор, как познакомились. Весь день не знаю, куда себя деть. Твой многострадальный скучающий друг Стив Баки трижды перечитал письмо, тихонько вздыхая. Его руки покраснели и шелушились от горячей воды, в желудке было пусто, плечо болело от отдачи приклада. Он подумал о Рамлоу и представил, как тот обошелся бы со Стивом. Баки скучал по Стиву, и все же был рад, что его здесь нет. Он читал и перечитывал письмо до самого отбоя, а потом засунул его под подушку, чтобы Стив пришел к нему во сне.