Лед и пламя

- Это был не сон. - шепчет Чимин отрешенно, касаясь двумя пальцами своих губ.       Юнги словно обливают кипятком. Он резко отшатывается от Пака на два шага. Последний смотрит на него с широко распахнутыми стеклянными глазами и ловит ртом воздух, как рыба. - Зачем ты это сделал? - голос Пака предательски срывается на последнем слове. Знаки вопроса буквально так и застывают в его глазах. - Я... - еще более беспомощно Юнги себя никогда не чувствовал. Поддался слабости, не смог совладать с самим собой, и теперь пытается дать оправдание собственному поступку. Но разве можно теперь что-либо оправдать в данной ситуации. - Это... - О, мальчики? Вы уже все вымыли? Какие молодцы. - резко появившаяся на кухне Виен прерывает его речи. И Юнги готов богу сейчас молиться за это. Потому что перспектива стоять и оправдываться перед Паком совсем ему не нужна. Он решает, что должен хорошенько профильтровать все случившееся в своей голове, сделать какие-то выводы, а пока он бессилен. - Юнги? - лепечет Чимин вслед уходящему блондину. Однако Мин даже и плечом не повел в ответ. Так и уходит, оставляя Чимина с распирающей от вопросов головой.       Виен с приподнятой бровь смотрит в растерянные глаза сына. - Что такое? Вы опять с Юнги повздорили? - А... нет, вовсе нет. - Чимину стоит титанических сил, чтобы натянуть на свое лицо что-то смутно похожее на улыбку. - Все в порядке. - Точно? - Виен щуриться, чувствуя неладное. - Ты весь красный. У тебя температура? - Пак краснеет еще сильнее, когда вспоминает кто именно стал причиной его бардовых щек. Он обхватывает лицо ладошками, и в это же мгновение губы его матери мягко касаются его лба. - Вроде бы не горячий. - хмыкает та. - Просто жарко тут. - отмахивается Чимин. - Я пойду к себе. Спокойной ночи. - он улыбается и чмокаем маму в щеку, а потом со всех ног бежит в свою комнату.

***

       У Чимина в голове до сих пор не укладывается: его поцеловал Юнги. Тот самый Юнги, что только одним своим взглядом способен был сжечь Пака живьем, тот самый Юнги, у которого в характере кусочки льда. Он ведь ненавидел Пака всеми фибрами души, а сегодня поцеловал. Это же, определенно, что-то значит. Значит для Чимина. И, конечно же, значит и для Юнги.       Чимин ловит себя на мысли, что ему было приятно ощущать то, как прижимались Юнгиевы губы к его собственным. Нравилось ощущать пылающие огнем руки на своем теле, хотя, если честно, то Пак до этого думал, что те холодны, как лед. И то, как дыхание обжигало его нежную кожу, и глаза горели ярким пламенем, когда смотрели на него, нравилось тоже. Думая об этом, Пак ежится от нахлынувшей волны мурашек по его спине. Он всегда считал Юнги привлекательным, хотя и редко признавался себе в этом. Ему нравились его острые, по-настоящему, рысьи глаза с твердым, глубоким взглядом, нравилась его широкая, открывающая вид на розовые десны, улыбка. Но свидетелем последнего он был не часто. Юнги редко демонстрировал свою улыбку в присутствии Чимина. Чимин бы очень хотел хоть раз стать причиной его улыбки.

***

      Тренировка волейбольной команды в самом разгаре. Совсем скоро должна состояться важная для ребят игра с университетской командой. Ястребы. Те славятся своей непобедимостью, сильными нападающими и идеальными подачами, поэтому Тигры, а именно так называется команда Юнги, должна быть в отличной форме. Их тренировки проходят строго каждый день после занятий, кроме выходных, а иногда захватывая даже и их.       Юнги устало приземляется на скамейку, на его лбу выступили капельки пота, покрасневшее лицо и неприятно прилипшая к спине майка. Он достает из рядом лежащего рюкзака бутылку с водой и делает несколько глотков. Он сегодня неплохо погонял мяч, только за два часа совсем выбился из сил.       Тут рядом с ним материализуется запыхавшийся Намджун. Он отбирает бутылку у Юнги и прикладывается к ней, выпивая все до последней капли. - Ты сегодня лучше играл. - замечает Намджун, ставя пустую бутылку у своих ног.       Юнги хмыкает. Что-то подсказывает ему, что не спроста к нему подсел этот товарищ. - Ты поговорил с ним? - обыденным голосом интересуется Намджун. Юнги бы прикинулся дурачком, мол, с кем с ним, но оба знают, что не прокатит. - Почти. - выдыхает Мин. - Сказал ему забыть и выбросить из головы все, что я нес в пьяном угаре, но что-то пошло не так... я его зажал прямо на кухне. - как же он хочет дать себе по морде в данную секунду. - Ты его что?.. - Намджун выпучивает свои глаза на друга. - Целовались мы, блять. - шипит Юнги. - Он сбежать хотел, а у меня переклинило что-то в голове и я припер его к стенке. - Ну, а ему понравилось-то? - Намджуна просто распирает от любопытства. - А я откуда знаю. - Юнги застывает. А действительно, понравилось ли это тогда Чимину или нет? Вот Юнги, что б не соврать, еле сдержался, чтобы не поймать Чимина, когда тот проходил вечером мимо его комнаты, снова не припереть к стене и прижаться к его губам. Бог уберег. - Мы с ним после этого по душам не разговаривали. - Ну и дебил. - укоризненно произносит Намджун в ответ. - Чего это? - Пока будешь тут сидеть и ждать не пойми чего, то кое-кто очень мастерски подкатит свои яйца к твоему рыжему. И подкатит так, что тот не устоит. - Кто? - металлическим голосом требует обозначить этого мастера подкатов Юнги. А потом бьет рукой по лбу, потому что догадывается о ком, скорее всего, идет речь. - Я ему яйца оторву и на всеобщее обозрение повешу. - обещает Юнги, сжимая руки в кулаки. - Пускай только приблизиться к нему, я ему все ноги переломаю. - он вдруг представляет, что этот говнюк касается Чимина своими руками, и гнев вместе с кровью мгновенно разносится по всему организму. Чимин его. И больше не чей. - Привет, хен. - приветствует его непонятно откуда взявшийся Тэхен. Тоже пристраивается на скамейку к двум парням и смотрит на все еще тренирующихся ребят в зале. Там бегает его растрепанный и мокрый Чонгук, который тут же замечает своего парня, машет ему рукой и, со счастливой улыбкой, направляется через весь зал к нему. - Привет, Тэ. - кидает Джун. - А где Чимин? - как бы между делом интересуется он, замечая, как при этом притаился Юнги рядом. - Чимин? - удивленно переспрашивает Тэ. - Не знаю, когда мы выходили из класса, он сказал чтобы я шел один. - он замолкает, явно что-то пытаясь вспомнить еще. - Кажется, он что-то еще говорил про библиотеку и Хосока. Думаю, у них там свидание. - добавляет он, светя своей квадратной улыбкой. А в Юнги просыпается безжалостный убийца, который жаждет убивать всех Хосоков на этой планете. Он подрывается с места так резко, что скамейка чуть не переворачивается вместе с парнями на ней. - Я... мне нужно отойти. - бросает он им и, под удивленные взгляды Кимов, быстро исчезает с их поля зрения.       Он быстро преодолевает два лестничных пролета, по дороге чуть не сбивает с ног учительницу химии, он спешно извиняется перед ней и снова бежит. Он знает, что выглядит сейчас как самый настоящий болван, несясь через всю школу, как на пожар. А у него и так пожар. Жизнь горит.       Он с грохотом отворяет дверь и влетает в библиотеку. Все близ находившиеся там ученики моментально впиваются в него недовольными взглядами. Ну да, библиотека - царство тишины, а он тут только что посмел нарушить ее. Только плевать Юнги хотел на это. Он глазами сканирует уставленное книжными шкафами помещение и находит то, ради чего бежал.       Чимин и Хосок сидят за самой дальней партой и корпят над учебником. Казалось бы, со стороны все выглядит все максимально безобидно, просто один другому решил помочь с уроками, но у Юнги чешутся руки при одном только взгляде на довольную физиономию Хосока. А раньше подобное он испытал исключительно к Чимину. Жизнь та еще странная штука.       Он преодолевает расстояние до их парты, хватает стул с соседней и невозмутимо садится напротив них. Чимин округляет глаза, когда замечает непрошеного гостя. Хосок же настороженно пилит его взглядом, Юнги, кстати, отвечает ему тем же. Мин разворачивает пальцем к себе лежащую на столе книгу. Хмыкает. И Хосок, в свою очередь, повторяет все то же самое только в свою пользу, возвращая книгу на место, с недовольным лицом в придачу. Юнги режет его острым взглядом. - История? - хмыкает он, поворачиваясь к рыжеволосому. Чимин поджимает губы, угукает и утыкается в учебник по истории. - Юнги, че те надо? - Хосок недовольно сужает глаза. Но Юнги, кажется, даже и не собирается отвечать на поставленный вопрос. - У тебя с ней проблемы? - как не в чем не бывало спрашивает он. Чимин выглядывает из под рыжей челки. Сверкает глазами и вновь опускает их, потому что взгляд Юнги более, чем просто проникновенный. Пронизывающий, и ни как по другому. - У него нет проблем, потому что я ему уже помогаю. - деловито заявляет Хосок и закидывает одну руку Паку на плечо. Юнги уже четко представляет как будет ломать эту самую руку. - У меня были кое-какие трудности с последней темой, но Хоби помогает мне с ней уже. - подтверждает Хосоковы слова Чимин.       "Хоби?" - режет по ушам.       " Собственноручно подписываешь себе смертный приговор, Хоби!" - Твой Хоби, - Юнги кривится при произношении ненавистного имени. - тупой, как валенок. Чем он может помочь тебе? - с ехидством произносит Мин. - Я хорошист еще с младшей школы, чтоб ты знал. - Хосок довольно спокойно реагирует на грубость. Он решил, что не будет опускаться до его уровня. - Чего не скажу о тебе. - Юнги усмехается на его слова. Чего греха таить, в его табеле всегда есть пару троек. - Может ты уже скажешь, чего тебе нужно? - Я за Чимином.       Пак удивленно поднимает на него глаза. - Зачем? - спрашивает он, прикусывая нижнюю губу. - Без вопросов. Надо - значит надо! - отрезает Юнги и встает на ноги. Хватает ничего не понимающего Чимина за руку и тянет на себя. Тот, явно не ожидавший ничего подобного, врезается в Юнги со всего маху. И Мин, пока Пак не успел одуматься, цепляется рукой за его талию и буквально тащит из библиотеки. - Ты что делаешь? - Чимин предпринимает попытки вырваться из цепких рук, но Юнги громко шикает на него и одаривает таким смертельным взглядом, что Пак послушно вжимает голову в плечи.       Хосоку потребовалось некоторое время, чтобы понять, что вообще тут происходит, а потом он летит вдогонку Юнги. Всеми силами вырывает Чимина из костлявых лапищ, но Юнги не дается. Уводит рыжеволосого от надоедливого Чона и держит его не расстоянии, упираясь свободной рукой тому в грудь. - Пошел вон! - шипит Юнги. - Отпусти его! - ответ Хосока. - Да отстаньте вы от меня все! - а это уже Чимин. Он отталкивает Юнги от себя, отталкивает Хосока с дороги и хлопает дверью библиотеки за собой.       Чон и Мин растерянно моргают, а потом Хосок рвется вперед, но Юнги не терпит поражения, поэтому незаметно ставит ему подножку и тот валится мешком прямо на книжный стеллаж, заставляя несколько десятков книг посыпаться на пол, а сам Юнги убегает прочь. - Ты что, слепой или ходить не умеешь?! - вылетает разъяренная, пожилая библиотекарша из-за шкафа. Метает молнии в бедного парня из под своих очков. - Куда собрался? А убирать кто будет! - кричит она, когда Хосок делает несколько шагов в направлении дверей. Он пыхтит, материт и проклинает чертового Мин Юнги, потому что обвел вокруг пальца и подставил, как последнего лоха.

***

      Чимин сам не знает, почему решил сбежать именно через запасной выход, но ноги сами понесли его туда. Его так взбесила та ситуация в библиотеке. Он что, игрушка какая-то, чтобы с ним так обращались? Один взял, другой решил отобрать. Ни в какие ворота уже. Он перепрыгивает через каждые две ступеньки, остается всего один пролет до первого этажа, чтобы оставить все за пределами школы, придти домой, взять из холодильника здоровенный кусок торта и закрыться с ним в комнате ото всех и вся. Но планы трещат по шву, потому что ему на встречу поднимается Юнги.       Пак замирает на месте, смотрит на медленно поднимающего к нему блондина, и только потом осторожно поднимается на две ступеньки выше. Он чувствует себя жертвой в лапах огромного зверя, что неумолимо приближается к нему. Пак сжимает руки в кулачки и, резко развернувшись, бежит со всех ног по лестнице вверх. Он не знает где спрятаться от него, но надеется на лучшее. - Стой! - кричит ему в спину Юнги. И, судя по топоту его ног, тоже бросается за ним вдогонку. - Чего ты убегаешь? Стой!        После нескольких секунд бега Пак останавливается. Пытается сообразить, бежать дальше по лестнице вверх или же все-таки найти свободный класс на четвертом этаже и закрыться в нем. Он выбирает второе. Но Юнги большой мастер рушить чужие планы.       Он обхватывает его со спины и тащит брыкающееся тело выше, на пятый этаж, где только вход на школьный чердак и никого из людей.       Там приваливает его к стене и отрезает все пути отступления, упираясь руками по обе стороны от его головы. - Что тебе нужно от меня? - пыхтит Чимин, желая отодвинуть парня подальше от себя, но Юнги напирает сильнее в ответ и чужие руки со своей груди стряхивает. - Чимин, ты достал! - рычит Мин на все сопротивления рыжеволосого. - Я Достал!? Я!? - нервно усмехается Пак. - Это ты... то ненавидишь меня, то спасаешь, то снова ненавидишь, то потом целуешь! - выплескивает все, что скопилось на душе за долгое время. - Хосока вечно задираешь! Зачем!? Что тебе нужно?! - чуть ли не умоляюще просит Чимин. - Что, скажи?! - Юнги в узел всего скручивает от того, как смотрят на него эти глаза, как пылают его щеки и как он трогательно сжимает в своих пальчиках ткань его кофты. Юнги плевать, что было до. Юнги плевать, что будет после. Ему важно и нужно лишь сейчас и Чимин. - Ты нужен. - шепчет Юнги перед тем, как прижаться губами к Чимину.       Пак округляет глаза, врезается ручками в Юнгиеву грудь, мычит ему в губы. А Юнги вопреки всему сильнее вжимает его собой в стену. Целует так, как никого на своей памяти не целовал. Напористо, но в тоже время мягко и ласково. Лижет губы, пытается протолкнуть язык в горячий рот, но Чимин намертво стискивает зубы. Тогда Юнги резко запускает холодные руку под его свитер и Пак от неожиданности скулит, чем и пользуется Юнги, тут же углубляя поцелуй. Чимин борется еще некоторое время, а потом, совсем потеряв голову, расслабляется, послушно открывает шире рот и позволяет Юнги прижать к себе еще сильнее.       Мин опускает руки на его поясницу, гладит спину под одеждой, вырывая судорожные полувздохи, полувсхлипы из груди Чимина. Последний обхватывает чужую шею руками, сам ластится, позволяет делать с собой все, что захочет блондин. Юнги, вдоволь насытившись сладкими губами, спускается на шею. Мажет влажно губами, целует, прикусывает кожу. Чимин издает тихий стон, за которой, впоследствии, и краснеет. Юнги хочет его съесть. Всего. Целиком. - Что же ты делаешь со мной? - шепчет Юнги, уткнувшись в Чиминово плечо головой. Обнимает его сильно, практически вжимая в себя. - Я... я не знаю. - так же шепотом отвечает Чимин, уткнувшись в белесые волосы. Его лицо донельзя алое, губы блестят влажно и переливаются спелой вишней, а на шее виднеются еле заметные отметины. - Хосок больше не должен к тебе подходить, понял? - Ч-что? - Чимин сглатывает, все еще находясь в нирване. - Если он к тебе еще раз подкатит, я оторву ему яйца и все то, что висит и болтается без дела на его теле. - Твердо произносит Юнги и сильнее стискивает тельце Чимина в своих руках. - Я ни с кем не делюсь тем, что принадлежит мне.       Сердце Пака делает бешеный кульбит в груди, обрывая дыхание. От слов его бросает в дрожь. Чимин чувствует себя так, словно вот-вот упадет в обморок. А Юнги теплый. Очень теплый. И сердце его бьется о ребра так, что Пак без труда чувствует его.