Я не знаю, зачем сделал это

Раздается звук телефонного звонка. Протяжный и длинный. Я намазываю вишневый джем на тосты, наливаю полный стакан молока. Телефон не перестает звонить. Ставлю перед ним тарелку. Нажимаю на кнопку. - Я Вас слушаю? - Хэй, привет. Я, э... я по поводу тех листовок о пропаже, - взволнованный голос в трубке. - Вы что-то знаете? - меня переполняет волнение. - Да, этого парня. Он был моим соседом. Мы с семьей переехали оттуда, я... я не был с ним знаком, но часто его видел. На фото он, правда, выглядит несколько иначе, но это точно он, я уверен в этом. Мэйси сидит неподвижно и смотрит на меня с ожиданием. В глазах какой-то страх. А я внимательно прислушиваюсь к голосу на том конце провода. - А, это прекрасно... Черт, я поверить не могу, что кто-то отозвался. Невероятно. А где, где Вы жили? Местность... возможно, ну знаете, возможно мы съездим, опросим соседей и кто-то еще его узнает. Уже больше года прошло, понимаете... - Мы жили на Мэриленд-драйв. - М-мэриленд-драйв? - я пытаюсь вспомнить откуда знаю это место. Название улицы чертовски мне знакомо, но я никак не могу вытащить из головы то, где я его слышал. - Северная Каролина. Район у нас тихий был, должны быть те, кто его знает. - Спасибо Вам за помощь. Вы чертовски нам помогли. Я вешаю трубку и проваливаюсь в себя. Где я мог слышать чертово название улицы. Мэйси смотрит на меня с тем же ожиданием. - Рич? Кто это был, Рич? Это по объявлению? - Да, по объявлению, - я роюсь в голове и ни хрена не могу найти, но точно знаю, что это название я уже где-то слышал, - он сказал, что был твоим соседом, вы не общались, но жили по соседству и он часто тебя видел на Мэриленд-драйв. Знакомое местечко? - Нет, - он пытается вспомнить, но ничего не выходит, - я думаю, нам стоит туда съездить, возможно если я увижу, я что-то смогу вспомнить. Как считаешь? - Отличная идея, - улыбаюсь, - позавтракай и поедем. Позже мы так и сделали. Когда мы приехали, я понял, почему мне это название казалось знакомым. Это улица, где располагался тот проклятый дом, в котором убили мою сестру. Я много раз видел этот дом здесь и еще больше раз видел его на фотографиях следствия. Вся эта чертова улица пропитана какой-то болью. Я останавливаюсь. То, что я пытался забыть на протяжении года снова меня начало захлестывать. Я будто снова оказался в центре всего этого дерьма. Страшно оказываться здесь вновь. - Рич? - он касается моих плеч, заглядывает в мои глаза, - эй? Что с тобой? - Это место... оно странное... слушай... - я не уверен в том, стоит ли ему говорить об этом, - что-то мне нехорошо... - Давай сделаем так. Ты подождешь меня в машине, а я опрошу соседей, идет? - Да, хорошо, отлично, - я закуриваю, снова трясутся руки, - идет. Я сажусь на тротуар я глубоко затягиваюсь. На улице моросит мелкий дождь. Тут жуткая тишина. Как можно было не услышать ее крики? Неужели никому просто не было дела? Или у нее не было голоса? Как это могло произойти. Он тоже здесь жил в то время, почему ее никто не слышал? Я оглядываюсь на то, как он звонит по домам, мало кто открывает, но те кто открывает, его узнают, судя по тому, что они долго стоят на пороге и о чем-то одушевленно беседуют. Я снова затягиваюсь и только думаю о том, как быстрее отсюда уехать. Это долбанное место жутко давит на меня. Я смотрю на то, как он подходит к тому дому. Долго стоит у дороги и не решается позвонить в дверь. Да и смысл, там же никого нет. Он медленно его оглядывает, топчется, опускает голову, делает шаг вперед, останавливается. Черта с два он ждет? Он подходит к двери, настойчиво стучит, но не получает ответа. Впрочем, как и ожидалось. Затягиваюсь. Слышу его шаги. - Написано, что он выставлен на продажу. Тот крайний дом. - Не завидую я тому, кто там будет жить. Почему так долго? - Там... какая-то странная атмосфера... - он снова оглядывается на него. - Ты что-нибудь узнал? - Да. Многие соседи говорят, что я жил здесь с братом. Вполне себе сходится с моими воспоминаниями, как считаешь? - спрашивает воодушевленно. - Жил с братом? - Да, - он делает паузу и добавляет, - пока его не посадили. - Что? - я замираю и таращусь на него, - когда посадили? - Осенью того года. Получается он не мертв. Мурашки по коже. Этого, блять, быть не может. Сигарета выпадает из рук. Я встаю и иду вдоль дороги. Мэйси идет за мной и что-то пытается мне говорить. Но я его уже ничего не слышу. - Рич? В чем дело, Рич? - Оставь меня, пожалуйста. Мне нужно подумать. Это был его чертов брат. Его проклятый брат убил мою сестру. Всё ведь сходится. Место. Сроки. Соседи его узнали. Он вспомнил брата. Они подтвердили, что он отбывает наказание. Время ареста. Всё, блять, совпадает. Как такое возможно вообще? Он же не знает, кто его брат. Думал, что он убил его, а вышло... интересно, что ему проще будет принять. Я вспоминаю глаза его брата. Они такие же как у Мэйси. Тот же странный бледно-голубой цвет. Тот страдал гетерохромией. У этого он просто вырезан. Почему вырезан то? Как он здесь замешан, черт дери? Мэйси пытался его остановить и поплатился? Эти побои. И старые шрамы. Брат истязал его? А потом ему стало мало и он нашел новую жертву? Но почему тогда у Мэйси хорошие воспоминания о нем? Может он плохих просто не помнит? Чертовых вопросов стало еще больше. Домой я возвращаюсь только под утро. Я нажираюсь до беспамятства. Я больше не хочу думать об этом, но вся эта хрень не выходит у меня из головы. Я не хочу ему рассказывать про это, чтобы лишний раз не травмировать. Но с другой стороны его гребаный брат лишил меня сестры, как я должен относиться к Мэйси? Единственный от кого я узнаю правду - это сам Илан. - Рич, что происходит? - он пытается обнять меня, а я стараюсь избегать его прикосновений, - в чем дело? Рич, я беспокоюсь за тебя. - Слушай... - я сажусь за стол, наливаю еще одну стопку, опрокидываю, - я не знаю. Я смотрю на него, вспоминаю его брата. Я нахожу в нем всё больше общих с братом черт. Это не может не пугать. Если это всё имело место быть, он должен что-то помнить о том дне. Должен. Почему он не помнит? Как такое можно было забыть? Если он жил с ним, он должен был видеть мою сестру. А как иначе? - Я хочу тебе кое-что показать, - я встаю с места, иду вдоль по коридору. В комнату, которую не открывал уже более полутора лет. Он идет за мной. - Но это комната твоей сестры? Ты уверен, что хочешь? - Да, - я отпираю дверь, захожу и чувствую до боли знакомый запах. Внутри всё противно сжимается. Накатывает жалость, боль, злость, какое-то отчаяние. Я беру со столика фотографию, не смотря на нее протягиваю ему, - взгляни пожалуйста. - Твоя сестра? - он протяжно смотрит на ее изображение, глаз не отводит, молчит, - вы так похожи. - Она не кажется тебе знакомой? - Я... - он всматривается, проводит рукой, - я ее видел уже. - Где? - у меня сердце колотится. Я глаз с него не спускаю, а он пытается вспомнить. - Я не помню, но знаю, что видел ее. Лицо знакомое. - Попробуй вспомнить. Он закрывает глаз, жмурится, снова смотрит на ее фото, снова молчит. Говорит, что не может вспомнить где ее видел, но он точно видел ее где-то. А впрочем, мне и этого будет достаточно. Он был в том доме, когда всё произошло. Был и видел ее. Почему ничего не сделал? Или пытался сделать, но не вышло? Почему следствие проморгало тот факт, что у Илана был брат? Он вообще никак не фигурировал в этом деле. Получается, когда он получил от брата, он сбежал? Сбежал и потерял память? Что если брат держал их обоих, а он сбежал, чтоб больше не участвовать в этом? Он его боялся? Он хотел оборвать с ним связь? Черт, он глаз ему вырезал, конечно, он хотел от него сбежать. - Возможно, со временем воспоминания вернутся. Но откуда я знаю твою сестру? - Ладно, мы закончили. Вернемся обратно? - я кладу фотографию на место и вновь запираю эту дверь для того, чтоб больше никогда ее не открывать. - Рич, я же вижу, что с тобой что-то не так с момента как мы вернулись из того места. Что происходит? - Да, ты знаешь, ничего не происходит, все в порядке, - я решил не говорить ему пока ничего из того, что узнал. Мне казалось, что я должен в этом разобраться сам. - Давай тогда просто не будем к этому возвращаться, идет? - Да, конечно, - киваю, наливаю еще стопку. - Я очень... - делает паузу, - очень люблю тебя. Ляжешь со мной? - он касается губами моего лба и удаляется в спальню, а я остаюсь квасить в одиночестве до самого рассвета, а с утра я всё-таки решаюсь навестить его брата.