Ноль

      Клаус выломал дверь. Дон никак не отреагировала, когда брат отодвинул занавеску, выключил воду и бережно накрыл её трясущиеся плечи махровым халатом.       — Донни ты жива… Я так рад, а Дэйв, — тут он всхлипнул, — он мёртв… Донни это было ужасно… Мой милый Дэйв…       Парень опустился на колени и, уткнувшись в бортик ванны лбом, начал жалобно скулить. Дон перестала смотреть в стену и перевела взгляд на брата. На секунду ей захотелось погладить его милые кудряшки, успокоить, как в детстве, сказать, что всё хорошо, что она рядом.       — Где чемодан, Клаус? — хрипло спросила девушка.       — А? Чемодан? Я его сломал, это просто адская вещь, Донни. Дэйв он…мёртв… Я-я… Я так его любил, как и…       Её рука неуверенно замерла в миллиметре от волос Клауса, затем грубо схватила их, оттягивая назад. Она заставила брата поднять голову и посмотреть на неё. Его разбитое заплаканное лицо вызвало в ней жалость, но злость успешно подавила это чувство.       — Что ты сделал с ёбаным чемоданом?       — С-сломал… Донни, ты нужна мне, я.       — Блять, Клаус, я же просила тебя не потерять чемодан, — раздражённо произнесла девушка и отпустила его волосы. — Ты даже это не смог нормально сделать!       Она перелезла через бортик, натягивая халат.       — Донни, н-не уходи, — брат испуганно ухватил её за рукав.       — У меня нет времени на возню с таким неудачником как ты, — она выдернула ткань из ослабевших мужских пальцев и сделала шаг в сторону двери.       — И всё же ты та ещё сука, Дон! — с надрывом крикнул Клаус, с ненавистью смотря на сестру.       Номер Ноль проигнорировала его взгляд и вышла в коридор, громко хлопнув дверью. Наверное, сейчас Бэн её осуждает и думает, что она злобная тварь. Наверное, Клаус снова обдолбится. Плевать. Какое ей дело до призрака и взрослого мужика, который так и не научился нести ответственность за свои действия? Чёрт. Как им теперь спасти Пэйтч? Ведь подставляясь под пулю, Дон рассчитывала, что им удастся обменять жизнь Юдоры на этот грёбаный чемодан. Не менять же им, в самом деле, Пятого на девушку Диего? Да и киллеры не обрадуются, что их чемодану пиздец. Донна тяжело вздохнула и потёрла переносицу. Её уже доконали эти бесконечные приключения. Всего за три дня она успела нажить себе хуеву тучу проблем. Крики, доносящиеся с первого этажа, привлекли её внимание, она прислушалась.       — Как это ты не можешь рассказать?       Голос Эллисон. Дон усмехнулась. О, сейчас она снимет стресс.       — И чего ты так кричишь? — Дон вальяжно прислонилась к косяку.       Картина словно из детства. Эллис кидает истеричные претензии Лютеру, а брат стоически терпит. Темнокожая девушка резко обернулась, она явно не была настроена на дружелюбную беседу. Как раз то, что нужно.       — Лютер не хочет посвящать никого в твою тайну, — актриса скрестила руки на груди и высокомерно вздёрнула подбородок.       — Так заставь его, в чём проблема? — Дон развела руки в стороны и ехидно улыбнулась. — Я думала, ты узнала этот секрет ещё, когда мы были детьми.       — Она не может, — Лютер неловко переступил с ноги на ногу. — Отец заставил её пустить слух про то, что её способности никогда не будут действовать на меня и тебя.       — Значит, я могла безнаказанно делать ей пакости? Мог бы сказать и раньше, — раздосадовано вздохнула девушка в халате.       — Что ты такое говоришь, Лютер? То есть каждый раз, когда я пускала слух о том, что ты меня любишь или хочешь поц… — Эллисон замерла, прижав руку ко рту.       Брат отвернулся к окну, его лицо слегка покраснело.       — Понимаешь, Эллис…       — Нет, нет, нет, — номер Три замотала головой, — не хочу ничего слышать. — Она развернулась и выбежала из комнаты, оставив брата и сестру ошеломлённо смотреть ей вслед.       — Вот это поворот, — Дон покачала головой и встала за барную стойку. — Тебя только что отвергли, хочешь выпить?       Она плеснула виски в два стакана, и сразу же опрокинула в себя один из них.       — Жаль, что поскандалить не получилось, — озвучила свою мысль Дон, смотря на брата, который последовал её примеру и резво опустошил другой стакан       — Тебе лишь бы скандалить, — печально произнёс Номер Один и сел за стойку, обречённо опустив голову на зеркальную поверхность.       Донна снова наполнила стаканы и беспечно обратилась к брату:       — Так, значит, ты был на Луне? И как там, красиво?       — Четыре года. Ты не представляешь насколько, — удручённо ответил ей здоровяк.       В гостиную вошла Грейс и, ласково улыбнувшись, спросила, не хотят ли они пообедать. Лютер резко выпрямился и испуганно посмотрел в сторону «мамы», словно он был школьником, которого поймали за распитием алкоголя, Дон едва заметно напрягла плечи, исподлобья смотря на робота.       — Значит, Пого тебя починил! — радостно воскликнул мужчина.       Дон вопросительно взглянула на него, и он объяснил:       — После нападения на дом каких-то бандитов в странных масках, Эллисон обнаружила «маму», сидящей в кресле с проводами наружу, наверное, это была их работа.       Робот повторила свой вопрос. Дон раздражённо цокнула языком и, отрицательно покачав головой, снова опустошила стакан.       — Спасибо, «мама». Но у нас нет аппетита, спроси Эллисон, может быть она захочет пообедать.       — Хорошо, но я всё равно приготовлю и на вас, вдруг проголодаетесь, — женщина покинула гостиную, так же тихо, как и пришла.       — Что было после нападения? Как я поняла, за нас с Клаусом вы не сильно волновались, — Дон посмотрела на брата с притворной обидой.       — Мы отправились на поиски Пятого. Ему была нужна наша защита, ведь те бандиты пришли за ним, — объяснился Лютер, допивая свой виски. — Клаус вечно пропадает, когда и куда ему вздумается, ты точно такая же вольная птица, как и он. Мы и предположить не могли, что вас похитили.       Номер Один подадвинул свой стакан в сторону сестры, она плеснула им ещё алкоголя.       — Поверь, Пятый — последний в нашей семьей, кто нуждается защите, — усмехнулась Дон, а потом задумчиво произнесла: — Лютер, когда ты коснулся меня сегодня утром, мне показалось, что я не почувствовала боль, — она подняла руку и потянулась к его лицу. — Можно я проверю ещё раз?       Брат поджал губы, но кивнул. Дон осторожно прикоснулась к его щеке кончиками пальцев. Колючая, тёплая и сухая. Девушка восторженно выдохнула и улыбнулась. Ей захотелось обнять брата, но она сдержала свой порыв.       — Пять лет назад на одной из миссий меня тяжело ранели. Отец ввёл мне сыворотку, чтобы я смог выжить. Теперь я наполовину Пого.       — Вот же ублюдок, — Дон убрала руку от его лица и с силой ударила кулаком по столу.       — Успокойся, у него не было выбора. Если бы отец не придумал как спасти меня, я бы умер, — Лютер в два глотка опустошил стакан.       — Мне, кажется, отец все свои поступки оправдывает тем, что у него якобы «не было выбора», — ворчливо заметила Дон, отхлебнув виски.       — А ты? Как ты жила всё это время?       — Откровение за откровение. Да, Лютер? — Дон нервно улыбнулась. — Хреново я жила. Никто из нас не был готов к жизни снаружи. Мы жили в Академии, как тепличные растения, не зная ничего о мире. Сначала я была в полном дерьме, но потом выкарабкалась, попыталась прожить обычную жизнь. Я даже почти смогла завести семью, — она грустно посмотрела на безымянный палец левой руки.       — И как?       — Думаю, все Харгривзы — неудачники, — Дон нахмурилась. — Кстати, а где Диего?       — На сворованную им у полицейских рацию поступил вызов. Что-то про мотель и труп, не знаю, он сказал, что должен ехать, — Лютер взял бутылку и наполнил пустые стаканы.       Дон почувствовала, как внутри всё опустилось вниз. Они убили Пэйтч? Диего с ума сойдёт от горя. Она ничего не сделала, чтобы спасти её. Надо было рассказать им всё сразу, как пришла. Но нет же, ей внезапно захотелось впасть в депрессию под холодными струями душа. Блядство. И почему члены её семейства всегда должны страдать?       — Хочешь, я поговорю с Эллисон? — внезапно даже для самой себя предложила Дон.       — О чём?       — О вас, — Дон раздражëнно цокнула языком и закатила глаза.       — Вы же с ней никогда не ладили, — приподнял брови Лютер.       — Ну, ради тебя я могу потерпеть эту заносчивую стерву, — она пожала плечами и, снова опустошив стакан, уверенно добавила: — Она не должна так просто закрывать глаза на твои чувства.       — Спасибо, Дон, но лучше не вмешивайся, у неё есть муж.       — Они в разводе, — услужливо напомнила она, наблюдая, как брат начинает сомневаться в своём слабом аргументе.       — Не важно, — тряхнул головой Номер Один, и скорее для себя, чем для Дон произнёс: — У неё есть дочь. Ребёнку нужна семья. Возможно, у них всё ещё наладится. Я смог отпустить её тогда, отпущу и сейчас.       — Ты ведь её любишь.       — Не думаю, что это взаимно.       — Уверен?       — Да.       Его голос дрогнул, Дон усмехнулась. Лютер сделал последний глоток и задумчиво посмотрел на дно пустого стакана. В его душе был целый ураган из сомнений. Ноль было жаль брата, который привык поступать правильно только в интересах окружающих, но не в своих собственных. Но сестра также знала, что максимум, чем она может ему помочь, это подтолкнуть в нужном направлении.       Мимо гостиной прошёл Клаус и, бросив в сторону Дон уничтожающий взгляд, скрылся из виду.       — Вы снова поссорились? Что-то он выглядит не очень, пойду, узнаю, что случилось. Донна не стала останавливать Лютера, когда он, прихватив два стакана и бутылку, отправился за Клаусом. Она знала, что таким не самым элегантным и тактичным способом брат сбежал от затянувшегося разговора по душам. Но уже хорошо выпившая и немного подобревшая Дон не обижалась на Лютера, Номеру Четыре сейчас действительно нужна была поддержка, которую она, к сожалению, не могла ему дать.