Ноль

На улице уже наступила глубокая ночь. Дон сделала вдох и осторожно потянула дверную ручку на себя. Раздался мелодичный звон колокольчика. — Кафе закрыто. Вывеску на двери не читали? — раздражённый женский голос, наверное, за вечер эта фраза была произнесена не один раз.  — Ну, привет, Хельга, — злобно произнесла Дон, заходя в знакомый просторный зал. Иногда ей кажется, что все неприятности начались именно с этого кафе. Куратор, стоявшая около стола, за которым сидели мальчик и мужчина, резко обернулась. Из её пальцев выскользнул мундштук и с лёгким стуком приземлился на пол. Она минуту смотрела на Дон, а потом быстро подошла к ней, оглушительно звонко цокая каблуками.  — Донни, — Хельга аккуратно обхватила её лицо руками в чёрных длинных перчатках, — это действительно ты. Женщина нежно очертила линию её скул, затем спустилась к подбородку, невесомо дотронулась до шеи и ключиц. Куратор прикасалась к ней так, словно Дон была её личной хрупкой драгоценностью. Затаив дыхание, она внимательно вглядывалась в удивлённое лицо, ожидая увидеть на нём проявление какой-то особой эмоции. А потом Хельга крепко сжала хрупкие плечи и притянула девушку к себе. Дон задохнулась от запаха табака и невыносимо сладкого парфюма. В этот момент в её голове в истеричных конвульсиях билась только одна мысль: «Что блять за ёбаная хуйня сейчас происходит?» Она не без усилия вырвалась из крепких объятий, отскочив от куратора на два шага.  — Какого хрена ты творишь! На красивом лице, всего на секунду, промелькнуло разочарование, но потом Хельга взяла себя в руки и кокетливо улыбнулась.  — Донни-Донни, что же ты так смущаешься? Донна возмущённо посмотрела на женщину. Смущается? То есть сейчас её ахуевшая морда напоминает этой больной на голову женщине личико раскрасневшейся школьницы? Девушка тряхнула головой, пытаясь прийти в себя. Честно, когда Дон сюда шла, она даже не предполагала, что это полоумная баба бросится ей на шею спустя пять лет после их последней встречи. Хотя у Хельги явно не все дома, можно было бы и предвидеть такое развитие событий. Дон перевела взгляд на брата, который выглядел вполне обычно. Нахмуренный, губы поджаты, глаза злобно сверкают. В облике Хейзела тоже ничего не изменилось, а вот Агнес почему-то до сих пор была без сознания. — Что ты с ней сделала? — Снотворное, — Хельга равнодушно пожала плечами и невинно спрятала руки за спину. — Не беспокойся, я больше тебя не трону без твоего согласия. Донна недоверчиво хмыкнула. — Что здесь происходит, Хельга? — Вот смотрю я на твою растерянность, Донни, и понимаю, что они, — она осуждающе посмотрела на мужскую половину их небольшого коллектива, — тебе так ничего и не рассказали. Но это неудивительно. Один боится сознаться в своём предательстве, а другой хочет защитить свою сестру, — на этом слове куратор сделала особый акцент.  — Не смей, — процедил сквозь зубы Пятый.  — Не забывайся, — Хельга повернулась к нему и застегнула воображаемую молнию на своих губах, — у тебя был шанс ей всё объяснить, но ты его упустил, так что, — она подошла к ним и подняла мундштук, потом брезгливо поморщилась и со злобной ухмылкой швырнула его в сторону Пятого, — лучше молчи. А ты чего, Донни, как не родная? Садись, — женщина кивнула в сторону двух стульев, стоявших недалеко от стола, и достала сигарету, — в ногах правды нет. Девушка послушно села. Хейзел неотрывно смотрел на Агнес, а Пятый сверлил взглядом куратора. Он был похож на цепного пса, который только и ждал команды «фас».  — Давно не виделись? Хельга села на соседний стул, и поставила рядом чемодан. Она закинула ногу на ногу и закурила.  — С тех самых пор, как я поймала Фрэнка, — Дон чувствовала, как внутри неё закипает ярость. — И почему же я получаю от него любовные послания, когда ты мне обещала, что он сдохнет! Звонкий смех. Запах вишнёвых сигарет. Донна готова самолично задушить эту элегантную тварь. — Я сказала «его ждёт ужасная участь» и это действительно так. Вечное заточение в «Нигде». Девушка цокнула языком. — И как он тогда выбрался из твоего «Нигде»? — Знаешь, Донни, это такая интересная история, — в её глазах блеснул огонёк нездорового азарта. — Давай я тебе всё расскажу, а ты мне поцелуй? — Вы там все в Комиссии поехавшие? — раздражённо выдохнула девушка и взглянула на брата, который, казалось, был готов вырвать глотку куратора зубами. — Ну так и? — женщина протянула ей ладонь и игриво подмигнула. — Хорошо, — Дон крепко её сжала. — Хейзел, помоги нам, пожалуйста. Мужчина разбил рукопожатие и покорно вернулся на своё место. — И так, — Хельга поправила юбку платья и затянулась, — даже не знаю, с какого места начать. Ладно. Имя «Том» тебе о чём-нибудь говорит? Дон кивнула, чувствуя, как похолодели кончики пальцев. Начало ей уже не нравилось. — Так вот. Фрэнки убил его и изменил твою временную ветку или точнее сказать вернул к первоначальному варианту, — она тяжело вздохнула и взглянула на мальчика. — Согласись, Пятый, твою сестру очень сложно оградить от всякого дерьма. — Как убил? — шокировано выдохнула девушка. — Перерезал горло спустя неделю после его измены, — она провела пальцем по шее, — не забыв, конечно, перед этим попытать твоего женишка. Дон затошнило. Каким бы кабелём Том не был, но он не заслуживал умереть от рук этого маньяка. — И вместо того, чтобы вернуться к Томми, ты уехала к семье, — Хельга раздражённо взмахнула рукой в воздухе. — Детали. Именно они влияют на исход событий. Если бы ты только получила ту самую смс-ку. Но, нет, Фрэнк всё мне испортил! И главное, какая грубая работа! — То есть тогда я должна была вернуться к Тому? — По моей задумке, да. — Но чтобы изменилось? — Всё. Ты бы избежала смерти. Знаешь, я прекрасно знаю твою историю, ведь я сама её переписывала. Хочешь услышать? Дон поджала губы и нахмурилась. Она чувствовала, что ей совершенно не понравится этот рассказ. Но лучше знать, чем не знать. — Расскажи. — Всё началось в мотеле, когда перед тобой стоял выбор. Именно здесь было проще всего изменить твою судьбу. Изначально ты должна была вернуться к семье, помочь им бороться с неизбежным и погибнуть. Естественно мне это было не выгодно, поэтому я немного повлияла на исход. — Но как? — Том не написал тебе тогда, не потому что умер, а потому что выбрал любовницу, а не тебя. Я решила помочь ему сделать верный выбор и убила его подстилку. И вот милый Том, оставшийся без пагубного влияния разлучницы, решил вернуть свою невесту с помощью очередного смс. Человеческая воля и время. Этим очень легко управлять, если умеешь. Но Фрэнки не стал заморачиваться, и просто убил твоего женишка. А может быть сделал это случайно, когда искал тебя. Кто знает, что на уме у этого психа. — Но зачем ты заставила Тома вернуть меня? — Донни, — женщина хищно улыбнулась, — я очень хотела, чтобы ты присоединилась к Комиссии. Я знала, что ты согласишься, только если у тебя не останется выбора. — Даже если бы я вернулась к Тому, чтобы изменилось? Я бы всё равно не вступила в Комиссию! — Просто ты не знаешь, как развивались события дальше, — Хельга прикусила большой палец и с издёвкой посмотрела на Дон, — ведь жили долго и счастливо это не про вас. Дон не чувствовала ничего кроме растерянности. — Что это значит? — Через день после своего возвращения ты бы снова застукала его за изменой, но уже с другой девицей. Конечно, не в постели, а в кафе, и она не была его любовницей. Но тебе было бы достаточно просто увидеть с ним незнакомую красивую женщину, чтобы уйти от него. Как говорится, раз извалявшись в грязи, чист уже не будешь. — Ты и это подстроила? — Да. Знаешь, я могу сказать, что ты была моим маленьким хобби. Как думаешь, что ты сделала, когда разочаровалась в своей жалкой попытке быть обычной? — Неужели… — Дон с ужасом посмотрела в улыбающееся лицо. — Да. Быть кем угодно, только не собой. Я ведь лучше всех тебя понимаю. Знаю, как ты думаешь, с чем борешься. — И что было потом? — Ты умерла во время апокалипсиса в теле какой-то тощей обдолбанной наркоманки, — Хельга прикрыла глаза и удовлетворённо улыбнулась. — А дальше наша с тобой встреча на развалинах погибшего мира. Ах, это было действительно прекрасно. — То есть, я бы выжила после конца света? — Тебе ли не знать, как работает твоя способность, — она ей подмигнула и стряхнула пепел. Дон задумчиво почесала лоб и взлохматила свои волосы. Мозг просто кипел от полученной информации. — То «неизбежное» с чем я изначально должна была бороться моя семья, это апокалипсис? Когда он должен произойти? — О, значит Пять даже это умудрился утаить от тебя? А всё-таки он хорош, мне бы стоило у него поучиться, — она покачала головой. — Этому миру осталось существовать всего четыре дня, Донни. Дон посмотрела в сторону Пятого, который являл собой просто само равнодушие и пофигизм. Вины или раскаяния он явно не чувствовал. — А что было потом, после конца света, когда я выжила? — Ничего особенного, — Хельга хитро взглянула на девушку, — ты присоединилась к Комиссии Времени, ведь я не оставила тебе выбора. — А как же смерть? — невесело усмехнулась Дон. Женщина расхохоталась. — Чёрт, а тебя не обманешь. Да, ты действительно выбрала смерть, и мне пришлось утащить тебя в Комиссию силой, — она печально вздохнула. — У тебя даже была попытка самоубийства, от которой я тебя спасла. Ты всё никак не хотела смириться, принять свою судьбу. Я пыталась найти к тебе подход, а ты всё упиралась и вела себя, как затравленный зверёк. Но продлилось это недолго, ты быстро сдалась и согласилась работать, — женщина затянулась сигаретой. — Я думала это моя заслуга. Но всё оказалось не так-то просто, — она метнула озлобленный взгляд в сторону мальчишки и задумчиво произнесла, — помнишь, Донни, я тебе как-то сказала: «то, что тебя удерживает, может стать тем, что толкнет в пропасть». Она проследила за взглядом Хельги. Брат неотрывно смотрел в их сторону, и было в его взгляде что-то странное, словно он понимал, что именно куратор имела ввиду. — Тогда я убедилась, что не ошиблась с выбором. Ты была действительно ценным сотрудником, лучшая из лучших, всегда чистая и аккуратная работа, — женщина прикусила губу, на её щеках заиграл лёгкий румянец. — И ты была хороша не только на работе, но и … ах, Пять, знал бы ты, как твоя сестра горяча в постели. Дон готова была поклясться, что слышала сдавленный рык. — Я что с тобой трахалась?! — Донна поперхнулась и передёрнула плечами от волны омерзения, прокатившейся по спине. — А что ты так удивляешься? Я — единственная, кто понимал тебя, кто был всегда на твоей стороне, кто научил тебя принимать себя такой, какая ты есть. Естественно мы стали любовницами, — женщина выбросила истлевшую сигарету и снова закурила. — Конечно, сейчас я понимаю, что это был лишь самообман. Как же ловко ты всё провернула, Донни, зная, что являешься моим слабым местом. Цинично, холодно, жестоко. Боже, у меня от этого до сих пор мурашки. Ты выжгла в своём сердце всё хорошее. И ради чего? Женщина на секунду зависла, снова вглядываясь в её лицо. — Ты ведь уже догадалась, почему ты вступила в Комиссию и позволила себе стать тем монстром, от которого вечно бежала? Дон молчала, серое вещество отказывалось соображать, хотя ответ лежал на поверхности. Проще простого, сложить два и два. Она отрицательно покачала головой, а Хельга снисходительно усмехнулась. Дон почувствовала себя маленькой глупой девочкой на уроке у строгой учительницы. — Ты узнала о мальчике, попавшем в постапокалипсис. Не знаю уж как, наверное, в комиссии его слишком бурно обсуждали на каждом углу. Сборище сплетников, а не сотрудников! Я упустила этот момент и поплатилась за это, — Хельга брезгливо сморщила нос, а потом ядовито-ласково произнесла: — Знаешь почему Пятый стал таким? Почему всегда будет тебя ненавидеть? Ты ведь могла спасти брата сразу же, как узнала о нём. Схватить не отслеживающийся чемодан и телепортироваться к нему, а потом в любую точку на временной ленте. И вас бы никто не нашёл. Вы бы жили счастливо в любой эпохе! Но ты этого не сделала, Донни, оставив его там умирать и сходить с ума в одиночестве. Дон с ужасом посмотрела на брата, в эти зелёные глаза полные злобы и безумия. Это она сделала его таким? Собственными руками? — Не неси чушь, — не выдержал Пять, — я не идиот и знаю, что стоило ей хотя бы посмотреть в мою сторону, не то чтобы дёрнуться, ты бы убила меня, а потом, возможно, и её. Она не могла поступить иначе. Хельга, расхохоталась, в голубых глазах вспыхнуло адское пламя. — Пытаешься её оправдать? — женщина покачала головой. — Не вмешивайся, Пять. А то я тебя накажу. Вот же неугомонный мальчишка! Ты в сознании только потому, что я нахожу твоё злобное бессилие забавным. — Почему ты не убила его сразу же, как он объявился в постапокалипсисе? — Дон нахмурилась. — Ведь это грубое несоблюдение правил. — А Фрэнки-то успел объяснить тебе основы, какой молодец. Ответ прост, Министерство Времени, — Хельга развела руки в стороны и закатила глаза. — Оно было очень заинтересовано в маленьком мальчике с необычной способностью. Они приказали мне его завербовать. Меня такой расклад немного не устраивал. Я предложила им проверить мальчика. — Каким образом? — Мы решили проверить его навыки выживания. Я поклялась не вмешиваться, и если он выживет, то я так уж и быть заберу его и подготовлю как корректора. После пяти лет службы тебя ждало предложение о работе в Министерстве, номер Пять, — Хельга досадливо покачала головой. — Но ты его упустил, так как не смог отказаться от своей сумасшедшей идеи. Пятый издал смешок и ядовито улыбнулся, он явно хотел прокомментировать слова куратора, но благоразумно сдержался. — Почему я не сбежала от тебя? — Потому что ты бы ничего не изменила, но зато ты нашла того, кто бы смог это сделать за тебя. Но об этом позже, не торопи события, — она легонько дотронулась до кончика её носа, вызывая недовольство на лице девушки. — Прости-прости, больше не прикоснусь. Так вот, Пятый прошёл проверку и стал работать в комиссии. Готова признать, — Хельга поджала губы, — он превзошёл все мои ожидания. Номер Пять был идеален со всех сторон. Просто, даже если захочешь, не прикопаешься! Знаешь, как мне пришлось помучиться, подстраивая всё так, чтобы вы никогда не встретились? Время шло, вы оба работали в Комиссии, и как я думала, не знали друг о друге. Пятый был волком одиночкой, в отличие от тебя, вечно меняющей партнёров, — она вздохнула, — если бы я тогда хоть немного придала этому значение. Женщина нахмурилась, а потом восхищённо воскликнула: — Всё же в коварстве ты переиграла всех! У твоего милого братца сорвало крышу на почве постапокалипсиса. Представляешь, он вбил себе в голову, что должен предотвратить конец мира! А ты об этом прекрасно знала и решила это использовать, — куратор прищурилась и внимательно посмотрела на неё, — мне даже интересно какой идиот тебе обо всём рассказал, ведь я тщательно следила за всеми, — она откинулась на спинку стула. — Могу предположить, что это была моя правая рука, Кэрол. Скорее всего, ты использовала личину какого-нибудь милого парня-корректора и влюбила в себя бедняжку. А потом потрахивала её на досуге и вытягивала из девчонки информацию. Ты ведь та ещё шлюшка, Донни, — куратор ей подмигнула и пошло провела кончиком языка по верхней губе. — Не лопни от злости, Пять. Я ведь говорю так, как есть и не капли не преувеличиваю! В первую нашу встречу, она хотела отодрать меня в грязном пабе. — Я же тогда не знала, что ты больная на голову сука, — Дон поморщилась. — Ну, и когда конец твоей охуительной истории? — Ох, ещё немного осталось. Министерство приказало следить за твоим братцем. Условие было такое: «Если он откажется от идеи в течение пяти лет, то его ждёт прекрасное светлое будущее, — она пожала плечами, — нет, то тогда смерть». Как думаешь, он отказался? — Ну, если он сейчас сидит здесь с нами, то, наверное, нет? — Умница, Донни, — Хельга хлопнула в ладоши, а потом её взгляд стал хищным и злым. — Мне приказали убрать Пятого, а ты спасла его задницу, потому что кто-то вовремя слил тебе всю информацию. И пока наше талантливое дарование сбегало, ты подняла грёбаный бунт, растрепав корректорам о том, что никакой пенсии и неприкосновенности нет и никогда не было!