Ноль

Дон совершенно ничего не понимала. Вопросов стало ещё больше. Какое к чёрту "Министерство Времени", и почему она впервые о нём слышит? Как это нет пенсии и неприкосновенности? Ей же даже Фрэнк об этом говорил. Или он врал? Девушка посмотрела в сторону Пятого, но он был удивлён не меньше. Хельга снисходительно улыбнулась довольная их реакцией. — Донни, у людей очень хрупкая психика, большинство не выдерживает и трёх лет, — женщина присвистнула и покрутила пальцем у виска. — Да, не все способны выдержать бесконечные скачки во времени и кровавые убийства ни в чём неповинных людей. Только некоторые, сохранившие рассудок, получают повышение и переводятся в другие отделы, остальных же отправляют в утиль или закрывают в камерах, доводят до пика помешательства и используют, как берсеков в определённых ситуациях. Вот только откуда ты об этом узнала? — Хельга открыла портсигар и разочарованно вздохнула, у неё осталась одна сигарета. — Наверное, прочитала своё дело. Ведь никакого договора о неприкосновенности или пенсии там не было. А об остальном ты могла вполне догадаться или узнать у третьих лиц. Шпион из тебя был действительно великолепный. — Но как тогда я осталась жива после встречи с представителями Комиссии, если договора не существует? — После поимки Фрэнка, я подделала документы, — она подкурила кончик сигареты и выдохнула дым, — чтобы никто лишний раз не интересовался, как ты осталась в живых. Помогла Комиссии — получила работу. Это была твоя официальная история. Всё просто и складно. Пять лет твоей мирной жизни на Земле после нашей последней встречи для Комиссии не существует, я уничтожила эти данные о тебе.  — Но как? — Я куратор, Донни, на мне лежит ответственность за течение времени в этом мире, и я обладаю некоторой властью, — она прикусила нижнюю губу. — Понимаешь, я просто спланировала всю твою жизнь, написала для тебя идеальный сценарий. Всё было просто замечательно, но иногда случаются непредвиденные события. Например, появление в постапокалипсисе сумасбродного мальчишки! Думаю, именно его скачки сделали будущее немного нестабильным и на данный момент чуточку неизвестным. Так по варварски разрывать канву времени, где это вообще видано! — То есть ты игралась с моей жизнью, как хотела? — Дон испытывала смешанные чувства, но злость среди них занимала первое место. — Поверь, то, что я делала, было лишь тебе во благо. — Ты злоупотребляла своей властью, за такое тебя по головке не погладят, — язвительно подметила девушка, с силой сжимая ткань пальто. Сейчас она не меньше Пятого хотела вцепиться Хельге в горло. Блять. Только подумать, эта сука вертела ей как хотела. — Не беспокойся, это малая часть моих проблем, — женщина затянулась и выпустила колечко серого дыма. — Донни, ты так всё отлично спланировала, долго и кропотливо подготавливала восстание за моей спиной. Ты собрала вокруг себя корректоров, которые были готовы сражаться до последнего вздоха. Согласись, Хейзел, — она посмотрела на мужчину, который сидел, удручённо опустив голову, — жалко, что её подвели некоторые люди. Да, Донни, ты доверяла ему больше всех остальных, и именно он предупредил меня. Как видишь, не все хотели умереть тогда. Не сдай он тебя, и ты бы уничтожила большую часть Комиссии. — То есть, говоря кратко. Я из будущего, отвлекая Комиссию на себя, помогла Пятому сбежать в прошлое для того, чтобы он спас мир? И у тебя из-за этого большие проблемы? — Да, ты такая умненькая, Донни, не зря же ты мне нравишься, — Хельга грустно посмотрела на тлеющую сигарету. — Перед смертью ты мне сказала, что прекрасно знала о том, что у вас не было и шанса уничтожить Комиссию Времени. Ты просто хотела защитить брата, на плечи которого закинула миссию по спасению мира. Как я уже и сказала: «Цинично, холодно, жестоко». Позволила родному брату сойти с ума, отправила на смерть сотню человек, устроила в штабе настоящую бойню, вследствие которой умерло много хороших людей. Что ты чувствуешь, зная на какие ужасные поступки способна? — Судя по твоим словам, они и так были обречены, пенсия-то их не ждала. Так что ничего особенного. Хельга расхохоталась и отбросила окурок. — Слышал Пятый? Вот за это я её и люблю, — она встала и посмотрела на Дон сверху вниз. — Ты такая же, как и я, Донни, возможно, даже намного хуже. Смена позиции, заставила девушку напрячься. Неужели их разговор близится к концу? Но сигнала ещё не было. Нужно тянуть время. — Что на счёт Фрэнка? — Сбежал во время всей этой заварушки в штабе. Кто-то из твоих или моих подчинённых додумался открыть камеры с безумцами, — она небрежно взмахнула рукой в воздухе. — Я же говорю, Фрэнки как блоха, такой же мерзкий и вертлявый паразит. — Итак, что тебе нужно, Хельга? — девушка сжала в кармане рукоять ножа. — Судя по этой короткой предыстории у тебя со мной личные счёты. — Тут ты права. Тебе придётся заплатить по счетам, Донни, но чуть позже, — она хищно улыбнулась. — Я здесь немного с другой целью, у меня есть для тебя задание от Комиссии Времени. — Что прости? Дон приподняла брови. Логики в действиях куратора не наблюдалось от слова совсем. Может быть, у этой бабы окончательно кукуха отлетела? Разве она не должна хотеть её убить за предательство, измену, обман или что там между ними случилось? — Ты не посмеешь её в это впутывать, — подросток бросил свирепый взгляд в сторону куратора. — Как же ты меня достал, Пять. Пойми уже, наконец, ты её не спасёшь, — женщина достала из кармана платья пульт и со злобным оскалом нажала на одну из кнопок. Пятый схватился руками за ворот рубашки и с силой ударился головой об стол. Он страшно захрипел, продолжая хвататься руками за горло. Только сейчас Дон заметила на его шее металлический ошейник. — Что ты делаешь, мать твою? Прекрати! Дон попыталась вскочить на ноги, но Хельга с силой надавила на её плечи, удерживая на месте и заставляя наблюдать за агонией Пятого. Ровно через сорок пять секунд всё закончилось. Мальчишка перестал биться в судорогах. Он снова мог нормально дышать. Белки его глаз покраснели от лопнувших капилляров. А Дон практически задохнулась от своего бессилия. Чёртовы снайперы. — Как ощущения, Пять? Слышала, таким способом иногда тренируют непослушных собак. — Бывало и хуже, — прохрипел подросток, растягивая губы в омерзительно притворной улыбке. — Надеюсь, ты усвоил урок. Итак, — куратор хлопнула в ладоши и снова вернула всё своё внимание девушке, — наверное, тебе интересно, почему ты вдруг получаешь от меня задание. Понимаешь, Донни, по официальным бумагам ты являешься корректором Комиссии Времени. Забавно, что даже смерть не помогла тебе сбежать от меня, — она хотела погладить Дон по щеке, но вовремя спохватилась и отдёрнула руку. — Никто не знает о твоей причастности к бунту и прочим недавним событиям. А те, кто знал, давно уже мертвы или молчат. Так ведь, Хейзел? Угадай на кого мне так ловко удалось спихнуть все твои злодеяния? — Но зачем, Хельга? — Ты знаешь ответ, Донни, ты всегда его знала, — женские ладони снова легли ей на плечи и ласково их погладили. — Итак, твоё задание — устранить преступников, так сказать, «S» класса, Фрэнка и номера Пять, которые хотят остановить апокалипсис. — Я думаю, что это решение самое тупое в твоей жизни. Я не стану этого делать. И ты обещала не трогать меня. Но женщина не убрала своих рук, даже наоборот она притянула девушку к себе и наклонилась к ней, нежно прошептав: — Донни, а тебе и не придётся. Мои агенты всё сделают за тебя. Как видишь Пять уже в моих руках. Что скажешь, если я помогу сохранить ему жизнь? — А взамен? — Ты уйдёшь со мной. Дон поджала губы, а женщина внимательно посмотрела в её глаза. Они проговорили с Хельгой достаточно долго. Почему нет сигнала? Неужели этот балбес не дождался Лютера и с ним что-то случилось? Наверное, страх за брата отразился в её глазах, потому что куратор растянула губы в довольной улыбке. — Ладно, дам тебе время подумать, а пока, — она медленно приблизила своё лицо, Дон ощутила запах табака и тёплое дыхание на своих губах, — я хочу получить то, зачем сюда пришла. Девушка напряглась и до ломоты в пальцах сжала рукоятку ножа. Она бросила быстрый взгляд на белоснежную кожу шеи. Чёрт. Либо сейчас, либо никогда. Дон зажмурилась и резко взмахнула ножом, но Куратор увернулась. Лезвие лишь слегка оцарапало женщину. — Вот за это я и люблю тебя, Донни. Бороться до самого конца, это так в твоём духе, — она восхищённо взглянула на неё и лукаво улыбнулась. Дон подскочила к ней, чтобы нанести ещё один удар. Но Хельга перехватила руку с ножом и перекинула тело девушки через себя. Секунда. И вот Дон валяется на полу. Оружие отлетело в сторону. Слабый стон. Голова просто раскалывалась от боли. Перед глазами всё плыло. Девушка почувствовала, как Хельга села на неё сверху и прижала её запястья к полу. — Ох, Донни, так сложно удержаться, когда ты такая беззащитная. И она припала к мягким губам девушки, вызывая сдавленное возмущённое мычание. Послышался скрип отодвигаемого стула. Дон попробовала скинуть с себя женщину, но внезапная боль судорогой скользнувшая по телу, заставила сосредоточить все силы на подавление трансформации. Девушка попыталась укусить куратора, но её жалкие попытки сопротивления только углубили поцелуй. Хельга, издав тихий стон, нагло проникла языком в её рот. Для Дон страсть, с которой куратор её целовала, была настоящей пыткой. Казалось, что ей в рот залили кипяток, в который скинули несколько сотен иголок, впивающихся в нёбо, щёки и язык. Из глаз потекли слёзы, во рту уже ощущался привкус крови. Дон испугалась, что тело начало перевоплощаться. Хотя, возможно, она всё-таки укусила эту суку, и поэтому поцелуй приобрёл привкус железа. Спустя пару секунд, которые Дон показались вечностью, куратор оторвалась от неё. Дон беспомощно хватала воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег, боль от прикосновения ослепила её. — Правильно, не дёргайся, братишка, если не хочешь дырку во лбу. Знаешь, Пять, как приятно снова украсть её первый поцелуй? Дон сосредоточилась на голосе, который едва пробивался сквозь пелену затуманенного сознания. Ей нельзя сейчас терять контроль. Дон пыталась совладать с болью. Вдох. Давай. Боль не такая уж и сильная. Выдох и снова глубокий вдох. Она пыталась сосредоточиться только на боли в затылке, не позволяя ей распространяться дальше этого места. Дон открыла глаза, смотря на довольное или даже почти счастливое лицо Хельги. По её подбородку стекала тонкая струйка крови. Девушка усмехнулась, всё же она прокусила этой суке губу. — А ну слезла с неё, старая мымра, пока я не продырявил твою крашеную башку, — выкрикнул Клаус, выскакивая из-за стойки с пистолетом в руках. На лице женщины отразилось лёгкое недоумение. Дон ядовито усмехнулась и хрипло произнесла: — Поздравляю, у тебя не осталось ни одного снайпера. И кто теперь беззащитен, Хельга? Пятый, услышав её слова, тут же телепортировался к ним, хватая женщину за волосы и ударяя её коленом в лицо. Хельга успела поставить блок руками, но, не удержав равновесие, завалилась на бок. Мальчишка снова совершил скачок в пространстве и схватил нож, который выронила Дон. — А ну брось бяку, — Хельга направила в сторону Дон пистолет и медленно встала на ноги. — Какой же непослушный щенок. Подросток отбросил оружие в сторону, стискивая зубы в бессильной ярости. Куратор звонко рассмеялась и взяла в руки чемодан. — Жаль, что по вашей глупости умрёт невинный человек. Да, Хейзел? — она горестно вздохнула и снова нажала на одну из кнопок на пульте, но это действие никак не отразилось на Пятом или окружающих. — До скорой встречи, Донни, — Хельга кокетливо ей подмигнула и, открыв чемодан, исчезла в исказившемся пространстве. Дон перевела взгляд на Хейзела, который начал торопливо отвязывать от стула Агнес. — Вставай, Донни, — Пятый опустился рядом с ней на колени и попытался помочь ей подняться, но у него ничего не вышло. Девушка уставилась в взволнованное лицо брата. Он только что впервые назвал её по имени? Странное тепло медленно затопило все органы. Слышать «Донни» из его уст оказалось невероятно приятно. Она слабо улыбнулась. — Я бы с радостью, но эта тварь охрененно приложила меня головой об пол. — Давай лучше я, — к ним подскочил Четвёртый, который легко поднял девушку на руки, — ты как-то мелковат для такой работы. — Уходи отсюда. Сейчас здесь всё рванёт, — мальчишка указал брату на дверь и исчез в голубом сиянии. Клаус развернулся к выходу. Дон через плечо видела, как Хейзел обречённо опустил руки и обнял хрупкую фигуру женщины. Он не успел её отвязать. — Нет! Стой! Надо им помочь! — закричала Дон, вырываясь, но Клаус только сильнее прижал её к себе. Парень с девушкой на руках выбежал на улицу. Он не успел сделать и десяти шагов, как волна от взрыва сбила его с ног.