Ангельские перья.

Держать глаза открытыми после долгого дня становится всё сложнее с каждым разом. Ангела устало падает в кресло и закрывает глаза на несколько мгновений. Туфли остаются сброшенными в прихожей, рядом, прямо на полу, лежит пальто. У неё нет сил, чтобы развесить всё по местам. Сначала — немного отдыха. Голова гудит от мыслей. Она снова и снова прогоняет какие-то моменты миссии, обдумывает: в тот раз следовало поступить иначе, и тогда они справились бы. Ей стоило быть смелее, тогда у союзников было бы меньше ранений. Все мысли — одно сплошное «если бы, то», и их нужно чем-то заглушить. И она знает верный рецепт. Красное сухое вино оседает терпким привкусом на кончике языка. Ангела откусывает от плитки шоколада, выдыхает, снова возвращаясь в кресло и гася в кухне свет. Всего один бокал, всего несколько кубиков шоколада — не больше и не меньше, чем нужно для того, чтобы отдохнуть после миссии. А затем — отвлечься. Планшет разворачивает небольшой экран в воздухе, проецируя картинку. Поджав ноги под себя, Циглер без особого интереса проматывает первые минуты — заставка и напоминание о том, что было в предыдущих сериях. Она прекрасно помнит это, потому что несколько серий после долгого тяжёлого дня — это маленькая традиция, которая постепенно перерастает в хобби. Сначала она клялась себе, что никакие сериалы не заинтересуют её настолько, чтобы смотреть их каждый день: почти все сюжеты заезженные, предсказуемые и скучные. А затем — ничего, втянулась. Сама не заметила, как начала следить за сюжетом и происходящим на экране. О таком увлечении никому не расскажешь. Почему-то ей стыдно признаваться в этом увлечении даже самой себе. Но она всё равно включает сериал, просматривая одну серию за другой, пока не уснёт, наконец-то успокоенная и убаюканная размеренным течением событий и чужих взаимоотношений.