Выжить после

Юнги просыпается от ёрзующего рядом тёплого тела и осторожно отрывает голову от подушки. Парень пытается вытащить свою руку из под головы Хвасы, отчего она немного корчится в милой гримасе и сладко приподнимает уголки губ. Напарница лежит на животе, обхватив подушку, а тёплое одеяло прикрывает лишь оголённую поясницу. Пробивающиеся редкие лучи в мрачную комнату, создают тёплую атмосферу и уют. До Юнги доходят воспоминания после вчерашнего и острой болью в висках пульсируют. Голоса размытые, но картинки чёткие, яркие. Незабываемые... Всё представляет и будто снова переживает те сладкие моменты. Кожа к коже, тело к телу и каждое движение оставляет горячие ожоги на возбуждённых телах. Мин вытаскивает свою руку и спускает ноги с кровати. Встаёт и чувствует как на его голое тело сквозит лёгкий ветерок от открытого окна. Упругая кожа от частых тренировок и рельефное тело красиво освещают утренние лучи, играют и словно завлекают. Он направляется в душ, захватив с собой полотенце. Стоит под тёплыми струйками воды и массирует макушку, разгоняя напряжённость и колючие ощущения. Ладошками лицо трёт и по стене кулаком стучит, злится, бесится. Сам себя ругает, что под действие алкоголя попал и сорвался. Трёхгодовая голодовка секса не осталась незамеченной. Желание всегда просыпалось при виде красивой девушки, но вчера что-то пошло не так. Шуга всегда строго контролировал своё тело. А Хваса и не пыталась соблазнить, он хорошо помнит, что сам начал лезть к ней. Да ещё и так пошло игрался с телом напарницы, будто что-то новое, интересное и неизведанное. Если бы можно было вернуть время вспять, то всё бы сделал, лишь бы не загонять себя в такой тупик неловкости. Что теперь делать? Как реагировать? Что говорить? Он не отрицает, что влечение именно к его новой напарнице иное. Когда она рядом, то всё хорошо и спокойно. Пусть ссорятся, спорят и ругаются, но ему это нравится. А когда девушка не с ним, то на душе словно камень, пустота и тяжёлая ноша непонятного кома чувств мешает здраво мыслить. После недолгих водных процедур инспектор обматывает бёдра белым полотенцем и встав напротив зеркала, смотрит в свои наполненные непониманием глаза. Придумывает несколько детских фраз, но решает сказать всё так, как есть. Ему нельзя иметь отношения, его работа опасна и может навредить не только ему. Блондин открывает дверь, идя за своими вещами, но не обнаруживает на диване девушки. Оглядывается по сторонам и ничего не видит, пока не слышит нежный, но хриплый после сна голос. Голос, который удивительно приятно ласкает слух Шуги, вызывая табун мурашек. Он оборачивается и застывает. — С места преступления сбегаете, инспектор. — Хваса сжимала в руках чашку горячего кофе, а нежно розовый кружевной халат неприлично сильно оголяет выступающие ключицы. Юнги облизывает пересохшие губы и берёт свои вещи. — Сколько время? — ничего лучше придумать так и не смог, поэтому старается избегать разговора. Впопыхах натягивает на себя чёрные джинсы и поднимает рубашку с пола. — 7:30. — брюнетка головой прислоняется к дверному косяку и следит за действиями парня, — Юнги. — Надо будет попросить Шина нарыть информацию по этому Хван Мисону. — переводя тему, пытается застегнуть пуговицы, но пальцы не слушаются и путаются от нервов. — Юнги... — Ключи от машины не видела? — по-прежнему мучается с пуговицами, не поднимая головы. Хваса цокает и вздыхая, подходит к нему. Помогая застегнуть непослушные пуговки. — Не нужно мне ничего объяснять. — шепчет себе под нос, но так, чтобы светловолосый слышал, — Я вижу, что ты не хочешь об этом говорить. И не настаиваю. — она застёгивает последнюю пуговицу и берёт инспектора за лицо, обращая на себя взгляд, — Думаю, нам просто не стоит больше вместе пить. — улыбается девушка. — Да. Не стоит. — Мин пытался говорить твёрдо, но голос предательски срывался. Хочет. Очень хочет поговорить, но, возможно, не сейчас. — Машина осталась около бара. — Хваса направляется в душ, — Через час буду на работе. Дверь закрывается, а Шуга трепет светлые волосы и быстрым шагом выходит из квартиры. Парень достаёт телефон и вызывает такси к тому самому бару. Минут через пятнадцать приезжает на место и забирает свой автомобиль. Усаживается на переднее сидение и держит руль, запрокидывая голову назад. Достаёт телефон проверить на время, но замечает бесчисленное количество звонков и эсэмэсок. Открывает первую от Чимина и хмурится, думая, шутка это или что? Он быстро заводит машину и гонит к дому.

***

Чимин сидит в машине скорой помощи укрытый пледом и горячим чаем в руках. На лице чёрная копоть от пожара, одежда вся грязная и от Пака жутко пахло горелым. Два врача продолжают каждые пять минут подходить к нему и спрашивать о самочувствие. Пожарные довольно долго тушили дом и совсем недавно уехали, оставив остальное на врачей и полицию. Ли Шин стоял с другими экспертами вместе с Чондэ, о чём то рассуждая. Старикашка покачивал головой и размахивал своими сморщенными руками, указывая на горелый дом. Ли сложил руки на груди и внимательно слушал медсудэксперта. Юнги резко останавливает машину чуть не сбив столб, и выйдя, несётся к дому. Парень замечает скорую и подбегает к ней. Чимин пытался вытереть щёки, но брат подбегает к Паку и руками хватает за лицо. Шокированный внезапностью и удивлённый поведением парень даже испугался. — Ты в порядке? Где болит? — Мин крутил голову младшего, осматривая на повреждения и бегал глазами с головы до ног, — Ранен? Надо в больницу? — Да успокойся ты. — отталкивает от себя и засовывает руки под плед, — Я в порядке. В порядке. — Чимин... — Да всё хорошо, хён. — Пак скидывает плед и поднимаясь, крутится вокруг своей оси, показывая, что повреждений нет, — Видишь? — Точно? — Юнги нервно прикусывает щёку. — Я жив. Ясно? А теперь посмотри на дом. — он указывает на остатки сгоревшего дома и тычет другой рукой на себя, — И иди поговори с экспертами. Если у тебя с утра было хорошее настроение, то они его испортят. Шуга одобряюще стучит брата по плечу и зачёсывает немного отросшие волосы назад, пропуская сквозь длинные пальцы. Парень идёт к Чондэ и Ли Шину, те сразу замолкают и ждут пока подойдёт виновник "торжества". Мин встал напротив них, но парень с мужчиной мельком переглядывались и не начинали диалог. Юн ставит руки на бёдра и хмурится, поджимая губы. От дома, можно сказать, ничего не осталось. Вернее, будет легче сказать, что как раз таки осталось. Угольно чёрные доски завалились в одну большую кучу, превращая это место всё больше похожее на свалку, чем на жилой участок. Окна вместе со стёклами лопнули из-за высокой температуры, вдребезги разлетаясь на метры. Газон превратился в жжёную солому, а почтовый ящик расплавился от безжалостного пламени огня. Люди из соседских домов наблюдали за пожаром с момента возникновения и, кажется, до сих пор сидят и смотрят, выискивая новую тему для разговоров на ближайший месяц. — Ладно. — Шуга смотрит на землю и сразу поднимает взгляд на Шина, — Сам спрошу. Что произошло? Молодой помощник не знал с чего начать и как подойти к этому разговору. Казалось бы, всё так просто, но... Парень пялится на престарелого медэксперта, ища помощи. — Оглох? ИЗ-ЗА ЧЕГО, БЛЯТЬ, ПРОИЗОШЁЛ ПОЖАР? — нервы шалят, а стресс потихоньку подкрадывается, вызывая тошнотворное чувство. — Юнги. — Чондэ встаёт напротив буйного инспектора и кладёт руки ему на плечи, — Не кричи на парня. Он сам нервничает. Пойдём пройдёмся. Я всё объясню. Старик идёт к другому концу участка, а Мин бросает недовольный взор на подопечного и топает следом. Чувствует, что дело плохо и оттягивать разговор — значит заставлять нервничать ещё сильнее. — Ты человек трудный. И характер не сахар. — мужчина поправляет очки и останавливается, пока Мин его не догоняет, — А твоя работа закрывает этот круг опасности. — Что? — Шуга цокает и трепет затылок, — Ты говори по делу. Чимин мог пострадать! Что стало причиной? Газ? Проводка? — тараторит парень, пока старший не затыкает шокирующей фразой. — Ты! — повышает голос Чондэ, а Мин недоумевает, — Ты стал той причиной! Знал же ведь, что у тебя за работа, так на кой чёрт втянул в это близкого человека? — Я не... — Дом не сам сгорел! — перебивает, всматриваясь в поражённое выражение лица, — Кто-то подложил взрывчатку. Включив газ, всё должно было взорваться. — дедок останавливается, тяжко выдыхает и воздуха снова глотает, в потрясённые глаза напротив смотрит, — Слава Богу, Чимин включил чайник и вышел из дома на дикий лай соседской собаки. Иначе бы... — Что... кто это... Юнги и слов найти не может. Он уже давно работает в полиции, всякое было, но такое первый раз. Тело в дрожь бросает от одной мысли о мёртвом Чимине, сердце судорогой сжимается и холодный пот выступает. Другой исход событий в голову даже не лезет, и хоть бы не лезло. Представлять даже больно. — Этот пожар предназначался тебе. — шёпотом произносит и пальцем в грудь инспектору тычет, — Кому ты мог перейти дорогу? — Мин прикрывает рот рукой, а после сразу обхватывает голову двумя руками. — Не знаю. Парень правда не знал. Криминальных дел у него не было уже давно. И ни с кем особо не было вражды. Если только... — Может... Чон Хосок? — Парень, чьё дело ты ведёшь? — Да. Может он так пытается убрать меня? — Юнги задумался, а старик качает головой, — Знаю, это глупо. Но вдруг. — Юнги. — Чондэ поворачивается в сторону скорой, где врач пытается что-то объяснить Чимину, — Отправь куда-нибудь брата. Что-то грядёт. Ты не выдержишь, если потеряешь и его. Шуга тоже следит за действиями младшего и внимательно вслушивается в монолог коллеги, мысленно соглашаясь. Юнги уже очень давно знает Чондэ, ещё когда родители были живы. И этот старик стал ему как родной дядя. Его советы и наказы очень важны и парень всегда следовал им. Но, чтобы Юнги сейчас не сказал или сделал, чтобы прогнать Пака подальше от накаляющейся ситуации, тот даже не послушает его. Очередная ссора выведет ребят из строя и заставит волноваться. А это, в данный момент, особенно будет мешать. — Я попробую. — заверяет Юн, пиная обгорелую доску, но сразу же шипит себе под нос, тихо произнося, — Хваса... И волнения блондина не беспочвенны. Если кто-то попытался убить Юнги, кто даст гарантию, что они не попытаются сделать это снова? В этот раз обошлось без жертв и Чимин чудом остался жив, даже не ранен почти. План злоумышленников сорван. Но что в следующий раз им помешает захватить кого-нибудь в плен? Или того хуже — убить. Будь то Чимин, Хваса, Чондэ или Шин. Все, кто близок к инспектору сейчас находятся в потенциальной опасности. И Мин не готов так рисковать.

***

Жуткие звуки детских криков и плача доносятся из подвальной комнаты. Ребёнок изнуряется криками, горло адски болит, но страх. Он заставляет продолжать кричать и надеяться на помощь. Это просто маленькое дитё, у которого ещё вся жизнь впереди. Должна была быть. — ПРОШУ, ПУСТИТЕ МЕНЯ, МОЛЮ... — девочка лет девяти, в рваном, разодранном до основания платьишке, запачканным и мокром сидит в пустом холодном помещении, прижатая к сырому полу и прибитая наручниками к совсем ледяной батарее, — Я ХОЧУ К МАМЕ... — слёз настолько много, что можно подумать, будто лицо девочки облили водой. Она дрыгается от крепких чужих мужских рук, что пытаются заклеить ей рот скотчем и молит пощадить. — Милашка, закрой пока ротик. — ПРОШУ... ДЯДЯ... НЕТ... Девочка резко отворачивается и ей сразу прилетает смачная пощёчина от сильного удара. Мужик не рассчитал силу и вырубил измученное дитя. Тёмные волосы запутаны, на руках мелкие ссадины, а лицо словно умыто слезами. Второй мужик, что стоял рядом начинает громко кричать и возмущаться на того, кто мучал девочку. — НАХУЯ? НА ТОВАРЕ НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ПОВРЕЖДЕНИЙ! НАМ ГОЛОВУ ЗА ЭТО ОТРУБЯТ, ШРАМ! Ударивший ребёнка мужик медленно встаёт и смотрит на кричавшего. На лице мужика огромный шрам по вертикали, видимо, поэтому его так называют. Его волосы неестественно рыжего цвета, а телосложение катит на охранника каких-нибудь важных людей. Одежда достаточно неплохо выглядит и даже дорого, а на руках красуются навороченные часы. Шрам берёт шумного мужика за глотку и припечатывает в стену, невероятно сильно давит на шейные позвонки, вызывая сдавленные вздохи и хрипы из уст напарника. Кости хрустят, а у самого костяшки посинели. Рыжий выдыхает и хрипящим голосом говорит. — Мне насрать. До отправки неделя. Подлатают. — он отпускает мужика и тот с грохотом падает на сырой от воды пол, жадно хватая воздух и потирая шею, — Ты бы лучше за других взялся. Босс не любит косяков. Он медленно шагает из комнаты на выход и присвистывает заедающую в памяти мелодию. — Долбанный... сукин сын...