Галактики

Он опять стоял у стены. Облокотился плечом на чей-то шкафчик и читал книгу. Мимо пестрила толпа подростков, выряженных во все оттенки красного и розового. Из стареньких динамиков доносился бархатный голос Синатры, поющего про день Валентина. Какофония смеха, крика и музыки наводила в голове сумбур. Раньше это раздражало Ремуса до стиснутых зубов. Он закатывал глаза и нарочито равнодушно рассуждал о бессмысленности этого нелепого праздника. Раньше было так. Но не теперь. Сейчас внутри было тепло-тепло и так легко почему-то. Казалось, он сейчас взлетит к потолку и встанет в стройный ряд блестящих красно-золотых шариков, которые висели у входа в кабинет. Но атмосфера всеобщего веселья и сопливой романтики не коснулась Сириуса. Он неизменно стоял и напоминал памятник. Или скалу. Очаровательную такую скалу, с обаятельной улыбкой и выразительным взглядом. А эта чудная ямочка. Где вы вообще видели человека с такой глубокой ямочкой на правой щеке? Ремус был готов на неё молиться. Видимо, в книге наступил какой-то смешной момент, потому что Сириус растянул губы в улыбке, и… Боже, снова эта ямочка, чёрт возьми! Не то чтобы Ремус был в него влюблён. Нет, вовсе нет. Просто симпатия. Сильная симпатия. С намёками на сталкерство. И, возможно, лёгкую одержимость. Но не более. Джеймс говорит, что свиньи полетят скорее, чем он признается Блэку в своих недо-чувствах. Ремус стоял достаточно близко, чтобы увидеть, как Сириус изящно вскинул бровь и дёрнул головой. Звонок резкой трелью ворвался в уши, оповещая о начале занятий. Джеймс как всегда опаздывал, поэтому Ремус вошёл в класс биологии и сел рядом с Лили. — Здравствуй, Рем, — девушка легко улыбнулась, рыжие волосы разметались по плечам. Веснушки солнечными поцелуями покрывали нос и щёки. Она была невероятно красива. — Привет, солнце, — Ремус достал учебник. Он мельком обернулся и посмотрел на Сириуса, который сидел на последней парте и хмурился. Странно. Ремус отвернулся и столкнулся с внимательным взглядом Лили. — Что? — Ничего. Просто перестань быть таким очевидным или подойди уже и скажи ему всё в лицо. — Она закатила глаза и откинула волосы за спину. — Не понимаю, о чём ты, — скомкано произнёс Люпин и открыл учебник на первой попавшейся странице. «Законы Менделя». Да уж. В жизни Ремуса со скрещиванием всё было плохо. Лёгкий смешок из конца класса донёсся до его ушей, но Люпин не придал этому значения. Он уткнулся в учебник и пустым взглядом водил по строчкам. Как бы всё было проще, если бы не нужно было ничего говорить. Если бы ты просто подумал, а человек раз, и всё понял. Тогда бы жизнь таких стеснительных подростков как Ремус стала бы намного лучше. Никаких ненужных слов и телодвижений. Всё просто, понятно. А так, Ремус даже не знает, как сказать всё то, что хочет. Язык всегда начинает заплетаться, слова вылетают из головы, и он стоит с открытым ртом, из которого ничего, кроме «эм» не выходит. Но даже если бы он набрался смелости и подошёл к Сириусу, что бы он сказал. «Дорогой Сириус, ты мне нравишься уже год, я всегда пялюсь на тебя в раздевалке. Сходи со мной на свидание?» Жуть какая. Или ещё лучше. «Сириус, мой отец считает тебя хорошим парнем. Может, сходим на свидание?» Точно нет. «Сириус, я тут подумал. Ты многое упускаешь, не встречаясь со мной» В его голове всё звучит достаточно нелепо для того, чтобы он не хотел произносить это вслух. Ремус безнадёжен. — Знаешь, мне нравится третий вариант. Я с тобой полностью согласен, — на плечо Ремуса легла чья-то тёплая ладонь. Он поднял голову и натолкнулся на взгляд тёмно-синих глаз. Он знал эти глаза. Мечтал о них по ночам. И пел дифирамбы днём. Сириус. Ремус обернулся на Лили, но рядом никого не было. Класс уже опустел, а Люпин так замечтался, что даже не заметил конца занятия. — Ч-что? — Ремус снова посмотрел на Сириуса. Его нижняя губа задрожала. — Я многое упускаю, не встречаясь с тобой. Сходим на свидание? — Блэк улыбнулся, обнажив ямочку на правой щеке. И, чёрт возьми, разве мог Ремус ему отказать.