Кажется, я ебанулся

Прошла всего неделя, а он уже чувствовал себя отвратительно. Поэтому, когда Каминари и Минета предложили пойти в школьный бассейн, Изуку ухватился за эту возможность, стараясь забыть. Забыть вкус его губ, тепло его рук, его голос. Блин, почему ему кажется, что со стороны он выглядит как влюблённая девушка из обычной дешевой мелодрамы?.. Хотя, возможно, так и есть. В воображении Мидории встреча с Шигараки обрастала новыми подробностями. Вставать утром со стояком после своих совсем не невинных снов стало нормой за это непродолжительное время. И после, в душе, стоя под струями воды, Деку закусывал губы, стараясь не стонать, трогая себя, видя перед глазами лихорадочный блеск сумасшедших глаз, тонкие тазовые косточки Шигараки и нежную грудь с розовыми бусинами сосков. В голове всё выглядела настолько реалистично…но только в голове. После, конечно, Изуку жутко краснел, осознавая, что он натворил, злясь на самого себя и на свою тупую физиологию, но ничего поделать с этим не мог. Ведь — чёрт! — у него встаёт на парня! Как же неловко и глупо… *чуть ранее* Когда они вернулись на площадь, все были уже в сборе. Мина оценивающе посмотрела на красного, как помидор, Темноволосого с припухшими губами, и бледную Урараку. Оба не смотрели друг на друга. Было видно, что между Очако и Деку что-то произошло, и Ашидо догадывалась, что именно. — Вы поцеловались, да?! Я ТАК ЭТОГО ЖДАЛА! — взвизгнула розововолосая, подскакивая к парочке. После её слов лицо Деку покраснело ещё сильнее и он вперился взглядом на свои ботинки, а Урарака нахмурилась. — Между нами ничего не было, — довольно грубо отрезала шатенка, и Мине показалось, что в глазах её подруги явственно читается боль. Изуку молчал. В мыслях он был далеко отсюда. Там он обнимал Лидера «Альянса Злодеев», зарываясь пальцами в обесцвеченные волосы и вдыхая его терпкий запах. От Томуры пахло чем-то горьким, но почему-то этот запах Темноволосый не постеснялся бы назвать самым приятным во всём мире. От дальнейших расспросов Изуку отмахнулся, как от надоедливой мухи. Его задумчивый вид и отрешённое лицо были так красноречивы, что друзья решили его не трогать, решив расспросить обо всём позже, когда он чуть придёт в себя… И сейчас, когда перед Мидорией стояли его одноклассники, Изуку чуть на ли шею им не бросился, спешно соглашаясь с их предложением сходить вместе в бассейн, надеясь отвлечься от мыслей о злодеях и героях и о том, что жизнь безумно несправедлива. Правда, позже он пожалел о своём решении.

***

Бакуго было плохо. Хотя понять, почему именно, не получалось. По идее, поводов для такого отвратительного настроения не было. Ни одного. Наоборот, всё было заебись, каникулы наконец-то начались. Теперь не будет бесящего Дерьмоволосого, навязывающего своего дружбу, тупых учителей и уроков… Наконец можно полностью посветить себя видеоиграм, не выходя из дома сутками напролёт. И наконец-то перед глазами не будет маячить фигура тупого задрота Деку, который порядком так подзаебал Катсуки. Но что-то было не так… Какое-то тупое чувство расползалось в его груди, неспеша отравляя его кровь и заставляя сердце биться чаще. Блондин предпочитал делать вид, что не заметил того, как собственное предательское сердце болезненно затрепыхалось, когда он услышал про то, что Деку- тот самый блядский и никчемный Деку! — с какого-то хуя влюбился. В злодея, блять! И почему, почему после слов этого задрота Катсуки явственно почувствовал горечь на языке. Почему подумал о том, что какой-то никчёмный злодей не заслуживает Деку? Почему подумал, что Деку достоин только он, КАТСУКИ БАКУГО, и никто иной?! ПОЧЕМУ ОН ВООБЩЕ ДУМАЕТ О НЕНУЖНОМ ДЕКУ В СОБСТВЕНИЧЕСКОМ КЛЮЧЕ?! В принципе, Катсуки понимал, что происходит, но смириться с тем, что он мог влюбиться в какого-то тупого задрота, он не был готов. Поэтому он злился. Очень злился. И даже непонятно, на кого больше — на тупого Деку, который с каких-то пор стал менее жалким и никчемным, и почему-то куда более привлекательным, на ублюдка Томуру, который уводит у него Изуку, или же на самого себя, который почему-то вообще заморачиваться по этому поводу?! Но Бакуго привык быть сильным. Никакие ёбанные эмоции не помешают ему! Он признавал только злость- она помогала с квирском, который подпитывался от неё. Поэтому Катсуки заглушал всё яростью. Злиться куда легче, чем страдать от любви. Он всегда так считал, и, возможно, в чём-то был прав. Поэтому, когда блондин увидел раскрасневшегося Деку с припухшими губами (и от того такими манящими) и бледную Урараку, он решительно игнорировал ноющее сердце. Он глушил свои чувства на корню. По крайней мере, пытался. И на каникулах хотел забыть о них. Ему нужно просто отвлечься, найти себе наконец-то девчонку и расслабиться. Он же довольно привлекательный, да? По крайней мере, он вроде бы как кому-то нравился в средней школе…

***

Изуку скептически смотрел на Каминари и Минету, активно обсуждающих девочек в купальниках, наивно полагающих, что Мидория их не слышит. Но Темноволосый решил ничего им не говорить на это счёт. «По крайней мере, они как любые нормальные подростки интересуются девочками. В отличии он меня», — горько подумал Деку, — «Ха-ха, так я, мало того, что парнями, так ещё и злодеями интересуюсь, чёрт бы их побрал! Почему всё так сложно, м? Этот путь приведёт меня только к краху», — перед глазами Изуку явственно проявлялась аккуратная дорожка, в конце которой находится виселица и ухмыляющийся Шигараки с ножом. Очень реалистичная ассоциация пугала, но Мидория тряхнул головой, отгоняя такое неуместное наваждение. Он пришёл в бассейн, чтобы отвлечься, вообще-то. Одноклассники встретили Изуку с лёгкими понимающими улыбками. Правда дружескую атмосферу чуть портили возмущённые вопли Минеты о том, что приглашать остальных не нужно было, ведь это потенциальные конкуренты и так далее. Тренировка не была сильно тяжелой, но длительной, поэтому через какое-то время все устали и решили устроить перерыв. И когда к Мидории подошёл Иида вместе с Ураракой и Качанном (Он что здесь забыл?!) он сначала не заподозрил ничего такого. Иида молча протянул ему баночку с апельсиновым соком, на что Темноволосый благодарно улыбнулся. Но лица окружившей его тройки оставались преисполнены какой-то мрачной решимостью, а брови Катсуки были сведены к переносице под таким неестественным углом, что Мидория начал беспокоиться за появление преждевременных морщин на лице друга. — Так больше продолжаться не может, — мрачно начала Урарака. Изуку удивлённо смотрел на непривычные черты лица друзей, откровенно не понимая, что происходит и что, собственно, больше не может продолжаться. — Ты не можешь быть влюблённым в злодея, — твёрдым голосом продолжила Очако. Изуку открыл было рот, чтобы возмутится, но его нагло перебили: — Ты понимаешь, что Лига может использовать твои чувства против тебя? Ты думал об этом, м? Мы, вообще-то, беспокоимся! Ты ведь понимаешь, что тот поцелуй ничего не значил? — встрял Иида. Изуку поперхнулся соком. «Неужели Урарака рассказал всем?.. и как теперь они отреагируют? Я пойму, если одноклассники захотят прекратить со мной общение, ведь я жалкий педик», — печально подумал Изуку, почему-то даже не злясь на подругу за разглашённый секрет. — Я рассказала про тот случай в кафе только этим двоим, ведь они и так знают про тебя и Шигараки, — ответила на невысказанный вопрос шатенка. — Хоть ты и никчёмный, но последние мозги тебе, надеюсь не отшибло, и ты понимаешь, что такими темпами ты не сможешь с ним сражаться и будешь жутко уязвим. Поэтому тебе нужно прекратить думать об этом ёбанном психе в таком ключе, — забота от Бакуго? Это что-то новенькое! Но Деку не даже не обратил на это внимание, хотя в обычном состоянии он бы знатно удивился и перепугался бы за психическое состояние друга. Но Изуку почувствовал, что начинает закипать. Какого хрена они говорят так, будто это легко! — И что вы мне предлагаете?! Разлюбить человека это вам не плюнуть! Я и без вас прекрасно осознаю, в какой жопе я оказался! Но знаете, что самое интересное? Что мне всё равно! Я готов умереть от его руки, если он того захочет! — выкрикнул он, но тут же беспомощно опустил голову, — И я… действительно не понимаю, что мне делать, — Изуку почувствовал, что по его щекам текут слёзы от осознания собственной беспомощности в такой ситуации. И он ненавидел себя за такое проявление слабости. Когда угодно, но только не сейчас, перед его друзьями, которые будто и ждут подтверждения для своих слов. К слову, они их уже итак получили, — Вы говорите так, будто бы я не пытался что-то с этим делать! Ха, — истерично рассмеялся Мидория, — Вы вообще понимаете то, как мне хреново?! Истерика накрыла такого беспомощного сейчас Изуку. Безнадёжность заключала его сердце в свои крепкие путы. И ему было уже плевать на растерянные лица друзей, на то, что на них обратили внимание, и остальные одноклассники вышли узнать причину расстройства Темноволосого. Плевать даже, если все узнают про его безнадёжную влюблённость и не захотят больше общаться с таким психом, как Изуку. Ему уже всё равно. Ему нужен только Шигараки. Тут раздались удивлённые возгласы, а Мидория почувствовал шершавые руки на своих плечах и горячее дыхание на шее. Кто-то сзади сжал Изуку в своих объятиях, ободряя. — Изуку. Изуку. Не плачь из-за Томуры, он точно не стоит твоих слёз, — сердце Изуку подскочило и быстро забилось от осознания того, кто обнимал его, а мозг отказывался перерабатывать предоставленную ему информацию. А тем временем крепкие руки на плечах развернули Изуку, так что теперь он находился лицом к Катсуки. Изуку взглянул глазами, полными слёз, на Бакуго, и увидел на его лице такое несвойственное взрывному парню сочувствие и… нежность? Это точно не сон? Ведь скорее Шигараки станет героем, чем Катсуки будет беспокоиться об «никчёмном Деку». Но внутри темноволосого что-то сломалось, и он не выдержал и уткнулся лицом Катсуки в плечо, чувствуя, как последний начал гладить Мидорию по голой спине, успокаивая. Мидория сейчас нуждался в поддержке и сильных объятиях как никто другой. И кто же знал, что этой поддержкой ему станет именно Каччан, который, вроде как, на дух не переносил его?! — Эй, Деку, — позвал Катсуки, — Пожалуйста, посмотри на меня. Бакуго вообще свойственно просить что-либо? Он же всегда требует?.. Ну, теперь ясно, что это точно сон, поэтому терять ему нечего. Изуку поднимает голову и встречается с красными глазами, смотрящими, казалась, в самую душу подростка. Вдруг Бакуго наклонился и сбивчиво зашептал Деку на ухо, задевая чувствительные мочки своим дыханием. — Я помогу тебе забыть. Забыть про него. Помогу вычеркнуть его из твоей жизни, как страшный сон. Я понимаю, что последние десять лет я вёл себя как последний мудак, ничуть не лучше Шигараки, но позволь мне исправиться! Я правда не подведу! Я правда, правда хочу помочь тебе, знаешь. Короче, чёрт… Бакуго посмотрел на стоящих рядом одноклассников, которые с открытыми ртами наблюдали за происходящим, и ему захотелось их утопить за такие идиотские выражения на лицах, но решил, что Деку важнее, поэтому он перевёл взгляд на Изуку. Сейчас важна именно его реакция, и плевать на свидетелей: с ними он разберётся потом, чтобы не обольщались. Мидория смотрел на парня широко раскрытыми глазами, в которых плескалось недоумение напополам с неверием. Крепкие объятия блондина действительно успокоили истерику Изуку, и теперь он мог мыслить трезво. И он сразу же залился краской от осознания ситуации. Его обнимал — обнимал, чёрт возьми! —  Бакуго Катсуки , а Темноволосый сидел чуть ли не у него на бёдрах, находясь в смущающей близости от его горячего тела. Изуку отпрянул, как ошпаренный и попытался куда-нибудь убежать, прячась от смущения, но ему, конечно же, не дали это сделать. Бедного Деку со всех сторон окружили любопытные одноклассники. -Вот это драма! -Кого это ты там должен забыть? -Не знал, что между тобой и Катсуки что-то есть… -Я так и знал, что Бакуго гей!!! -А боже, это так мило! -Вы встречаетесь? Примерно такие реплики посыпались на Изуку со всех сторон. «Я мастер по попаданию в передряги», — мрачно подумал темноволосый, — «Хе-хе, сначала Томура, теперь Бакуго. Да Каччан меня убьёт за то, какие теперь слухи поползут, он ведь ненавидит, когда кто-либо обсуждает его чувства», — со страхом продолжил Мидория, не замечая, что привычно бурчит под нос, причём, видимо, из-за сильного потрясения, говорил он гораздо громче, чем обычно, — «Но с другой стороны, он же сам ко мне полез… Как мне это понимать?.. Неужели очередная издёвка! Ха, да Каччан только и думает, как поддеть меня, и поэтому вполне может использовать такие жестокие способы! Блять, он же понимает, как мне больно, поэтому давит на меня, давая ложную надежду. Чёрт, мне так нужна поддержка, ведь я банально не могу понять, что мне делать дальше. Я готов поспорить, что после этого проишествия Каччан со своей мерзкой ухмылкой скажет, как же глупо и ничтожно я разрыдался, и что я такой никчёмный, и…» Кто-то сзади мягко накрыл его рот ладонью, прерывая словесный понос. От повторного нарушения его личного пространства Изуку оторопел и замер, догадываясь, кто это, ведь он буквально чувствовал прожигающий взгляд злых глаз. «Не хотелось бы умереть таким образом», — как-то отстранённо подумал Деку, приготовившийся к ударам и оскорблениям. Вы не судите его, ладно? Хоть Мидория уже давно не слабак и способен постоять за себя, реакция на Бакуго у него всё и осталась такой же, как раньше. Ведь тогда он избивал бедного беспричудного мальчика, всякий раз показывая презрение к такому слабаку, как он. — Пойдём выйдем? — После слов Бакуго Изуку как-то горько усехнулся, с каким-то мазохистким интересом ожидая того, что будет дальше.