Университет на колесах

      Сэмэн оглядел нас, видимо, решаясь доверить нам свою жизнь, но раздумывал недолго, и через пару секунд начал рассказ:       — Когда я выехал на встречу с липовым поставщиком, нужный нам человек оставался в цеху, ему нужно было провести дефектовку всех деталей одного экспериментального карабина. Если он давно работает на Империю, то работу он закончит, чтобы слить имперцам еще и этот отчет. Патронов в карабине нет, мы их сегодня все расстреляли. Пистолета или револьвера у него нет, но есть "стреляющая ручка". Сами понимаете, привести ее к бою дело долгое, а точность никакая.       — Что за ручка? – недоуменно спросил Илаф, – Юрий, твои слова?       Сэмэн даже не поморщился. Явно хорошо понимал, что люди, с которыми познакомился десять минут назад, его словам на все сто процентов доверять не очень-то склонны.       — Так и есть, – кивнул я, – Долго объяснять конкретику, пока скажу, что для самоубийства она годится хорошо, а вот для обороны не очень.       — Проникнуть на территорию Мастерских нужно так, чтобы не вспугнуть предателя. То есть, чтобы охранники нас не видели. Юрий сможет перенести нас через стену, взяв достаточную высоту, но это потребует времени. Так же потребует времени и путь к ближайшей точке, откуда можно незаметно взлететь и быстро, в течении пяти минут, добраться до нужного здания на территории. Так что я сейчас прикажу трактирщику, чтобы вызвал закрытый экипаж...       — Не торопись, – прервал Сэмэна старый маг, – Зачем переносить нас? Та-ак..., – в глазах Скоура загорелось понимание ситуации, – Юра, ты что, старому другу ничего не рассказывал?       — Да как-то к слову не пришлось, – пожал плечами я, – Сначала одно, потом другое...       — В общем, мы и сами долететь сможем, даже экипаж не нужно вызывать, – обрадовал землянина-фабриканта маг, – Так что тут план сразу подлежит коррекции – первым взлетаю я, затем Илаф, и мы в воздухе ждем, пока взлетит Юрий с тобой в роли пассажира. Затем летим по твоим указаниям.       — Отлично, – повеселел Сэмэн, – На входе в цех стоит сигнализация, срабатывает на открытие ворот и дверей, но я вас проведу подземным коридором, ключи от тех дверей есть только у меня, сигнализации нет, а замки там хитрые. Главное – пройти, не издав ни звука, чтобы предатель не всполошился. Но, полагаю, с этим у вас проблем не будет. Сидит этот человек в мастерской при цехе точной металлообработки, туда только один вход, и этот вход просматривается от рабочих столов. Врываться всем четверым считаю не очень верным вариантом, но вот так, с ходу, других планов придумать не могу.       — Да что тут особо думать? – удивился я, – Садимся в засаду у дверей и ждем. Хоть раз до ветра за ночь он выйдет.       — У меня другой план, – качнул головой Илаф, – За окном стемнело, а он дефектовку проводит? Значит, освещение электрическое, так? Отлично, где рубильник, наверняка известно. Берем кусок изолированного провода и закорачиваем рубильник, затем тихо его отключаем. Чуть-чуть проводом по контактам поводим, чтобы свет у него помигал, и убираем провод. Разбираться он выйдет почти сразу. Ну, может, сначала попытается пощелкать общим выключателем, чтобы восстановить пропавший контакт.       — Там разные выключатели на общее и местное освещение, – пояснил мой старый друг, – Моргать будет весь свет.       — Отлично, вот у рубильника мы его и прихватим, – кивнул Скоур.       — Только было бы хорошо взять его живьем. Если возникнет опасная ситуация, сможете его не убивать?       — Постараемся, – кивнул Скоур, – В клинки возьмем, дергаться с лезвием у горла решится далеко не каждый.       — Еще и клинки имеются? – повеселел Сэмэн, – Тогда точно управимся.       — Принято. Значит, сейчас берем оружие и выдвигаемся, – подбил итог экспресс-совещания маг.       Закрыв комнату на ключ, мы вышли во двор. Время было уже позднее, народ с дороги почти весь завалился спать, только в общем зале тихонько гудела компания из четырех молодых купцов. Так же не было никого и в "гараже". Открыть багажный отсек под сидением трайка Илафа и извлечь оружие нам никто не помешал.       Увидев наши двуствольные "аргументы", которые мы единогласно решили прихватить "до кучи", Сэмэн не на шутку озадачился:       — Вы где ЭТО взяли?       — Вот не поверишь, сами сделали, – хмыкнул в ответ я, выбирая из того же мешка бумажные свертки с уже расфасованным порохом и пулями.       — Знаешь, Юра, пожалуй, поверю, – озадаченно почесал затылок мой старый друг, – Воспламенение тут капсюльное? Ага, вижу брандртубки. Только капсюля странные, длинные такие... иначе просто нет смысла в такой длинной шейке под посадку капсюля.       — Тут все просто, – я сунул руку в карман в поисках залежавшихся мелкокалиберных патронов, – Сделано под конкретный капсюль, как закончатся – хоть в металлолом сдавай... ага, нашел! – в дальнем кармане отыскался десяток патронов, половину которых я решил отдать механику, – Вот они, капсюля.       — Может, вам нормального оружия подкинуть? – сочувственно произнес Сэмэн, глядя на скромную горсточку "мелкашечных" патронов, – С этими мультуками вы далеко не уедете.       — Выполним дело – тогда и поглядим, – обозначил рамки вопроса маг, цепляя ножны со своим полуторником за плечи на тонкие ремешки специальной сбруи, – Выдвигаемся!       Первым в ночное небо ушел грифон. Илаф, поправив на ремне ножны со своим клинком, повел плечами, огляделся, чуть напрягся – и перешел в тело Тени. Хлопнув крыльями, здоровенный серо-серебристый семуран ушел вверх, вслед за магом.       И последним, по плану Скоура, должен был взлетать я. С пассажиром. Не тратя времени даром, быстрым шагом вышел на середину двора, «качнул» ауру – и через пару секунд почувствовал, как мне на спину, цепляясь за оставленную веревку, забирается человек.       Уж кому в нашем полете было тяжело – так это землянину-фабриканту. Наша-то задача была немудреная, только крыльями помахивай да следуй указаниям проводника. А вот проводнику было очень непривычно ориентироваться по городу с тусклым освещением, да еще и ночью, но какие-то ориентиры он успешно находил и вел нас весьма умеренным зигзагом к окраине города. Вскоре, когда наши глаза привыкли к темноте, а из-за легких облаков выглянула хоть и неполная, но вполне яркая луна, стало видно, что летим мы прямиком к огороженной невысоким с нашей высоты кирпичным забором территории.       — Забираем правее, где штабели досок! – крикнул Сэмэн. Ветер на нашей высоте заметно свистел в ушах, и человек себя слышал не очень хорошо. Нам-то, в силу нечеловеческой анатомии, все было слышно прекрасно, а неизвестно как просыпающиеся рефлексы крылатых покорителей неба свист ветра переводили в фоновый шум, не отвлекающий и не мешающий слышать.       Мы успешно приземлились между достаточно высоких, метров трех, штабелей неструганых досок толщиной приблизительно двух с половиной сантиметров каждая. Стандарт, однако, явно не на пустом месте родившийся, а каким-то образом рассчитанный. Практически сразу вернулись в человеческие тела и взялись за зарядку ружей. Мало ли, как могло повернуться дело – вдруг тот самый предатель там не один? Тогда придется бить на поражение, стараясь только ранить… да, еще та задача для гладкоствольного ружья.       Вход в подземные коридоры оказался в подвале столярной мастерской. За дверью из простых досок, попахивающих олифой, скрывалась еще одна, уже клепаная стальная, оснащенная кодовым замком. Сэмэн бодро пощелкал роликом и открыл дверь. Когда мы вошли в коридор, освещенный редкими и довольно тусклыми лампами накаливания, загоревшимися при открытии двери, Сэмэн протиснулся мимо нас, перевел на жестяной коробке у косяка небольшой рычажок и захлопнул дверь.       — Это блок задержки выключения освещения, – пояснил он, протискиваясь обратно, вглубь коридора, – Десять минут нам обеспечено, за это время мы до нужного цеха доберемся с гарантией.       Путь по выложенному кирпичом коридору был не очень долог. Или под землей, где зацепиться взглядом ни за какой ориентир нельзя, время иначе воспринимается? В общем, свернув в трех местах на перекрестках, мы добрались до очередной стальной двери. Изнутри тоже стоял кодовый замок, но комбинация была уже другая. Эту дверь так же прикрывала простая, дощатая, с сувальдным замком. Надо отдать должное, замок был хорошо смазан, и при открывании не скрипнул, только едва слышно щелкнул пару раз. Вывела нас дверь в угол подвала, к фундаменту какого-то особо массивного станка, сложенной из красного кирпича тумбе. Закрыв дверь и еще пять минут потратив на финальное распределение позиций и действий, мы двинули брать предателя за жабры.       Прошло еще десять минут. Тихо щелкнул рубильник, но узкая полоска света, пробивающегося из-под двери, не погасла. В самом цеху освещение не работало, чтобы не тратить зря вырабатываемое генератором электричество, и почти все десять минут мы выжидали, пока глаза привыкнут к тусклому лунному свету, пробивающемуся сквозь окна цеха. Илаф, старательно сдерживающий эмоции по поводу отсутствия нормальных материалов, держал кусок проволоки, плотно обмотанный добытым из личных закромов платком. Я и Скоур стояли по обе стороны от двери в мастерскую, на вполне почтительном расстоянии в десяток шагов. Сэмэн стоял возле шкафа с рубильниками – по нашему плану Илаф, отпустив проволоку, должен взять ружье и встать в стороне, а Сэмэн включит рубильник общего освещения цеха, как только предатель окажется на половине пути к нему. В моих руках тоже было ружье, ятаган висел в ножнах, подвешенных к ремню, а Скоур, не доверяя трофейному револьверу, вооружился мечом.       Выждав еще немного, Илаф решил, что пора начинать, и начал водить концом проволоки по неизолированной клемме рубильника, временами отрывая от клеммы конец и тут же прижимая обратно. Полоска света под дверью мастерской начала мерцать, сначала едва заметно, и механик вновь прижал проволоку к клемме. Еще чуть выждав, снова начал прерывать контакт, а затем вообще отвел проволоку и аккуратно опустил ее, чтобы не закоротить какие-то другие клеммы. Свет под дверью погас окончательно, послышалась незлобная ругань и щелчки выключателя – прямо как и предсказывал механик. Затем дверь распахнулась, и темный человеческий силуэт, негромко ругая новомодное электричество, уверенным шагом направился в сторону силового шкафа, в котором скрывались рубильники. Нас он не видел, ведь последний час-полтора точно работа при хорошем, ярком свете, и к темноте приспособиться банально не успел. Мы-то более-менее прилично видели все, что происходило в цеху, и ко всяким неожиданностям были готовы.       И к тому, что вслед за первым силуэтом из дверей появится второй – тоже.       — А я тебе говорил – ненадежно оно, электричество в освещении. Не живут долго лампы, дорогие они, взрываются иногда, а уж с проводами намучаешься… – с каким-то нездешним акцентом произнес второй силуэт.       — Наши не взрываются, – ответил первый, – Сэмэн быстро нашел способ, который наши лампы сделал долговечными. Правда, так и не рассказал, в чем его суть, в секрете держит… кхм, держал. Жаль, что ваши его грохнули, инженер был первоклассный…       Тут громко щелкнул рубильник, и цех осветился неярким электрическим светом.       — Слухи о моей смерти несколько преувеличены, – ухмыльнулся Сэмэн, снимая пистолет с предохранителя и взводя курок.       Свет немного ударил нам по глазам, но не очень сильно – все-таки лампочки под потолком были не слишком яркие. Имперский агент, шедший вторым (а к кому еще мог обращаться предатель фразой «ваши его грохнули»?) ощутимо напрягся. Ближе всего к нему оказался я, и, подняв ружье, негромко произнес:       — Слышь, уважаемый, обернись! – а когда имперский агент обернулся, звучно взвел курки. Щелчки в тишине ночного цеха прозвучали очень отчетливо, и шпион заметно побледнел. Он определенно представлял, что даже такой неказистый ствол на короткой дистанции вполне может прервать его жизненный путь с гарантией. Маг, видя, что второго участника событий я держу под прицелом, спокойно подошел к предателю на расстояние шага, положив меч на плечо. Удерживать полуторник даже на согнутой руке достаточно долгое время не мог даже оборотень. А дело будет долгое, ибо тут начинается самый настоящий правеж – разбирательство, почему человек совершил проступок и определение наказания за него.       — Значит так, Имшан. Я не буду тебя пугать твоей же судьбой, – начал правеж Сэмэн, – Сам догадываешься, не маленький. Расскажи мне о том, что тебя побудило совершить предательство? Деньги? Ты получал очень приличное даже по меркам моих Мастерских жалование. Перспективы занять место в Империи? Просто желание меня подсидеть и самому стать хозяином Мастерских?       — Сэмэн, ты и сам прекрасно знаешь – только в Белой Империи прогресс идет полным ходом! Они разрабатывают и внедряют такие технологии, о которых ты и не слышал! – начал разоряться предатель, – Да, у тебя есть то, что показывает уровень этих технологий – твой мотоцикл, но ты ведь не сможешь сделать даже нечто подобное! А уж твои договоры с драконами о поставках технологий…       — Влево! – неожиданно крикнул Скоур, свободной рукой хватая предателя за воротник и пиная его под колени. Сам же он рванулся вправо, и туда же дернул Ишмана.       Сэмэн повиновался команде беспрекословно, еще и чуть присел. Илаф тоже метнулся в сторону, под прикрытие штабеля ящиков. Тишину в цеху разорвал хлопок выстрела, раздавшийся из-за двери в мастерскую. Вот это было реальной неожиданностью! К счастью, пуля никого не достала – она ударила в колонну, возле электрощита, где еще секунду назад стоял Сэмэн. Каким образом Илаф просмотрел опасность, в принципе было понятно – в уверенности, что предатель здесь один, Сэмэн включил только рубильник освещения цеха, а в мастерской было по-прежнему темно. «Мой» имперец дернулся рукой под пальто, и я, перехватив ружье, сделал шаг вперед и приложил его прикладом в лоб. Правой рукой пришлось хвататься за казенники сверху, и не зря – от удара один из курков сорвался с боевого взвода и чувствительно прижал мне палец, но до капсюля, к счастью, не добрался.       Грохнул еще один выстрел – Сэмэн всадил пулю в закрывшуюся не то от сквозняка, не то осторожным движением имперца дверь, но, похоже, наугад. Спрятавшийся за ящиками механик только взводил курки. В общем, за считанные секунды мы рассредоточились по укрытиям, причем Скоур исхитрился сделать это еще и с плененным предателем. Из мастерской слышался звук, подозрительно напоминающий перезарядку револьвера.       — Говоришь, там только один вход? – громко обратился маг к Сэмэну, придерживая Ишмана за шею.       — Один, только эта дверь. Окна с решетками, просто так не выломаешь, – ответил землянин.       — Тогда прикройте меня, – Скоур как-то хитро придавил шею предателю, и тот расслаблено откинулся на мощеный пол цеха. Сам же маг, привстал и подготовился перебежать ближе к двери.       Сэмэн высунулся из-за колонны, прицелился и всадил в деревянную дверь пулю. Запрыгала по полу гильза, полетели щепки от двери, а Скоур вскочил и перебежал ближе к двери, прижавшись к стене со стороны петель.       — Сейчас, мне нужно сосредоточиться, – тихо предупредил меня маг, усаживаясь у стены прямо на пол и откидываясь к стене.       Шли секунды, имперский агент в мастерской перезарядил револьвер и через простреленную дверь начал давить нам на нервы:       — Вы обвиняетесь в незаконном изготовлении огнестрельного оружия и нападении на государственных служащих Белой Империи! Немедленно сложите оружие!       — А не жирно будет? – поинтересовался Сэмэн, высунувшись из-за колонны, – Ты один, а нас четверо, и у каждого ствол!       — Пусть вы меня убьете, – уверенно заявил из-за двери агент, – Но тогда за вами придут другие! И уж они-то не оплошают! Сдаться сейчас – это залог того, что вы не будете убиты из засады. Вас будет судить Высший суд Белой Империи, который…       — Приговорит нас к смерти, как Зилана Инельса! – перебил его Сэмэн, – И как многих других, которым я не смог помочь! Ваш запрет на огнестрельное оружие нужен лишь для того, чтобы ваша армия имела преимущества!       — Мы – мирное государство, и не собираемся ни на кого нападать! – с железобетонной уверенностью ответил агент, – Мы лишь поддерживаем мир!       — Второй и третий экспедиционный корпус на западе Грэкотана тоже мир поддерживают? – не остался в долгу мой старый друг, – Или просто охраняют верфи, где строятся десантные корабли и мастерские, где куются заготовки для оружия?       — До нашего прихода там были постоянные стычки диких племен, – напористо отозвался агент, – А сейчас в регионе – мир и спокойствие!       — Потому что вы банально выбили восемь из десяти мужчин старше четырнадцати, и воевать там стало некому!       — Зато прекратились братоубийственные войны, – голос имперца неожиданно начал как-то слабеть, – В которых мужчины соседних племен не просто друг друга убивали, а в ритуальных… пытках…       — Ну да, у вас-то все вышло быстро – сошлись в чистом поле, и в два залпа перебили аборигенов, а выживших штыками докололи! – не унимался Сэмэн. Интересно, как с таким уровнем гуманизма он оказался владельцем уже готового завода?       — Он тебя не услышал, – вздохнул Скоур, смахивая со лба холодный пот, – Ох и здоровый же попался! Прямо намучился с ним… Юра, встать помоги.       — В смысле – не услышал? – переспросил фабрикант, – Почему?       — Потому что я ему сердце остановил. Да, вот так, через стену, – маг ухватил меня за руку, и я уверенным рывком поставил его на ноги, – Если он еще нужен живым – поторопись, ближайшую минуту сердце еще можно запустить, а если не успеем – придется идти за его душой за Грань, а я этого чрезвычайно не люблю.       — Не нужен мне он. Сами слышали – идейный, какой с ним разговор. Тем более, что это – рядовой состав, я его в лицо узнал. Старший офицер – вот он, – кивнул Сэмэн на лежащего человека с отпечатком приклада на лбу, – Барон Харц Шу’Нирр. Основной связной, работал с почтой, раздавал задания, отправлял сводные отчеты. Не верю, что нет подстраховки, и явно кто-то из его ближайшего окружения тоже слал отчеты в Империю. Ничего, эти двое пропадут без вести, а вот те, что меня поджидали в темном переулке, точно попадут в городской морг. Есть выходы на медиков, которые там дежурят этой ночью, напишут, что нужно. Надо бы его только связать…       Поискав по карманам что-нибудь подходящее, но ничего не обнаружив, землянин-фабрикант вытянул из брюк имперского агента ремень и связал им руки пленному за спиной. С ногами поступил еще проще – развязал шнурки его ботинок и связал оба ботинка на бантик, вплотную друг к другу. Дешево, сердито, и просто так ботинки не стянешь. Натуральная кожа ведь, они по ноге при носке обтягиваются.       Предателя и обоих имперцев мы затащили в подсобное помещение, заставленное ящиками с бумагой, тюками ветоши, какими-то рейками и листами жести разной формы. Уложенный магом агент Империи отличался синюшным оттенком рожи и мокрыми штанами, по всем законам анатомии после смерти все мышцы в организме расслабились. Причем таскали только я, Сэмэн и Илаф. Скоур сидел на табурете в той самой мастерской за столом, на котором, аккуратно разобранный на отдельные детали, покоился упомянутый Сэмэном карабин. В его облике меня особенно напрягли размеры, но этот момент я решил прояснить позже. Сначала спросил у мага – действительно ли тяжело было остановить сердце человеку на расстоянии?       — Если есть опыт и практика, то ничего сложного, – пояснил старый маг, – Но у меня практики уже лет двадцать не было, и не сразу удалось все тонкости вспомнить. Самое сложное было в том, чтобы не остановить собственное сердце. Я об этом вспомнил только когда почувствовал, что воздействую не только на него, но и на себя тоже. Пришлось экстренно обеспечивать себе аритмию, чтобы не заглушить разом оба сердца.       Я только присвистнул. Оказывается, опасное это дело, пытаться этаким «боевым целительством» работать, особенно без регулярной практики.       Когда труп и двое пленников заняли места в подсобке, где были дополнительно увязаны наиболее прочной из имеющейся ветоши, мы уселись перекурить в той самой мастерской.       — Сэмэн, расскажешь про эту гаубицу? – я раскурил папиросу и указал на разложенный по столу карабин.       — Так уж и гаубица, – отмахнулся фабрикант, – Ты, Юра, как скажешь…       — Ну ладно, не гаубица. «Баррет». Как раз калибр, на первый взгляд, вполне соответствует. Только патрон поменьше будет… – оценил я габариты короткого магазина, лежащего рядом.       — Это специальный заказ местного драконьего Клана, – спокойно начал Сэмэн, – Карабин для вооружения драконов. Потому и габарит большой, и патрон мощный. И потому, кстати, рукоятки и ложа нет, единственный испытатель две недели назад умотал к драконам, что-то у них срочное случилось по технической части. Из местных испытатель, старший сын одного из мастеров цеха точной металлообработки. Оборотень, пока еще подросток. Мы сначала не учли в расчетах, и ложе сделали под его габариты, только на днях переделали под взрослого дракона. Поэтому, если вы не против, мне опять ваша помощь понадобится, на этот раз – в испытаниях. Могу оплатить деньгами, могу ответной помощью.       — Ответная помощь была бы кстати, – оживился маг, – Мне нужно несколько дней поработать в Королевской Библиотеке, а простому посетителю, пусть и одаренному магическим способностями, но не местному, вполне могут и не дать доступ в некоторые особые секции.       — Это как раз мелочь, – Сэмэн достал из ящика стола чистый лист, а из кармана – перьевую ручку в латунном корпусе, и начал писать (на местном языке!) записку, – Еще пару лет назад мне «за выдающийся вклад в инженерное дело» дали право работать во всех секциях Королевской Библиотеки. Тамошний смотритель мне как раз кое-что должен… вот и отработает долг частично.       Украсив лист витиеватой подписью, землянин отдал его Скоуру. Тот благодарно кивнул и положил лист на стол, ожидая, пока высохнут чернила.       — Но это действительно мелочь, за спасение жизни нужно ответить чем-то более весомым. Патроны к револьверам мы за пару недель сделаем, штук по двести на ствол гарантирую, плюс чего-нибудь длинноствольного. У меня есть несколько опытных образцов, надежных и точных, но очень уж дорогих в производстве, нужно было на чем-то тренировать инженеров. Примете такой ответ? – внимательно посмотрел на нас Сэмэн.       Скоур дунул на чернила, убедился, что они уже подсохли, и аккуратно скрутил лист бумаги в трубку:       — Примем. Но это оружие должно быть действительно надежным.