My hated beast

— Что же я тебе сделаю… — Задумчиво, пытаясь храбриться, повторяет блондинка, морщась от боли. Этот ублюдок схватил ее за волосы: пусть девушка не так полна, но весь свой вес держать на блондинистых локонах… — А ничего! — Люси гортанно смеётся своим севшим голосом, резко, невзирая на свою боль, хватая звёздную реку и обматывая ее вокруг шеи демона. Доведённая до крайности, заклинательница показывала ужасающую скорость; поэтому Этериас ничего не успел сделать. — Ну же, убей меня, — хриплый шепот выдыхается в самые губы Шакала, заставляя его брезгливо сморщиться. — Убей! И сдохни сам рядом с моим разлагающимся трупом, в вечном одиночестве и бессилии. — Призывает Хартфилия искусительным, ласковым тоном. Звучит жутко: демон с отвращением бросает блондинку на пол, отшвыривая ее. Звёздная река отброшена в угол комнаты. Тут же очередной залп электричества пронзает его, заставляя уязвлено скулить, подобно псу. — Чокнутая баба. — Цедит сквозь боль блондин, беспомощно развалившись на полу. — О, да. — Хрипло соглашается Люси, явственно ощущая, как в ее глазах загорается безумие. Оно проникает в самую душу, обещая, моля, угрожая… Оно хочет подарить тебе абсолютную свободу в безумии, хочет снять все условности и границы. Заклинательца невольно окидывает предложение заинтересованным взглядом, призывно улыбаясь. Но безумие не спешит. Оно дает насладиться жертве ужасом или радостью своего наступления, медленно, мучительно медленно подбираясь к сердцу, что бьется подобно испуганной пташке в клетке ребер. Хвостатая поднимается, поправляя свою прическу и чувствуя щедрое лечение некого существа. Что же… Похоже, действие награды ограничено во времени и неважно, что будут делать люди внутри коробки. С надменным чувством превосходства девушка пинает своего заклятого врага, с особым удовольствием вонзая острую шпильку своих каблуков в горло беспомощного на данный момент демона. Однако, стоит поспешить. Хартфилия поспешно отходит от потряхивающегося от электричества парня. Она внезапно сгибается, чувствуя возмездие этого «некта» за приченение вреда демону. Благо, она скорее издевалась морально, а не физиологически, так что можно терпеть, не уподобившись ему, животному. Прикусив свою губу до крови, чтобы не издать не звука, блондинка прикрывает глаза, которые не видят. Кровь вперемешку со слезами боли застелили их: совершенно невозможно что-то углядеть. Заклинательница на ощупь продвигается к своему стулу, пытаясь вытереть жидкость с глаз. Ей надо запихнуть в себя еду, пока она не исчезла. Выводы, сделанные девушкой, редко когда были неверны. Интуиция, факты… Все это помогало бывшей аристократке в жизни. Чувствуя тошноту, Люси судорожно жевала выданную пищу, краем глаза поглядывая на лежащего демона. Отключился, что ли?.. Впрочем, ей же лучше. Опасаясь поворачиватся к телу Этериаса спиной, но, все же, не имея иного выбора, Хартфилия сбрасывает остатки своей одежды. Из еды не осталось ничего (доля Шакала успешно уничтожена, ему не нужны излишние силы, безжалостно постановила хвостатая), так что самое время смочить тело влажной губкой, которая обнаружилась вместе с тазиком воды да переодеться в сухое. Следы крови успели исчезнуть со стен, а на заклинательнице самой из ранений остались лишь синяки, которые медленно рассасывались. Зеленый свет начал потухать, что добавляло волшебнице скорости. Возможно, когда он полностью погаснет, все блага пропадут. Бывшая аристократка, морщась от боли в теле, быстро проводила губкой по нему, смывая кровавую корочку. Важно было держать себя в чистоте при ранах, которые ещё могли появится. А замызганная и кровавая кожа с порванной одеждой никак не могли обеспечить чистоту. Отбросив губку, блондинка натянула закрытое белое платье до колен. — Раз не смогла победить, решила соблазнить меня, человечка? — Звучит ехидный голос Шакала. Хвостатая судорожно поворачивает голову, чувствуя как потяжелевшие от грязи волосы хлещут ее по лицу. — Я все видел. Ты такая уродина. — Подтверждает демон худшие опасения девушки. Ее не трогает сомнительный комплимент касательно внешности. Густой румянец досады и стыда покрывает лицо Хартфилии, пока та, не отвечая Этериасу, смывает грязь с волос. В ее голове возникает безумная идея. Привлекательная настолько, что девушка не может удержаться. Раз демон все ещё лежит, подначивая и огрызаясь лишь словами… Этериас с некой настороженностью смотрит на опасно ухмыляющуюся девушку, которая, со странным красноватым блеском в глазах берёт таз с грязной водой и бумагу с очередным вопросом со стола. Слышаться неторопливые шлепки мокрых босых ног по плитке, пока блондинка приближается к все ещё не излеченному врагу. Грязная вода щедро опрокидывается на парня. — Да, ты прав. Я влюбилась в тебя с первых секунд знакомства. — Спокойно проговаривает волшебница. Ее ухмылка свидетельствует о явной лжи. — Вот теперь позволь помочь мне тебе умыться, мой сладкий. — Морщась от того, что она несет, ласково проговаривет девушка. — Ну и, конечно, как я могу забыть о твоем питании! Шакал пытается отползти подальше от малохольной сучки, не веря в то, что слышит. Но излеченная и подпитавшаяся девушка быстрее: она берет парня за волосы, зажимая нос. В попытке найти воздух демон неосознанно открывает рот, куда щедро выливаются остатки воды. Волшебница смеется, наблюдая за тем, как захлёбывается ее враг. Ну и, конечно… Взгляд карих, с отсветом красного цвета, глаз падает на бумагу. Люси с удовольствием комкает бумагу, заталкивая ее в рот Этериаса, как и воду. Тот пытается укусить, пытается сопротивляться, но… За укушенную руку его шибает током, а вода, прежде разлитая на его теле, добавляет еще больше мучений. А блондинка остается невредимой: она действительно лишь поила, мыла и кормила своего врага, не так ли? Чья-то дурацкая система не классифицирует это как вред. Внезапно зелёный свет в комнате сменяется на красный, а парочка начинает корчиться на полу, зажимая уши: вновь пришел Он.