Среди мертвых и живых

      К полудню распогодилось, и из-за туч показались уверенные лучи весеннего солнца. Его блики драматически высвечивали кружево узоров на давно немытом окне. Во всем окружающем, будто бы специально подчеркнутом беспорядке была своя декадентская прелесть. Любое вторжение извне выглядело чужеродным и излишним. И даже сама Анжелика, которая почувствовала себя значительно лучше после незамысловатого обеда в виде разогретых в микроволновке остатков пиццы, казалась инопланетным существом, бестелесным призраком, призванным нарушить привычный ход вещей.       Такой сестру видел Гонтран – ярким видением, сродни тому, что являлись к молодому художнику, когда он еще искренне верил в обязательную силу «допинга для Музы».       Озадаченная же множеством вполне насущных вопросов Анжелика, вовсе не подозревала о метаниях творческой души брата - она уже знала, что неминуемым последствием импровизированного «пиршества» сейчас и опасного приключения накануне, станет, по крайней мере, острый приступ гастрита, хотя и признавала, что любая пища в сложившейся ситуации - лучше, чем ничего.       Однако перед уходом Гонтран был обстоятельно проинструктирован и обязался по дороге домой купить все необходимое для полноценного пищеварения. Анжелика же тем временем намеревалась привести жилище брата в надлежащее состояние – о чем мужчина, конечно, не подозревал. Растущая параллельно напряженности продуктивность девушки грозила развернуться в полномасштабную военную кампанию против пыли и застаревших пятен на всех вертикальных и горизонтальных поверхностях. Некоторые из них вполне справедливо сошли бы за модные инсталляции. И, вероятно, не один шедевр мог пасть жертвой этой непримиримой войны, если бы Анжелике не нужно было тщательно обдумать свои дальнейшие действия. ***       Первым делом ей следовало предупредить Польку – соседку, с которой они на двоих снимали комнату, но найти свой клатч с мобильным и документами она так и не смогла – потеряла или украли? Что же, вероятно, подруга даже и не заметила исчезновения Анжелики. Родом из Польши, Жанин, как и многие до нее, несколько лет назад приехала во Францию за лучшей жизнью и бесплатным образованием, но не продержалась в университете и года. Теперь молодая женщина подрабатывала в эскорте и три вечера в неделю танцевала go-go в одном из тематических клубов. Такая жизнь вполне устраивала Польку и занимала все ее свободное время, а потому следить за моральным обликом подруги, а точнее – подтачивать его, было, как не жаль, совсем некогда.       «Не ночевала дома? Тем лучше». Полька давно намекала Анжелике, что отношения с Николя пора перевести на новый уровень, по её мнению, парень был хорош собой, предприимчив, и, разумеется, без ума от любви. «Дружбы между мужчиной и женщиной не существует», - авторитетно наставляла Жанин, сидя вечером перед зеркалом и накладывая третий слой подводки, пока Анжелика всматривалась в увесистый том по анатомии. И поскольку в тот вечер именно Николя заехал за девушкой на своей новенькой Ауди «без крыши» – очевидно, доставшейся ему совсем не честным путем, - то Полька довольно скоро решила, что Снежная королева, наконец, оттаяла, и поводов для беспокойства нет.       Что же касается Николя, Анжелика никак не могла припомнить, в какой момент она окончательно потеряла друга из виду и оказалась одна на танцполе. Все вокруг плыло: яркие вспышки, неразборчивый бит, неясные обрывки разговоров, картинки, будто из сна... И если ей подмешали в питье наркотик, то это совсем не удивительно.       Вечер начинался прекрасно: они проезжали по вечернему Парижу, впитывая пьянящий, весенний дух города, сами пьянели от этого головокружительного чувства свободы. «Возможно, Полька и была права».       Анжелика знала Николя всю свою жизнь, с восторгом и легкой тоской вспоминала их детские игры и шалости. Она – дочка фермера, владельца убыточного аграрного бизнеса, и он – мальчишка из соседней деревни, сын наемного рабочего на предприятии ее отца Армана Сансе.       Их встречи здесь, в Париже всегда имели сладкий привкус де-жа-вю, приправленный абсолютным доверием родом из детства и его, Николя, неприкрытым обожанием, которое так льстило и так приятно веселило девушку, совершенно ни к чему не обязывая.       Этот вечер не был похож ни на один из прочих таких же. Николя оделся тщательнее, был гладко выбрит, хотя обычно придерживался более брутального стиля – легкой небритости, вёл себя иначе, и Анжелика невольно поддалась этой новой для себя игре.       Потягивая у барной стойки Апероль Шприц, девушка позволила молодому человеку обнять себя за талию, слегка покачиваясь в такт играющей музыке, звонко смеялась его шуткам, обнажая белоснежные зубы, и, наконец, когда он склонился к ней так близко, что она могла ощутить на щеке его горячее, взволнованное дыхание, Анжелика уже знала, что подарит Николя первый настоящий поцелуй. Она чувствовала вкус мятной пастилки и алкоголя на своих губах, когда минуту долгожданного единения прервала настойчивая вибрация в правом кармане его брюк.       Николя позвонили, и молодой человек был вынужден отлучиться на встречу с приятелем по одному из тысячи его противозаконных предприятий - от простейших махинаций с банковскими картами до угона и разбора дорогих авто. Анжелика никогда не одобряла этих связей в криминальном мире и потому не удосужилась выслушать до конца. Она горделиво выпрямилась и ушла прочь от барной стойки, всячески демонстрируя своё неудовольствие. Девушка неоднократно предупреждала друга, что он закончит жизнь в тюрьме, если не возьмётся за ум.       Николя уверял, что будет через пять минут, но так и не вернулся. ***       Закончив раскладывать тюбики с краской и баллончики-распылители, Анжелика принялась подбирать разорванную и смятую бумагу, полотна без рамки и разбросанные по всей комнате тряпки и отрыла в углу маленький, старый телевизор. На удивление, он работал, хотя и с помехами, и показывал всего пару государственных каналов.       «В Париже все ещё продолжаются беспорядки», - объясняла диктор новостей.       «Оранжевые береты» уже неделю митингуют против повышения налогов и введения новых пошлин». <…>       «Полиция и военные работают в режиме усиления». <…>       «По последним данным - десятки раненых, несколько убитых, выбитые витрины дорогих бутиков и сотни тысяч евро ущерба». <…>       «Президент обратился к Сенату». <…>       «Митингующие потребовали отставки правительства». <…>       «В результате беспорядков получила тяжелые ожоги 20-летняя студентка медицинского университета, Анжелика Сансе. Всю ночь врачи боролись за жизнь девушки, но из-за травм, несовместимых с жизнью, она скончалась в больнице, не приходя в сознание. Полиция проверяет ее связь с оппозицией.       На экране появилась знакомая фотография: Анжелика в скромном вечернем наряде на школьном выпускном балу – невероятно красивая.