Наш младший брат

Ричард, вздрогнув, проснулся от сильных ударов по стеклу. Подросток поморщился, пытаясь сесть на диване, но тело сковала боль в мышцах. Болело абсолютно всё: от ног до головы. За окном шумел дождь, и, судя по всему, именно он стал причиной неожиданного пробуждения. Ричард прижал ладонь к животу, ощущая, как заболел пресс. Коллинз никому не давал поблажек и, к сожалению, откуда-то узнал, почему один из его лучших игроков пропустил тренировку. Тренер не читал нотаций или нравоучений. У него в запасе был способ намного более действенный. Не зря они с Хэнком так подружились. Ричард вкалывал в два раза больше остальных. Если все бежали десять минут в качестве разминки, то Андерсон — двадцать. Заметив, что подросток слишком «легко» справляется с нагрузкой, Коллинз заставил его надеть утяжелители. Здесь Ричард и начал сдавать. Элайджа выглядел довольным, всем своим видом демонстрируя, что он предупреждал об этом — так дальше и будет. Ричард сбивался с ритма, терял дыхание, но молча продолжал бежать дальше. С тихой ненавистью отжимался, выполнял скручивания и пробивал мяч на скорость. Мышцы ног так забились, что никакая растяжка не облегчит эту боль. Где-то на груди и животе должны были проявиться синяки. Он привык врезаться на полной скорости в игроков по команде, но вчера была полная катастрофа. Ричард и трёх столкновений не выдержал, как голова закружилась, и он перестал понимать, кто из друзей исполняет роль противника, в итоге запутавшись и врезавшись в своего. Коллинз не разрешал пить и сидеть на земле, как бы сильно ты не устал. Сердце может не выдержать таких перегрузок. Тренер позволил несколько минут походить по краю поля, прежде чем вернуться и показать мужскую игру, а не женский балет. В раздевалке из носа хлынула кровь. Ричард забежал в душевую. Пришлось простоять в ней, пока кровь не остановилась, чтобы не измазать форму. Аллен видел, что произошло, но не стал никому говорить, подтерев следы на полу. И не с таким сталкивались. Открытые переломы, потеря сознания, сломанные рёбра, выбитые колени — одно дело. Подскочившее давление — сущий пустяк. Подросток осознал, что новая тренировка начнётся уже через пару часов. Он совершенно не отдохнул от предыдущей. Ричард повернулся на бок, укутываясь потеплее. Так приятно просто лежать на диване в полутьме и не знать, сколько времени осталось до «подъёма». Подросток стал сомневаться, что вообще сможет подняться. Ричард не видел сквозь занавешенные окна, как сильно льёт на улице, но надеялся, что дождь не прекратится до самого обеда. Может быть, Коллинз хотя бы утреннюю тренировку отменит. В это с трудом верилось. Тренер был уверен, что чем сложнее тренировочные матчи, тем проще будет на соревнованиях. Какой-то жалкий дождь не станет для него помехой. В конце концов, не ему носиться по мокрой траве, рискуя подвернуть ногу. Ричард с удивлением заметил свой телефон рядом с ноутбуком. Воспоминания стали понемногу возвращаться. Он просыпался ночью. Опять из-за Коннора. Ричард взял мобильный, убеждаясь, что он заблокирован. Телефон всё это время был у брата. Угадать пароль Коннор точно не смог бы, значит так долго не отдавал его обратно по той причине, что просто боялся. Дождался, когда наступит ночь, трусливо подкинул под нос и сбежал. Старшему брату даже не хватило смелости сделать это за ужином. Боялся, что отец задаст логичный вопрос, откуда у него взялся телефон младшего брата. Ричард и сам не хотел бы обсуждать это с кем-либо. Проще убедить себя, что ничего просто не было. Ричард осознал под чьим одеялом лежит, тут же спихивая его на пол. Подросток сильно вспотел за ночь. Не нужно было засыпать в одежде. Андерсон некоторое время наслаждался ощущением вытянувшегося и расслабленного тела. Мысли сами собой спустились ниже пояса. Вчера в школе было дико стыдно. Он не привык делать это в туалетах, молясь, чтобы никто не вошёл и не услышал, чем он занят. Нужно заставить себя расслабиться прямо сейчас, пока никого нет рядом, но обе руки невозможно ныли от кисти до локтя. Ричард задумчиво коснулся промежности, взвешивая, насколько сильно этого хочет. Если не увлекаться, то в медленном темпе получится даже получить от процесса удовольствие. Главное, чтобы никто из семьи не спустился в гостиную. Стук в окно повторился. На этот раз это точно был не дождь. Ричард замер, прислушиваясь к звукам снаружи. Чей-то приглушённый непогодой голос произнёс несколько бранных слов. Ричард резко поднялся с дивана, тут же горячо пожалев об этом. Тело просело вниз, но он смог добраться до окна и отдёрнуть штору. Он совершенно забыл о том, что попросил друга разбудить его перед школой. Будильника не было, а разбираться с тем, как выставить его на ноутбуке, Ричарду было лень. С дождевика Рида потоками стекала вода. — Шевели жопой, мать твою! — разозлился Гэвин, и Ричард поспешил к входной двери. Рид боялся разбудить отца одноклассника, поэтому не решился стучать громче. К сожалению, он забыл спросить, в какое окно нужно ломиться, поэтому несколько минут кидал камни в пустую спальню на втором этаже. Гэвин мысленно уже видел себя в тюрьме, когда кто-то из соседей заинтересованно поглядывал на него из окна, проверяя, кто там так громко лазает в кустах полицейского. Ричард провернул замок, и Рид ворвался внутрь, занося вместе с собой запах дождя и холода. — Охренеть! Вот это погодка! — Заткнись! Ты с ума сошёл так орать? — прошипел Ричард, и Гэвин обвинительно посмотрел в ответ. — Я минут пятнадцать там торчал! Тебя пушкой не добудишься! Я весь продрог! Подтверждая свои слова, Рид сбросил дождевик на пол. Под ним оказалась только тонкая футболка. — Не нужно было приезжать за мной. Я ведь не знал, что будет гроза. — Да, и ты, калека, поплёлся бы в такую погоду на автобусную остановку? — усмехнулся Рид. — Я, типа, соскучился. Как ты? Выглядишь как кусок дерьма. И пахнет от тебя также. — Сам-то в этом месяце на себя в зеркало смотрел? Рид собирался ответить в привычном саркастичном тоне, но заметил мобильный в руках друга. — Это ты его так потерял, да? — Я нашёл его буквально пару минут назад. — Ага! Конечно. Просто признайся, что жить без меня не можешь, — Рид заинтересованно открыл дверцу холодильника. — Есть что пожрать? Я свалил от предков как можно быстрее. Лучше в школу пойти, чем опять выслушивать их нотации. Достали уже, сил нет. Ричард вспомнил о том, как сам проснулся прошлым утром, но решил промолчать. Он бы не отказался от простых нотаций. — Холодос весь в твоём распоряжении. Отец только вчера закупился, так что съедобного полно. Наслаждайся, а я схожу помоюсь. Рид не ответил, уже копаясь в холодильнике. Взгляд Ричарда сам по себе упал на чужое одеяло на полу. Неправильно будет его так оставлять. Совесть не позволяла это сделать, и подросток с хрипом нагнулся, поднимая одеяло. Ричард не спеша взобрался по лестнице и постучался в дверь дальней комнаты. Шум дождя мешал расслышать, находится ли внутри старший брат. Ричард запоздало вспомнил, что Коннор очень рано уезжает на учёбу. Он участвует в слишком большом количестве подростковых движений, начиная от школьного совета и заканчивая благотворительностью. Ричард занёс одеяло в свою комнату и вытащил из шкафа чистую одежду, чтобы переодеться после душа. Подросток попытался вспомнить, что ему нужно взять на уроки. Из-за тренировок отныне он должен посещать только одно, максимум два занятия в день. Все другие — дистанционно на выходных или вечером. Ричард невольно взглянул на пустую кровать, только сейчас обращая внимание на то, что чего-то на ней не хватает. — Блядь! Подросток подбежал к окну, будто ожидал увидеть что-то другое. Они с Хэнком выбрали самое лучшее место на заднем дворе, чтобы матрас быстро высох под лучами солнца. Ричард приложился лбом о стекло. Высушили, не то слово. Тащить в дом мокрый матрас будет тем ещё развлечением, да и одеяло некуда деть. Выжать голыми руками его не получится. Тут поможет только химчистка. Когда отец проснётся, нужно будет позвонить ему и попросить заняться этим. Видимо, сегодня ночью опять придётся страдать на диване. До слуха донёсся сигнал будильника из соседней комнаты. Ричард ускорился. Нужно опередить Колина, пока тот не зашёл в ванную. Ричард закидал всё в рюкзак и схватил в охапку джинсы и кофту. Подросток в последний момент вспомнил о носках. Чтобы найти чистые, пришлось перерыть пол-ящика. Тихо матерясь, Ричард вытащился в коридор, тут же с разочарованием замечая сонного брата. Колин с неприязнью посмотрел в ответ. Видеть его не было никакого желания. Старший брат отвернулся первым, входя в ванную и пытаясь проснуться на ходу. На голове творилось чёрте что. Колин включил воду в раковине, раздумывая над тем, насколько ему лень мыть голову. Она не высохнет за пять минут в такую то погоду, но, с другой стороны, все будут думать, что он просто попал под дождь. Колин задумался над перспективой действительно просто пойти на остановку без зонта, когда Ричард остановился в дверях. — Слушай. Меня внизу друг ждёт. Я за пять минут помоюсь и можешь торчать здесь хоть до самого вечера. Просто пропусти меня первым, — Ричард поджал губы, даже мысленно не в силах произнести это слово. — Пожалуйста. — Показать тебе фокус? Меня ему научил отец, — Колин зашарил ладонями по футболке и красным боксерам. — Сейчас… Оно где-то было здесь. Я точно помню, что положил это сюда… А-а, вот же оно! — Колин вскинул руку со средним пальцем. — Какой же ты мудак. Голос старшего брата достиг Ричарда уже в коридоре. — И тебе доброе утро, мудила! Колин пригнулся к раковине и умыл лицо. Холодная вода приятно взбодрила кожу. Конечно, намного лучше справилось бы кое-что другое, но тогда придётся проторчать в ванной намного дольше. Колин ухмыльнулся. А это отличная идея, раз братец ждёт под дверью. Колин разглядывал его всего одну жалкую минуту, но успел заметить, какой Ричард мятый и взъерошенный с утра. В принципе, если выбросить из головы, что братец наркоман, бабник и кретин, он становился немного привлекательнее. Колин боролся с пошлыми мыслями, поэтому пропустил момент, когда Ричард вернулся в ванную. Подросток бросил свои вещи на пол, обозначая, что никуда не уйдёт, и Колин резко обернулся к нему. — Выметайся нахер отсюда! Ты с первого раза не понял, придурок? Ричард шагнул вперёд, и выглядел он очень решительным. Колин приготовился к удару, поэтому в шоке уставился на брата, когда тот зажал его в руках, поднимая над полом. Ричард потащил его на выход, даже не задумываясь, почему старший брат такой притихший. Ладонь подростка задрала футболку на спине, и Колин сглотнул, чувствуя, как начинает гореть кожа в месте прикосновения. Ричард поставил брата на пол в коридоре и захлопнул дверь. Старшеклассник не мог пошевелиться, уставившись в пустоту. Медленно пришло осознание того, что только что произошло. Колин затарабанил в дверь. — Эй! Сейчас моя очередь! Открой эту сраную дверь! Андерсон пнул дерево, но не услышал в ответ ничего, кроме шума включившегося душа. — Я тебе это так просто не оставлю! Ты слышишь меня? Ублюдок! Колин вздрогнул, оборачиваясь к спальне отца. У Хэнка давняя привычка спать в берушах, но всегда существовала вероятность, что он забыл их надеть. Детективу было сложно засыпать в доме с тремя сыновьями, двое из которых регулярно норовили убить друг друга. Злость понемногу стала стихать. Охренеть, какой он сильный… Колин представил, как Ричард всего в двух шагах от него сейчас снимает с себя сначала мятую футболку, а затем штаны. Братец, наверное, задержит взгляд на зеркале, самовлюблённо разглядывая себя, и только потом окончательно разденется. Заберётся в ванну и встанет под душ. Колин прижался лбом к двери, пытаясь представить это. Пусть в воспоминаниях Ричард лежал на кровати, но тоже был раздет. И волосы также были влажными. Тёплая и зарумянившаяся от воды кожа. Ричард сейчас так близко и безнадёжно далеко. У него очень сильные руки. Колин впервые узнал о том, что они умеют причинять не только боль. Дыхание и вовсе сбилось, стоило вспомнить дрожащие ресницы и розоватые губы. Колин сдался, запираясь в своей комнате. Он только застелил кровать, а теперь она снова будет вся смята. Времени мало, поэтому нужно максимально ускорить процесс. Андерсон лёг на живот, приподнимаясь на коленях. Ричард срочно нужен был сзади. Колин шире расставил ноги, пытаясь нарисовать в своей голове, как бы всё происходило, будь подросток не в ванной комнате, а сейчас вместе с ним. Ричард не смог стоять на ногах слишком долго, поэтому осторожно опустился на нагревающуюся сталь. Горячая вода приятно расслабила тело, и подросток вытянулся под работающим душем, наконец сжимая в ладони член. В последнее время он стал слишком часто делать это. Скопившийся стресс и отсутствие физических нагрузок давали о себе знать. Скоро всё вернётся в норму, но ещё одного стояка в школе не хотелось. Ричард вжался виском в холодный край ванны, пытаясь игнорировать боль в мышцах. Пару минут он вытерпеть точно сможет. Рид наделал бутербродов с арахисовой пастой и с горем пополам отыскал на чужой кухне сахар и кофе. Подросток заскучал без друга, поэтому поднял со стола его мобильный и забросил ноги на соседний стул. Гэвин сразу полез в социальные сети. День назад Ричард переписывался с Трейси, если так можно назвать пять сообщений от него и пятьдесят от неё. Трейси явно очень серьёзно настроилась на завоевание сердца будущего капитана команды. Девушка сообщила о том, что в отеле, который они заказали на время соревнований, есть бассейн, поэтому нужно обязательно взять с собой купальные плавки. Ричард согласился, указав на то, что до отъезда ещё целый месяц, но разговор на этом не закончился. Трейси невзначай пожаловалась, что не может определиться, который из купальников ей взять с собой. Такой наивный парень как Ричард просто не понял, к чему она ведёт. У девушки оказалось четыре купальника, которые она тщательно продемонстрировала прямо на себе, скинув фотографии с нескольких ракурсов. Гэвин забыл, как дышать. Ричард, судя по всему, тоже, потому что только отсутствием кислорода в мозгу можно объяснить тот вежливый бред, что он ей в ответ написал. Будь Рид на его месте, не протупил бы и попросил фото без бюстгальтера, пока девушка так раскрепощена и дурачится. Трейси, однако, осталась довольна вызванной реакцией и пообещала взять с собой все четыре штуки. Рид в сотый раз пожалел о том, что он не в футбольной команде. Возможно, ещё получится выбить себе место в качестве болельщика. Андерсон спустился в спортивных штанах и толстовке, чувствуя себя намного лучше после душа. Он нёс в руках ещё одну кофту, но забыл о ней тут же, как увидел телефон в руках друга. — А со стрингами ничё такой, — признался Рид, набивая рот бутербродом. — Теперь понимаю, почему ей присудили титул «Лучшей жопы в школе». Ричард вырвал телефон из цепких пальцев, но Гэвина это даже не смутило. — Ты вообще собирался пересылать мне эти фотографии? Потому что уже как сутки прошли, а я ни одного сообщения не получил. Я начинаю ставить под сомнение нашу крепкую дружбу, мужик. — Ты прикалываешься? Я не просил её присылать мне это! И уж точно не могу перекидывать кому-то другому. Это ведь личное! — Учитывая, какие слухи про неё ходят — это уже общественное. Андерсон бросил кофту в лицо друга. Рид вылил половину кофе себе на штаны. — Ну, молодец, придурок, — отставил кружку Гэвин. — Собрался тащиться в двух кофтах сразу? — Это для тебя, но скажешь про Трейси ещё хоть слово, заберу обратно. Рид повертел кофту, оценивая качество материала. Чёрная и с капюшоном. Нужно будет её незаметно замарать, чтобы под предлогом стирки она задержалась у него подольше. — О-о. Уже чувствую, как от неё исходит аура альфа-самца, — Рид надел кофту на себя. — Ну как? Уже хочешь мне отдаться? Или мне лучше тебе свою фотку отправить? — Да пошёл ты. Рид засмеялся, и Ричард натянул капюшон на его глаза, прежде чем сесть рядом. Они сейчас опоздают, если и дальше будут страдать ерундой. Андерсон принялся за бутерброды, наплевав на их калорийность. По крайней мере, завтрак получился богатый белком. Он просто необходим для увеличения мышечной массы. Рид следил за временем на телефоне. — Ты заезжал вчера на работу? Уволили нас уже, или ещё нет? — На первый раз простили. Мне подобрали график с учётом тренировок. Оплата почасовая. Работать буду вечером, делать домашку на выходных. В другое время просто нереально. Пора искать того, кто поможет мне с учёбой. Сам я не осилю. — Охренеть. Ты выдержишь такой график? — Мне ещё везёт. Выпускных нет. Да и осталось чуть больше месяца, вытерпеть можно. Большинство учителей войдут в наше положение, если мы приедем с победой. Подростки замолчали, услышав шаги на лестнице. Рид хмуро воззрился на старшего брата друга, и Колин не оставил его без презрительного ответного взгляда. Андерсон покосился на оставшиеся бутерброды, даже не собираясь к ним прикасаться. Колин вынул из холодильника упаковку сока и шоколадный кекс. Уже нет времени на полноценный завтрак. Старшеклассник сел на свободный стул, и Рид демонстративно встал на ноги. — Идёшь, Рик? — Да. Принесёшь рюкзак из моей комнаты? Я как раз закончу. — Не вопрос. Рид зашагал наверх, и Ричард был рад тому, что ему не придётся карабкаться по лестнице самому. Колин задумчиво посмотрел в окно. Дождь лил приличный и, по видимому, заканчиваться не планировал. Сидеть рядом с Ричардом, которого ещё несколько минут назад представлял вдалбливающимся в своё тело, было несколько странно. Колин с удивлением понял, что краснеет. Ричард всё равно этого не видел, допивая свой кофе и убирая чашку в раковину. Подросток порылся в гардеробной, обнаруживая только два зонтика. Один может понадобиться отцу. Ричард решил не трогать и второй. Всё равно до машины два шага. Рид сбежал обратно на первый этаж, но не отдал рюкзак другу, а решил нести его сам. — Как думаешь, отменят вам тренировку? Коллинз же не изверг, заставлять вас играть в такой ливень? — Ему было бы плевать, если бы падал град размером с ладонь. Он бы даже порадовался, что тренировка объединилась с уклонением от снарядов. Рид усмехнулся, надевая дождевик. Ричард накинул капюшон, собираясь идти за ним следом. — Стой! — подскочил Колин. Две пары серых глаз удивлённо посмотрели на него. Старшеклассник стал осознавать, как пожалеет о своих словах. — Ты же на машине, верно? Ричард сначала непонимающе смотрел в ответ, но затем губы его растянулись в ухмылке. Колин напрягся, когда младший брат шагнул навстречу. — Тебе показать фокус? — Ричард склонил лицо, и Колин отвёл взгляд, пытаясь сдержать злобу. — Меня научил ему один гандон. — Рад, что ты оценил моё чувство юмора. Это значит «да»? Едем в школу? — Ты каждый день ведёшь себя как мудак, а теперь тебе хватает наглости просить меня о чём-то? — Вы только гляньте, какие мы ранимые. Я знал, что у тебя мозг размером с орешек, но думал, чувству юмора в нём осталось место. Или это так стероиды влияют? Ты бы не увлекался ими. Говорят, член потом стоять не будет. Колин дожидался какой угодно реакции, но не того, что подросток улыбнётся. — Жаль, у меня не хватит мозгов ответить тебе так же остроумно. Мне и не надо этого делать. Ты сам отлично справился вместо меня. Разве можно обижаться на ничтожество, у которого нет ни друзей, ни таланта, ни смысла в жизни? Тратить на тебя своё время… Да от существования туалетной бумаги в мире пользы больше, чем от твоего. Рид не сдержался от громкого смеха. В глазах брата мелькнуло что-то странное, но Ричард уже вышел из дома. Рид поднял руку, и друг тут же хлопнул по ней ладонью. — Красавчик! Вот так с ними и надо. А то мне начало казаться, что ты с братьями захотел контакт наладить. — Никогда больше. Ты был прав. Они оба конченные уроды. Рид закинул рюкзак друга назад, а сам сел за руль. Ричард невольно покосился на заднее сиденье. Дождь звонко застучал о лобовое стекло. — Может, тоже научиться водить? Машина всё равно достанется мне, а я понятия не имею, что с ней делать. — Отличная мысль. Наконец-то мне не придётся из-за тебя тащить свою задницу через весь город. — Станешь моим учителем? — Ты прикалываешься? Не. Из меня хреновый педагог. — Водитель тоже, если честно. Ричард не успел увернуться от шутливого толчка в бок. Рид завёл машину, и Андерсон вспомнил о том, что собирался ему передать. Он перетащил рюкзак к себе на колени и стал рыться среди кучи вещей. Ричард готов был поклясться, что презервативов оставалось шесть штук, но так и не смог нащупать последний из них. — Хотел тебе ещё вчера отдать, но тебе повезло больше, чем мне. — Решил не рисковать? — усмехнулся Рид, открывая бардачок, и друг переложил упаковки в машину. — В интернете пишут, что порваться они не порвутся, но, — Ричард поморщился. — Ты знаешь. — Мне бы твои проблемы. Презервативы, блядь, короткие. Пожалуйся ещё кому-нибудь. — Просто в следующий раз смотри, что в инете заказываешь. Естественно, для Китая этот размер в самый раз. Рид как-то странно посмотрел в ответ. Ричард осёкся. — Тебе же они не как раз?.. — Ты завалиться не хочешь? — Оу. — Ещё слово — и я убью тебя и всю твою семью. — Не говорить про маленький член или про твои китайские корни? Ричард задохнулся воздухом, когда ему стали наносить удар за ударом. От одного особо меткого по виску Андерсон вошёл в раж, начиная бить в ответ. Подростки так развеселились, что не сразу заметили, как Колин раскрыл зонт и захлопнул дверь дома. Старшеклассник прошёл мимо, игнорируя друзей в машине. Рид оскалился, кровожадно глядя ему вслед. — Смотри! Гэвин дождался, когда старший Андерсон отойдёт достаточно далеко и поехал за ним. Он быстро набрал скорость, прицеливаясь к ближайшей луже. — Эй, Коннор! Колин против воли обернулся. Шины проехались по луже, окатывая старшеклассника с ног до головы. Вода врезалась в кофту и джинсы. Смех Рида разнёсся по улице. Машина очень быстро скрылась за поворотом. Гэвин заметил шокированный взгляд друга. — Да ладно тебе, братан! Было ж весело! — Это был не Коннор. Рид завис на некоторое время. Ричард и сам понял, как это прозвучало. Взрыв хохота двух подростков заполнил машину. — Нет, ну ты видел его лицо? Ричард в жизни бы не подумал, что так соскучится по Риду. Они разлучились всего лишь на день, а он уже успел забыть, как Гэвину за секунды удаётся поднять ему настроение. Рид только в присутствии игроков футбольной команды сбавлял свои обороты, но всё равно старался держать марку. Ричард привычно пожал друзьям руки и обменялся фирменными приветствиями. Десятиклассники хвастались последствиями тренировки, и Гэвину пришлось внимательно следить за разговором, чтобы вовремя вставлять свои пять копеек. Он уже научился делать это за время дружбы с куда более известным Андерсоном. Рид искренне расстроился, когда друг убрал все ненужные вещи в шкафчик, оставив только необходимое для тренировки. Придётся привыкать к новому расписанию Андерсона и регулярно пустующей парте рядом. — Ты, наверное, убитым будешь после тренировки. Что тебе заказать в столовой? — Еды. Много-много человеческой еды, — Ричард постарался улыбнуться, чтобы скрыть надвигающееся чувство усталости. Он даже не дошёл до поля, а уже сомневался, что выдержит утреннюю тренировку. Что уж говорить о вечерней. Вспомнив о событиях прошлого дня, Андерсон вклинился в группу друзей, чтобы к нему никто не смог подойти. Девушки из команды чирлидинга договорились о занятии внутри здания, а значит, появления Трейси уже можно не бояться, но ещё оставался глупый страх встретить Тину. Недовольный вздох прошёлся по игрокам, когда они увидели спорящих тренеров Коллинза и Фортреда. Видимо, тренировка состоится. Ричард спрятался под зонтом Лютера и только поэтому смог дойти до раздевалки сухим. Встал вопрос о том, стоит ли надевать обмундирование. Гроза усиливалась, и молнии мерцали где-то неподалёку от черты города. Трэвис попытался убедить капитана, что структура металла рушится под воздействием воды, но Камски быстро его разубедил, напомнив, что каждую тренировку они истекают потом с ног до головы, и никакой коррозии на шлеме так и не появилось. Пришлось плестись на поле с полным комплектом защиты. Футболка прилипла к спине в первую же минуту. Кроссовки впивались в мокрую землю, но, по крайней мере, поле впитывало в себя всю воду. Игроки опустили шлемы на скамейку. Разминка происходила без них, чтобы можно было задействовать шею. При таком холоде нужно очень постараться, чтобы мышцы стали горячими и гибкими. Ричард всегда быстро бегал, но в этот раз нарочно тормозил, боясь, что его занесёт, и он пролетит несколько метров лицом вперёд. Прыжки через отдалённо расставленные мячи удавались куда лучше. — Давайте, девочки! — Коллинз бдительно следил за каждым. Выкладываться по полной приходилось даже команде запаса. — Испугались маленького дождика? Зато будет больше времени на тренировку, раз вам не придётся сегодня идти мыться. Работаем ещё усерднее! Быстрее! По команде снова прошла волна раздражения. Добровольцев высказать своё мнение не нашлось. Камски всегда отвечал за всех, предлагая тренеру их условия, но в этот раз молчал. Капитан и сам не рад был носиться под дождём, но победа в соревнованиях была куда важнее временных неудобств. Вода затекала за шиворот, но спустя пятьдесят минут тренировки на это уже не обращали внимания. Капли затекали в глаза, затрудняя видимость. Ричард смог обойти одного и второго нападающего. Если ноги и болели, то парень забыл об этом, хватая мяч и устремляясь к границе поля. Лютер бежал медленней, но если сшибал с пути, то без шансов подняться. Ричард следил за тем, чтобы он его не нагнал, поэтому не увидел, как игрок, изображающий противника, бежит ему навстречу. Увернуться на скользкой земле не получилось. Удар двух встретившихся на скорости тел был слышен на всё поле. Руку с мячом зажало, и Ричард вскрикнул от резко пробившей боли. Подростки свалились на землю. Второй парень здорово приложился лбом о чужой шлем, но Андерсон этого даже не заметил. Руку будто сжимало в тисках, и Ричард сцепил зубы, чтобы не издавать ни звука. Игроки его окружили, обеспокоенно заглядывая в лицо. — Рик, ты в порядке? — Охренеть. — Вставай, приятель. — Не трогай его! Вдруг рука сломана. — Так, расступитесь! — Коллинз бросил в сторону зонт, присаживаясь рядом. Мужчина аккуратно осмотрел руку, которую прижимал к своей груди подросток. На лёгкий нажим пальцев Ричард не отреагировал, но стоило попытаться придвинуть кисть к себе, как Андерсон едва сдержал стон. — Похоже на вывих. Либо трещина. Давай, дуй в медпункт. Там и выяснишь. — Всё в порядке, — попытался убедить самого себя Ричард. Пока он не двигался, было совершенно не больно. — Просто ушиб. Сейчас пройдёт. — Здесь не место геройству, парень! У нас игра через месяц. Иди и узнай, что с тобой. Играть ты, конечно, не будешь, но разрабатывать с нами тактику ещё сможешь, так что не надейся сегодня свалить пораньше. Остальные за работу! Нечего пялиться! Ричарду помогли подняться, но проводить его Коллинз не позволил. Не нога. Сам дойдёт. Андерсон пытался выпрямить руку, но как только делал это, какая-то режущая боль отдавала будто в саму голову. Только пережимая поток крови, получалось ослабить это чувство. Коллинз уже давно работал в школе, поэтому врач даже не стала задавать лишних вопросов. Ричард с облегчением услышал, что заполучил растяжение связок. Никаких переломов и вывихов. Врач покачала головой, когда Андерсон первым делом поинтересовался, когда он сможет играть. Ей удалось убедить подростка сконцентрироваться на выздоровлении. Будет использовать выписанные мази и не нагружать руку — процесс заживления ускорится. Ричард вышел из кабинета с перевязанной у груди рукой. Врач вручила обезболивающее, но для начала требовалось поесть, чтобы принять лекарство. Ричард пришёл в столовую уже в чуть подсохшей, но холодной форме. Переодеться будет тем ещё испытанием. Шевелить рукой строго запретили, да и не очень хотелось, учитывая боль. Каждый второй считал своим долгом уставиться на бинт, и Ричард старался держать спину прямо, делая вид, что для него это сущий пустяк. Девушки намного смелее обычного провожали его взглядом. Рид выполнил обещание, притащив три подноса с едой, но сначала наградил друга порцией отборных трёхэтажных матов. Началась тирада с того, какой Андерсон идиот и закончилась «жирным уродом Коллинзом». Заметив, что друг по-настоящему переживает из-за невозможности играть, Гэвин сжалился и пообещал подарить свою электровагину. Как дрочить-то теперь без правой руки. Ричард наконец улыбнулся, посылая его нахрен. Есть хотелось безумно, но ковыряться в тарелке приходилось левой рукой. Девушки за соседним столиком засмеялись, когда он уронил еду себе на колени в очередной раз. Подросток начал испытывать раздражение из-за этого внимания. Ему же не оторвало руку, а всего лишь сделали перевязку. Игроки команды пришли чуть позже, рассевшись по бокам, и так стало намного комфортнее. — Коллинз даже не думает сворачивать тренировку, — расстроенно прошептал Джесси. Парни переоделись в сухую одежду, но пальцы всё ещё подрагивали после улицы. — Говорит, это произошло, потому что вы по сторонам не смотрели, а погода тут ни при чём. — Ага. А видимость нулевая, если ветер направлен прямо в глаза, — поддержал Трэвис. — И Камски насрать. Он капитан. Разве он не должен сказать Коллинзу, что это сумасшествие? Завтра обещают солнечную погоду, вот и отработаем завтра! Или будет лучше, если на соревнования мы дружно поедем прямиком из больницы? — Элайджа думает о том, как будет лучше для всей команды, — покачал головой Лютер. — Мы действительно в плохой форме. А если бы это была настоящая игра? Погода непредсказуема. Мы должны быть готовы к чему угодно. Даже если случится травма, она должна нас сплотить и объединить, раз нас стало на одного меньше. Сегодня я не увидел того, чтобы кто-то захотел продолжать играть. — Да. Закончили мы хреново. Ты ничего не пропустил, Рик. Разве что, как Коллинз орал. Десятиклассники покосились на стол преподавателей. Тренер что-то оживлённо обсуждал с Амандой. — Знаете, — задумался Рид. — А может, потому «Детройтские машины» никогда не побеждали, что всё это время тренером был Коллинз? И вам просто «повезло»? — За языком следи, — нахмурился Трэвис. — Хочешь, чтобы это кто-нибудь ему передал? — А здесь есть желающие? — вскинул бровь Джесси, и друзья подозрительно уставились друг на друга. Все присутствующие за столом были десятиклассниками, не считая Лютера. Ему больше нравилось сидеть с Андерсоном, чем с одноклассниками — Элайджей и Алленом. Столы, собственно, были соседними, поэтому Камски легко мог их услышать, если бы захотел. — Мы должны быть заодно. Нам играть в следующем году. Если мы победим через месяц, требования к нам станут ещё выше, чем сейчас. Так может, нам пора уже что-то менять? — Я думаю над тем, не станем ли мы хуже, когда Элайджа уйдёт. Он умеет придать боевого духа и настроить на победу. — Именно. Поэтому нам нужен капитан ничуть не хуже него. Такой же сильный, ответственный и на кого всегда можно положиться. Тот, кто будет на стороне команды, и чьё слово станет для нас законом, — взгляд голубых глаз остановился на Андерсоне. — Рик? — Я ещё не давал своего согласия. — А что тут ещё думать? — возмутился Гэвин. — Никто кроме тебя на эту роль не подойдёт. Ричард не ответил, пытаясь нормально поесть, но Джесси уставился куда-то за его плечо. — О боже. Приготовьтесь. Сейчас что-то будет. — Что будет? — заозирался Рид. — Проклятье! Только его не хватало. — Большой брат следит за нами! — Надеюсь, только за Риком. Ричард отвернулся, опираясь щекой на здоровую руку. Только от Коннора в такую погоду могло за километры разить совершенством, начиная с чистейшей обуви и заканчивая уложенной причёской. Спутать его с Колином получилось бы только у слепого. Коннор уговаривал себя сидеть на месте, но Ричард выглядел слишком расстроенным и грустным. Старшеклассник остановился рядом, взволнованно рассматривая бинты. Андерсон не сразу понял, что за ним наблюдают любопытные подростки. — Всем привет. — Салют! — Здорово. — Надо же, какие люди, — откинулся на спинке стула Рид. — Тебе что надо? Режим наседки включился? Подростки посмеивались, но Коннор решил не обращать на это внимания. Ричард молчал, и Андерсон пригнулся к нему. — Ты в порядке? Не сильно болит? Ричард будто ещё больше насупился, но лица не поднимал. Рид ответил за него. — Давай я тебе руку сверну. Узнаешь, каково это. Коннор не решился прикасаться к напряжённому брату, поэтому просто опирался локтями на стол рядом с ним. — Это случилось на тренировке? Вас что, выпустили в такую погоду на поле? — Коннор дожидался ответа, пока не понял, что Ричард игнорирует его ради публики. Гэвин начал давить смех в кулаке, и подростки поддержали веселье. Младший брат пододвинул к себе тарелку, натыкая на вилку салат и макая его в соус. Отвечать, по-видимому, он не собирался. — Ясно. Хорошо. Можешь молчать. Это очень по-взрослому. Лет в четырнадцать я вёл себя точно так же. Ричард бросил вилку, резко поднимаясь на ноги. Коннор отодвинулся, запоздало вспоминая, что к брату нельзя вставать так близко. Только не на глазах у половины школы. — А ты, видимо, слишком тупой, чтобы понять, что я не хочу с тобой говорить? — Я всего лишь хотел узнать, как ты. — Моя жизнь тебя не касается, — подросток подошёл вплотную, понижая голос так, чтобы его не услышали. — Не смей подходить ко мне, когда рядом со мной мои друзья. Ты уяснил это? — Какие-то проблемы? — Камски приблизился к своему игроку. Он не мог проигнорировать появления лучшего друга Манфреда. — Что-то потерял, Андерсон? Твои дружки в другой части зала. — А твои за соседним столом, раз уж мы обмениваемся любезностями, — холодно отозвался Коннор. Рид едва не подавился соком. Представители враждующих компаний так давно не встречались нос к носу, что он уже успел позабыть, как они ненавидят друг друга. — Если у нас с братом какие-то проблемы, решать мы их будем без твоего участия. — А мне кажется, он ничего с тобой решать не хочет. Верно, Рик? Мне попросить моего «дружка» и «дружка его дружка» показать твоему брату, где здесь мусорный бак, или он себя сам туда отнесёт? Ты только попроси. Мы за годы в старшей школе научились макать туда головой практически безболезненно. Коннор посмотрел на Ричарда. Подросток не сводил с него глаз, дожидаясь, как ответит на вызов старший брат. Коннор развернулся, уходя от стола, и среди десятиклассников тут же прошёл гул. Ричард разочарованно отвернулся. — Быстро же ты сдался! — крикнул старшекласснику Рид. — Ты что ли поумнел? — Беги на сторону неудачников! — поддержал Трэвис. Элайджа благодушно улыбнулся лучшему другу. — Привыкай. Скоро тебе придётся делать это постоянно. Пора учиться быть жёстче, Рик. И семейные узы в этом деле не имеют никакого значения. Не кровь делает из людей братьев. Главное правило — никогда и никого не жалеть. Жалость — это то, что делает нас слабыми. Мы начинаем думать, будто кому-то что-то должны. Камски вернулся к своей компании, и Ричард уселся на стул, стараясь игнорировать обсуждение старшего брата. Лютер сочувствующе улыбнулся. Собственно, ничего удивительного. Коннор всегда был трусом. Без Маркуса и своих друзей он ничего из себя не представляет. — Пошёл, видимо, плакаться своим друзьям, — Рид вертел головой, пытаясь найти Андерсона. Никого из знаменитостей в столовой не было. — Эй. Он что, испарился? — Домой убежал, — усмехнулся Руперт. — Камски же его гордость прищемил на глазах у всех. — О нет, — неожиданно произнёс Джесси. — Да господи! Что ты опять увидел? Ричард проследил за взглядом друга. Коннор целенаправленно шёл к преподавательскому столу в другой части зала. Аманда холодно взглянула на ученика, но у неё за все четыре года в старшей школе почти не было к нему претензий. Мистер Коллинз тоже заметил его присутствие. — Коннор! Как там поживает старина Хэнк? — Отлично. Вы давно не заходили к нам в гости. Думаю, папа был бы рад вас увидеть. — Сезон начался. Времени в обрез, но я подумаю над этим соблазнительным предложением. Передавай Хэнку от меня привет. — Мистер Коллинз, я пришёл сюда поговорить о сегодняшней тренировке. — А. Насчёт Рика? — напрягся Бенджамин. — Волноваться не о чем. Всего лишь растяжение. — Вы знали, что Ричард устроился на работу? Папа копит деньги нам на колледж, но, скорее всего, их будет не хватать после выпускного. Ричард старается зарабатывать самостоятельно. Отец расстроится, узнав, что он повредил руку и теперь не сможет работать. — Это техническая травма. Растяжение минимальное. Скоро будет как новенький. Дней пять, быть может. Пока посидит на скамейке запасных. Будет вместе со всеми разрабатывать тактику. И командный дух не помешает. Я не понимаю, в чём проблема. — Сегодняшняя погода не подходит для тренировок. — Знаешь что, — Коллинз понял, к чему ведёт ученик, — мы и не в такую погоду бегали. Так что давай я сам буду решать, что им подходит, а что нет? — Вы правы. И, возможно, это отличный способ закалить характер. Но не для Ричарда. Все остальные будут бегать и играть, пока он мокнет и мёрзнет под дождём. В лучшем случае, он может не спеша бегать с остальными, но тогда вырастает риск того, что он поскользнётся и упадёт на руку. Его состояние станет ещё хуже. Он выпадет из игры недели на две, если не больше. И это за месяц до национальных соревнований. Ричард может с лёгкостью заработать себе простуду или даже воспаление лёгких. С таким букетом его ни к одной игре не допустят на медосмотре. Коннор заметил, как на лице тренера отражается мыслительный процесс. Коллинз недовольно поджал губы. — Дам ему зонт. Если дело только в погоде. Будет сидеть и наблюдать за игрой. — На холодной скамейке? Он не сможет играть с воспалением почек и мочевого пузыря. — Тогда будет стоять. Отдам ему свою куртку. — Промокнут ноги. Грипп, ангина, менингит… Мне продолжать? Коллинз тяжело вздохнул. Аманда выглядела довольной. Стерн подбадривающе кивнула, и Бен сдался. — Ладно. Передай брату, что сегодня он может взять выходной. Я сам объясню директору всю ситуацию. — Как вы и говорили, тут важен командный дух. Друзья Ричарда начнут завидовать ему, если они останутся под дождём, а он уедет. Это не настраивает на сплочённость. В команде все должны быть равны. — Так. Ты что, предлагаешь вообще тренировку отменить? Да у нас и так их осталось слишком мало для соревнований такого масштаба! — Сегодня уже была одна тренировка. Пусть она будет для них разминочной. Им сейчас важнее укреплять здоровье, а не вырабатывать стратегию игры, — Коннор решил надавить. — Когда я участвовал в соревнованиях по волейболу, мы приехали в маленький курортный городок. Там был пляж, и мы, естественно, побежали на него играть. Шёл лёгкий дождь. Нам было очень весело, но играли мы намного хуже, чем обычно. Мы не могли понять, в чём причина. Боевой дух упал. Я стал переживать, как бы мы не проиграли, но именно это и произошло. Уже потом я понял, из-за чего так случилось. Мяч был постоянно скользким. Мы промахивались, попадая то в сетку, то бросая мимо. Если бы мы не проводили ту тренировку, то так же и остались бы уверены в своей победе, а из-за глупого дождя начали думать, что с нами что-то не так, что мы уже не чувствуем друг друга как прежде, что мало тренировались. Но, согласен, количество тренировок тоже имеет значение. Если вы считаете, что им лучше остаться сегодня на поле, Ричард даже спорить с вами не станет. Моё слово по сравнению с вашим для него не имеет никакого авторитета. Коллинз задумчиво поднялся из-за стола. — Ты прав. Какого чёрта? Они играют сегодня просто ужасно. И с такой ненавистью смотрят, как будто я практикую над ними одну из средневековых пыток. Так не пойдёт, — тренер направился к игрокам, тут же отвернувшихся кто куда. Коннор поспешил за Коллинзом, чтобы лично убедиться, что ему удалось склонить чашу весов в свою сторону. — Итак, орлы. Сегодняшняя вечерняя тренировка отменяется. Погода ни к чёрту, а мне не хватало того, чтобы вы подхватили менингит. Отправляйтесь на занятия. Дома каждый выполнит по три круга силовых и два на сердце. Растяжка обязательна. Можете не следовать моим рекомендациям, но тогда вам же хуже. Чем быстрее наберёте форму, тем проще будет на тренировках. Всем всё понятно? — Тренер, у нас каждая тренировка расписана по часам, — приблизился Камски. — Это даже не гроза. Всего лишь лёгкий дождь. — Я бы и рад согласиться, но у нас уже есть одна жертва. Хочешь, чтобы ещё появилась? Я всё решил. Появитесь на поле — дворник вас метлой взашей выгонит. Я его предупрежу. Коллинз убедился, что больше возражений не поступит, и направился к своему столу. Десятиклассники с нескрываемым счастьем посмотрели друг на друга. Коннор ждал, когда Ричард обернётся. Младший брат действительно встретился с ним взглядом, и в горле моментально пересохло. В серых глазах не было злости. Коннор облизнул губы, но Элайджа вдруг вырос прямо перед ним. — Ты это сделал? — Прости, меня дружки заждались. Потом как-нибудь переговорим. Толчок в грудь заставил отшатнуться. Коннор едва устоял на ногах. Капитан футбольной команды оказался намного сильнее близнеца. — Возомнил себя самым умным? — Не прикасайся ко мне! — А иначе что ты мне сделаешь, пупсик? Аллен и Ричард поднялись со своих мест. Коннор попятился в сторону. Трое против одного — вряд ли тут получится договориться словами. Бежать тоже поздно — худшего повода для сплетен просто не придумать. Коннор лихорадочно пытался сообразить, что делать, когда младший брат встал перед друзьями. — Рик. Мы с тобой это только что обсудили. — А ты держи свои руки при себе. — Заметь, мы не лезли к твоему брату! Это он начал первым. Засунул свой нос не в своё дело. Вот пусть теперь и отвечает за свои слова! — Элай, хватит, — попытался успокоить капитана Джесси, но Камски только отмахнулся, не собираясь сдавать позиции первым. Ричард продолжал стоять на пути, но уже стал сомневаться в том, что делает. Камски это запомнит. Он всегда отличался довольно мстительным характером. «Мистер совершенство» действительно нарвался. Чувство самосохранения настойчиво советовало отойти, но Коннор, каким бы он ни был, всё ещё оставался старшим братом. Гэвин не выдержал, приближаясь к ним. — Так, всё, разошлись и успокоились! Не стоило прикасаться к Элайдже. Капитан команды врезал ему так, как никогда бы не решился ударить лучшего друга. Рид упал на пол, и, прежде чем Ричард бросился бы на Камски, Коннор схватил его, оттаскивая от капитана. Подскочившие десятиклассники привлекли к себе слишком много внимания. Миссис Стерн очень быстро преодолела зал. — Мистер Рид и мистер Камски, живо в кабинет директора! Аманда дождалась, когда Гэвин поднимется, и сурово взглянула на капитана. Камски не запугать походом к директору. Он остро посмотрел на старшего из Андерсонов. — Ты ещё пожалеешь об этом. Ричард нахмурился, но Камски даже не взглянул на него, под чётким наблюдением Аманды уходя из столовой. Рид чувствовал, как горит от стыда его лицо, поэтому постарался вообще ни на кого не смотреть. Ученики зашумели, и Ричард заметил руки, удерживающие его на месте. Подросток гневно обернулся, и Коннор тут же отпрянул. Разбираться здесь будет не лучшей идеей. Ричард схватил его за рукав рубашки и потащил за собой. Коннор не жалел ни о чём из того, что сказал и сделал, поэтому просто смирился и ждал своей участи. Младший брат вытолкнул его из столовой на задний дворик. В такую погоду на улице никого не было. Под небольшим навесом крыльца оказалось сухое пятно, но Ричард подошёл так близко, что пришлось отодвинуться к самому краю. Капли дождя разбивались об асфальт, попадая на джинсы. — Какого хрена ты лезешь не в своё дело? — Прости! — Я просил тебя об этом? — продолжал Ричард, не сбавляя голоса. — Я не думал, что Камски так разозлится. Я хотел сделать как лучше для тебя. У тебя ведь болит рука… — Тебя не касается моя жизнь! Я сам буду разбираться со своими проблемами! — Я пытаюсь всё исправить! Я хочу всё исправить! Прости, что влез не в своё дело, но я просто пытался помочь тебе. — Если ты надеешься, что у меня однажды отшибёт память, то ты очень в этом ошибаешься. Коннор почувствовал, как паника начинает сжимать его горло. — Прости. Это моя ошибка. Это произошло случайно. Мне очень жаль! — Случайно? Да что ты вообще несёшь? — подросток поморщился. — Мне насрать, ясно? Я не хочу ничего об этом знать! Я хочу, чтобы ты просто ко мне не приближался. Что в этом сложного? — Давай просто всё забудем! Как будто этого не было. Я знаю, что ты злишься, но мне тоже очень страшно. Ричард! — Коннор выставил руки вперёд, когда брат заметно напрягся. — Прости меня. Пожалуйста! Я сделаю всё что угодно ради тебя. Скажи, как мне всё исправить?! — Заткнуться нахер и исчезнуть из моей жизни. — Прости меня! Я не хочу уходить. Ты мне нужен. То, что я чувствую к тебе, это всё по-настоящему. Пощёчина от левой руки была ничуть не слабее, чем от правой. Коннор отшатнулся, оказываясь под дождём. Ноги подогнулись, и старшеклассник шлёпнулся на землю. Коннор даже не почувствовал, как потоки воды стекают за шиворот рубашки. Он растерянно поднял глаза. Ричард действительно выглядел злым. — Ещё раз скажешь эту хрень — и простым ударом по морде не отделаешься. Держись от меня подальше! Ричард отвернулся, направляясь к школе. Грудь Коннора содрогнулась от резкого вздоха. — Ты обещал, что защитишь меня, а сам делаешь ещё больнее! За что? За то, что я просто один раз ошибся? — судя по дрожащему голосу, Коннор начал плакать. Это было незаметно под дождём. — Я думал, что нужен тебе. Там в парке ты сказал, что мы были тебе нужны. Ты не из-за девушки напился и не из-за свидания! Ты сделал это из-за нас! Потому что нас снова не оказалось рядом! Потому что нам снова было плевать! Потому что я трус! Я столько всего хочу исправить! Мне правда очень жаль! Коннор притянул к себе колени. Как он теперь пойдёт на занятия в таком виде. Как вообще войдёт в школу. Полностью мокрый. Волосы прилипли ко лбу. Руки дрожат то ли от холода, то ли ещё от чего-то. Коннор никогда не считал себя слабым, но только не под этим холодным взглядом. Ричард, казалось, мог бы замораживать людей, если бы сильно захотел этого. Коннор видел эти глаза совершенно другими. В них было родное тепло. Он не сможет жить без этих глаз, как и без самого Ричарда. Коннор протянул руку. Он готов сидеть так, пока младший брат не уйдёт, уничтожив последнюю надежду. До самой последней секунды будет надеяться, что Ричард поможет подняться. Он не промолчал несколько минут назад, значит, ему всё ещё не плевать. Злость — это ведь не безразличие. Безразличие — это конец. Пауза затянулась, и отчего-то стало по-настоящему страшно. — Ричард? Рука уже дрожала на весу. Ричард сжал её, позволяя опереться на здоровое плечо, чтобы поднять старшеклассника на ноги. Коннор прижался к нему, пока появилась возможность. Старший брат поднял глаза, и Ричард испугался этого взгляда, полного то ли надежды, то ли чего-то намного хуже. Подросток не раз его видел у знакомых девушек, но только сейчас заметил, что Коннор тоже так смотрит. Ричард отвернулся, отодвигаясь подальше. Ладонь стало жечь после неловкого и странного «рукопожатия». — Спасибо, — прошептал Коннор. — Это за то, что договорился с Коллинзом. Мы в расчёте. Ричард быстро зашёл в здание. Коннор шагнул было за ним, но остановился. Он не может войти в столовую в таком виде. Нужно дождаться, когда прозвенит предупредительный звонок и коридоры опустеют. Коннор не торопясь обошёл здание и поднялся в школу с главного входа. К счастью, Перкинса не было в кабинете. — Коннор? — удивлённо произнёс Маркус, и одноклассники тоже обернулись. — Ты в порядке? — Да. Сходил на парковку. Нужно было кое-что взять из машины и случайно упал, — Коннору удалось совершенно искренне улыбнуться. Мысли путались непонятно из-за чего. Даже холодно уже не было. — Ещё и зонтик сломал… Я ужасно неуклюжий. — О, Конни, — отозвалась Норт. — Не переживай. Такое с кем угодно могло случиться. Подумаешь, сраный дождь. — Главное, что ты не поранился, — согласился Саймон. — Только как ты будешь сидеть ещё два урока? — Тебе, может, шорты дать? — откликнулся Лео. — Они не совсем чистые. Я только с волейбола. — Я буду очень тебе благодарен, если честно. Не хочу снова прогуливать занятие и ехать домой. Манфред-старший потянулся к спортивной сумке. Они с Коннором когда-то были в одной команде, но казалось, с того времени прошла уже целая вечность. Лео неуверенно протянул шорты, всё время ожидая, что Андерсон обсмеёт его или усмехнётся, что в жизни ничего из его рук не примет. — Спасибо. Я отдам их завтра, но могу завезти к вам домой уже сегодня вечером, если они тебе нужны. — Да мне вообще пофиг. — Держи, Коннор, — Джерри снял с плеч рубашку. Он обожал носить их поверх футболок. — Думаю, у нас одинаковый размер. Колин едва сдержал раздражённый вздох. Когда он с утра оказался насквозь мокрым, то вынужден был вернуться в дом и переодеваться. Автобус, естественно, ушёл. Пришлось уезжать на следующем. Стерн отчитывала его за опоздание в течение нескольких минут, пообещав сообщить о нарушении школьного устава отцу. Даже зная всё это, Колин бы в жизни не ввалился так в кабинет и не стал бы брать одежду одноклассников. Стало ещё обиднее от того, что Коннору в принципе даже просить не пришлось. Ничтожество без друзей. — Так, ребята, не жопимся, — улыбнулась Норт. — Кто догадался взять с собой запасную пару трусов? Одноклассники рассмеялись. Колин закрыл глаза, не понимая, почему в нём так быстро копится ярость. — Спасибо, Норт, думаю, я потерплю пару уроков в своих, — смущённо отозвался Коннор. — Я сбегаю в туалет. Переоденусь. Предупредите мистера Перкинса, что я здесь. — Конечно, Коннор. — Ты по поводу трусов ещё подумай, — крикнул ему в спину Нейтан. — Мне нравится, когда свободно. Класс осуждающе зашумел, и старшеклассник удивился. — Что? Я что единственный иногда хожу в школу без нижнего белья? Это же удобно! Колин поднялся с места, быстро выходя из кабинета. Маркус задумчиво посмотрел ему вслед, но решил отогнать от себя из ниоткуда взявшиеся дурные мысли. Колин остановился посреди коридора, пытаясь успокоиться. Он ненавидит это место. Ненавидит каждого в этой школе. Он не может больше здесь находиться. Колин прижал кулаки к вискам. Голоса одноклассников доносились из-за двери. Нужно отойти подальше, пока Перкинс не вышел навстречу. Старшеклассник зашагал в сторону выхода. Просто немного подышит свежим воздухом, и ему станет легче. Вернуться на занятие в любом случае придётся. Все заткнутся, когда придёт Перкинс, поэтому будет не так невыносимо дожидаться конца урока. Колин нахмурился, замечая, что на крыльце уже стоит какой-то парень. В футбольной форме с номером «60». Ничтожество без таланта. Почувствовав приступ тошноты, Андерсон быстро развернулся обратно. Камски было подумал, что видит Коннора, но вовремя обратил внимание на другой цвет одежды. Всего лишь его мелкий брат-близнец. Вряд ли он успел заметить в руках капитана футбольной команды сигарету. Снова отправляться к директору не хотелось. Миссис Уоррен, в принципе, ненадолго их задержала. Сразу отправила Рида в одиночку отрабатывать наказание, а у Камски поинтересовалась успехами в подготовке к вступительным в университет, задала пару вопросов об отце и обстановке в доме, после чего благополучно отпустила на занятия. Камски задумчиво посмотрел сокурснику вслед. Это, конечно, не Коннор, но… кажется, у него появилась идея.