The Story Of The Blood Moon

      Королевская кровь.       Прошло 16 лет.       Франция. Париж.       13 июля 1703 год.       — Подходите! Свежие яблоки! Мадмуазель, купите яблоки!       Солнце стояло уже высоко в зените, продавцы драли глотки, расхваливая свой товар, «лучше которого во всём мире не найдёшь». Телеги и кареты сновали туда-сюда, поднимая клубы пыли. Духовенство, дворяне, купцы, ремесленники, крестьяне… Все три сословия смешались на торговой площади Парижа. На улице стояла удушающая июльская жара, которую совсем не улучшало количество народа.       — С дороги! — крикнул кучер во всю прыть, гоня лошадей.       Женская фигурка, укутанная в дорожный плащ чёрного цвета, еле успела отскочить из-под колёс несущейся прямо на неё кареты какого-то дворянина. Послышался облегчённый вздох, после которого звонким девичьих голосом в адрес кучера начали сыпаться разные проклятья и нелестные выражения.       — Хватит орать на всю площадь! — преодолевая небольшое расстояние до напарницы, шикнула на неё такая же фигурка, укутанная в такой же, только коричневый, плащ.       — Лучше объясни мне, какого черта мы заявились сюда? — прорычала первая.       — Решения Магистра не оспариваются.       — Да знаю я! Было бы неплохо, если бы он нам ещё и объяснял, какого хрена мы делаем! Вот же старый…       — Не выражайся, Маринетт! Шевелила бы ты так конечностями, а не языком!       — Ха! На прошлой вылазке я убила четырёх вампиров, а ты, Алья, только двух, вот и бесишься!       — Захлопнись!       — Ха! Значит я права?       Так и не ответив, Алья заторопилась пересечь торговую площадь и вскоре растворилась в толпе. Такому же примеру последовала и вторая девушка.

***

      — Фух… Какого черта им надо было строить зал именно в этом районе? Я потная, как мышь!       Под первым плащом оказалась довольно миловидная девушка с тонкими чертами лица, среднего роста, длинными темными волосами, заплетёнными в толстую тугую косу. Она небрежно кинула плащ в угол просторного, отделанного белым мрамором, большого холла.       Маринетт Сезар устало размяла конечности. Деревенька, где жили они с Альей и родителями, была на приличном расстоянии от столицы. Но дела ордена не любили ждать, поэтому пришлось, дабы быть «инкогнито», ехать с попутной телегой, а дальше топать пешком.       Парижское логово Охотников на вампиров располагалось прямо на углу базарной площади в просторном, светлом, трёхэтажном особняке, который насквозь пропах боярышником (у Магистра ордена, Абрахама ван Хельсинга II, была ужасная аллергия на чеснок, из-за которой все охотники за глаза дали ему обидное прозвище — «Дрампир»). Сразу при входе в холл помещения красовалась лестница на два восхода с резными перилами. На стенах висели старинные гобелены, показывающие исторические сцены убийства вампиров. Самой любимой картиной Маринетт была «Абрахам ван Хельсинг I сражает второго, после Аккэлии, вампира Влада Цепеша III»       — С каких это пор ты стала неженкой, а, Мари? — насмешливо поинтересовалась Алья.       — Захлопнись, Алья…       — Ха! — Алья Сезер звонко рассмеялась, но тут же осеклась. — А мы что, раньше всех пришли? — Маринетт пожала плечами.       Красивая лестница на два восхода выполняла ещё одну роль: все охотники на вампиров делились на категории: мечники — те, кто участвовал в ближнем бою и вступал в рукопашную с вампирами, — и лучники — обычно на эту роль брали людей с исключительно хорошим зрением.       В правом крыле особняка располагались мечники, в левом — лучники. В холле два подразделения собирались лишь по крайне важным случаям, когда у Магистра было неотложное дело.       — Ох, а вот и вы, милые дамы!       Девушки обернулись. По правой лестнице спускался сухенький дедушка с огромным мечом за спиной, покручивая свои солидные седые усы.       — Старикан, какого хрена собрал нас здесь? — резко выпалила Маринетт.       Старичок опешил. В таком неуважительном тоне с ним, Магистром, могла разговаривать только Маринетт Сезар.       — Вам не помешало бы поучиться манерам, сударыня! — хмыкнул Абрахам ван Хельсинг I, все еще подёргивая усы.       — Зачем? Чтобы отвешивать кровососам поклоны? Вольно! — тряхнув головой, Мари поправила арбалет, свисающий с пояса. — Так зачем звал и где все?       Абрахам покачал головой. Что случилось с милой доброй Мари, которая так широко улыбалась? С каждым годом она словно ожесточалась. То ли так действовали жестокие убийства, то ли возраст, но итог один: Маринетт Сезар стала той ещё язвой.       — Вы опоздали, юные леди, — изрёк ван Хельсинг. — Собрание прошло утром.       — Что?! — возмущённо воскликнула Алья. Они всё утро тряслись в полуразваленной вонючей телеге, им отдавили все ноги на торговой площади и всё ради этого.       — Старикан, что ты на нём калякал? — нахмурив брови спросила Маринетт, пресекая поток возмущения подруги. Хоть Абрахам и был старым извращенцем, но охотник из него хороший, и за это Мари его уважала.       — Недавно наши люди нашли двух мёртвых девушек возле Дома Терпения.       — А нам-то что? — хмыкнула Алья. — Вы же знаете, на стражу у нас управы нет.       — Это были не стражники, Алья, — мужчина хмуро взглянул на девушку. — Это были вампиры. Недавно инцидент повторился. Наши наткнулись на, возможно, одного из этих гадов, причём очень сильного. Он чуть не прикончил двух квалифицированных Охотников.       — И?! — протянула Мари. В ясных васильковых глазах зажёгся огонёк азарта. Если на то пошло, то кровосос продержится дольше остальных её противников.       — Как всегда — убить! — старичок весело подмигнул девушке, и та рассмеялась.       — Алья, пошли скорее!       — Я так устала…       — Тогда я убью больше вампиров! И кому после такого отец купит новое оружие?       — Да иду я, иду!       Так сёстры удалились из особняка под пристальным взглядом серых глаз Магистра.