Между нами нет ничего кроме химии.

— Помоги мне с этим галстуком, — ворчливо, но вполне приемлемо пробурчала наркоторговка стоящей перед зеркалом женщине. — Ты ведь знаешь как вязать узлы, милая, — нежно проговорила испанка, проводя рукой по темному в белую полоску пиджаку Саманты, — Этот костюм прекрасно на тебе сидит. Женщина встала на носочки, даря супруге нежный поцелуй. Сэм ничего не могла поделать кроме как опустить шустрые руки на ягодицы любимой, закованные в бордовое платье. Ее чёрные залаченные длинные волосы локонами спускались по плечам. Красная помада не размазалась по лицу Сэм, хотя та была бы и не против сделать этот поцелуй более интимным. Впрочем, Марго думала по-другому, отодвигая супругу от себя и ловко повязывая бордовый, под цвет своего платья, галстук вокруг воротничка идеально сидящей белой рубашки. Костюм подчеркивал рост и талию Сэм, а так же узкий фасон брюк приоткрывал щиколотки, что выглядело весьма эффектно и сексуально. — Ты отлично постаралась с этим костюмом, детка, — Сэм улыбнулась жене. Та провела пальцами по уложенным назад рыжим волосам. — Я бы осталась тут с тобой... — Так давай оста.., — начала было Романова, но Марго легко перебила её, шлепнув по плечу. — У нас встреча с моими друзьями. Торговка закатила глаза, но всё же взяв Марго за руку, позволила ей вести себя в театр. *** После выступления, как Сэм и обещала, они отправились на ужин. Шнайдеры успешно развлекали её жену, позволяя самой Саманте погрузиться в размышления об управлении своей огромной криминальной империей. Она не запомнила и половины пьесы, которую на самом деле они с Марго уже ходили в прошлом месяце, но с другим составом актеров. Впрочем, в туалете театра Сэм успела закинуть в себя немного кокса и пробник их новой таблетки. Не зря она увлекалась химией в своей время. Теперь ее хобби приносило огромный доход и удовольствие. Её жена впрочем этого не заметила, и они всей компанией отправились в дорогущий и такой скучный ресторан, говоря про покупку огромного аквариума. — Я бы поставила его в нашей спальне. Это ведь так успокаивает, — Марго говорила словно старая бабка. Сэм не интересовали аквариумы, она с полным безразличием осматривает интерьер ресторана, в следующую секунду по барабанным перепонкам бьет до боли знакомый голос. Голос, который заставляет ее рычать от возбуждения и желания. Голова тут же поворачивается в сторону, откуда он звучал. — Добро пожаловать в Skykitchen, меня зовут Хильда, я буду вашим официантом сегодня, прошу пройти за мной. Александра?! [можно просто Саша] В голове крутилось лишь: "Какого хрена?". Но ей нельзя было подавать виду. Это будет действительно громкий скандал. Русская ведь специально пришла, чтобы позлить Саманту. — Действительно, Саманта, — жена мистера Шнайдера, блондинка с выглядящим слишком уж идеально каре, гладила руку своего спутника, —Дэвид давно купил такой и держит там сомов. Эти животные так успокаивают. Все как ни в чем не бывало, они прошли за "официанткой". Все кроме Сэм, которая прожигала в ней дыру взглядом. Они разместились за круглым столиком. Марго и Джанет сидели рядом, а Сэм составлял компанию Дэвид, начиная свой рассказ об последней вылазке на охоту. Хорошо, что Сэм легко могла поддержать болтовню об оружии, впрочем сильно понижая самооценку мистера Шнайдера своими познаниями, но увлекая, даже такими сухими и почти лишенными внимания в его сторону ответами. — Нам, пожалуйста, Платиновый "Рислинг" сразу, а с едой мы определимся чуть позже, — попросил Дэвид, заметив, что Романова часто кидает взгляд на ждущую заказа официантку. — Мне принеси виски со льдом, — приказным тоном, который скорее кричал "Что ты тут делаешь, стерва?" чем требовал принести ей виски, просит Сэм. Дэвид тут же подхватил тему. — А я вот люблю белое вино, — начал щебетать Шнайдер, получая отклик от остальных дам за столом и уже обсуждая Шардоне и прочие изыски. — Итого ваш заказ: Платиновый «Рислинг», виски, вас устроит The Macallan in Lalique? — Алекс ответила на вопрос. Идеальное произношение названия. «Я пришла тебя увидеть. Может, твою жену. Или все же тебя, не знаю». Сэм должна оценить феноменальную память своей официантки. Этот дорогущий виски девушка видела в кабинете Романовой. Она ещё раз поклонилась и, по своему любимому обычаю, виляя бёдрами, ушла на кухню. После она проследовала к барной стойке. Через пять минут Саша с подносом в одной руке подошла к столику. Она мастерски поставила бокалы, рюмки и бутылки на стол, а после подошла поближе к Романовой, так, невзначай. — Господа и дамы, как только соизволите сделать заказ, нажмите на кнопку, что находится в центре стола, я тут же к вам подойду. Меню заранее уже лежало на столе. Она поклонилась и улыбнулась, а после развернулась. И только Сэм могла видеть эту наглую ухмылку. Она предназначалась именно Саманте. Саша прекрасно видела, как наркоторговке с ними скучно. Но вдруг Алекс остановилась, развернулась и, предварительно извинившись, (богатеи это любят) произнесла: — В связи с перепланировкой ресторана уборные и дамские комнаты находятся с левой стороны от бара, — она сказала это так ненавязчиво и робко, что любой бы умилился. Алекс была уверена, что Романова просто готова ее убить. И только после этого «официантка» удалилась. Кажется, или она пригласила Романову выйти? Разговор за столом напоминал Сэм гудение роя пчёл. Кто-то нашел бы это красивым и интересным, но она думала, что это просто скучное дерьмо. После того, как принесли алкоголь, разговор стал ещё более активным. Её удивляло, что никто особо не замечал, что она молчит и пялится на их официантку. Черт возьми да она же специально так виляет бедрами, не так ли? Романова осушила свой стакан в два глотка. Было понятно, что Алекс зовёт её за собой. С помощью браслета на правой руке Алекс поняла, что Шнайдер и все остальные готовы сделать заказ. Форма здесь, конечно, слишком уж открытая. У девушек яркий макияж. Саша заметила, что официанток здесь могут легко шлепнуть по заднице, ну или просто пялиться на них своими похотливыми глазами. Высшее общество? Да они упали ниже некуда. Алекс, правда, даже нравилось подобное внимание, сколько же чаевых получают девушки здесь? Саша подошла к столику без бумажки и ручки. Она запомнит весь заказ наизусть. В голове Куприяновой сотни комбинаций, программ и символов. Запомнить заказ нескольких человек ей не составит труда. — Я думаю, мы готовы сделать заказ,— сказал Дэвид, откладывая меню в сторону. Женщины ему кивнули, а Сэм небрежно ответила: — Ещё виски,— никто не заметил изменений в её голосе. Хотя впрочем Марго мягко улыбнулась жене, протягивая ей руку через стол. Романова выдохнула, заставляя себя успокоиться. Она рядом с женой и думает о другой. Это уже плохо не так ли? Черт возьми эта форма ей идёт. Сэм держала за руку жену и не отрывала взгляда от Алекс. — Одну пасту с морепродуктами, что-нибудь из молекулярной кухни на закуску, белые трюфели и роллы от шеф-повара, — он уже было откладывал меню, когда Сэм настойчиво и с упрёком добавила: — И средней прожарки мраморную говядину. Мужчина за столом неловко улыбнулся, но тут же обратился к женщинам, продолжая разговор и сбегая от убийственного взгляда Романовой. Средняя прожарка значит? Если бы не факт того, что Куприянова сейчас изображает официантку лишь бы позлить Романову, она бы расхохоталась. — Я бы вам посоветовала новое блюдо от шеф-повара: та же говядина, но сильной прожарки, по новому рецепту, — Алекс была уверена, что наркоторговка оценит шутку. Сэм цыкнула, немного пугая жену. Марго не понимала, почему ее любимая так резка к столь милой обслуге. Саша же светилась лучезарной улыбкой. После она без запинки повторила заказ, поблагодарила гостей и удалилась на кухню, чтобы передать его. Терпеть Саманта больше не могла. Ее так и манили эти бёдра, эти длинные светлые волосы, эта ухмылка. Ее новая любовница знала, как заставить Романову выйти из себя. Наркоторговка встала из-за стола, разъединяя до этого переплетённые пальцы. Она подошла к жене, прошептав той на ухо, что сходит в уборную. Черт возьми, им всем, кажется, даже полегчало без присутствия мафиози за столом. Сэм провела по своим волосам, уверенно заходя в уборные с левой стороны от бара. Выглянув из кухни в зал, блондинка увидела, как Саманта идёт к уборным. Тут же лжеофициантка почувствовала, как к низу живота снова подходит возбуждение. Теперь у них есть несколько минут. Зайдя в ту же уборную, только со служебного входа, Алекс увидела своего босса у раковины. Ужасно стилизованная, но крайне богатая уборная заставляла Романову чувствовать себя идиоткой. Она выложит за этот обед больше нескольких сотен баксов, а умывальники в этом заведении напоминают чёртовы утки для испражнения в больницах. Женщина успокаивала себя как могла и мыла руки. — У тебя красивая жена. Помада, что надо, — девушка подошла к Сэм сзади, но та все равно видела, как блондинка нагло скалится через зеркало, — у меня такая же. Торговке нельзя было сидеть за столом с жутким желанием трахнуть свою официантку и при этом держать жену за руку. Впрочем, почему-то для неё очень правдоподобно звучало оправдание в стиле: "Но она же на самом деле не настоящая официантка". Поэтому, услышав наглый голос Алекс, Романова сразу почувствовала липкое удовольствие, касающиеся её тела и подымающее температуру в комнате выше. Сэм подняла глаза, замечая в зеркале наглую улыбку, которая только подливала бензина в разжигающийся огонь. Впрочем, упоминание её жены не сделало лучше, заставляя Романову стиснуть кулаки. Было ясно, что это провокация, но как было приятно ей поддаться. Резинка спадает со светлых волос, девушка надела ее по соседству с браслетом. — И как тебе там не скучно? Сдохнуть можно. Аквариум с сомами? Я вот.. — но договорить ей Сэм не дала. Романова резко развернулась, хватая девушку за волосы крепко, но почти не причиняя боли. — Какого черта ты тут забыла? — прошипела Сэм, останавливая себя в последний момент возле губ Алекс, — Ты лезешь туда, куда тебя не просят. Всё же по уже жаждущим глазам Романовой было понятно, она была не настолько против насколько говорила. Её действительно раздражали светские разговоры. Ей было скучно. Она была другой породы. Из тех, кто за ужином говорит о химии или местном бизнесе, или в крайних случаях запугивает собеседника до полусмерти. Сейчас же ей не нужно было делать ничего из этого. Ей просто стоило отвечать на хитрые провокации блондинки, против которых она ничего не имела. Романова развернула Алекс спиной к себе, прижимая девушку к ужасно выглядящей раковине. Её свободная рука уже держала бедро Алекс, что не могло пустить по её телу, закованному в идеально пошитый костюм волну возбуждения. Возможно, Александра бы и не приехала в ресторан, если бы знала, что Романовой будет там чем заняться кроме опустошения бутылки виски и поедания мяса, себестоимость которого долларов 10, но никак не 350. Саша знала, что слишком часто мелькает перед Романовой, но зато как мелькает. Ей не нужно было занимать место ее жены, ей просто нужна была Сэм. И, несмотря на Марго, Саманта давала Саше то, что не даст ни один наркотик. То, что дано лишь немногим людям. Даже через ткань короткой юбки девушка чувствовала, какая эта раковина холодная. В полумраке, с этой чёртовой лампочкой над зеркалом, уже растрепанная Алекс, уже собственнически сжимающая ее бёдра Сэм. Блондинка прикусила губу и обеими руками опёрлась на бортики раковины. Она не понимала, что в такие моменты с ней происходит. Только тогда, когда рядом Романова. Это как кайф от самого сильного мета, как эйфория психически больного, невозможно просто взять и сказать нет. Просто нельзя. — Я просто провожу своё свободное время. Может, я люблю переодеваться официанткой и в туалетах соблазнять посетителей, — Александра убрала волосы на одну сторону и повернула голову к Сэм. — Если ты пришла сюда просто потрогать меня, то иди обратно в зал, мы так не играем, — девушка локтем отпихнула Саманту и развернулась к ней. — Тебя ждёт жена. Торговка рычит. Куприянова же знает, что Сэм ненавидит, когда та говорит о Марго. Обычно руки дамы всегда ложатся на плечи кавалера. Но Алекс удобно расположила руки на бёдрах Сэм. Так она, возможно, показывала, что не собирается вести себя, как обычно ведут себя девушки с Сэм. Резким движением блондинка прижимает бёдра преступницы к своим. Та начинает целовать скулы девушки, спускаясь к шее, становясь с каждым поцелуем-укусом более агрессивней. Как же Саша приятно пахла, Сэм вдыхает воздух полной грудью. Алекс часто дышала, потому что сама уже хотела плюнуть на все и заняться сексом прямо здесь, в туалете. — Просто так вышло, что я развлекаю тебя, все в плюсе, Сэм, ты не находишь? — сквозь поцелуи шепчет блондинка. Пряжка дорогого ремня прижалась к низу живота Алекс, когда та сократила расстояние между ними. Саманта уже чувствовала жуткий жар от всего происходящего. Никто не позволял себя вести так с ней, но то что делала Алекс ей нравилось. Романова рыкнула, сдаваясь и спуская в унитаз все доводы своей совести. Она оттолкнула девушку. Она толкала победно усмехающуюся Алекс снова и снова, пока та не зашла в кабинку, позже закрывая дверь на защелку. — Ты же понимаешь, что за этой стеной моя жена? — сказала Романова скорее для себя чем для хакерши, перед тем как запустить свою руку под форму Алекс и поцеловать её. Требовательно и влажно, как целуются изголодавшиеся друг по другу любовники. Её зубы терзали покрытые макияжем губы и ей было все равно. Одна из рук полезла под узкую юбку, задирая её к верху и поглаживая промежность девушки через белье. Она довольно почувствовала жар и влагу между ног Алекс. — Ага, что ей, что тебе есть чем заняться, у нас минут семь, — ответила светловолосая, понимая, что если бы не годы опыта, то только наличие руки Романовой у неё между ног уже было бы равно оргазму. Сэм впилась в шею "официантки" поцелуем - укусом. На шее явно остался след и рыжая довольно провела по нему языком. — Теперь ты официально моя девочка. Романова хохотнула от такого каламбура. Ведь Алекс стала её хакером, человеком, который теперь работал на нее. Хоть Алекс и не знала, но до этого никто из её подчинённых не видел такого. Только Ричард и то при всех получил благословение Романовой и стал её правой рукой. Сэм нагло покрывала тело Куприяновой своими следами, получая от этого животное удовольствие. Алекс судорожно скинула с себя туфли на шпильке, в них не то, что ходить неудобно, невозможно стоять. Хотя так разница в росте теперь значительно заметна. Плевать. Каблуки Алекс все равно ненавидела. Целоваться больно, но в такие моменты как эти Алекс понимала, что класть она хотела на последствия. Нести поднос со сломанными ребрами, на огромных шпильках было настоящим мучением. Это был долгий поцелуй со вкусом дорогого виски. Дышать нормально не получалось, настоящий ад для диафрагмы и этих бедных рёбер. Алекс по своему обычаю на каждый агрессивный рывок Саманты отвечала ещё агрессивнее. Белье ей больше не нужно, Куприянова хотела скорее избавиться от него. Но ей стало не до того, когда Сэм спустилась к ее шее. Хорошо, что у формы высокий воротник, хотя не факт, что он поможет. Было так плевать. Все так судорожно, обе они понимали, что две минуты драгоценного времени они уже использовали. Хорошо, что Сэм сейчас не видит Сашу. Та была сильно возбуждена, ее лицо выглядело так, будто она сейчас разревётся. Хороший знак, хотя выглядело так, будто бы Александра здесь не по своей воле. Всхлипы девушки пока не были сильно слышны, но все же с этим нужно что-то делать. — Мой первый официальный секс, ты все больше меня удивляешь, — прерывисто сообщает Куприянова и силой притягивает к себе лицо наркоторговки. Алекс редко целовалась. Обмениваться слюной, соприкасаться к кем-то языками ей особого интереса не представляло, но здесь почему-то ей нравилось. Казалось, что Сэм была единственной, с кем Куприянова так много целовалась. От Романовой несло женскими духами, духами ее жены. И Алекс уже хотела устроить по поводу этого истерику, но сейчас каждая секунда была ценнее любой истерики. Как только Романова уйдёт, увидятся они не скоро. Правда Сэм об этом не знала. Алекс нужно было слетать в США, дело было важное, предложение поступило от ее давнего партнёра. Об этом она узнала только в такси по пути в Skykitchen. — Ты опять меня дразнишь, Романова, — Алекс оторвалась от Саманты и закинула одну ногу на бедро девушки, чтобы было удобнее. И только блондинка была готова уже впиться в шею своей любовницы, чтобы громко не застонать, как в туалет кто-то зашёл. — Саманта? — с явным испанским акцентом произнёс взволнованный голос.