Глава 6
13 мая 2019 г., 05:46
Визиты, визиты, визиты
— Ты проснулся? — cпросил Филипп. Входя в затемнённую спальню Рауля, он увидел, что брат натягивает простыню до подбородка. — А, это ты. Входи! — расслабился Рауль. — Я думал, это та... — он прервался, чтобы восстановить дыхание, — та сиделка, которую ты мне прислал. — Разговор всё ещё его утомлял. Он закрыл глаза и несколько раз глубоко вздохнул. — За тобой ухаживает такая привлекательная женщина, а ты жалуешься! Так может только мой маленький братец! — рассмеялся Филипп. Звук уверенного, мужественного голоса заполнил комнату. Граф Филипп де Шаньи был одет, как всегда, безупречно. Это был красивый мужчина лет сорока пяти, с требовательными вкусами, которые неизменно удовлетворялись на протяжении всей его жизни. В его глазах читалась искренняя тревога за брата. Он коснулся лба Рауля. — Хорошо, температуры по-прежнему нет. Твоя лихорадка меня беспокоила. — Ты видел её сегодня? — Рауль посмотрел на брата, его глаза умоляли о положительном ответе. — Она сегодня не пела — и не дала знать о своём местонахождении. — Филипп наводил осторожные справки о девушке-хористке, которой был увлечён его младший брат. Но узнал лишь слухи, ни одного ясного ответа. Девушка исчезла. Некоторые утверждали, что видели, как она вышла замуж за Призрака. Другие видели, как она садилась в неизвестный экипаж. Были даже те, кто клялся, что видели её безжизненное тело, свисающее со стропил. Своему брату он об этих слухах не рассказал. Пусть сперва восстановит здоровье. — Ты спрашивал... — у Рауля снова перехватило дыхание, и пришлось ждать, пока его ослабленные лёгкие снова смогут принимать воздух, — её подругу Мэг? — Мэг, балетную крыску? Нет, но я разыщу её на этой неделе. — Филипп встал, чтобы уйти. Он улыбнулся Раулю, сохраняя спокойное выражение лица, чтобы скрыть своё беспокойство. — На этой неделе, я обещаю, — сказал он, глядя в лицо Рауля. — А сейчас — успокойся и поправляйся. — Нахмурившись, Филипп похлопал брата по плечу и покинул комнату. «Чёрт бы побрал эту Кристину Дааэ!» Подумать только, ведь он сам впервые привёл своего брата в Оперу — и ещё с гордостью думал, какой же юноша проказник, когда тот впервые начал флиртовать с певичкой. Из-за этого увлечения Рауля он сам едва не расстался с жизнью от рук безумца, который сбежал и спрятался в Опере. Кем бы он ни был, больше всего Филиппу хотелось свернуть ему шею и сделать из него настоящего призрака. Если она действительно исчезла — скатертью дорожка! Его любовница, прима-балерина Сорелли, подслушала, что Кристина с Раулем планируют уехать из города и пожениться, и немедленно сообщила ему. Возможно даже, что то место, где сейчас находится Кристина Дааэ, намного лучше того, куда он собирался её отправить, чтобы удержать подальше от Рауля. Если эта девушка каким-то образом действительно вышла замуж за Призрака — то именно это она и заслужила за все неприятности, которые вызвала. Он надеялся, что Рауль никогда больше её не увидит.***
Эрик помог ей зайти в лодку, причаленную у входа в их дом. Усадив её, он поднял вёсла и оттолкнулся, направляя лодку на другой берег искусственно созданного подземного озера. Когда весло потревожило воду, в воздух поднялся странный, болотный запах. Он был не очень неприятным, и Кристина порадовалась, что запах этот не пропитал их дом. Эрик запитал от газовых коммуникаций оперного театра множество маленьких светильников на камнях, чтобы от рассвета до заката подземные подвалы освещались искажённой имитацией солнца. Пламя лизало стены в медленном чувственном танце. Прошло всего лишь несколько минут, как они отчалили, и уже нельзя было сказать, что дом Эрика вообще здесь находится: дверь была хитроумно скрыта облицовкой стен и подвижным миражом, вызванным мерцающими светильниками. Привязав лодку на другой стороне озера, они прошли через туннели, поднялись по лестнице и, в конце концов, добрались до жилых помещений оперного персонала. Кристина взяла крытую корзинку, которую Эрик передал ей, как только они приблизились к квартирке мадам Жири. И почувствовала, как он легонько погладил её по щеке рукой, затянутой в перчатку. Кристина повернулась, чтобы спросить его, сколько времени ей можно провести с Мэг, но он уже скрылся в тени. До неё донёсся лишь зловещий шорох его плаща и задержавшийся в воздухе запах. Она смотрела в тёмный пустой коридор, надеясь разглядеть хоть какое-нибудь доказательство его существования. И хотя у неё не было для этого никаких оснований, она вдруг почувствовала себя покинутой. Она быстро постучала в дверь. Мэг обняла Кристину и пригласила её войти. Было замечательно вернуться в квартирку Жири. В спальне Мэг девушки уселись на краю кровати. За последние два года они провели немало уютных бесед в этой комнате. Солнечный свет, освещающий выцветшие обои, был для Кристины отрадой. — Я так счастлива здесь находиться, Мэг. Я скучала по тебе, — призналась Кристина, оглядывая комнату, и широко улыбнулась подруге. Всё было настолько знакомо: переполненный открытый шкаф, потёртое розовое дамастовое покрывало, даже захламлённый комод Мэг со всеми его баночками. Девушки сидели на кровати лицом друг к другу, держась за руки. Равновесие в их дружбе было нарушено: Кристина теперь стала замужней женщиной, в то время как Мэг по-прежнему оставалась балетной крыской. — Трудно было уговорить его, чтобы он позволил тебе подняться сюда? — Нет, он сам сегодня утром предложил меня отвести. — И он не боялся, что ты столкнешься с... — глаза Мэг слегка расширились. — Ну, на самом деле он пошёл со мной... так или иначе, мы ведь женаты, — Кристина широко улыбнулась. Мэг вытащила из комода поднос и поставила чайный сервиз на кровать. Подала одну чашку подруге, вторую взяла сама. Кристина достала тарелку с кусочками лимонного тарта. Эрик не испытывал особого пристрастия к лимонам и потому позволил ей забрать то, что осталось от этого тарта. Мэг откусила кусочек. Кристина с сожалением заметила, что солнечный свет, проникающий через окно, стал убывать. В следующий раз она спросит его, можно ли прийти пораньше, чтобы подольше наслаждаться солнечными лучами. Она почувствовала, как Мэг коснулась её руки. — М-м-м. Как вкусно! Когда это ты научилась готовить? — Готовить я всё ещё не умею, но зато учусь печь сладости. Матушка Валериус, когда я с ней жила, позволяла мне делать печенья и пирожные, — пожала она плечами. — У тебя талант к этому, Кристина. Этот тарт восхитителен, — сказала Мэг, протягивая руку за вторым кусочком. — Эрик обожает все мои печенья. По правде говоря, он стал очень ревниво относиться к некоторым из них. Я обязана их делать только для него! — она засмеялась. — Боже мой, если твои печенья заставили твоего мужа так в тебя влюбиться, то ты должна меня научить, как их готовить! — захихикала Мэг. Девушки постепенно устроились поудобнее и наслаждались компанией друг друга, потягивая чай и поедая сладости, сделанные Кристиной. Ей было приятно, что ничего существенного между ними не изменилось. Нахлынули слёзы, и Кристина яростно вытерла их, пожав плечами. Достала носовой платок и прижала к глазам. — Ты очень несчастна? — спросила Мэг, взяв её за руку. Кристина покачала головой. — Ты любишь Эрика? — О, Мэг, разве это возможно? — Бедная моя подружка! Я не понимаю, почему ты вышла за него замуж? Кристина пожала плечами. — Мэг, у меня тут письмо. Ты не могла бы... передать его... Раулю? — Кристина! Ты думаешь, это разумно? — Мэг неуверенно оглянулась на дверь. — Мне нужно встретиться с ним. Не смотри на меня так. Я просто хочу сообщить ему, что со мной всё хорошо... лично. — Она теребила в руках вышитый носовой платок. — То, что ты хочешь сделать, очень опасно... Я не знаю... — Пожалуйста, Мэг, ты должна. Надежда — это всё, что у меня есть, — умоляла она подругу. — А что, если твой муж узнает? — Я умру, если никогда больше не увижу Рауля, — она мяла и скручивала свой носовой платок. — Я просто хочу нормально с ним попрощаться. Больше ничего не будет. — Тогда ты должна объяснить мне, почему вышла замуж за Призрака Оперы, или Эрика, как ты его называешь. — Да нечего тут рассказывать. Когда я играла Маргариту в «Фаусте», Эрик похитил меня прямо со сцены, Рауль попытался меня спасти и нашёл путь в дом Эрика. Я не знаю, как он попал в особую комнату Эрика... Тот заставил меня выбирать: выйти за него замуж или смотреть, как умирает Рауль. Что ещё я могла сделать? К концу истории Мэг смотрела на неё странно. — Жаль, что ты не нашла другого способа спасти виконта, кроме как выйти замуж за мужчину, которого ты не любишь. — Я тоже, но в тот день другого пути не было. Раулю оставалось жить считанные секунды. Мне пришлось выбрать Эрика. — Ты ненавидишь его? — Я никогда не могла ненавидеть Эрика. Благодаря его урокам пения я стала примадонной, пусть даже на короткое время. Я столь многим ему обязана. Я поклялась хранить ему верность, и я это сделаю. — Теперь у тебя нет другого выбора, вы ведь обвенчаны. — Если бы тебя разлучили с твоим Эдуардом... если бы его пытали за то, что он пришёл спасти тебя... — Это не одно и то же. Между нами всего лишь флирт. Я знаю, что это ни к чему не приведёт. Он не похож на виконта. Он не будет перечить своей семье или рисковать своим положением ради меня, — грустно сказала она. — Я очень сомневаюсь, что он стал бы рисковать ради меня своей жизнью. — Ты его любишь? — настаивала Кристина. — К сожалению, да, но я знаю, что он никогда не будет принадлежать мне полностью. Я просто знаю это. — По левой щеке Мэг скатилась слеза. Она вытерла её и рассмеялась. — Я глупая, что плачу из-за такой ерунды. — Она взяла письмо Кристины и убрала его в комод. — Я передам виконту твоё письмо, — сказала она. В глазах Мэг всё ещё блестели слёзы, но она сморгнула их. — Спасибо! Девушки обнялись. Мэг слегка отодвинулась и взяла Кристину за руки, серьёзно посмотрев ей в лицо. — Кристина, ты слышал о Рене и Пьетро, двух рабочих сцены, которые были на твоей свадьбе? — Помню, Рене играл на гармонике, а что с ними? — Пьетро мёртв! Кристина ахнула. Этого не может быть, она вела себя на свадьбе в точности так, как просил Эрик. Должно быть, это совпадение. Мэг продолжила: — Пьетро был убит три ночи назад. Рене был найден без сознания у его тела, в канаве, возле старого входа в катакомбы. Говорят, от него пахло алкоголем, а в руке было оружие. Может, они вступили в драку. Слава богу, это не имеет никакого отношения к Эрику. Кристина содрогнулась. — Подумать только, в последний раз, когда я их видела... они так хорошо проводили время. — Пьетро был тем, кто вытолкнул их с Эриком танцевать. Эта новость положила конец её визиту.***
Кристина не успела ещё завершить фразу, когда в комнату вошли Эрик и мадам Жири, погружённые в оживлённую беседу. — «Фауст» должен иметь успех. Вы могли бы подождать, пока он завершится... — говорила мадам Жири. Эрик кивнул. — Пожалуй. Придётся потренировать терпение и в этом тоже. — Заметив взволнованный вид Кристины, Эрик перевёл внимание на неё: — Вы в порядке, моя дорогая? — Он посмотрел на её скомканный носовой платок, но ничего не сказал. — Эрик, Пьетро мёртв, и все думают, что его убил Рене. Разве это не ужасно? — сказала она. — Кто такой этот Пьетро? — Он послал Мэг короткий, невыразительный взгляд. Балерина опустила глаза. — Вы же пригласили его на нашу свадьбу. — А, значит, он был гостем, — сказал он, поджав губы. — Вы не должны позволять сплетням расстраивать вас, любовь моя. — Мэг, зачем ты ей сказала? — мадам Жири дёрнула дочь за запястье, её лицо исказилось от гнева. — Ты так любишь свои сплетни, да, девчонка? — Мадам Жири посмотрела на Эрика и нервно прикусила губу: — Ты уже причинила достаточно ущерба за один день; теперь иди, занимайся. — Прости, мама... Мне очень жаль, Крис... — Мэг смущённо смотрела то на одну, то на другую. — Иди уже! — мадам Жири, казалось, собрала всю силу своего жилистого тела и вытолкнула дочь за дверь. Мэг едва не врезалась в противоположную стену. — Эти молодые девчонки так любят сплетничать... Мне очень жаль, что она расстроила вас, Кристина, — сказала она, снова посмотрев на Эрика. Старуха явно была обеспокоена. — Я в порядке, мадам Жири. Мне просто жаль его вдову. — Все эти неприятности не стоят вашего беспокойства. Я пошлю немного денег, чтобы ей помочь. — Эрик взял шаль Кристины и аккуратно укутал её плечи. Затем снова обнял её за талию. — А теперь мы попрощаемся. — Это будет так великодушно с вашей стороны, Эрик. — Она поцеловала мадам Жири в морщинистую щеку. — Спасибо за... — Идём, Кристина, нам пора уходить. — Он быстро увел её от пожилой женщины, не сказав больше ни слова.***
Зайдя домой, Кристина повернулась к Эрику. — Почему вы были так грубы с мадам Жири? — Груб? Я полагал, что был весьма сдержан. Учитывая обстоятельства... — Какие обстоятельства? Бедная женщина выглядела так, словно испугалась за свою жизнь, — упорствовала она. Эрик положил руки ей на плечи. — Вам и правда следует выкинуть эти нездоровые мысли из своей головы, — усмехнулся он. Она уставилась на него, задрав подбородок. — Какой у вас план, Эрик? Вы хотите, чтобы Жири закрыли для меня двери, чтобы мне не нужно было снова подниматься наверх? Он наслаждался отсутствием её страха. Кристина не боялась его, как большинство людей. Он видел, как крупные мужчины бледнеют от одной его тени. Было забавно видеть её маленькую фигурку, стоящую лицом к лицу с его намного более крупной. — Хотите, я вам почитаю? Ему вдруг захотелось ощутить её сладкие влажные губы. Он задохнулся, осознав, какое направление приняли его мысли. Его поразила эта внезапная реакция на неё. Ему так сильно хотелось к ней прикоснуться, что у него покалывало руки. Эти мысли и желания нужно похоронить, как он делал это годами. Лишь изредка, в Персии, он позволял похоти управлять собой. С Кристиной он должен похоронить все извращения, искоренить похоть из своих мыслей. Его лицо и тело не предназначены для того, чтобы получать или дарить удовольствие. Единственное, что он мог даровать свободно, — это смерть. У него есть то, чего он всегда хотел больше всего на свете, — живая жена. И ему следует накрепко усвоить, что не существует даже самой отдалённой возможности, что Кристина когда-нибудь будет полностью принадлежать ему. — Идите, выбирайте книгу, а я пока налью нам по бокалу вина, — сказал он, отведя взгляд в сторону и крепко прижав руки к бокам. — Эрик, я задала вам вопрос. Вы хотите, чтобы Жири закрыли передо мной двери? — Нет, моя дорогая, не хочу. И я обещаю, что дверь Жири никогда для вас не закроется. — Он повернулся на каблуках и быстро отошел от неё.***
Эрик сидел на стуле в её комнате, наблюдая за ней. Она лежала на кровати, поглощённая романом. Несмотря на то, что он спал здесь, начиная с их свадьбы, он всегда называл эту спальню её комнатой. Для Эрика это была беспрецедентная привилегия — иметь возможность спать около неё, сидеть рядом с ней, когда она занималась своими повседневными делами. Он никогда не был так близок к кому-либо прежде. Было замечательно иметь возможность рассматривать её, когда она отдыхала. К сожалению, ему придётся нарушить её покой. Он откашлялся в попытке привлечь её внимание. Она оторвалась от книги. — У меня к вам просьба. Пожалуйста, останьтесь в своей комнате, пока я буду вести дела с... партнёром. — Его глаза были прикованы к ней, пока он говорил. — Почему? — Так надо, у меня дела. — Это Хафиз? — Нет, просто сделайте так, как я прошу, моя дорогая. — И почему она всегда спрашивает, неужели нельзя просто повиноваться? — Почему я не могу встретиться с вашим деловым партнёром? — спросила она. — Этот человек не является моим деловым партнёром... нет, ничего подобного. Оставайтесь здесь и продолжайте наслаждаться своей книгой. Вы слишком любопытны, это ради вашего же блага, любовь моя. — Эрик едва мог поверить в то, что объясняется и оправдывается перед ней. Равно как не мог понять, почему он не чувствует при этом закипающего гнева. Он был готов дать хоть тысячу объяснений, лишь бы она осталась довольна. — Не в этом дело. Мне просто не нравится, когда меня исключают из компании. — Она грустно посмотрела на него. — Поверьте мне, Кристина, это необходимо. — Не считая того времени, которое он проводил в одиночестве, сочиняя музыку, он теперь ненавидел заниматься чем-либо без неё. — Я обещаю, что не буду выходить из своей комнаты. — Она улыбнулась и вернулась к своей книге. — Спасибо, дорогая, — Эрик наклонился и поцеловал её в лоб, после чего вышел из комнаты.***
Через мгновение она услышала щелчок дверного замка. Кристина встала, чтобы проверить. Он запер её! Прошли уже недели с тех пор, как он делал это последний раз. Она могла бы пожаловаться на его недоверие, но, видимо, он тоже успел немножко её изучить. Вряд ли она смогла бы удержаться и не приоткрыть слегка дверь, чтобы подглядеть. Кристина посмотрела в замочную скважину, но увидела только кусочек тёмного коридора перед дверью. Она прижала ухо к двери. — Месье! — низкий мужской голос с простонародным акцентом поприветствовал её мужа. Послышался какой-то стук, и Эрик произнёс: — Пересчитай! — У вас не найдётся лишней чашечки кофе? — Думаешь, я позволю тебе пить из тех же чашек, которыми пользуется моя жена? — Да у меня прост уже несколько дней ничё горячего во рту не было. Кристина была шокирована тем, что Эрик отказал своему другу в горячем напитке, хотя у них дома было такое изобилие. — Пересчитай у меня на глазах, — приказал Эрик. Она услышала звон падающих одна за другой монет. — Здесь всё, — сказал мужчина. — Когда захотите следующий... — На данный момент мы закончили, — резко прервал его Эрик. Мужчина издал короткий разочарованный стон. — Прост дайте знать, когда в следующий раз будет работёнка для меня. Моей сестре нужны лишние су. — Я хочу прекратить наше дело, навсегда. Вот, отправь ей это. И купи себе горячего супа. «Значит, у этого мужчины действительно были какие-то дела с Эриком». Она снова услышала звон монет. Эрик такой странный. Она улыбнулась. — С этим она сможет хорошо накормить своих ребятишек. Спасибо, месье. — Мужчина понизил голос и что-то добавил, но она не была уверена, ответил ли ему Эрик. Больше она ничего уже не услышала. Наконец, послышались шаги двух человек. Одна пара шагов вскоре затихла, а вторая приблизилась к её двери. Замок снова щёлкнул. Кристина подлетела обратно к своей кровати и попыталась выглядеть бесстрастной, спрятав лицо в книге. Она услышала тихий стук в дверь. — Эрик? — Кто же ещё, моя дорогая? Хорошо, что мой гость не нуждался в твоих услугах хозяйки. Она неторопливо подняла глаза от книги. — Полагаю, вы позаботились о нём как следует. — Вы сказали «о нём». Откуда вы знаете? — Просто догадалась. Я же не умею видеть сквозь стены. — Нет, любовь моя, конечно, нет... но у вас прекрасный слух, — ухмыльнулся он. — О, прекратите дразнить меня, Эрик! — Она отложила книгу и схватила его за руку, выводя из комнаты. — Идёмте! Давайте споём вместе! И кстати, я думаю, что вы невероятно добрый и щедрый человек.
