Глава 13
18 мая 2019 г., 06:21
— Гриффиндор!
Что?
Гриффиндорцы зааплодировали. Фред и Джордж повторяли его имя так же, как в и первый жизни.
Гарри снял шляпу и положил ее обратно на табурет. В ушах звенело. Был ли он чист? Шляпа ничего ему не сказала, но отреагировала точно так же, как и раньше. Он сел за стол и посмотрел вперед. Следующая ученица, Софи Ропер, поднималась по ступенькам, но гриффы не переставали аплодировать. Он забыл, сколько людей уже хлопало его по спине.
Ладно… ну, вот и все.
Остальная часть пиршества прошла примерно так же, как и в прошлый раз, но он бы приложил больше усилий, для решения… проблемы… с воспитанием Невилла и секретом отца Симуса. Он всё сделает так, чтобы проводить немного больше времени с остальными, чем было в прошлой жизни. Конечно, им всем было по одиннадцать, но даже эта небольшая разница в возрасте делала жизнь намного легче, чем в школе Святого Георгия и, кроме того, он слишком хорошо знал, что будут думать о нём его одноклассники; он действительно предпочел бы, чтобы все не основывали его личность на том, что скажут в Ежедневном пророке.
Все хорошие и/или скучные (как обычно) странные, словно дежавю, вещи должны прийти к концу, и вскоре первокурсники-гриффиндорцы осматривали свои совершенно новые комнаты.
Около девяти часов вечера, Гарри шумно собирался ко сну и проскользнул в соседнюю ванную.
Однако почти сразу же он выскользнул из ванной в общую комнату. У него была цель, сегодня вечером: одна вещь, которую он действительно хотел сделать, и которую, благодаря смутно припоминаемому разговору между ним и Роном, он был уверен, что сможет сделать. Но это нужно было сделать сегодня, и не только по одной причине.
Из общей комнаты Гарри вышел в коридор, заверив полную даму, что он просто выйдет осмотреться и вернется до комендантского часа.
Две, нет, три лестницы спустя, а также серия левых поворотов, которые в маггловском мире заставили бы его ходить кругами вместо того, чтобы подниматься еще на два этажа и пересекать примерно половину замка, Гарри получил именно то, что хотел.
И как он и хотел, после того, как он остановился перед особенно пустой частью стены, та распахнулась, открывая перед его взглядом двух рыжих демонов.
— Ах, Фред, смотри! Это же тот первоклашка!
— А как ты думаешь, Джордж, что здесь делает первоклашка?
— Исследователь. — Гарри ответил за Джорджа. Он ухмыльнулся двум людям, которые всегда заставляли его улыбаться.
— Ну, тогда, первоклашка, не пора ли тебе закончить осмотр и отправиться спать? Таким крошечным людям, как ты, нужно много спать.
Гарри не затруднялся ответить, но вместо этого уставился на чистый лист бумаги в их руках. — Что это?
— Это? — Фред помахал им перед лицом Гарри. — Да это же просто пергамент.
— Просто маленький пергамент — вставил Джордж.
— Почему ты думаешь, что это что-то другое?
— Потому что он изношен и сложен.- сказал Гарри. Он склонил голову набок. Он должен сделать все правильно. — Я знаю, что это такое.
— Неужели?
— Не первоклашка?
— Ну, Гарри, что ты скажешь?
— Именно так.
— Как ты думаешь, это все еще очень чистый лист пергамента?
— Держу пари, — начал Гарри, — держу пари, что ты мне его собираешься показать.
— О, неужели?
— Это то, что ты думаешь?
— Ага, — сказал Гарри. — И знаешь почему?
— Почему? — одновременно спросили Близнецы. Он мог сказать, что они все еще думали, что потакают ему.
— Потому что, если ты этого не сделаешь, я не расскажу тебе, что знаю о мародерах.
Всё дело в том, что Гарри действительно не хотел открывать карту. Ему нужно было, чтобы они увидели, кто именно спит в спальне их младшего брата. Это не было проявлением жестокости с его стороны, а скорее потому, что он действительно предпочел бы не быть подставным лицом в катастрофе, которая, без сомнения, последует, и он хотел, чтобы между ним и «событием» было как можно больше дистанции и отрицания. Тем не менее, он также очень, очень хотел вернуть карту мародера, как для ее копирования, так и потому, что в конце концов это было то, что его отец мог сделать. Так что, хотя его план не был идеален ни для одной из его целей, он решил, что лучше всего он сработает для достижения обеих. И, судя по выражению лиц Фреда и Джорджа, его план пока шел просто отлично.
— Мародеры?! — они закричали в унисон.
— Да. Я знаю их имена, знаю несколько мест, которые они использовали, и знаю, как они избегали обвинений.
Близнецы взглянули друг на друга. Гарри знал, что они уже знали проходы (в конце концов, они были основной целью карты), но он полагался на то, что они были достаточно заинтересованы в том, кто они и как они (предположительно) избегали наказания, что его сделка пройдет.
— Их имена или шутливые имена? — наконец спросил Фред.
— Оба.
— Почему мы? И почему ты думаешь, что это пергамент так важен? — спросил Джордж.
— Я здесь меньше дня и уже знаю, что вы самые большие шутники в школе, и, честно говоря дело не столько в пергаменте, сколько в том, чтобы быть на вашей стороне. — Его известность и отношения с Роном означали, что они никогда не пытались его разыграть, но они, как правило, придерживались розыгрышей, нацеленных на наибольшее количество людей в то время, когда розыгрыши, которые, как правило, были невозможны. Он просто делал ставку на то, что они не знают, что он это знает, и предполагал, что они получат лучшую часть сделки из-за этого.
— Договорились!
Это сработало. Гарри отвели в одно из их логовищ. Сегодня, он знал благодаря объяснению Рона в прошлой жизни, что они планировали кое-что, чтобы нацелиться на всех Равенкловцев на следующее утро — странное зелье, которое, когда его выльют на ступеньки башни Равенкло, которое прилипнет к их ботинкам, делая невероятно трудным возможность поднять ногу (природный вес в сочетании с липкостью, если верить Рону. Близнецов, когда поймали объясняли это тем, что по их мнению, ''когти'' нуждались в некотором упражнении).
В данный момент они, казалось, уже закончили приготовления, если беспорядочные котлы и наполовину полные пузырьки были намеком, что объясняло, почему они так быстро заметили его.
Однако у него была всего секунда, чтобы оглядеться, прежде чем его голова снова повернулась к карте (он забыл, как мало они знают о личном пространстве.)
— Ладно, Гарри, слушай внимательно.
— Дело в том, что ты скажешь нам, кто были мародеры, их имена и как они выбирались из неприятностей.
— И мы покажем тебе, какие глубокие, темные тайны скрывает пергамент.
— Или это действительно просто замысел, я имею в виду тот замысел, который разрушает сделку, но тем не менее просто замысел, как насчет того, чтобы я дал вам имена, затем вы покажите мне карту, затем я дал вам пару имён, не все конечно, мне все еще нужен какой-то рычаг влияния до конца года, так же пару способов, которыми они избегали наказания.
Близнецам потребовалась всего секунда, чтобы принять решение. — Договорились!
— А теперь назови нам имена великолепных…
-… чудесных…
-… изумительных…
-… удивительных мародеров! Или мы тебя вышвырнем отсюда.
Гарри вздохнул и начал перечислять имена, стараясь не слишком реагировать на них, Петтигрю был малоизвестным героем войны, а Блэк-малоизвестным злодеем. Обоих держали подальше от прессы, так что ни от него, ни от них нельзя было ожидать, что они вообще что-то знают. — Лунатик — это Ремус Люпин, Бродяга — Сириус Блэк, Хвост — Питер Петтигрю, а Сохатый — Джеймс Поттер, мой отец.
— Так вот откуда ты о них знаешь! — закричали Близнецы. Он думал, что запомнил кто из них кто, в какой-то момент он понял, что они либо полностью поменяют имена, либо попытаются сохранить свои первые инициалы прежними, но в какой-то момент он снова их перепутал. Затем они почти заговорили друг с другом в своем нетерпении задавать вопросы, но Гарри поднял руки, прежде чем они смогли по-настоящему перейти к этому.
— Мы заключили сделку, джентльмены. Теперь соблюдайте свою сторону сделки, и позже мы увидим, можно ли сделать дополнительные соглашения для получения дополнительной информации.
Фред и Джордж или Джордж и Фред энергично закивали, прежде чем обратить внимание на все еще чистый пергамент.
— Это, первоклашка, Карта Мародеров.- Гарри выглядел ошеломленным.
— Я знаю! — сказал другой. — Вот почему мы так рвемся в бой!
— Во всяком случае, смотри: Торжественно клянёмся, что замышляем шалость и только шалость! — Пергамент немедленно ожил, и, как Гарри и помнил, чернила потекли по бумаге, создавая символы, над которыми его отец, дяди и предатель так усердно трудились все эти годы.
— Видишь? — сказал один из близнецов. — Весь Хогвартс на карте! Каждый потайной ход, каждый закоулок и закоулок, а главное, где все находятся!
Гарри согласился, и его глаза лихорадочно забегали по карте. — Понятно, вот моя комната, а вот… — он замолчал и, прежде чем Близнецы успели проявить излишнее любопытство, закончил фразу. — Там все мои соседи по комнате.
Где Петтигрю? Все остальные были там — Симус, Рон, Дин, Невилл, даже кот по кличке Тигр, но Петтигрю не было. На самом деле крыса была, но она была безымянной, просто крошечное пятнышко на кровати Рона, когда мы увеличили масштаб — «Короста» почти сразу же появился и заснул, когда они вошли в комнату, и Гарри мог сказать, что положение её было всё таким же. Так почему же имя Петтигрю не появилось?
Гарри потребовалось почти полчаса, чтобы покинуть близнецов, учитывая их желание получить хоть каплю мудрости мародеров (они, конечно, знали, что его отец мертв, но они также предполагали, что другие мародеры тоже, и Гарри мало чем помешал, чтобы исправить их. Тем не менее, после того как Гарри объяснил им обоим их привычку сваливать преступление на кого-то другого (и важность, не то, чтобы они думали об этом в то время, чтобы убедиться, что козел отпущения действительно заслужил это), насколько это возможно, все четыре мародера преуспели в трансфигурации, например, поэтому они старались не использовать её, если не хотели, чтобы их поймали.
Тем не менее, он вернулся в общую комнату задолго до комендантского часа и объяснил свое отсутствие тем, что уронил свою счастливую ручку (на самом деле он уронил ручку, чтобы доказать это, но когда он пошел искать ее, она исчезла.)
Вскоре все огни погасли, и другие мальчики, измученные невероятно длинным днем, почти сразу заснули. Но у Гарри были другие заботы.
Его ''план Б'' не был настоящим… идеальным вариант, с точки зрения любого воображения, и он даже не был уверен, сработает ли это, но Петтигрю сможет выбраться из комнаты по крайней мере на одну ночь, а Гарри не мог спать с ним на одной кровати.
Поэтому, когда он был абсолютно уверен, что все его соседи по комнате, а также его цель спят, он осторожно и тихо встал, оглушив Петтигрю и неся его за хвост в общую комнату, где он использовал недавно переученное тюремное заклинание, чтобы связать упавшую в обморок крысу, осторожно поместив ее в середине стола перед камином.
Использовав клочок бумаги и подделав почерк, не торопясь и написав некоторые буквы по-другому, он написал записку, которую положил рядом с коростой. Она гласила: ''Эта крыса живет уже больше десяти лет. Никто не считает это странным?»
Он подписал его как «Предатель», чтобы отвести от себя подозрения, Гарри, в дополнение к заклинаниям и письму, прокрался в общежитие для пятикурсников и намеренно ударился коленом о что-то, достаточно громко, чтобы его обитатели вспомнили об этом, прежде чем снова спуститься вниз и лечь в постель.
Ему потребовался еще час, чтобы заснуть, час ожидания с замиранием сердца, чтобы понять, не поймали ли его. Он был так счастлив, что после комендантского часа кошек не пускали в общую комнату, иначе в сочетании со страхом, что Макгонагалл наблюдает за ним или какая-нибудь кошка попытается съесть бесплатный билет Сириуса на выход из тюрьмы, было бы уже слишком для него.
Но никто не ворвался в комнату общежития и не поднял тревогу. Так что Гарри мог спать сколько угодно. То есть, пока около семи часов.
В этот момент в общей комнате началась суматоха, которая была очень громкой и продолжалась так долго, что у всей группы первокурсников не было выбора, кроме как выбраться из своих все еще невероятно теплых постелей и посмотреть, о чем все кричали.
Там, в том самом месте, где он оставил его прошлой ночью, был Петтигрю. Но когда Рон подбежал, чтобы схватить его, староста седьмого курса удержал его. Перси, как Гарри мог видеть краем глаза, застыл в одном из углов, а близнецов допрашивал другой семикурсник, очевидно, они провели весь предыдущий год, просматривая возможные имена, и одним из последних претендентов, на самом деле, был предатель (откуда Гарри мог это знать?) и поэтому первоначально подозрение пало на них.
К счастью, через несколько секунд после того, как открылось комната для первокурсниц, в комнату ворвалась профессор Макгонагалл.
В то время как Гарри притворялся смущенным и любопытным декану, профессор Макгонагалл быстро заключила крысу в хорошо созданную клетку, прежде чем проводить всех, кроме мальчиков Уизли, старост и пятикурсников назад в их соответствующие комнаты. Однако она, запинаясь, признала, что заклинание показало, что Короста — анимаг и что в ближайшие несколько дней его должен допросить аврор.
Однако, как только они вернулись в комнату, шум едва затих. Однако в их комнате настроение было немного другим.
— Что такое анимаг? — спросил Джошуа Ранкорн. Гарри едва помнил его, честно говоря. Он всегда был тихим мальчиком и проводил большую часть времени со своим братом из Равенкло, Дэвидом.
— Это человек, который может, эм, превратиться в животное. Это действительно трудно сделать, поэтому только несколько человек могут это сделать. Профессор Макгонагалл к примеру, может превратиться в кошку. — ответил Невилл.
— Так… в этой комнате был кто-то, кто спал в кровати Рона, и никто об этом не знал? — спросил Гарри.
— Все гораздо хуже. — сказал Симус. — Рон сказал мне, что Короста принадлежала Перси до того, как тот отдал её ему.
Все мальчики скорчили лица.
— Это… действительно отстой. -сказал Дин. Все сидели молча, думая о том, что кто-то, скорее всего взрослый, находился в их комнате и спал в кровати Рона.
— Мы должны заключить договор. — объявил Гарри. — Пакт о том, что никогда не будем дразнить Рона по этому поводу, и только если он сам захочет этого. — Невилл, Дин, Джошуа и Симус кивнули.
После нескольких минут споров и ссор они сели, скрестив ноги, в круг и взяли за руки каждого соседнего мальчика, скрестив при этом руки. Каждый мальчик торжественно поклялся один за другим, а потом и всей группой, что никто никогда не будет дразнить другого за то, что они не смогли углядеть. Это была заметно более широкая клятва, чем Гарри первоначально думал, что он получит, но первый повтор «мы клянемся не заставлять Рона чувствовать себя плохо из-за анимагической крысы», считалась узкой, и Дин предложил одну клятву, которая будет работать и для будущих паршивых ситуаций.
Закончив с клятвой, поплевав на руки и обменявшись очень официальными рукопожатиями, мальчики устроились поудобнее, чтобы сыграть во взрывающиеся хлопушки, шум за стенами несколько поутих, но было совершенно ясно, что им не разрешают уходить, пока не дадут разрешения, и им до сих пор даже не дали расписания.
Однако, пока Гарри играл, его мысли начали блуждать. За последние несколько дней у него в голове крутилось несколько смутных планов, и пришло время укрепить их настолько, чтобы они стали его целями.
Первым и самым важным, по его мнению, было вновь познакомится с Хагридом. Великан-полукровка был тем, кто подарил ему первый торт ко дню рождения, купил ему первое домашнее животное, присутствовал на каждой игре, в которую он когда-либо играл, хотя ему было трудно протиснуться по лестнице к трибунам. Гораздо более быстрый ответ Гарри и признание в том, что он ничего не знает, привели к тому, что у них еще не было повода для разговора, и Гарри подумал, что это нужно изменить.
Первый друг — вновь познакомьтесь с Хагридом, первым человеком, которого вы стали считать своим другом (150 XP)
Ну, видимо, это было не так важно, как он думал, по крайней мере, не для игры. И все же он попытается сделать это сегодня днем, если Авроры не отнимут у него много времени. Следующая по важности вещь также была связана с прошлой дружбой больше, чем это было необходимо, но это не означало, что Гарри задумывался о ней меньше.Крылатый компаньон — воссоединится с Буклей (150 XP)
Он решил, что сможет объяснить это, сказав, что хочет иметь возможность поговорить со своей семьей; Хогвартс поставлял школьных сов, да, но они их использование было три кната, поэтому так много учеников в конечном итоге купили своих собственных. В конечном счете…Первое впечатление — пусть ваши профессора считают, что Вы хороший ученик, но не лучший, на основе вашего первого курса (250 XP)
Ему потребовалось время, чтобы решить, чего он хочет достичь на своих первых занятиях (выделиться? Не выделятся? Преуспеть в одних уроках и колебаться в других?), но он думал, что это будет лучшим способом сделать это. В конце концов, знакомство важно. Но прежде чем он успел подумать о том, о чем еще не успел подумать, в животе у Невилла заурчало. Громко. — Который час? — спросил Симус. Он встал и заглянул в дверь, пока Гарри проверял свои наручные часы. Они были довольно старыми, но все еще точным и, самое главное, на них не действовала магия. — Эм… 8:30. — сказал он. — Завтрак заканчивается через полчаса! — взвыл Джошуа. — И еще нам нужно вернуться сюда и забрать учебники перед первым уроком. — остальные мальчики кивнули. — Симус, ты что-нибудь видишь? — сказал Дин. — Совершенно пустой. Думаешь, нам стоит просто сбежать? Не кормить нас бесчеловечно, говорю вам! Гарри испытывал искушение согласиться. Технически завтрак начинался в 7:30, а они застряли в комнате с 7:15. Они даже не смогли воспользоваться ванной, они делили ее со второкурсниками и третьекурсниками, и единственный вход был в коридоре. — Как насчет того, чтобы взять по паре книг? Таким образом, независимо от того, где мы окажемся, мы просто поделимся книгами между собой. Если мы пропустим мытье в ванной, это даст нам время поесть.- сказал Гарри. — Мой брат сказал, что на занятиях мы обычно разбиты на группы по двое.- сказал Джошуа и пятеро мальчиков отправились за тремя экземплярами всех шести учебников. Было решено, что каждая группа будет разбита на пары, и каждый мальчик будет нести три книги, таким образом, они знали, что у каждого будут правильные книги в начале урока. Симус и Дин разбились на пары, Невилл и Джошуа тоже. Гарри вызвался нести все шесть своих книг — это была его идея с самого начала, и поэтому он будет сидеть рядом с Роном. Завершив план, мальчики осторожно прокрались в общую комнату. Многие двери других комнат гостиной были приоткрыты, и они могли видеть лица, выглядывающие из них, вероятно, такие же голодные, как и они, но ни один из других студентов не был достаточно смелым, чтобы уйти после того, как ему явно сказали не делать этого. В ту же секунду, как они вошли в холл, все пятеро мальчишек бросились бежать, Гарри шел впереди (он поклялся, что помнит маршрут, по которому они шли накануне, и был признан лучшим выбором для прибытия в Большой зал вовремя). Первокурсники с грохотом скатились по лестнице, пронеслись через пару коридоров, повернули направо и налево, пока наконец не ворвались в Большой зал, все до единого запыхавшиеся. Три из четырех столов были заняты студентами, но на том, к которому они направлялись, не было ни души (за исключением почти Безголового Ника, который вертелся посередине и воскликнул, когда увидел их.) Глаза всего зала смотрели на них устрашающе, но после того, как Дин прошептал «факультет храбрецов» себе под нос, каждый мальчик каким-то образом нашел в себе смелость забраться на скамейки гриффиндорского стола, быстро подавая себе еду, которую, как они думали, они могли бы съесть быстрее (Гарри, возможно, знал дорогу в Большой зал, но не мог претендовать на знание того, как добраться до истории магии, которая должна была быть их первым уроком, поэтому им нужно было как можно больше места для маневра.) Быстро разрезая сосиски, Гарри взглянул на главный стол. Из всех профессоров Макгонагалл, Дамблдор и Снейп заметно отсутствовали, и он начал задаваться вопросом, может быть, им все-таки следовало остаться в своей комнате, урча желудками или нет. Вскоре, однако, остальная часть стола начала заполняться такими же голодными студентами, и к тому времени, когда профессора Флитвик и Спраут раздавали расписания, гриффиндорский стол был почти так же полон, как и остальные. Наконец, когда до начала первого урока оставалось всего пять минут, а остальная часть зала была пуста (включая слизеринцев, как ни странно, но тогда он не мог вспомнить, чтобы им давали их расписание в столовой в прошлом; вполне возможно, что Снейп дал им их расписание накануне вечером), профессор Макгонагалл ворвалась в двери, выглядя такой же запыхавшейся, как и весь ее факультет всего несколько минут назад. — Вот вы где! Я же сказала вам оставаться в своих комнатах! — она сорвалась на крик. Один из семикурсников неохотно встал. — Да, но..... ну, мы знали, что завтрак почти закончился, и..... не было никого, у кого можно было бы спросить разрешения, так что мы просто пошли. О, она их и пальцем не тронула! Ну, честно говоря, это было, вероятно, потому, что «мы просто следовали за первокурсниками» не было особенно хорошим оправданием, но все же! Профессор Макгонагалл вздохнула. — В любом случае, все гриффиндорцы освобождены от занятий. В течение следующего часа Авроры позовут несколько человек, так что вам придется остаться в Большом зале, но уверяю вас, вы получите свое расписание к десяти. С этими словами она развернулась и бросилась обратно в коридор. — Отлично! Никакого первого урока! Вот так надо начинать учиться! — сказал Шеймус. Гарри, Дин и Джошуа рассмеялись. — Если вы не возражаете, я бы хотел, чтобы с этого момента все было более менее нормально. — пробормотал Невилл, но от этого они рассмеялись еще громче.
