Я изнасилую тебя нежно

      Проснулся чуть раньше будильника от собственного кашля. А ещё было очень жарко. Жар исходил от меня. Чудесно, я заболел. Кроме того, что и так всё тело болело от побоев. Завтракать, как обычно, не хотелось. Выпил кофе, чтобы взбодриться, голова была тяжёлая. Порылся в аптечке, нашёл что-то жаропонижающее, запил тем же кофе. Как мог, замазал тональником синяки и ссадины на лице. Схватил сумку, телефон. Помедлил, вспомнил, что сломал симку и включать его не собирался, положил обратно на стол. Надел ботинки с мехом наружу, потянулся за паркой. Вспомнил про её исчезновение. Достал из шкафа самое тёплое, что было – бесформенный серый свитер крупной вязки. Плевать, что вид будет, как у бомжа, у меня больше нет желания выделяться из толпы. Наоборот, хочу спрятаться от чужих глаз, стать серой мышкой. Я больше не яркий, я погас. Другой зимней куртки у меня не было, поэтому надел демисезонку, с этим свитером в самый раз. Плюс шарф и шапка. Из дома на автобус, из автобуса в универ, не успею замёрзнуть. К тому же из-за температуры мне по-прежнему было жарко. Лекарство либо ещё не успело подействовать, либо не помогло, ибо облегчения я не ощущал. Глянул на себя в зеркало. Синяки просвечивали из-под слоя маскировального крема, кожа бледная, глаза красные, опухшие. Зомби.       На свежем воздухе дышалось как-то свободнее, показалось даже, что выздоравливаю. Но в аудитории ВУЗа стало хуже. Казалось, что даже глаза горят. Я уселся на последнюю парту, чтобы быть как можно незаметнее, и лёг на сложенные руки. Даже прикорнул чуток. Вздрогнул от того, что рядом с ухом что-то прошуршало – преподавательница раздавала задания коллоквиума. Я заметил, что Олег сидит за соседней партой тоже «на Камчатке», беспокойно уставившись на меня. Я сонно моргнул и отвернулся к своему листку с заданиями. Соображалось туго, глаза закрывались, жар сменился ознобом, и тело покрылось противной испариной. Я всё выполнил довольно быстро, периодически заходясь удушающим кашлем. В конце я себя проверил ещё раз, ошибок быть не должно, либо их будет минимум. Я взял свою сумку и пошёл сдавать работу, как вдруг услышал грязные обзывательства в спину. Стёпа и его прихвостни. Уроды. Отвлёкшись на это, я не заметил подножку, подставленную мне одногруппником, от которого я такого совсем не ожидал. Что я вам всем сделал плохого? Естественно, я грохнулся. Закашлялся в очередной раз и не мог остановиться.       - Кристиан, тебе плохо? Может, врача? – забеспокоилась сердобольная преподша.       - Всё нормально, - проскрипел я, начиная дышать.       - Точно не нужен врач? Ты сегодня очень плохо выглядишь, - она хмуро сверлила меня взглядом.       - Да, всё нормально, - повторил я. - Просто надо дома отлежаться, - и побрёл к выходу.       Я заехал за своими вещами и сразу отправился на вокзал. У меня было такое ощущение, что я скоро кони отброшу. Нужно скорее добраться до дома. Я должен успеть сказать маме и брату, как я их люблю… На глаза навернулись слёзы. Я стоял возле электрички с билетом в руках, озираясь вокруг, наверное, в поисках Белозёрова. Чего я ждал? Что он, как в сопливых мелодрамах, прибежит сюда, чтобы вернуть меня и сказать, как он раскаивается в своей трусости и что он без меня не может жить? Этого я ждал? А помогли бы такие слова восстановить наши отношения? Я задумался над этим вопросом. Вряд ли. Вчерашний вечер всё изменил, ничего уже не вернёшь. Да и к тому же Олег ведь не знает, что я уезжаю. Он вообще сейчас на паре, с которой я свинтил. Я сегодня пришёл в универ только ради коллоквиума.       Поезд, гремя по рельсам, понёс меня вдаль, тряска укачивала, и я засыпал, видя образ раскаявшегося Олега.       - Криска-ириска, - шептали его губы мне прямо на ухо. - Малыш, - зазвучали они ядовитым голосом Стёпы, - ты же знаешь, что я просто использовал тебя, ты ничтожество, отброс, как я могу полюбить такого?       Я проснулся в холодном поту. Чуть не пропустил свою остановку.       Я открыл дверь своим ключом, и мне навстречу вышел Макс.       - Крис? Да ты еле живой! – он подлетел ко мне, сгребая в охапку.       Я обнял его в ответ, сбросив сумку на пол, и дал волю слезам.       - Тихо, чувак, успокойся, - он гладил меня по спине. – Пойдём, расскажешь, кто и за что тебя так разукрасил. Хоть бы предупредил, что приезжаешь, я б прибрался…       - Телефон сдох, - я стянул ботинки.       - Ясно. Мамы нет дома, если что, - мы прошли в комнату. - Ты же, вроде, каникулы там собирался провести? – припомнил брат.       - Собиралсяаа, - я снова захныкал.       - Ты почему так одет? – он снял с меня куртку и положил её на комод, затем усадил меня на диван перед работающим телевизором.       Он смотрел какой-то боевик, судя по всему. Щёлкнув пультом, Максим поставил фильм на паузу и обратил всё внимание на меня. Я рассказал ему всё об Олеге, про которого Макс и так знал, что тот мне нравится. Рассказал, как похитил его, как после этого у нас начались отношения, а затем он просто отступился от меня, вырвав моё сердце. Последнее я не стал говорить вслух. Брат пообещал повыбивать зубы всем этим ебланам. Я ему не поверил, но то, как он это сказал, заставило меня улыбнуться сквозь слёзы.       А между тем температура моя росла, и в какой-то момент я отключился, а потом обнаружил себя в машине скорой помощи. Не удивился. На все каникулы слёг с острой формой воспаления лёгких. Новый год встречал в больнице, спя. Вот такие каникулы у меня получились.