Зависимый

      Наташа, гордо подняв голову, шла вперед, игнорируя периодически направленные на нее взгляды прохожих. На ней были изящные, как и она сама, туфли на невысоком каблуке, что было причиной ритмичного стука о поверхность асфальта. Даже то, что она — альфа, не могло помешать ей быть собой, и даже, в некоторой степени, лишь способствовало этому.       У нее было свидание через двадцать минут, и она уже подходила к назначенному месту, как вдруг заметила знакомый силуэт. Замедлив шаг, она с интересом взглянула на, несомненно, профессора Старка, стоящего на другом конце улицы.       Лезть в чужие дела не было ее любимым занятием, но Баки — ее друг — в последнее время явно любил поболтать, и частой темой обсуждения становился еще один его друг.       «Питер», — подумала Наташа, вспоминая неловкого смущающегося паренька, по уши влюбленного в их преподавателя. Они были истинными, помнила девушка, и с недавних пор встречались.       Но что мог делать здесь Старк сейчас? На улице были уже сумерки, довольно поздно, «Неужели они идут на свидание в такое время? — размышляла альфа, как вдруг остановилась. — Питер не похож на человека, гуляющего всю ночь».       Лезть в чужие дела не было ее любимым занятием, но отчего-то сейчас у нее было плохое предчувствие, и, раз она сама пока не опаздывает, можно было уделить пару минут Старку. Девушка отошла чуть в сторону, чтобы не мешать прохожим, и прислонилась спиной к каменной стене здания пекарни за ее спиной.       Пару минут Старк так же, как и она, стоял на одном месте, то и дело поглядывая на экран телефона и совершенно не замечая направленного на него взгляда.       Прошло три, пять, а затем и десять минут.       Взглянув на часы на запястье правой руки, Наташа вздохнула, оттолкнулась от стены и направилась к кафе, в котором должна была встретиться с омегой, но вдруг Старк заметно расслабился и улыбнулся. Из-за проезжающих машин и толпы людей Романофф не могла разглядеть, на кого так смотрит Тони, но спустя пару секунд ее опасения подтвердились.       Старк, сделав пару шагов вперед, приобнял за талию и притянул к себе, а затем и поцеловал милую девушку, улыбающуюся ему так ярко, что Наташе стало некомфортно.       Романофф тяжело вздохнула, глядя на это пару секунд, а затем, развернувшись, направилась ко входу в кафе. Ванда встретила ее лучезарной улыбкой и приятным ароматом ванили. Обнявшись, девушки заняли свои места за столом, и омега мягко коснулась чужой руки своей.       — Что-то случилось? — немного обеспокоенно спросила она.       Наташа вздохнула, криво улыбнувшись.       — Все в порядке, — она постаралась расслабиться, чтобы насладиться вечером, а не думать о чужих проблемах. — Просто Старк, кажется, изменяет своему омеге.       По лицу Ванды было видно, что думает она сейчас то же самое, что и ее альфа. Она вздохнула, совершенно не удивленная.       — Мне жаль Питера…

***

      — До вечера, тетя Мэй! — протянул Питер, натягивая кеды и одновременно пытаясь надеть рюкзак на плечи.       Лицо женщины показалось в отражении стеклянной поверхности шкафа, и омега заметил, как она улыбается. Чуть смутившись, он выпрямился и бросил взгляд в зеркало, чтобы убедиться в том, что его внешний вид можно охарактеризовать как что-то среднее между «я просто иду на учебу» и «сегодня вечером у меня будет секс».       Тони снова позвал его к себе и у Питера не было причин отказываться. Альфа становился очень заботливым, когда они оставались наедине, и Паркер с каждым днем все больше и больше сходил от этого с ума. Влюблялся в Тони, безвозвратно утопая в нем, его запахе, и с каждым днем смотрел все с большим обожанием.       Старк, естественно, не мог не замечать этого, и, если быть честным, это его пугало. То есть, черт возьми, они были истинными и они были вместе, и, казалось, все было просто замечательно, но только снаружи.       Тони не сомневался в том, что чувства самого Питера были искренними. Тот был как ребенок, и альфа мог видеть его насквозь, легко понимая и читая. Тони ощущал себя так, будто он знает Питера всю свою жизнь. С этим парнем было до ужаса хорошо, хорошо настолько, что в очередной вечер лежа в кровати и держа омегу в объятиях, Старк с ужасом осознал, что начинает привязываться.       Казалось бы, это совершенно естественно и ожидаемо, но… В жизни Тони все серьезные отношения заканчивались черной дырой, медленно пожирающей и его, и ту несчастную, что сумела вызвать в нем симпатию. После нескольких попыток мужчина убедился в том, что все всегда заканчивается одинаково.       И решил больше не позволять себе привязываться к людям. «В конечном итоге все равно бросят или меня, или я опять все испорчу» — убеждал себя Тони, заводя очередную интрижку на одну ночь. Чаще он даже не помнил имен и лиц девушек, которых укладывал в свою постель, предпочитая не давать себе даже возможности привязаться.       И вот, спустя столько лет, Тони совершенно глупо и по-идиотски ведется на милого парнишку, который был всего-то слишком настойчив. Черт подери, Тони взрослый мужчина, а купился на искреннюю улыбку, и теперь на душе его было погано от осознания, что всей этой пародии на счастье рано или поздно придет конец.       С Питером он чувствовал себя действительно любимым. Это ощущение не появлялось в нем так давно, что теперь, обретя его, Тони боялся остаться лишенным его и не суметь жить дальше. Он словно цепляется за него всеми возможными способами, но все равно что-то не то. Что-то мешало ему полностью окунуться в любовь Питера.       Тони знал, что это. Внутренний барьер, выстроенный им самим за долгие годы морального одиночества.       Альфа банально боялся. Питер был достоин кого-то лучше, чем он. Тони не мог дать ему все то, что он заслуживает, а Питер, несомненно, заслуживает гораздо большего, чем у него есть.       Тони не хотел привязываться к Питеру, чтобы не разочаровать его. Альфа не мог облажаться. Поэтому ему нужно было не подпускать к себе Питера слишком близко.       Войдя в аудиторию и поздоровавшись с расстроенными его приходом студентами, Тони занял свое место и достал распечатки с проверочной работой. Оглядев присутствующих строгим взглядом, мужчина вздохнул и решил в этот раз сам раздать задания. Проходя по рядам, он делал вид, будто не замечает того, как десятки рук судорожно прячут шпаргалки и телефоны под столами, и, дойдя до Питера, неосознанно притормозил.       Поймав взгляд своего омеги, Тони еле заметно тепло улыбнулся, и внутри него все потеплело от того, как просиял в ответ Паркер, обрадованный этим незатейливым вниманием.       Уже заняв свое место и озвучив время окончания работы над тестом, мужчина вздохнув, в очередной раз понимая, что просто так уйти от Питера он уже не сможет.

***

      Ближе к четырем часам того же дня Питер неловко переминался на месте у парковки перед их университетом. Почти все студенты уже разошлись по домам, так как занятия подошли к концу, но Питер, несложно догадаться, ждал своего альфу.       Не то чтобы они очень тщательно скрывали то, что между ними что-то есть (никто не мог запретить преподавателю быть в отношениях со своим учеником, если они были истинными), но и не таскались по улицам, держась за ручки. Хотя ладно, именно это они частенько и делали, просто в выходное время и не вблизи университета.       Питер заглянул за угол здания, недоумевая, где так долго может торчать Тони, как вдруг его взгляд уткнулся в Баки. Тот направлялся прямо в его сторону, и выглядел он отчего-то сосредоточенным и, будем честными, немного пугающим, если отбросить тот факт, что он омега, благоухающий милым запахом клубники с шоколадом.       — Баки? — неуверенно улыбнулся Питер, когда тот подошел ближе. — Что ты здесь делаешь? Я думал, все ушли.       — Ага, тебя искал, — ответил Баки, опираясь плечом о стену позади себя.       Погода на улице была не по-весеннему жаркая, и рукава рубашки Барнса были закатаны, а шея открыта, что совершенно не скрывало последствия недавно прошедшей течки. Глядя на метку Баки, Питер испытывал восторг вперемешку с завистью, и даже не стыдился этого. В самом деле, нет ничего ужасного в том, чтобы завидовать чужому счастью? В любом случае, совесть Питера придерживалась именно этого мнения.       — Правда? Зачем? — удивленно спросил омега, невольно напрягшись. Раньше он видел Баки серьезным всегда, но с недавних пор, когда они начали общаться как друзья, Питер отвык. Это не могло не настораживать. — Что-то случилось?       — Да. Ага. Случилось, — немного нервно кивнул тот. — Альфа твой случился.       От такого Питер мигом растерялся.       — В смысле?.. Что-то с Тони?..       Баки, кажется, нахмурился от этого лишь еще больше.       — Питер. Ты ведь… Доверяешь мне, так? — тихо проговорил Баки, и Питер в непонимании смог лишь кивнуть в ответ. — Ты же знаешь, что у меня нет причин лгать тебе?       Еще один кивок, и Баки, вздохнув, поднял взгляд, встречаясь глазами с омегой.       — Наташа видела, как профессор Старк целовал другую омегу в это воскресенье, — торопливо выдал он. — Я не хочу, чтобы тебе было больно, но он еще раньше не вызывал у меня доверия, и я правда не хочу, чтобы ты страдал, но…       — Н-нет! — немного истерично перебил его Паркер. Он нахмурился. — Это не мог быть Тони. Я… Я уверен. Ей показалось.       Ему самому с трудом верилось в собственные слова, но парень, не думая об этом, помотал головой, отчаянно глядя на Баки.       — Нет, я не верю тебе. Извини, мне надо идти.       Питер развернулся, быстрым шагом направляясь подальше от Баки, который окликал его, хоть и не пытался идти следом.       Ему надо было подумать. Подумать, просто немного поразмыслить и… Ему надо было…       — Хэй, от кого это ты бежишь? — Тони, мягко улыбаясь ему, поймал Питера за плечи, останавливая и поворачивая к себе. Но заметив на лице Питера растерянность, Тони посерьезнел, и взгляд его стал обеспокоенным. — Что-то случилось?       Питер поднял голову и рвано выдохнул. Тони просто не мог так поступить с ним. Не мог. Питер был уверен.       — Нет, все в порядке, — помотал головой он, но Тони остался не слишком убежденным этим. — Давай просто поедем к тебе?       Парень сделал попытку улыбнуться, но Тони, избавив его от необходимости объясняться, без слов отпустил и направился к своей машине. Питер закусил губу и про себя порадовался тому, что они истинные. Тони мог понимать его без слов, и сейчас наверняка чувствовал его переживания и беспокойство, но не задавал вопросов, разумно давая омеге время остаться наедине с мыслями.       Прижимаясь лбом к раме и вдыхая свежий воздух солнечных улиц, Питер размышлял. Тони по какой-то причине задержался на несколько минут, хотя раньше всегда предупреждал о подобном.       «Может ли быть, что…» — подумал Питер, но тут же зажмурился, прогоняя из головы образ Тони, обнимающего безликую блондинку и безразлично смотрящего ему прямо в душу.       Тони изменился за эти несколько дней, что они проводили вместе, и Питеру казалось, что тому факту, что он мог изменять ему, не место в их уютных и доверительных отношениях. «У нас ведь все хорошо» — подумал парень, скосив глаза на альфу за рулем. Он ведь никогда не выглядел неудовлетворенным или недовольным, рядом с ним Тони часто улыбался и искренне смеялся.       У него ведь просто не было причин. Ведь так?..       Питер более-менее пришел в норму уже оказавшись в коридоре квартиры Тони. Тот, словно не было целого получаса езды в напряженном молчании между ними, прошел в свою спальню и переоделся, выходя в гостиную уже в свободных спортивных штанах и синей облегающей футболке, на которую Питер пролил соус четыре дня назад, резко подавшись вперед для поцелуя посреди просмотра кино.       Внутри как-то потяжелело от этого воспоминания, но Питер тряхнул головой, прогоняя его. Он прошел в гостиную вслед за альфой и привычно расположился на диване, наблюдая, как солнечные лучи спадают на пол и стены комнаты, делая приятные бежевые цвета еще уютнее. Тони прошел на кухню, начав чем-то греметь там. Он не особо любил готовить, поэтому обычно на кухне гремел именно Питер, смущаясь того, что Тони в это время обычно сидел позади него за столом и совершенно неприлично пялился.       Они были друг у друга всего пару недель, а по ощущениям — целую вечность.       Раньше Питеру казалось, что эта вечность была у них впереди.       Сейчас же он думал, что закончится все это так же нелепо и быстро, как и началось.       Утро было удивительным, вспомнил Питер. Он был воодушевлен мыслями о том, что проведет этот день и эту ночь со своим любимым. Теперь же эти часы казались в тягость.       — Я приму душ, ладно? — как можно непринужденнее постарался сказать Питер, подходя к Тони не поднимая взгляда.       Тот оторвался от изучения содержимого холодильника и повернулся к нему. Сделав шаг навстречу, Тони серьезно взглянул в глаза парня напротив и аккуратно коснулся его руки.       — Питер. Посмотри на меня, — он дождался, пока Питер нехотя сделает, как его просили, и продолжил успокаивающим тоном. — Ты же не забыл, что я все чувствую? Мы истинные, и я именно тот человек, которому ты всегда можешь рассказать то, что тебя волнует. Я не хочу давить, пойми, но мне важно, чтобы ты не забывал это. Ладно? Твое полотенце на прежнем месте.       Он коротко поцеловал его в лоб и снова отвернулся. Питер рвано выдохнул, ощущая себя одновременно в тысячу раз и лучше, и хуже от его слов. Сил на ответ у него сейчас не было, поэтому он просто тихо прошел в ванную, закрыв за собой дверь и включив воду.

***

      После душа омеге стало немного лучше. Большую часть времени он просто простоял под струями теплой воды, обнимающей его напряженное тело, и это странным образом успокаивало.       Когда он появился на кухне, Тони сидел за столом, увлеченно смотря какой-то боевик по телевизору и не спеша поедая разогретые макароны. Питер сел рядом с ним, по привычке утаскивая пару штук с его тарелки, и Тони, отвлекшись на него, сделал звук потише и шутливо стукнул по крадущей руке.       — Я рад, что тебе лучше, — просто сказал он, и Питер, облизав губы, потянулся к нему за поцелуем.       Из приоткрытого окна немного дуло, и омега, со все еще немного влажной после душа кожей, вздрогнул от этого. Тони удивленно на него посмотрел и, спохватившись, поспешил закрыть окно.       Настроение Тони было спокойным, Питер отчетливо чувствовал это, когда замирал, давая себе уделить внимание связи между ними. В который раз он думал, что метка могла бы усилить это, но сейчас от этих мыслей становилось немного тошно.       — Ты хотел посмотреть вторую часть того фильма про призраков, помнишь? — разрушил тишину голос альфы. Питер кивнул, тут же заинтересованно поднимая голову. — Можем глянуть его сегодня. Что скажешь?       Омега согласно закивал, и Тони довольно пошло провел языком по нижней губе, невольно вспоминая, чем закончился просмотр первой части. Питер смутился, возмущенно зыркнул на своего парня и пихнул его кулаком в плечо. Тони рассмеялся, поймав его руку и потянув на себя. Омега послушно упал в его объятия и получил нежный поцелуй в макушку, но тут же буквально взвизгнул: Тони нагло просунул холодные руки ему под футболку и теперь ржал над его попытками выбраться из захвата.       Питер, оказавшись на свободе и прекратив брыкаться, влюбленно-возмущенно взглянул на альфу и направился в гостиную, оставляя Тони одного тащить все чипсы и соки, что они собирались есть за просмотром. И даже возмущенные крики Старка не заставили его развернуться и пойти помочь.       Несмотря на относительный порядок в их взаимоотношениях, на душе омеги все равно было неспокойно. Питер старался игнорировать это, лежа под боком Тони и позволяя ему обнимать себя. Парню казалось, что альфа чувствовал его настроение, поэтому намеревался просто посмотреть вместе фильм и уйти домой. На ожидаемое продолжение вечера у парня не было ни сил, ни настроя, и он знал, что Тони спокойно к этому отнесется, но все равно отчего-то волнуясь.       Потребовалась пара секунд, чтобы понять, что странные ощущения в районе живота — не его волнение, а действительно странные ощущения в районе живота.       Питер с подозрением глянул в свой полупустой стакан. Вкус его любимого сока в этот раз казался каким-то странным, и парень поспешил высказать это вслух.       — Тебе не кажется вкус каким-то странным? — пробормотал он, повернувшись на бок, чтобы видеть лицо Тони. В животе все еще было как-то неспокойно.       Альфа удивленно взглянул сначала на него, а затем в свой стакан, словно тот мог ответить на заданный вопрос. Тони сделал глоток.       — Да нет, такой же, как всегда, — пожал он плечами, а затем взял в руки стакан омеги и тоже отпил. — Тебе просто кажется.       Питер сосредоточенно склонил голову на бок, а затем, резко поднявшись с места, поспешил в туалет. Спустя секунду он уже склонился над унитазом, и его вырвало.       — Питер? — обеспокоенно позвал Тони, пройдя следом. Он опустился рядом, неуверенно проведя рукой по спине Паркера. — Погоди, я принесу воды.       Питер согласно кивнул, а затем позволил альфе сперва поддерживать его, пока он глотал прохладную жидкость, а затем проводить обратно в зал.       — Ты как? — все еще немного волнуясь, спросил Старк, и Питер откинулся на спинку дивана.       — У этого сока просто ужасный вкус, — искренне проговорил он, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Не понимаю, как мог пить его раньше.       — Ну да, кого же, как не тебя могло стошнить от вкуса любимого сока, а Питер? — шутливо проговорил Тони и занял свое место рядом с ним, снова обнимая.       Питер ожидал, что они просто продолжат смотреть кино, но альфа вдруг выключил телевизор и повернулся к парню. Питер в ожидании взглянул на него. В теле все еще присутствовала некая слабость, но это не было слишком ощутимым.       — Если ты не против, мы поговорим, — начал Тони.       Питер вздрогнул, и, боясь, что он задаст ему вопрос, который он не хотел слышать, согласно кивнул и первым начал:       — Да, я же так и не спросил у тебя, почему ты задержался, — Паркер непринужденно фыркнул и постарался внешне не выглядеть таким напуганным и напряженным, каким чувствовал себя.       — О, ну… Ко мне неожиданно пришла знакомая, — Тони вздохнул, всем своим видом показывая, что он о ней думает. — Я не хотел заставлять своего омегу ждать, а еще разговаривать с ней, поэтому ушел как только мог.       Питер тут же снова представил в голове тот неясный образ девушки с почему-то светлыми волосами и неосознанно нахмурился, медленно погружаясь в пожирающие его неприятные мысли. Тони в замешательстве наблюдал, а затем коснулся его ладони своей рукой, накрывая подрагивающие пальцы.       Питер поднял на него растерянный взгляд и пару секунд молча смотрел.       Что-то неопределенное в словах Тони заставляло его начать верить, что Баки сказал ему правду. Питер не хотел этого, но все внутри него буквально кричало об этом.       — Так вот, я на твой вопрос вроде ответил, — непринужденно продолжил Старк, стараясь разрядить обстановку. — Я бы хотел узнать, что так сильно обеспокоило тебя сегодня днем. Ты выглядел… Потерянно. Я не хочу, чтобы ты когда-либо так себя чувствовал, поэтому мне нужно знать причину, чтобы помочь тебе, Питер, и…       Сдавшись, Питер негромко перебил его:       — Это… Это ведь она задержала тебя сегодня?       Страх и неловкость, повисшие в комнате, можно было резать ножом.       Взгляд Тони сменился с мягкого на настороженный.       — Что ты?..       — Это с ней ты был, так? — не позволил ему говорить Питер, теперь полностью уверенный в своих опасениях и насколько же разочарованный в Тони. Он сглотнул и постарался, чтобы его голос не дрожал. — Я знаю о том, что ты сделал, Тони. Ты… Я просто… Я не хотел в это верить, но теперь… Ты правда… Неужели я настолько ничего не значу для тебя?       Взгляд Питера стал болезненным и глаза предательски намокли. Тони выглядел таким же разбитым, каким Питер сейчас был внутри.       Тони молчал, не спорил и не опровергал все, не пытался даже оправдаться, и от этого Питеру было больно вдвойне.       Омега молча поднялся и прошел в коридор, намереваясь уйти отсюда как можно скорее. Тони от этого будто очнулся, вскочив следом и схватив парня за руку. Запястье обожгло огнем и Питер выдернул его из чужих дрожащих пальцев, смотря на альфу с болью и ненавистью.       — Это не то, чем кажется! — заявил Тони, но в его голосе не было уверенности. Питер с трудом сдержал слезы.       И как он мог позволить себе поверить?..       — Я не хочу тебя видеть, — тихо проговорил он, опустошенный.       Кажется, Тони что-то говорил ему, пытался схватить и удержать, пытался заглянуть в глаза и добиться ответа.       Кажется, Питер плакал.       Лишь оказавшись в одиночестве на пустой безлюдной улице, Питер осознал, что именно только что произошло. Сделав пару быстрых судорожных вздохов, он бессильно сполз спиной по стене здания позади и дал волю рыданиям.