Обвал

      Проснувшись, Рей уперлась взглядом в по-прежнему закрытую дверь спальни, но не набралась смелости ее приоткрыть.       Перед тем как пойти на кухню готовить завтрак, она зашла в ванную, чтобы смыть вчерашние кровь и кишки. И пока готовила, разбивала над сковородой яйца, ее руки все еще дрожали. Рей то и дело косилась на дверь спальни, но Бен не выходил… Интересно, как там Титан?..       Она приготовила две тарелки — для них, потому что ее саму слишком мутило от чувства вины. С минуту потоптавшись у закрытой двери, Рей решилась негромко постучать. Так будет правильно. Им надо поесть. Особенно бедной собаке…       Входная дверь резко распахнулась, и Рей развернулась — в дом вошел Бен. Его усталые глаза, под которыми темнели круги, прошлись по ней невидящим взглядом. Бен сбросил ружье на пол — он выглядел так, будто не спал всю ночь, промокший от дождя до нитки. От него воняло гнилью и сырой землей.       Разуваясь, Бен покачнулся.       — Знаешь, этот пес — мой лучший друг… Был, — вдруг он закашлялся и пинком отправил ботинки в сторону, но пошатнулся, когда снимал пальто… как будто пьяный? — Надо идти… искать чертовы анти… антибиотики.       Глянув в окно, Рей удостоверилась, что ворота заперты, и последовала за Беном в спальню. Тот, ненадолго прислонившись к дверному косяку, проковылял к кровати, где лежал неподвижный Титан — сердце Рей замерло. Он ведь… дышал?.. О боже… Нет, нет…       Но, услышав хозяина, пес приподнял голову и завилял хвостом, и Рей облегченно выдохнула, опуская тарелки на прикроватную тумбочку. Наверное, Бен сам захочет покормить Титана. Конечно, это же его пес.       — Пока живой, — пробормотал Бен, — молодчина… Не хотел с утра проснуться и увидеть тебя мертвым, приятель, — почесав Титана за ушами, он снова согнулся от кашля.       Рей пододвинула тарелку к собачьему загривку и, бросив взгляд на Бена, на цыпочках отступила из комнаты. Похоже, Бену нездоровилось. Что… если он не сможет отправиться на поиски лекарств? И Бен, и Титан умрут, и ей придется остаться в этом доме до конца своих дней?..       Накормив котенка, Рей принялась разбирать книги, ища что-нибудь о природных антисептиках и антибиотиках. Помочь с этим теперь ее долг. Из-за ее глупости Титан попал в беду, и ей это исправлять. В лесу наверняка есть что-то способное помочь.       — Прости, что ударил тебя.       Она пролистала третью книгу, когда услышала голос Бена. Он стоял у двери библиотеки, настороженно глядя на нее.       — Ничего, — пожала плечами Рей. — Как Титан?       — Так себе, — Бен взъерошил волосы и тяжело вздохнул. — Думаю, выкарабкается. По крайней мере, не станет еще одним мертвяком.       — Он позавтракал?       — Да, проглотил все зараз. Я тоже поел… спасибо тебе.       Рей кивнула и вернулась к книге. Хорошо, что оба сыты. Это хорошо.       Все еще покачиваясь от похмелья, Бен опустился на единственный пустой стул. Кажется, вспышка его гнева пошла на спад.       Бен подался вперед.       — Я не утоплю котят. Просто чтобы ты знала… — и перевел взгляд на потолок. — Этот пес очень многое для меня значит. Я нашел его еще щенком, подобрал на помойке…       — Все в порядке. Я понимаю, что ты испугался за него.       — Я не испугался.       Рей оторвалась от книги и подняла брови, на что Бен хмуро фыркнул, складывая руки на груди и откидываясь на спинку стула с оскорбленным видом, будто ее слова задели его. Точнее, скрывавшаяся за ними правда.       Молчание затянулось, нарушаемое лишь шелестом переворачиваемых страниц. Среди описанных растений нашлась парочка действующих как антисептик, но там не было ничего похожего на пенициллин. Рей с тревогой в сердце закрыла последнюю книгу. Какой простой была жизнь, в которой существовали больницы и врачи, призванные решать подобные проблемы.       Вскоре Бен, к счастью, ушел принимать душ, а Рей тем временем проверила котенка, свернувшегося калачиком на своем одеяльце, и выглянула в окно на крыльцо, чтобы выяснить, как дела у Бьюлы. Кошка выглядела довольной жизнью, сидела на крыльце и грелась на солнышке, пока ее котята ковырялись в кучке косточек… Должно быть, их оставил Бен.       У раковины нашлась грязная посуда, Рей вымыла ее и оставила сушиться. Больше дел не нашлось. На улицу выходить не стоило, Бен разозлится, если увидит, что она пошла проведать кур.       Поэтому Рей решила заглянуть к Титану. Пес дышал учащенно и приподнял голову, услышав скрип двери. Он слабо завилял хвостом, и Рей улыбнулась, проскальзывая внутрь.       — Прости меня, — прошептала она, присаживаясь на кровать и проводя пальцами по мохнатому боку. Титан завилял хвостом чуть быстрее. — Мне правда ужасно жаль. Я просто хотела помочь котенку, ты же знаешь?..       Но это был никакой не котенок, а ловушка, устроенная мертвяками, у которых не должно было остаться никакого интеллекта… Возможно, они изучили Бена так же хорошо, как и он их.       С тихим вздохом Титан закрыл глаза. От ран исходил противный запах, сочилось что-то неприятно гнилостное — Рей видела, что псу действительно нужны антибиотики. Но раз Бен не сумел найти ничего подходящего, значит, поблизости ничего не было.       Послышался звук открывающейся двери ванной. Появился Бен — он по-прежнему нетвердо держался на ногах и что-то невнятно бормотал. Неожиданно он принялся кашлять, прикрывая рот локтем, а Рей, воспользовавшись его заминкой, поспешила покинуть спальню. Маленькому котенку требовалось есть часто.       — Ты куда это? — Бен шмыгнул носом. После душа от него все равно разило алкоголем.       — Мне нужно накормить котенка. Я никуда не собираюсь, если ты об этом беспокоишься.       — Мне все равно, чем ты будешь заниматься, — усмехнулся Бен, но увязался за ней в гостиную, неуклюжий, как слон в посудной лавке. — В следующий раз я позволю зомби сожрать тебя вместе с твоими проклятыми кошками!       — Угу.       — И я не намерен извиняться за то, что врезал тебе!       Взяв котенка на руки, Рей села с ним на диван, стараясь не реагировать на слова Бена. К чему, если он все еще пьян и зол? Какой смысл с ним спорить?       Бен направился к ней, взгляд его был снисходителен.       — Понять не могу, почему тебя так волнуют проклятые кошки.       — Им нужна помощь. А ты мог бы проявить больше сочувствия.       — Я весь иссох — я в западне, — Бен, пошатываясь, махнул в сторону спальни. — Единственное, о чем я заботился… умрет к концу недели.       — Но ты сказал, что с ним все будет хорошо! Да ты… Ты, что, пил в ванной?!       Презрительно ухмыльнувшись, Бен раздраженно удалился, оставив ее в покое. Рей накормила котенка и пристроила под теплый бок Титану.       Вернувшись, она обнаружила Бена за кухонным столом с бутылкой чистейшего спирта — а может, джина. Остекленевшие темные глаза смотрели вдаль, он не шелохнулся, когда она села напротив и сложила руки на коленях. И пусть, у него было время пребывать в унынии, а теперь придется немного ее потерпеть.       Бен сглотнул.       — Мой пес умрет из-за тебя, — прозвучал его хриплый голос, — потому что тебе взбрело в голову спасать какую-то драную кошку.       Рей опустила взгляд на сложенные руки.       — Мне жаль. Хотелось бы сказать, что это не повторится, но… Я не умею сидеть в стороне и не замечать тех, кому нужна помощь. Не могу. Не стану, — Она потеребила ноготь и рискнула поднять взгляд. — В той книге я нашла кое-какие травы, возможно, они помогут. Если ты поможешь мне…       Внезапно Бен швырнул бутылку в стену — она разбилась и рассыпалась дождем осколков, засыпавших столешницу. Рей вскочила, но Бен схватил ее за запястье, вынудив смотреть в его угрюмые глаза.       — Ты убила моего лучшего друга, — повторил Бен тихим угрожающим голосом и сжал руку Рей, начав медленно поворачивать ее. — Я сидел и смотрел, как умирают все, кого я люблю, а теперь явилась ты, чтобы убить последнее, что у меня осталось… И тебе хватает яиц говорить мне про сочувствие?!       — Прости… Прости меня! — поморщившись от боли, Рей сжала зубы. — Я просто пытаюсь помочь, но не знаю как!       Он толкнул ее обратно на стул, но Рей встала, поспешив заняться уборкой, молча глотая слезы. Из горла вырвался всхлип, и тут Бен поднялся так резко, что его стул с грохотом упал на пол.       — Только посмей разводить сопли, мать твою! — прорычал он и, стиснув ее за плечо, развернул к себе. Не выдержав, Рей разразилась слезами. — Да пошла ты! Похоже, вчерашнего тебе показалось мало!       — Это таким ты хочешь быть человеком?! — прошипела она в ответ. — Тебе нравится бить и насиловать девушек в своей лесной халупе?!       — Не имеет значения, что я делаю. Тут никого нет: ни копов, ни родителей, ни хрена. Никто ничего не увидит. Мы помрем тут в гордом одиночестве. — Ручища Бена ухватила ее подбородок, и у Рей задрожали губы. — И не ври, я тебя не насиловал, поэтому не надо тут. Этого я не делал.       Рей оскалилась.       — Все ты делал, ты, надравшийся кусок дерьма! Держу пари, твоя матушка так гордилась бы тобой сейчас!       Это ощутимо вывело Бена из себя, но он отвернулся, не позволяя себе сорвать на ней злость, но Рей сама с криком бросилась ему на спину. Вцепившись в него, она вонзила зубы в его плечо.       Бен развернулся и упал на колени, собираясь перевернуться на спину, чтобы придавить ее, и Рей пришлось разжать руки. Огромная лапища схватила ее за лодыжку, не дав улизнуть, и Бен в два счета подмял ее тело под себя. Завизжав не хуже дикой кошки, Рей плюнула в него, Бен успел отвернуться, и она угодила ему в щеку.       Бен медленно вытер лицо, а в следующий миг закрыл ей рот ладонью, игнорируя то, как она со сдавленными криками пыталась лягнуть его.       — Видишь? — прошептал Бен. — Никто здесь тебя не услышит. Это не говоря о том, что всем насрать, — он навис над ее лицом, и она умолкла, глядя в его слезящиеся глаза. — Мне насрать, восемнадцать тебе или восемьдесят — я не забуду тепло женского тела и не подохну здесь один!       — Ты эгоист! — прошипела Рей, стоило ему разжать ей рот.       — Да… это так, — Бен отстранился. У него дрогнул кадык, и он, стащив с себя рубашку, потянулся к штанам. — Ты права. Так и есть.       Ему потребовалось некоторое усилие, чтобы удержать ее, но сколько бы Рей ни орала, как он и сказал, здесь ее не слышал никто. Кроме него.