Brighter Days

Общежитие Чимина находится в захудалом здании ровно в семнадцати минутах и двадцати трех секундах от того места, где стоит Тэхен, когда Чимин отвечает на звонок. Просто взглянув на него со стороны, Тэхен может понять, почему Чимин описал его как, цитата: «Адская дыра размером с коробку для обуви», — но ему сейчас не до этого. Чимин открывает перед ним дверь, и ему приходит в голову, что она может сорваться с петель в любую секунду. Он находится на шестом этаже четырнадцатиэтажного здания; в лифте довольно опасно мигала лампочка, так что он решил, что лестница будет безопаснее. Он больше не плачет с тех пор, как позвонил Чимину. Слезы на его щеках уже высохли. Вместо гнева и страха, которые он испытывал раньше, сейчас он чувствует лишь грусть. — Давай поднимемся на верхний этаж. Некоторые из других трейни все еще на кухне, а остальные спят, так что мы не сможем там поговорить. — Он кивает головой в сторону своей спальни, где наверняка находится куча спящих стажеров. Чимин берет Тэхена за руку и тащит вверх по лестнице, не доверяя лифту. — Мне нравится ходить сюда подумать, так как здесь обычно никто не беспокоит. Пол на верхнем этаже такой же грязный, как и на шестом, но Чимину, похоже, все равно. Он садится на серый линолеум и приглашающе похлопывает по месту рядом, прижавшись спиной к белой стене и вытянув ноги. Он выглядит таким же сонным, как и Тэхен, и Ким чувствует себя виноватым за то, что вытащил его из постели. — Не думаю, что в этих квартирах кто-то живёт, по крайней мере, я никогда никого не видел и не слышал, — говорит Чимин, заметив, как Тэхен подозрительно косится на четыре двери квартир. — Давай, садись и расскажи, что случилось. Ты звучал подавленным по телефону. Тэхен садится рядом с Чимином и копирует его позу, прислонившись спиной к стене и вытянув ноги, но теперь, когда он уже здесь, он даже не знает, что сказать. В конце концов, Чимину многое нельзя знать. Просто не позволено. Не беззаботному Чимину, который слишком сильный перфекционист по поводу всего, что делает. Беспорядочная жизнь Тэхена не имеет места в жизни Чимина. Это только испортит его друга. У него нет негатива, и он заслуживает, чтобы так все и оставалось. И все же Тэхен умирает от желания все ему выложить. Это причиняет ему боль. Слова грозят вот-вот вырваться наружу, потому что это Чимин, его друг. Первый за многие годы, которому он действительно доверяет. Он просто хочет разделить с кем-то бремя, которое несет на своих плечах. А ссора с Хосоком и разбитый стакан заставляют его чувствовать себя настолько уязвимым, что он больше не знает, как сдерживаться. — Они собираются вышвырнуть меня из агентства. Тэхен даже не ожидал, что именно это скажет первым. С удивлением он понимает, что именно это ранит его больше всего. Чимин бормочет рядом с ним: — Ты ведь несерьезно. Тэхен кивает, и в его глазах появляются слезы. Глупые предательские слезы. Разве он уже не выплакал их все? — О, Тэ, — тихо произносит Чимин и обнимает друга за плечи, когда замечает слезы в его глазах. И это небольшое проявление привязанности, когда Тэхен думал, что весь мир повернулся против него, все, что ему нужно, чтобы окончательно сломаться. Он подтягивает ноги к груди и прячет лицо в коленях, чтобы хоть как-то сохранить чувство собственного достоинства. Чимин не должен видеть, как он плачет. Никто не должен. — Черт, Тэ, все нормально. Все будет хорошо, вот увидишь. Пожалуйста, не плачь, иначе я тоже заплачу. Чимин изо всех сил пытается его утешить, неловко обнимая сбоку и позволяя своим пальцам пробежаться по волосам Тэхена. Он хорошо умеет утешать людей, как будто точно знает, что надо сделать, чтобы успокоить кого-либо. Как будто у него в этом уже есть большой опыт. — С чего бы тебе плакать? — хрипит Тэхен, как только рыдания утихают и он снова может говорить. Он все еще прячет лицо от чужих глаз. — Потому что мне больно видеть, как ты плачешь, — говорит Чимин. — Расскажешь, что с тобой происходит в последнее время, когда успокоишься? Поэтому ты всех избегаешь? И это еще один удар по совести Тэхена. Он действительно избегал их всех. Больше всего Чимина, потому что это проще всего — он с ним не живет и не работает. Тэхен облизывает сухие губы кончиком языка. — Думаю, да, — произносит он и впервые смотрит на Чимина. — Прости. Чимин, с его взлохмаченными черными волосами и опухшими от сна глазами, поджимает губы. — Тебе не за что извиняться, — шепчет он и вытирает щеку Тэхена большим пальцем. Тот вздрагивает, но остается на месте. — Не обижайся, но ты выглядишь ужасно. У тебя по всему лицу подводка. Тэхен фыркает на неожиданное замечание, и Чимин мягко ему улыбается. — Сегодня у нас была первая фотосессия, — говорит Тэхен. Чимин хмыкает на это. — Я помню, ты рассказывал. — И я поссорился с Хосоком. Чимин выглядит искренне удивленным. — С Хоби-хеном? Как это вышло? — Я даже не знаю, — признается Тэхен. — Просто так получилось, а потом он разбил стакан на кухне, и я убежал. — Он разбил стакан? — Думаю, это было случайно. Чимин выглядит слегка встревоженным. — Думаешь? С чего бы ему бросать в тебя стаканом, Тэ? Конечно же, это было случайно! Как ты мог вообще подумать, что он сделал это специально? Тэхен пожимает плечами. Он вытирает мокрые щеки, но в итоге только размазывает тушь еще больше. — Мой отец… — начинает он, но снова замолкает. Очевидно, Чимин больше не может уловить суть разговора. Он вопросительно смотрит на Тэхена, рука покоится на его предплечье, а большой палец рисует успокаивающие круги на его коже. — …когда он это сделал, это было специально. Чимину требуется секунда, чтобы собрать воедино то, в чем Тэхен только что признался, но как только все сходится в его голове, он бессознательно хватает руку Кима сильнее, прежде чем снова отпустить. — Черт, — выдыхает он. — Ага, — отвечает Тэхен, и ни один из них больше не знает, что сказать. — Мне жаль, что это случилось с тобой, — в конце концов произносит Чимин, но Тэхен просто пожимает плечами. Все нормально. Теперь все позади. Его отец больше не сможет причинить ему боль, и, кроме того, есть более важные вещи, о которых нужно беспокоиться. Просто это конкретное действие, это разбитое перед ним стекло вызвало в нем воспоминания, которые он почти забыл, потому что был так занят переживаниями обо всем остальном. — Хочешь поговорить об этом? — предлагает Чимин. — Может, в другой раз, но не сейчас. Но все равно спасибо. И, пожалуйста, не говори остальным. Они ничего не знают. Чимин кивает и обещает, что не скажет, затем кладет голову на плечо Тэхена, все еще потирая большим пальцем его кожу и не говоря ни слова. Тэхен в любом случае не нуждается в них, ему пока что комфортно и в тишине. Но молчание все же длится недолго, так как Чимин вспоминает о том, что вообще изначально вызвало поток слез. — Ты все еще не сказал, почему тебе кажется, что тебя собираются выгнать из агентства. Во что я, к слову, совсем не верю. Тэхен судорожно вздыхает, стараясь снова не расплакаться от мыслей об этом. — Я отдалялся от всех, и Пиди-ним сказал, что если это не изменится, то он вышвырнет меня вон. Наверное, поэтому Хосок и разозлился на меня. Он сказал, что я выбираю любимчиков в группе и что от меня больше проблем, чем пользы. — Он прикусывает нижнюю губу, потому что она снова дрожит, когда он вспоминает эти обидные слова. — Ты никогда не был так близок с Хоби-хеном, как с другими, — говорит Чимин и понимающе кивает. Тэхен смотрит на Чимина широко раскрытыми глазами, но тот лишь пожимает плечами, добавляя, что он всего лишь говорит правду. И, возможно, он прав. Изначально у Тэхена были проблемы со всеми мемберами, но сейчас он может с удовольствием смотреть аниме с Чонгуком, рассказывать Намджуну о своих проблемах с английским, смеяться с Джином над какой-то глупой шуткой и верить, что Юнги заботится о его благополучии. Но Тэхен не может вспомнить ничего подобного с Хосоком. Он потрясающий танцор, и Тэхен впечатлен тем фактом, что тот научился читать рэп только когда стал стажером в Big Hit, но на этом все. Тэхен не пошел бы к нему по доброй воле, но он даже не знает, почему так. Просто между ними никогда не проскакивало ничего такого. — Думаешь, поэтому он на меня разозлился? — Не знаю. Возможно. Но почему ты отдалялся ото всех? До нынешнего момента голова Чимина все еще лежала на плече Тэхена, и теперь, когда тот отодвигается, чтобы посмотреть на друга, Ким уже начинает скучать по теплу и весу на его плече. В любом случае, он и так уже слишком многое взвалил на Чимина сегодня. — Это связано с моим прошлым, — произносит он. Возможно, он звучит еще более неуверенным и уязвимым, чем нужно, и опускает глаза вниз, чтобы избежать испытующего взгляда своего друга. Чимин колеблется. — Оу, — все, что он говорит, и рука, которую он держал на предплечье Тэхена, тоже падает. Теперь он будет считать, что это как-то связано с отцом Тэхена, но именно этого он и хочет. По крайней мере, это лучше, чем правда. Затем Тэхен замечает, как Чимин подавляет зевок, и он снова чувствует себя виноватым, ведь у Пака серьезные мешки под глазами, а ведь ему еще через несколько часов надо будет вставать в школу. — Тебе надо поспать, — бормочет Тэхен и начинает подниматься с пола. Он отряхивает брюки, и Чимин повторяет его действия. — Прости, что разбудил тебя. — Никогда не извиняйся за то, что тебе нужно с кем-то поговорить, идиот, — упрекает Чимин и добавляет сильно преувеличенный вздох в конце предложения, взъерошив волосы Тэхена, будто бы подчеркивая, насколько нелепо извиняться за подобное. — Ты останешься на ночь? Тэхен напрягается на этих словах. Останется ли он на ночь? В незнакомом общежитии, вместе с незнакомыми парнями, за исключением, разве что, тех, на кого он натыкался в коридорах, танцевальных залах или языковых классах? Сколько их здесь? И где он должен спать? Он мог бы лечь на пол, но Тэхен не уверен, сможет ли вообще заснуть в таком окружении. Но разве у него есть другие варианты? Вернуться в общежитие? Ни за что. Не сейчас. Он не хочет… Нет, он пока что не может увидеться с Хосоком. Не тогда, когда он все еще слишком потрясен случившимся. — Можешь спать со мной. Что-то на его лице, должно быть, выдало его дискомфорт, когда Чимин заговорил, потому что его друг внезапно идет на попятную. — Конечно, ты не обязан, если тебе неудобно. Я просто подумал… На самом деле, возможно, я даже не и не думал. У нас есть диван. Не самый удобный, и на нем есть немного пятен, о которых тебе лучше не думать, но на одну ночь он подойдет в самый раз, если тебя не пугает боль в спине на следующее утро. Чимин бессвязно бормочет что-то еще, и не нужно быть гением, чтобы понять, почему он так себя ведет. Тэхен чувствует разочарование. — Чимин, — перебивает он его. — Заткнись нахуй. Если ты начнешь относиться ко мне по-другому теперь, когда знаешь о моем отце, я буду чертовски зол на тебя. Тэхен даже доволен, когда видит ошарашенное выражение лица Чимина, прежде чем оно сменяется на извиняющееся. — Я предпочел бы с тобой, если ты не возражаешь, — Тэхен никогда бы не признался в этом, но, произнося эти слова, он клянется, что его сердце бьется где-то в горле. — Спасибо за предложение. Наверное, мне надо написать кому-нибудь из парней, чтобы они знали, что я в порядке. Он не удивлен, когда слышит застенчивый ответ Чимина, что он написал Намджуну в ту же секунду, как они поговорили по телефону до того, как Тэхен пришел сюда. Он благодарен за это, потому что, откровенно говоря, он понятия не имеет, что сказать остальным. ___ Как и ожидалось, Тэхен не может нормально уснуть рядом с Чимином. Это как в общежитии со своими товарищами по группе в первые несколько ночей. Даже если ему и хочется не обращать на него внимания, он не может отключиться от звуков вокруг — дыхания и шелеста одеял. Чимин мирно спит рядом с ним. Его черные волосы в беспорядке, а губы слегка приоткрыты. Чимин засыпает на своей половине матраса, но на протяжении ночи придвигается ближе к Тэхену и в конце концов перекидывает через него ногу, кладет руку ему на живот, а лицом прижимается к его плечу. Тэхен не двигается. Он напряжен и ненавидит каждое мгновение, но не хочет рисковать и будить Чимина, не тогда, когда он уже так долго не давал ему спать. Это чертовски ужасная ночь. Когда Чимин просыпается утром, Тэхен закрывает глаза и притворяется спящим. Он чувствует облегчение, когда друг перестает находиться так близко и когда он больше неосознанно не прижимается к нему. Они отправляются в агентство вместе с другими стажерами. Тэхен нисколько не удивлен, когда видит тень Намджуна в вестибюле, и он подозревает, что сообщение Чимина, которое тот отправил немногим раньше, имеет какое-то отношение к этой удачной встрече. Намджун выглядит отнюдь не счастливым. — Иди в студию, Тэхен, и жди меня там. А потом я приведу Хосока, и, клянусь, если вы, ребята, не уладите все, что случилось прошлой ночью, я так надеру вам задницы, что вы улетите до Соединенных Штатов. — Он прищуривается. — Вы оба. Ты хоть представляешь, как сильно я переживал, когда Юнги-хен написал мне, что ты сбежал без ключей и документов? Он звучит ядовито, и Тэхен делает бессознательный шаг, когда слышит об угрозе насилия. Он знает, что Намджун не это имеет в виду, что он не причинит ему вреда… …но, опять же, он не знает наверняка. И, по сути, вся эта катастрофа и строится на том, что он ни в чем не уверен. Он хочет верить в обратное, но может ли? Он никогда раньше не видел Намджуна таким злым. Где гарантии, что он вдруг не станет жестоким и не набросится на него? Их нет. Тэхен проносится мимо него в студию. Он даже не оборачивается, чтобы попрощаться с Чимином. Он слишком напуган разозленным лидером. И мысль о том, что Намджун собирается привести в студию Хосока — еще одного человека, который, очевидно, не питает к нему особой симпатии, — совершенно не успокаивает его уже взволнованные после вчерашних событий и бессонной ночи нервы. Он не в курсе, что его друзья наблюдают за тем, как он идет по коридору с низко опущенной головой, пока он не заворачивает за угол, а затем Чимин поворачивается к Намджуну с обеспокоенным выражением лица, которое он прятал от Тэхена с момента его признания прошлой ночью. — Я знаю, что ты злишься, хен, и я тебя понимаю, но тебе нужно быть с ним помягче, — говорит Чимин. — Тэ очень хрупкий. Я не могу вдаваться в подробности, потому что он доверился мне, а я пообещал никому ничего не рассказывать, но то, что произошло прошлой ночью в вашем общежитии, так сильно потрясло его из-за его прошлого. Поэтому он убежал прочь. Это не его вина. Он просто испугался. Намджун удивленно смотрит на Чимина. — Ты знаешь о его прошлом? Не могу поверить, что он рассказал тебе. Он не хотел, чтобы об этом знал кто-то еще. — Так он тоже рассказал тебе о своем отце? Чимин выглядит столь же удивленным этим открытием. Намджун близок к тому, чтобы проболтаться. — Об отце? — переспрашивает в замешательстве, но вовремя прикусывает язык. Он может выдать, что на самом деле это не то, о чем он знает, и что Чимин разболтал секрет Тэхена, даже не подозревая об этом. — Да, что-то вроде того, — он пытается казаться беспечным, когда говорит это, но внутри у Намджуна голова идет кругом в попытке осознать эту новую информацию; неприятное ощущение поселяется где-то внутри. — Он мне мало чего рассказал, но я уже могу сделать вывод, что все было хреново. Грустно, что подобное случается. Никто не должен страдать от абьюза, — произносит Чимин и несколько секунд рассеянно смотрит на стену, прежде чем снова повернуться к Намджуну. — Мне пора идти, иначе я опоздаю на урок танцев. Увидимся позже, хен. И, пожалуйста, не будь слишком строг с Тэ. Когда Чимин уходит, Намджун остается стоять на том же месте, поскольку его мозг все еще пытается переварить новую информацию. Неужели отец Тэхена действительно был жесток с ним, как намекал Чимин? Намджун знает, что не может поделиться этим ни с кем. Чимин не должен был никому рассказывать. Тэхен, должно быть, действительно доверяет ему, раз поделился таким. Такого доверия у него нет со своими товарищами по группе. Если он узнает, что Чимин поделился с ним этим секретом, то, несомненно, это доверие тоже рухнет. Намджун не может этого допустить. Ему нужно, чтобы у Тэхена был кто-то, на кого он мог бы положиться, особенно теперь, когда он знает, что Тэхен, по-видимому, не мог полагаться даже на собственного отца. Он сохранит это в секрете, но будет более пристально наблюдать за Тэхеном. Даже более внимательно, чем раньше. Бедный мальчик. Сколько невезения может быть у ребенка в жизни? Но он будет переживать об этом позже. Для начала ему нужно помочь решить возникший конфликт. У Намджуна есть предчувствие, что разговор между Тэхеном и Хосоком будет не из легких. Хотя Хоби вчера проявлял чувство вины, он отказался рассказать, что именно его не устраивает в Тэхене и почему он так внезапно сорвался на нем. И если бегство младшего имеет какое-то отношение к страху — возможное воспоминание о злом отце? — тогда он, черт возьми, не будет говорить никому и об этом. Намджун вздыхает, когда он, наконец-то, направляется в танцевальный зал, чтобы найти Хоби. Нелегко быть лидером, а они ведь еще даже не дебютировали. И кто знает, случится ли это когда-нибудь. Иногда — или, скорее, большую часть времени — он задается вопросом, стоит ли оно того.