Терновник (на редактировании)

      Очередной автоматный залп, очередной кошмар повторялся. Воевать не хотелось, но было нужно. Люди были просто напуганы и измотаны бегать по городу, в попытке отстреляться. В отличии от разболтанных деревенщин из Дартвиша, Лоствуд был хорошо экипирован, в них чувствовался боевой дух, а у Рэнделла были две стратегии.       — Найдите ящик и убейте их всех, если потребуется! — говорил Рэнделл чуть хрипловатым голосом. Он был высоким, но худым. У него были большие карие глаза, длинные худые ноги и чётко выделенные скулы.       Целью Лоствуда был тот самый серебристый ящик. Диана до сих пор хранила его тайну, но сейчас ей хотелось увидеть отца среди солдат. Она пряталась за домами и всматривалась в лица земляков. Многих она узнала, многих нет. Да и когда в тебя целятся из автомата, особо не посмотришь в лица людей. В этот момент главное это сбежать.       — Отдайте ящик и никто не пострадает, обещаю! — говорил Рэнделл в громкоговоритель.       — Давайте отдадим им этот ебанный ящик, — предлагал Жан. Остальные посмотрели на него, как на врага народа.       — Нет, мы дадим им пиздюлей за то что посмели сунуться к нам, — орал Эрен.       — Да кому нужна эта смелость, сейчас опять половину убьют, тебе что дороже ебаный ящик или жизнь товарищей? — Кирштейн подошёл к Йегеру упор.       — Нарываешься? — Эрен толкнул Жана, Жан толкнул Эрена и парни покатились по земле, пытаясь задушить друг друга.       — Правильно, давайте друг друга поубиваем, хули нет-то? Мы же не сражаемся тут ни с кем! — возмутилась Микаса.       — Ребята, давайте прекращайте! — Армин пытался успокоить дерущихся, но получил ни за что в глаз локтём.       — Разошлись! — Майк и Леви расцепили ребят, оттащили их друг от друга, но Жан с Эреном начали орать друг на друга, крутить факи, показывать языки.       — Ребячество... — Микаса закрыла глаза руками от стыда и покачала головой.       — Ребят, там... — Саша вдруг спрыгнула с крыши. Её охеревший и напуганный взгляд не предвещал ничего хорошего.       — Что там? Не мямли только! — возмущался Леви.       — С-стая идёт... Прямо сюда, прямо на нас...       Огромная, дикая, вселяющая ужас стая двигалась по улице прямо на разведчиков. Они слышали голодный рык этих тварей, чувствовали запах, исходящий от стаи. Им не... Леви прыгнул на крышу к Саше и посмотрел в объектив снайперской винтовки. В стае было не меньше семидесяти особей. Нужно было занимать их всех в узкое пространство и взорвать. Твари не такие быстрые в жару, а сейчас было «+16°С», но их было слишком много. Очень много.       Уперевшись в дом, стая разделась и направилась вперёд по улочкам. Это было плохо, взрывчатки и так было мало, на всех не хватит, а перестрелять потом остатки стаи из огнестрела было рисковано. Но какой разведчик разведчик, если он не рискует?       Леви оглянулся. Опять каждый побежал куда захотел. Внизу стояла лишь небольшая кучка солдат. Последнее время новобранцы были разболтанными, командно-боевой дух отсутствовал напрочь. Леви трясло от этого беспорядка, а ведь сейчас вокруг них творился пиздец. Слева и справа люди, а посередине каннибалы. Конечно, Аккерман думал отдать ящик Рэнделлу, но где гарантия, что их потом не пристрелят? Правильно, гарантий не было, а значит, нужно найти Диану.       Леви перелетал с дома до дом, искал глазами Диану. Она была важна для Разведкорпуса. Её навыки и знания отлично пригождались. Пембертон была ценным сотрудником, хоть с УПМ обращаться толком не научилась: она постоянно врезалась во что-то.       Город был каким-то слишком большим, пустым, заброшенным. Найти в нём нужного человека, казалось невозможным. Перепрыгнув с крыши на крышу, Леви посмотрел налево и увидел тройку автоматов, наставленных на него. Он маневрировал, выпустив тросы в крышу, а потом спрятался за дымоход.       Нужно убить.       Леви перебежал от одного дымохода к другому, с легкостью уклоняясь от залпов. Лоствудцы стреляли хорошо. Чувствовалось, что они собраны и организованы, и хорошо обучены. Оказавшись на дальнем здании, капитан понял, что враги потеряли его. Он осторожно зашёл сзади них и убил лезвиями. Тройка врагов пала, утопая в лужице своей крови. Леви окинул трупы холодным взглядом и направился искать Диану дальше.       Центр города был разрушен осколочными гранатами. Ещё живые, но уже умирающие разведчики ныли от осколков, прочно засевших в их телах. Умирать никому из них не хотелось, но смерти было плевать на это. Лоствудцы тоже умирали, но реже. На них были бронежилеты, которые снижали полученный урон.       — Стая разбежались, — сказал Майк, смотря в бинокль. — Эрвин, нужно предпринимать что-то и очень быстро.       Рэнделла не было видно в бинокль, но его было слышно. Очевидно, что он спрятался где-то и командовал своими людьми оттуда.       — Найди Ханджи, пусть приготовит взрывчатку. — Эрвин тоже посмотрел в бинокль и опустил голову вниз. По улице пробежала небольшая кучка заражённых, громко вереща.       — Ладно.       Ханджи не могла приготовить взрывчатку. У неё не было всех нужных ингредиентов, правда на стене стояли пушки. Но до них нужно добраться и проверить их работоспособность. Газа мало, врагов много.       — Было бы у нас горючее, мы бы просто облили особей им и подожгли бы их, — рассуждала Ханджи.       — Горючее? — Майк задумался где взять горючее или взрывчатку, или ещё что-нибудь, что взорвётся или славно загорится.       — Полковник! — к Рэнделлу подбегала Диана, улыбнувшись. Рэнделл развернулся, держа в руках громкоговоритель.       — Диша? — полковника не очень обрадовала эта встреча, но он считал, что она пойдёт ему на пользу. — Ты жива? — он подошёл к ней, не веря, что девушка жива. А ведь её семья оплакала её.       — Полковник, я сохранила тайну ящика! Они не узнали про инъектор! — Диана выдохнула через открытый рот. — Сэр, мы должны вернуть инъектор в Лоствуд!       Рэнделл слушал девушку, смотрел на неё, а потом отвёл взгляд в сторону и наставил на неё пистолет. Он и сам найдёт ящик, убьёт здесь каждого, но он не может доверять Пембертон. Она же жила, пила, ела, спала, находясь в логове врага. Кто знает, может, она врёт и разведчики знают про инъектор и исследования Лоствуда. Рэнделл – следующий лидер Лоствуда не может позволить информации утечь не в те руки. Нужно быть беспристрастным и беспощадным. Диана не единственный биолог-исследователь. Её жизнь для Лоствуда ничего не значит. Для них Пембертон давно мертва.       — Прости, Диша.       — Сэр...       Всё, как в замедленной съёмке. Пуля выпущенная из пистолета летела в Диану, она впервые за год прослезилась, почувствовав предательство со стороны родной земли. Рэнделл, с которыми они знакомы чуть ли не с пеленок, выпустил пулю из пистолета.       Диана увидела Леви, который оттолкнул её в сторону, упал на одно колено и схватился за левое плечо, из которого текла кровь.       Ничего страшного, просто нужно потерпеть боль.       Леви со скоростью света закрутился в воздухе, очутился возле Рэнделла и ударил его ногой по лицу. Полковник ударился головой и упал без признаков жизни. Леви же опять опустился на одно колено, стараясь не трогать открытую рану рукой. Мало ли, инфекцию занесёт.       Пембертон смотрела на Аккермана, который весь вспотел и тяжело дышал, морщась от боли. Девушка пыталась прийти в себя, осознать, что случилось сейчас. Она не понимала, что делать. Легкая паническая атака завладела разум и телом на пару минут. Потом Диану как будто током ударило. Нужно обработать рану! Девушка подбежала к Аккерману и присела возле него на корточки. Кровь текла сильно, заляпав рубашку, брюки и пол. Медных запах немного пугал. Леви посмотрел на Диану, но не сказал ей ни слова.       — Мне нужна аптечка! — взяв себя в руки, сказала Диана.       — Поищи, — Леви указал на большие ящики, которые лоствудцы привезли с собой.       — Сейчас! Леви! Терпи! — Пембертон погрозила перед капитаном пальцем и пошла обыскивать ящики. Аккерман, превозмогая боль, связал Рэнделла и присел на крыше, облокотившись на один из ящиков.       Обыскав первый ящик, Диана нашла лишь кучу боеприпасов. Полезно, но нет. Во втором были ружья, автоматы и пистолеты. Ещё лучше, но опять не то. Наконец-то в третьем ящике были медикаменты. Диана надела перчатки, взяла перекись водорода и чистые бинты. Отрезав рукав рубашки капитана, Пембертон обработала рану, обмотала её стерильным бинтом и сунула в рот мужчины таблетку обезболивающего. Кровь продолжала сочиться, увеличивая красное пятно на руке сильнее и сильнее. Рваная рана, её нужно было обработать тщательнее, но полевые условия не позволяли сделать этого в должной мере. Аккерману было достаточно и этого. Обезболивающее притупило немного боль, но не заглушила её полностью. Леви не мог пользоваться УПМ. Рука при движении адски болела, отдаваясь тупой болью по всему телу. Но выбора нет ждать, пока боль пройдёт окончательно, нужно сражаться, хочешь ты того или нет. Леви поднялся, немного пошатываясь. Он увидел стаи, людей, которые пытались отстреляться от них, но обезумевшие заражённые начали рвать их на части. Диана, услышав нечеловеческие крики и звук ломающихся костей, подбежала к краю крыши, чтобы посмотреть, что там творится, но Леви закрыл ей глаза.       — Не смотри!       Нужно было что-то делать. В идеале привести сюда остальных. Ханджи как раз нужна взрывчатка, а здесь много осколочных гранат и динамита. Но рука болит нестерпимо.        Леви приготовился прыгать с крыши, как только стая пошла дальше, издавая неприятный хлюпающий звук, повизгивая.       — Стой! Твоя рука... — Диана остановила мужчину. — Давай я?       — Нет. Ты погибнешь. — Аккерман задумался, что делать в этой ситуации. Возможно, Пембертон сможет добраться до остальных и привести их сюда, но её навыки в использовании привода оставляют желать лучшего. Она может удариться, упасть, наткнуться на стаю или на лоствудцев. Не для этого он её спасал, чтобы она погибла через несколько минут.       — Тогда... — Диана не возражала, так как трезво оценивала свои силы и знала, что скорее всего не сможет добраться до остальных разведчиков. Стаи бегали по улицам и их просто так нельзя было обойти. — Может, послать сигнальную ракету?       — Может, но вдруг сюда сбегутся враги? — Леви задумался, думая как поступить в этой ситуации.       Жан слышал где-то слева как кого-то пожирали. Было жутко слышать эти душераздирающие крики. Руки тряслись, держа в руках автомат. Армин стоял и задумчиво смотрел в даль. Микаса и Конни пытались привести упавшего в обморок Эрена в чувства.       — Ребят, кто-то сигналку пустил! — закричала Саша, указывая пальцев в небо.       — Нужно идти туда. — Жан собрался прыгать с крыши на другую крышу, но вдруг один он увидел под собой автоматы. Он понял, что не сможет маневрировать и не успеет уклониться, а попадание его ждёт прямое.       Кто-то схватил Жана за плечи и потащил дальше. Звенящие пули прошли мимо, врезавшись в светлый кирпич дома. Кирштейн упал на соседнюю крышу дома и почувствовал сильную боль и не мог подняться. Микаса и Конни всматривались на соседнюю крышу, пытаясь понять, что произошло. Высовываться с крыши было самоубийством, но любопытство, попытка узнать что произошло на соседней крыше за дымоходом брало верх.       Послышался хрип и скрип. На лоствудцев напала стая и разорвала их в клочья. Ребята смогли перепрыгнуть на другую крышу, потянув за собой Эрена, который до сих пор был в отключке. Армин встрепенулся, увидев, что Жан стиснув зубы, держится за ногу. Микаса медленно достала клинки, она сейчас была объята невероятной злостью и обидой. Внутри бурлили гнев и огорчения. Саша улыбнулась, откинув снайперку в сторону под ноги. Пуль всё равно уже не осталось.       Лири стояла спиной ко всем. На ней была чёрная рубашка из гладкого материала, поверх был надет синий бронежилет. Синие брюки были заправлены в чёрные ботинки на шнурках. На ладонях были чёрные кожаные короткие гловелетты. Волосы были растрёпаны и доходили почти до поясницы. Ветер трепал волнистые волосы. От девушки пахло порохом и горячим железом. Секира, висящая на спине, была измазана кровью. Достав из кармана резинку, Лири собрала свои волосы в нечто неопрятное. Две пряди обрамляли лицо, болтаясь с двух сторон. В руках она сжимала оружие, из дула которого шёл дым.       Разведчики переглянулись. Микаса вздохнула и убрала свои клинки обратно. Она была зла на Лири. Сколько можно убегать?Зачем? Чтобы найти себя. Внутренний маятник Иллирики не мог найти равновесие, а корабль разума постоянно попадал в шторм. Хорошо хоть не разбился об острые скалы сумасшедсвия. Все молчали, не зная, что говорить. Лишь стон Жана отвлёк их от мыслей.       — У него сломана нога, — высказалась Лири, всё так же стоя спиной к ребятам. Видеть друзей было немного неприятно. Но всё же в ней опять шевельнулись странные чувства, заставляющие её возвращаться к этим недовольным лицам, держащих обиду на неё.       — Ты... Вернулась? — Саша хотела обнять Иллирику, но сдержалась. Сейчас не время для эмоций.       Лири пожала плечами и наконец-то развернулась лицом к друзьям. Она ни капли не изменилась. Черты лица остались такие же, какие были год назад. Правда, Микаса всё же заметила изменения, но не внешние, а внутренние. У Бёрнс были потухшие глаза. Холодный взгляд блуждал по разведчикам. Было непонятно рада она видеть ребят или нет. Особой опасности от неё не исходило, хоть её магазин был полон. Развернувшись в сторону, где была послана сигналка, Лири приготовилась прыгать туда, в полете снимая с руки красную повязку с копьём и клевером.       Ребята, собрав остатки сил и здравого смысла, тоже направились с крыши на крышу. Пахло отвратительно. Тошнотворный запах, казалось, они не забудут. А эти хлюпающие звуки и рычание, когда каннибалы впивались в человеческую плоть... Страшно.       Леви был бледнее обычного. Диана положила на его голову тряпку, обмоченную в чём-то. Рука то болела, то нет. Губы слегка дрожали. Пембертон оглянулась, услышав, что на крышу прыгнули.       — Леви? Ты ранен? — Эрвин посмотрел на Аккермана, подойдя к нему.       — Как видишь, — Леви посмотрел на Майка, Ханджи и ещё кучку солдат. Молодое поколение было напугано, они прятались друг за друга, со страхом озирались по сторонам, слыша чавканье. Их мир сегодня сильно изменился, они не были готовы к такой жестокости.       Приземлились ещё небольшие остатки разведчиков, а затем и Лири с Микасой и остальными. К Бёрнс все отнеслись неоднозначно. Ханджи смотрела на девушку серьёзным взглядом. Но сейчас выяснять отношения никто не хотел. Нужно было убить каждую заражённую тварь в городе. Лоствудцы, очевидно, убежали. Ролланд-младший тоже вдруг исчез. Но он тоже никого не волновал в этот момент.       Ханджи предложила заминировать одну из улиц и привести кому-нибудь стаю туда. План был хороший, взрывчатка была, но кто пойдёт? Микаса была готова идти. Армин не хотел отпускать её, хоть и был уверен в её силе. Леви был ранен, а остальные не настолько юркие, чтобы собрать стаю в одну кучу, петляя по улочкам.       — Я пойду! — Бёрнс сняла с шеи кулон с янтарём и отдала его Диане. — Руфина просила тебе передать его.       Пембертон сжала в руках кулон, её губы дрогнули, но она взяла себя в руки и начала осматривать ногу Жана. Ему нужно было накладывать гипс.       Майк, Армин и пара солдат отправились выбирать узкую, но длинную улочку. В трёх кварталах отсюда имелась такая. Расставив взрывчатку и облив землю горючим, разведчики вернулись на крышу. Лири нервно сглотнула, откинула секиру и бронежилет в сторону, удостоверилась, что газа в УПМ будет достаточно, чтобы собирать стаю в одну кучу. Взяв пистолет для привлечения внимания, девушка отправилась собирать стаю. Кружась и собирая за собой огромную стаю в воедино, Лири направилась на нужную улицу. Внезапно левую руку свело судорогой, да так сильно.       — Нет, только не сейчас, прошу! — молила Бёрнс, изо всех сжимая левую руку.       Страшно. Последние секунды до взрыва и вся жизнь пронеслась перед глазами. Бессмысленная и пустая. Лири боялась обернуться назад, слыша сзади кишаших тварей. Их было так много, что их визг сбивался в ужасающий, громкий унисон.       Страшно. Лири чувствовала, как улица начала взрываться, а значит, что нужно ускориться и выжать себя на полную, если она не хотела погибнуть.       От волнения левая рука сильно дрожала, её сводила судорога, не позволяя шевелить пальцами как положено. Управляться с приводом становилось всё труднее и труднее, Лири прыгнула на землю и побежала ногами вперёд, пытаясь успеть добежать до первого переулка. В лёгких воздуха не хватало, сердце стучало как бешеное, всё тело дрожало, не в состоянии двигаться дальше, но Лири заставила себя бежать, чувствуя, что если не выжать из себя ещё немного, но её заденет взрывом.       Спасительный переулок всего в двух метрах. Бёрнс, собирая последние остатки сил, выпустила тросы в дом, завернула и влетела в переулок, прокатываясь по земле. Она перевернулась на спину, а потом села на колени, отчаянно хватала воздух губами и не могла сказать ни слова. Ударной волной и взрывом её не зацепило, зато в нос ударил отвратительный запах жареной плоти. Рычащие звуки прекратились. Был слышен только звук потрескивающего пламени. Что-то до сих пор догорало. Пахло жженым и тошнотворным.       Лири было так плохо. Она никак не могла восстановить дыхание и вообще пошевелиться. Всё болело и выкручивало. Хотелось пить и прилечь. Сердце постепенно начало приходить в норму, а с ним и дыхание. Послышались звуки выстрелов. Разведчики добили небольшую кучку особей, которых не задело взрывом. Улица просто была усыпана обгорелыми телами. Жуть... Иллирика упала когда попыталась встать и всхлипнула. Всё тело ослабло, очень тянуло в сон. Глаза слипались, а разум отключался. Вокруг были знакомые размытые лица. Ханджи хлопала по щекам и что-то говорила, но Лири ничего не слышала, кроме собственной крови, которая текла по венам. Это было так страшно и непривычно.       Ещё раз посмотрев на разведчиков, девушка засопела. Ей нужно было отдохнуть. Совсем чуть-чуть. Она не думала в этот момент ни о чём. Главное, что получилось разобраться со стаей и на этот раз Бёрнс никого не подвела и выполнила всё точно по плану. Но могло ли это простить её уходы? Нет. Её ничего не могло простить. Она совершила отвратительный поступок, как обычно делая всё по-своему.       На улице пошёл дождь, смывая кровь с домов. Вода быстро наполняла ямки на дорогах. Сразу сильно похолодало и запахло неприятным дождём вперемешку с запахом крови, присутствия стай.