Скиталец(3): Новая игра

      Загнанная в угол, она с давних пор постоянно находилась в состоянии борьбы, нередко с самой собой, пытаясь преодолеть ужасные барьеры, часть из которых была попросту надуманной. С ранних лет ее бросали, едва ли не забывая о существовании кого-то, названного Рейналь. Это было время новой вспышки противостояния, братоубийственной войны между некогда единой расой, разваливающейся до сих пор на части. Предательства, сиюминутные союзы, разваливающиеся от любого чиха, заставляли всех крутиться изо всех сил, чтобы выжить и получить хоть что-то в вихре насилия. Тогда-то, возможно, в ее сознании и появилась эта противоречивая тяга, тесно сопряженная со страхом, перед болью. Пришло понимание, что красота способна сгладить многие шершавые углы, пойти на уступки. И крепкая вера в то, что состояться самой ей поможет покровительство кого-то сильного и отважного.       Ее выбор пал на Калаварнер, бывшую примером для многих падших ангелов, особенно тех, кто не являлся в прошлом истинным обитателем Небес, а появился в уже завоеванных многими смертями землях где-то между другими владениями, в среде, не слишком подходящей для воспитания будущих поколений. Она стала примером, как можно своим трудом получить видное место в обществе, вдохновляла других прилагать все силы для службы их лидерам, бывшим серафимам. Была ли это любовь с первого взгляда, или же просто преклонение перед заслугами и положением, в тени которых она бы хотела найти свое место?       Это уже было неважно, все то немногое, что удалось достичь, сжигалось пламенем ненависти, изливаемым гадким, самовлюбленным демоном.       Наследник клана защитника демонических земель, он бросился в самоубийственную атаку на их предводительницу, сражая одного собрата за другим. Пылая праведным гневом, не забывая о возможности выслужиться перед госпожой, она сбила его с пути, рассчитывая взять в плен зарвавшегося юнца, хотя инстинкты вопили ей об опасности этого безумца. Но после бежать было слишком поздно, пламя ярости поглотило ее. Нечто черное, смутно напоминающее ей опостылевшее дыхание опасности, постоянно обитавшее за спиной с самого детства, поставило ее на колени.       Внешность оказалась обманчивой, а действия ее нового повелителя, ненавидимого всей душой, казались нелогичными - он не требовал броситься на падших и лишиться жизни, ему не нужны были сведения о дислокации войск, саботаж заклинаний обороны и защиты. Он расспрашивал их об истории мятежа Люцифера, о падении, о философии... в какой-то момент ей показалось, что тот удушающий страх и подавляющая мощь были наваждением, решила проверить способности Давида Ботиса, что привело к еще большему кошмару, обступающую ее со всех сторон удушающей стеной пламени, пожирающей все на своем пути.       Эта тварь не могла быть обычным демоном. Эта мысль исчезла в огне так же, как пропадало все, что прежде наполняло ее жизнь смыслом и ощущениями. Цепляясь за образ госпожи, она с каждым мгновением теряла ощущение цвета. Ощущение значимости и важности растворялось без остатка, словно пепел в жаре Преисподней. Она снова была одна, оставленная всеми, без надежды на спасение или преодоление угрозы, воплощение которой замерло перед ней, приняв вид живого трупа, обряженного в дырявые, изношенные доспехи какого-то из государств смертных. В нем таилось столько ужаса, силы и злобы, что одним своим видом он будто бы сдирал, слой за слоем, трещащую по швам душу.       А затем все это разом прекратилось, оставляя вокруг лишь выжженую пустыню, устланную ковром из пепла, забирающегося во все отверстия тела. Пламя, прорывавшееся из ран трупа стихло, подавляющая мощь оказалась заперта на массивный засов, а голос, холодный и сырой, стал пропитывать каждый кусочек естества:       - Защита в обмен на бесконечную верность, несмотря ни на что. Даже если потребуется отдать жизнь и душу, - слова будто бы вбивали раскаленными гвоздями в остатки ее сущности, но вместе с болью они вновь давали надежду. Подняв голову, она посмотрела в глаза мертвеца, внутри которых горело ровное пламя чистой ненависти и ужаса, за которыми проглядывались контуры еще одного человека, что будто бы был похож на нее, и одновременно сильно отличался.       Не вопрос, а утверждение, такое же бескомпромиссное, как тяжесть и неподатливость камня. Она боялась того, что будет ждать по ту сторону, не была готова отправиться в последний путь, и решила цепляться даже за призрачный шанс остаться, протянув руку к страшным ранам на иссеченном лице трупа. Едва слабые пальцы коснулись высушенной сукровицы, как кошмар стал отступать, а вместе с тем мир вновь напитывался красками. В непонятный, неуловимый момент она вновь оказалась в чаще, а ладонь касалась едва теплой щеки поработителя, взгляд которого будто бы ввинчивался в собранную по кусочкам душу. В его изумрудных глазах она, наконец, заметила то же, что и в кошмаре. Ненависть, ужас, боль и едва уловимую надежду, от которой душа стала по капле наполняться теплом.       - Отныне ты моя, без остатка, - наклонившись, Давид почти коснулся ее лба своим, шепот щекотал уши и заставлял дрожать. Суховатые губы почти касались ее носа, выдыхая слово за словом, - и теперь...       Она чуть двинулась вперед, накрывая его губы своими, обвивая стонущими от боли руками его шею, желая только одного.

***

      - Юный господин, с вами все в порядке?       - Милорд, вам нехорошо?       - Лорд Ботис, вам...?       На все подобные вопросы, получаемые со стороны окружающих, я отвечал неизменным: "Нет, спасибо", и продолжал свой путь к покоям, переваривая случившееся. Кажется, перестарался немного с воздействием на сознание падшего ангела.       "Как по мне, это успех - верность до гроба и возможность гасить влияние гормонов по щелчку пальцев"       "... я все равно ей не доверяю", - вклинилась в привычнее подтрунивание Гая недовольная Мара.       "Вы только посмотрите, кто тут ревнует!"       "Д-да... ты...!" - осторожная по своей натуре, монстрица не была готова бросить вызов старожилу, поэтому даже возразить или огрызнуться нормально не могла.       "Это создало нам еще больше проблем"       "Она теперь стала просто бесполезной, даже опасной, готовой в любой момент времени выдать тебя с потрохами неосторожными действиями?"       "Именно, блядь. Перестарался, сильно палку перегнул, теперь придется одержимую психопатку учить самоконтролю и выдержке..."       Буквально ввалившись в покои, я потребовал прибиравшуюся служанку выметаться, после чего сорвал с себя одежду и потащился в ванную комнату, игнорируя все вокруг, занятый попытками обмозговать созданную на ровном месте проблему. Струи горячей воды и благовония не помогали, хотя прежде помогали привести мысли хотя бы в подобие порядка.       "Это она еще не знает о твоей "увлеченности" учителем фехтования. Впрочем, я тебя понимаю - такие ушки, такие ножки, а..."       "Ты не помогаешь", - наполнив раковину холодной водой, я нырнул в нее, постояв около минуты, после чего выпрямился, расплескивая влагу вокруг. Прежде я допускал ошибки, однако этот год стал каким-то прорывным в этом плане, что не есть хорошо. Раскроют, поймают, допрашивать начнут... хотя, о чем это я? Скорее, это ее касаться будет, а со мной просто будут стараться держаться настороже. Конечно, когда и если ее саму найдут, мне хватило ума запереть ее в укромном месте с запасом воды и пищи. Как будто чуя неприятности, прихватил с собой.       "Не я создаю себе проблемы из ничего", - я буквально ощутил, как ухмыляется Гай, пожимая плечами в фирменной манере.       "А какая разница, что с ней станет?" - задала вполне логичный вопрос Мара. "Твое существование остается вне значимых угроз"       "Неприятно терять потенциально полезный актив из-за такой глупости" - выдохнув, я стал вытирать тело, приводя мысли в порядок. Первый блин комом, не зря же предки так говаривали. Попробуем разрулить проблему, а там посмотрим...

***

      ... ага, легко, сука, сказать. Реализация хромает на обе ноги без шанса на выздоровление. Поломанная падшая, едва очнувшись и рассмотрев меня, чуть ли не на коленях подползла, прижимаясь к ноге и заливаясь слезами. Проклиная себя и собственное высокомерие, я отодрал ее от себя и приковал к противоположной стороне, садясь напротив. Хотел было вырубить парой ударов по затылку, но, сдержавшись, усыпил. Такое "чудо" годится только для бордели, обслуживать всяких мразей, она ведь была готова на все, абсолютно, лишь бы оставаться рядом. В таком виде ее отпускать нельзя, увяжется следом. Нужно тренировать терпение и устойчивость, копаться снова в ее сознание счел опасным, как бы не сделать хуже.       Обслуга, солдаты и даже приближенные Валафара сначала с удивлением, потом с настороженностью наблюдали за тем, как я регулярно отправляюсь в леса и пропадаю там на несколько часов. Пришлось как следует вколотить в головы особо любопытным, чтобы не мешали, благо в остальном я не давал больше бате причин для разочарований, и вскоре мне отдали на откуп приличный участок леса. Возможно, посчитали, что чем бы дитя не тешилось, лишь бы вреда не было. Занятия посещал исправно, стал показывать успехи в магии, поединки с бойцами дома стал исправно выигрывать, выказывая уважения что наставнице, что оппонентам.       Проблема была в другом, даже две сразу, хотя в своей сути это одна головная боль. Любопытство, не абы какое, а женское. С разной степени проблемности - на одной чаше весов Сильвия, которой, кажется, не нравилось, что я стал уделять меньше времени ей. Одаренной девчушка оказалась не только по части магии, но и умению совать свой нос куда не следует, если ей очень нужно знать. Гай не упускал возможности постебаться, говоря, что так я улучшаю свои навыки поиска и обезвреживания угрозы, которая с каждым разом становилась все изощреннее. Демоница, кажется, стала делать упор на магию скрытности и ускорения, каждая новая поимка становилась все ближе к месту заключения падшей. Угрозы вечной обиды и молчания в отношении девочки работали постольку поскольку, но хоть какую-то передышку давали.       В отличие от ее матери со старшей сестрой. Последняя, благодаря великолепным навыкам социальной маскировки и внешности, успешно обзаводилась собственным кругом поклонников всех мастей, которые были не прочь получить благосклонность "прекрасной" Рогудай любыми возможными способами. Натянутость отношений с "бестолковым младшим братом" была широко известна, да и она не упускала случая намекнуть, что причинение проблем мне, как и раскрытие планов, являются весьма отрадными для душеньки барышни. Что тут можно сказать... это было проще, чем искать Сильвию, единственная сложность была в том, чтобы не прибить самовлюбленных придурков, не перейти черту, за которыми последует что-то похуже поединка до первой крови.       С Вергилией все было просто и понятно - знать о моих планах, чтобы их разрушить и, в конце-концов, унизить в глазах супруга, которому все не удается преподнести наследника, единственного достойного стать преемником. Ее "люди" хорошо знали свое дело и не знали пощады, но до изворотливости маленькой талантливой демоницы им было далеко. Пару раз тело оказывалось на грани между жизнью и смертью, но в остальном это была хорошая возможность для поддержания формы и оттачивания навыков. Разумеется, были и негативные последствия, в виде хронической усталости и лютой подозрительности, которую было трудно скрыть от окружающих.       - ... если не будете хорошо отдыхать, я заставлю вас это сделать, - неодобрительно сверкая глазами, заявила Сакура во время одной из тренировок, показательно-жестоко выбив из меня все ощущения и мысли, кроме боли и осознания собственной слабости как демона Давида Ботиса. Желание сбросить маскировку и показать ушастой, кто тут босс качалки, в какой-то момент едва удалось сдержать в узде.       - Да, наставница, простите, - пробормотал я, с трудом принимая вертикальное положение.       - Я не хочу, чтобы вы умирали, милорд, - добавила она после непродолжительного молчания более мягким тоном, после чего объявила завершение тренировки. Смывая с себя пот и грязь в покоях, решил последовать настоятельному совету, попутно осмысливая успехи в деле обуздания тяги падшего ангела к моей персоне.       Радовало, что они были, в достаточной степени, чтобы не беспокоиться за остатки ее разума. По первости приходилось держать ее буквально в путах, при кризисе и на цепи, накачивая всяким разным, чтобы большую часть времени она спала, а не голосила на всю округу. Походы в туалет натурально приносили ей наслаждение, потому что я был вынужден наблюдать и за процессом, чтобы Рейналь не натворила чего лишнего. Признаться честно, в какой-то момент, вновь поднимая руку для наказания, выпуская изо рта угрозы пополам с презрительными эпитетами, я чувствовал себя отвратительно. Остатки совести винили в неоправданной жестокости и сломанной судьбе ни в чем неповинного... ладно, мало чем заслужившего лично у меня отношения.       Сломанная психика, BDSM-наклонности, навязанная зависимость делали из нее малосоображающий кусок плоти, жаждущий близости во всех смыслах. Через боль, брань, прочие наказания и поощрения, день за днем я пытался привести ее в пристойное состояние, почти забыв даже о том, что ее могут если не разыскивать, то подозревать в предательстве. Пару раз даже хотелось убить ее и не мучаться, но я продолжал давить, наказывать, увещевать и поощрять. Последнее было проще всего, девица оказалась весьма падка на ласку, приходя в восторг почти от чего угодно. Всяких разных занятий в те несколько часов, которые я вырывал из своего дня, едва хватало для прогресса...

***

      "Шестнадцатилетие" пролетело незаметно, я был поглощен ежедневными заботами - поиск и анализ информации, собственное обучение и контроль за питомцем, как падшую называл Гай. Трудно было с этим спорить, хотя теперь я хотя бы имел неслабую надежду, что теперь Рейналь сможет изобразить искреннюю тоску и признательность к соплеменникам после "побега" из плена у вероломных Ботисов, где ее пытали и истязали целыми днями, подвергая унижениям и прочим кошмарам. Тут и врать не придется, она в самом деле прошла это благодаря моим стараниям. Теперь она могла держать холодно-презрительную мину даже при виде меня. Главное - не касаться ее и не шептать на ухо, тут выдержка крылатую оставляла, маскировка ломалась, и перед глазами представала беззаветно преданная рабыня.       - Прости, - сказал я ей на прощание перед тем, как начать фальшивое преследование нарушителя границы.       - Вы дали мне смысл жизни, господин. Я постараюсь оправдать! - заявила она, задержав хватку на моей руке, прежде чем скрыться в чаще леса, ставшего дня нас чуть ли не вторым домом. Где только я не ловил или не прятался от нее, наказывал и поощрял. Лежа, стоя, сидя, держа на руках или свисая с веток деревьев...       "Слаанеш была бы тобою довольна"       Отчитав "нерадивых" стражников, я пообещал прикрыть их перед отцом, если те пообещают мне не повторять допущенных промахов, и, отпустив их, вернулся на тренировочную площадку. Развалившись на песке, я прикрыл глаза, раскладывая на мысленном рабочем столе все то, что я знал о раскладе сил среди демонов и падших, в том числе последние слухи, просачивающиеся через информационный барьер. О мятежах малых городов, жестоких подавлениях выступления и крепнущих голосах, ропщущих на произвол четверки герцогов. Конспирологические теории о смерти Люцифера и узурпации власти вассалами, взявшими членов семьи покойника в рабство или же с точностью до наоборот. Балов и приемов становилось все меньше, каждый подозревал соседей или в заговоре, или в стукачестве властям.       - Вы только посмотрите, кто здесь!       А вот и помехи мыслительному процессу. Приоткрыв один глаз и приподняв голову, я заметил, как со стороны дорожки приближается группа молодых демонов в богато украшенных нарядах, сопровождавших компанию молодых демониц, главной среди которых была, разумеется, восходящая звезда общества (по крайней мере, именно так она сама считала. Как по мне, никого краше дочери рода Люцифуг, едва ли не правой руки Люциферов, Грейфии, в этом поколении еще не было):       - Сестрица Рогудай и ее верные псы, - поприветствовал я высокомерных тварей, поднимаясь на ноги и отряхиваясь от пыли и песка.       - Ты кого псом назвал? - почти сразу окрысился "новичок" из рода Саллос, если я правильно помнил герб, изображенный на броши, удерживающей его плащ.       - Всех тех, кто следует за старшей сестрой, отбрасывая собственное мнение в сторону ради объекта вожделения, - пожав плечами, я посмотрел на девиц, которые желали взглядом то ли раздеть меня, то ли распять, то ли все сразу. - Или же обрести место в обществе за счет авторитета патрона.       - Как смеешь ты оскорблять наследника великого рода...       - На правах наследника палачей Люциферов, - прервал я патетичный спич, полный благородного негодования. - Что? Ни за что не поверю, что вы не слышали о прозвище нашей семейки и не звали нас так за глаза, пока никто не слышит. К слову, больше половины из ваших кланов находятся в разработке герцогов как потенциальные мятежники. Быть может, вскоре придется заглянуть к вам в гости с проверкой.       - Довольно! - взревело несколько демонов, хватаясь за оружие или окутывая себя покровами магии. Все это время Рогудай стояла в стороне, не говоря ни слова, с тонкой улыбкой наблюдая за происходящим. Вся в мать пойдет, только пока не хватает изящества и предусмотрительности. Было бы интересно взглянуть ей в глаза после превращения, сжимая ледяную хватку на изящной шейке.       - Что, неужто дуэль? Снова? - покачав головой, спросил у сестры. - Тебя прошлые разы так ничему и не научили?       - Ты посмел оскорбить наших гостей, - пожала плечами старшая сестра. - Как наследник, ты должен отвечать за свои слова.       - Ладно, подходите, безмозглые шавки, - едва приготовив клинок, мне пришлось парировать выпад Саллоса, который целился в шею, чтобы самому получить кулаком в нос. К его чести стоит отметить, что уроки фехтования он не пропускал, так как отпрыгнув назад, попытался зайти с другой стороны, открывая фланг для поддержки со стороны своих подельников. Логика противостояний подсказывала мне, что сначала нужно ликвидировать огневую мощь, а после можно и "ближников" отделать. В поддержку со стороны семейной стражи я не верил, не в первый раз все устраивается так, что или вокруг ее не оказывается, или все они состоят из преданных Вергилии и ее старшенькой.       Эти даже не кричали ничего такого, просто сосредоточенно пытались пустить меня на фарш. "Приятное" отличие от прошлых попыток, начинавшихся, кажется, лет так с "13", когда Рогудай стали увлекаться юные наследники и вторые-третьи сыновья с разницей в "пару-тройку" лет. На манер первой жизни обретавшиеся в районе 17-19 лет, когда вроде "сычины" становятся разумными, но в голове все еще возможны игры гормонов и прочая дурь не выветрилась. Благодаря урокам Сакуры и въевшейся в сознание привычке ожидать удара в спину и не только, мне удавалось выживать до сих пор, равно как и соблюдение некоторых "приличий", ведь я все еще был единственным наследником. Правда, сейчас действия сестры ломали логику, хотя о чем это я - демоны и логика?       Подскочив к ближайшему магу, увернулся от его импульса разрушительной энергии, повернулся полубоком, чтобы парировать несколько выпадов, разорвать дистанцию и вновь попробовать зайти к магам со стороны. "Братская помощь" заставляла попотеть, помогало отсутствие скоординированности в нападении, демонюки успешно как теснили меня, так и мешали друг другу. Понадобилось еще с полминуты, чтобы подставить одного из них под такую атаку, отбросившую неудачника в сторону. Стеная и пытаясь подняться, тот материл дружка на чем свет стоит, внося некоторую сумятицу в бой. В вихре схватки на миг выцепил выражение лица сестры, которое выражало недовольство. Оппоненты стали действовать аккуратнее, не забывая ругаться из-за помех для атаки, чем я успешно и пользовался, выводя из боя их по одному, пока на ногах не осталась пара из "мага" и "мечника".       "Это заняло слишком много времени", - кривился Гай, когда последний из пары рухнул, истекая кровью, на песок. Одежда представляла из себя лохмотья, мое тело саднило от ран. "Нужно было их всех прикончить сразу"       "Еще не время", - я пнул нескольких, пытавшихся подняться на ноги, добавив несколько ударов для острастки, после чего ткнул острием меча в сторону побитых бойцов:       - В следующий раз я отрежу ваши головы, и плевать на недовольство родов. Вам понятно? - обвел я взглядами демонов. Казалось бы, чтобы неповадно было, нужно их сразу кончать, на месте, но зачем создавать лишние сложности по возмещению потерь другим семьям? Те тогда засудят через поединки, а тут, возможно, нерадивым отпрыскам сделают внушение, чтобы больше на рожон не лезли. В прошлые разы так работало, хотя Гай требовал их жизни на блюдечке. Не то чтобы я был не согласен...       - Может быть, запачкаешь руки сама, дорогая сестра? - посмотрел в сторону стайки девиц, но вместо ответа дочка Вергилии, пусть и нехотя, стала помогать незадачливым поклонникам подняться на ноги. Разумеется, сначала их пришлось подлатать - пара из них, самая проблемная, нашла в себе силы самостоятельно позаботиться о ранах, что неприятно удивляло. Обычно мне попадались более "бесполезные" болваны. Впрочем, попытки взять реванш те не предпринимали.       - Что здесь произошло? - на дорожке у площадки показался десяток стражников, недурственно пытавшихся изобразить озабоченность и готовность покарать виновников в нападении на господина. Впрочем, я это видел уже не раз, скучно до зевоты.       - Вы и так прекрасно знаете, - обвел я взглядом "поле брани", продолжая держать клинок наготове. - Что заставило прервать созерцание очередной попытки моего убийства?       - Ах, милорд, если бы мы знали! Прикажете бросить этих преступников в темницу? - продолжал гнуть линию старший отряда.       - Слабо спросить это у отца? Вижу по глазам, что не хотите лишних проблем, так что выпроводите их за ворота, - махнул я рукой, закрывая себе рану на груди с помощью магии. - Так что случилось?       - Как прикажете. К вам гостья, юный господин, - ответил стражник, демонстративно не смотря в сторону Рогудай.       - Кого изволило занести в наши негостеприимные края? - подхватив немногочисленные пожитки, я помахал с улыбкой "озабоченной" состояние нерадивых поклонников сестре и последовал по дорожке в тени деревьев за стражами. С тех пор, как мне удалось раскидать караул этих болванов, умертвив половину из них с использованием крови гидры, они стали более сдержанными в попытках отправить меня на тот свет, и теперь пытались "почесать спину" клинком или магией только во время зачисток, а после все списать за неуступчивых мятежников, переводя их их подозреваемых в преступников.       - Наследница рода Ситри, - пояснил начкар, останавливаясь у поворота. В тени, где расположилась уютная беседка, куда обычно сбегала Сильвия с уроков, теперь ожидала, со свитой, Серафолл, которая, кажется, за прошедшее время стала только краше. Мило улыбаясь и беседуя со спутниками, она поедала яблоко, посмеиваясь над шутками какой-то девушки-служанки, хотя в глазах не наблюдалось и толики демонстрируемых эмоций. Встретившись взглядами, она подавила напрашивающийся вздох и встала, приветствуя:       - Лорд Ботис! Надеюсь, я не... что с вами? - закончила она обеспокоенно, когда под пробившимися сквозь листву лучами солнца проступили пыль, грязь и засохшая кровь на потрепанной одежде.       - Очередная попытка сменить наследника, - пожав плечами, поморщился, ощутив, как на спине вскрывается корка на незамеченной в горячке схватки ране. - Завидую тем, у кого в семье нет мачех или охочих до власти родичей.       - Но как же... как ваш отец...       - Не пытайтесь делать вид, что не знали об этом, - махнул я рукой, что было неверно истолковано одной из служанок, что вскочила с лавки, и с поклоном предложила место, а так же заботу о ранах. - Я еще в прошлый раз понял, что нам не судьба быть вместе, мне не настолько спесь и воспитание отбили разум, чтобы не понимать прямые намеки. Что вы здесь забыли, миледи?       - После той встречи я долго думала...       - Скоро год минет с тех пор, - усмехнулся я, ощущая жжение в том месте, где прислуга Ситри наносила заживляющее средство. Магия магией, но привычная медицина справлялась лучше в деле устранения последствий ранений и восстановления. - Крепко же вы ломали голову.       - Милорд, я бы попросила...       - Леди Ситри, будьте любезны, тут явно собраны преданные лично вам лица, которые знают вас настоящую, а не ту вежливую даму, демонстрированную на публике. Говорите уже прямо. Или вас смущают дуболомы нашего рода? Так я их сейчас выпровожу!       Вместе возражения девушка уставилась на служанку, обрабатывающую раны, которая вдруг с ужасом вскрикнула, отшатываясь назад. Повернув голову, я заметил, как на указательном пальце левой руки начинал зреть гнойник, налитый багровыми оттенками. Чертыхнувшись, вновь посмотрел на гостью:       - О, прошу прощения, что не предупредил, - вздохнув, отошел в сторону, подняв руки и наблюдая, как оседает на землю служанка. Багровеющее лицо демоницы становится сначала нормального оттенка, потом пунцовеет, а после стремительно бледнеет. Спутники подхватили ее, наблюдая за тем, как зреет на руке причина паршивого состояния, парочка из них схватилась за мечи, высматривая на мне место, где будет удобнее снести мою голову к чертовой бабушке.       - Что все это значит? - недоуменно-возмущенным тоном спросила Серафолл, пока по ту сторону зеленых насаждений раздавались надсадные крики, хрипы и проклятия.       - Если в целом, то причина не трогать меня лишний раз, особенно раненными конечностями, тем более по живым ранам, - пожимая плечами, накидывая остатки рубашки и сюртука на тело. - Простите, что не упомянул раньше, был поглощен размышлениями о вашем визите. Вскройте ей побыстрее нарыв и выдавливайте все до полного очищения. Желательно, защищенными руками, а то сами ляжете рядом.       - Проклятие? - нахмурилась демоница, давая знак своим выполнить рекомендации.       - Будет вам, в таком случае меня приковало бы к кровати, да и печального опыта прошлых попыток хватило, чтобы принять некоторые меры.       - То есть слухи были более чем правдивы, - вздохнула Ситри, рефлекторно поворачивая голову в сторону источника истошных воплей и лязга металла. А вот нехрен за этой лицемеркой увиваться, целее были бы. Впрочем, не то чтобы я был против мучительной смерти пары демонюк. Возвращаясь к тебе - ты ведь, сучка, знала о "наследии" рода. Уверен, после ряда попыток молодых болванов-поклонников Рогудай ты не могла не знать о специфике ядовитых жидкостей моего тела, так что просто использовала служанку для проверки домыслов. Снимаю шляпу.       - О попытках первой жены укокошить наследника? Кое-что молва откровенно переврала, но суть передает верно. Поэтому я и завидую тебе, - посмотрев в сторону окружения гостьи, сумел заметить, что служанка пришла в себя. Что же, шансы выжить у нее есть, хотя вряд ли бы хозяева сильно расстроились после ее смерти.       - Почему лорд Валафар...       - Не пытается оградить меня от этого? - перебил я девушку. - Может быть, считает, что это позволит мне закалиться перед занятием поста главы, или же уберет в процессе бесполезного наследника. Вспомни, кто у нас на гербе? Атрибуты рыцаря и змея. Мачеха и сестра как раз воплощение последнего, любыми средствами добиться желаемого. Остальное лишь фасад для обывателей.       - Я, - начала она было нерешительно, но, запнувшись, отошла, чтобы проверить состояние спутницы. А я, слушая затихающие крики и стоны со стороны площадки, стал лениво представлять, как меня отчитает Сакура за просчеты, чтобы после снова вытереть мною пыль во время поединка.       - Ты отличаешься от своего отца, - сказала вернувшаяся Серафолл.       - Так слухи говорят, или это твое личное наблюдение? - было немного интересно, куда именно она попытается вывести наш разговор теперь, после увиденного, ради чего и затевался этот маленький спектакль.       - Все сразу, - играла она хорошо, я даже засомневался, вдруг все эти подавляемые эмоции были настоящими.       - И что дальше, госпожа-гений из молодого поколения демонов, несогласных с политикой герцогов и их окружения? - улыбнувшись, я заметил, как в глазах ее промелькнули удивление пополам с некой жесткостью. За ее спиной парочка стражников отошла назад и в сторону, как бы невзначай перегораживая дорожку, ведущую к поместью, а другая переместилась за спину, отсекая путь назад, к площадке.       - Какую возмутительную глупость...       - ... ты сейчас бы сморозила, продолжив отпираться дальше, - ощущая нарастающую угрозу, улыбнулся. Мне все еще жутко хотелось прикончить парочку демонов, чистки мятежников-мелких сошек и редкие поединки были не в состоянии утолить жажду мести длинною в полтора тысячелетия. - Тебе все еще нужно работать над контролем эмоций, чтобы пережить куда большее давление. Например, если перед тобой поставят выбор - сообщники или жизни членов твоей семьи. Тебе отчасти повезло, нет возможности угрожать любимым братику или сестренке, родители наверняка полностью осознают риски и готовы расстаться с жизнями, лишь бы свергнуть опостылевший режим.       - Я же говорила, что ты отличаешься от своего отца, - медленно сказала Серафолл, поднимаясь на ноги. - До сих пор никто...       - Не догадывался о вашей принадлежности, - спина все еще саднила, рану дергало так, что я поморщился. - Да ладно, вы и еще полтора десятка уважаемых семей находитесь в разработке таких цепных псов, как Ботисы и прочие. Пока еще герцоги не решились на ваше прямое устранение по нескольким причинам - неготовность для полномасштабного подавления революции из-за проблем на границах. Знаете, то падшие припрутся, то греческие боги начнут воду мутить. А еще побаиваются силы и статуса семей вроде вас с Гремори. Особенно Сазекса... - тряхнув головой, вспомнил крайний случай, когда Багровый Ужас (такое прозвище имел наследник рода красноволосых) растоптал своего противника из числа прихребателей властей, оставляя отчетливое впечатление, что он сдерживал себя, чтобы не уничтожить его одним ударом.       - Такое слышать от вас неприятно, милорд, - ответила Ситри, сверля меня взглядом, словно тоже раздумывая, как бы половчее снять с меня голову.       - А мне думать, что вы пойдете на такую глупость, как мое убийство. Не важно, что делать это так открыто, на территории суверенного клана, все равно что напрямую объявить войну Люциферам и Ко, - я чувствовал, будто что-то извне подталкивает меня развязать язык, но напряжение последних лет, о котором можно поговорить лишь с презрительно-кровожадным захребетником, или зашуганной гидрой, не говоря уже о пытаемой "матери", не придавало бодрости. Хотелось выговориться, пусть даже и этой опасной девице, способной оторвать мою замороженную голову за несколько мгновений. Или я сам этого хотел, чтобы отбросить условности и просто начать убивать демонов, утоляя застарелую боль хотя бы ненадолго. Ох уж эта склонность к авантюрам... - Вы откроете дорогу более нетерпимым и злобным тварям, имеющим отношение к моей семье. Ради укрепления статуса они утопят Ад в крови. Своей и вашей, добиваясь своего любыми средствами.       - А ты, Давид, - она облизала губы мимолетным движением, - чем отличаешься от них?       - Меня всегда можно уговорить сменить сторону, - пожав плечами, снова поморщился от вспышки боли. Того парня из рода... как их... Торгоев, следует держать еще дальше длины клинка. Больно шустрый и умелым будет, если переживет сегодняшний день. Как и я сам.

Где-то на просторах Преисподней, несколько часов спустя

      - Вот так и сказал? - задумчиво пробормотал аловолосый юноша, подперев щеку кулаком, смотря куда-то за спину темноволосой девушки, закончившей свой рассказ. В зале дворянского поместья, расположенного на задворках владений дома Баэл, они собрались менее часа назад, для обсуждения успехов, провалов и дальнейших шагов по достижению своей главной цели - свержения прежней власти.       - Очнись уже, Фалбиум, - с улыбкой пепельноволосый демон пнул кресло, на котором кемарил совершенно лысый парень, опрокидывая его на пол и приводя в расстроенное состояние чувств. И это еще мягко говоря.       - Чтоб тебя, Аджука! - вскочил, шурша одеждами, соня.       - Соберись.       - Что тут такого? Вы и без меня решите, что делать - убить этого Давида или же переманить на нашу сторону, - проворчал Фалбиум, потирая макушку, едва приоткрыв глаза. - Оба варианта имеют свои плюсы и минусы, однозначного перевеса я не ощущаю, поэтому, - с трудом подавил зевок, - оставляю все на вас.       - Заручиться поддержкой наследника одного из цепных псов герцогов будет большой удачей, - задумчиво пробормотал аловолосый.       - Ты видел, что он делал вместе с отрядами клана с сочувствующими нашему делу? - возразил пепельноволосый, опираясь ладонями на столешницу. - Проще и надежнее будет устранить его, а так же весь клан. Не думаю, что общество будет скучать по этим змеям, тем более заключившему овеянный легендами союз, - он выразительно посмотрел на единственную женщину на собрании.       - Служанка лишь немного коснулась его раны без защиты, немного крови попало в ее травмированный палец, и лишь предупреждение Давида и действия свиты спасли ее, - выдавила девушка, на лице которой отражались сомнения. - Вне всяких сомнений, он очень опасен, но...