Скиталец(3): Новая игра

      - Должен признать, смелости тебе не занимать, демон, - пробормотал высокий, широкоплечий мужчина с темными волосами и аурой воина, прошедшего через сотни, если не тысячи, учитывая его природу, сражений. Стальной взгляд не обещал ничего хорошего, стоило бы мне только задуматься о том, как потрогать свое оружие. Наслышан о нем, но встретиться довелось впервые - Баракиэль, практически главнокомандующий отрядов падших, непосредственный руководитель Калаварнер и прочих лиц, убиваемых прежде на границах воинами Ботисов и прочих, причастных к защите рубежей. Вроде как с "папашей" они были в жутких контрах, пытаясь не раз прирезать друг друга, но все заканчивалось... назовем это ничьей. Кажется, от непосредственной казни на месте его удерживал приказ одного из управляющего триумвирата всей этой шайки-лейки.       - Признай, что они никогда не отличались страхом, - с намеком на смешок бросил мужик с несколькими прядями, выбивающимися среди темной растительности на голове и лице. По ряду обстоятельств он был куда опаснее своего в общем-то честного и порядочного сородича, особенно для тех, кто представлял для него интерес. Взгляд сверкал блеском отполированного скальпеля, жаждущего вскрыть меня с головы до пят несколькими отточенными движениями.       Падший серафим, Азазель. Дворецкий, даже Валафар пару раз упоминали, сколько проблем доставляли изобретения этого сумасшедшего ученого, старик даже мимоходом обмолвился, что схватка с одним из них и вынудила его покинуть действительную службу и возглавить домашних слуг в поместье. Надеюсь, старик погиб славной смертью или же сумел свалить оттуда живым. Правда, в таком случае он доставит проблем при реализации плана, который, увы, снова приходится пересматривать.       - Уверен? - басом отозвался воитель. - Он уже столько молча сверлит взглядом столешницу...       - В отличие от своей сестры, - парировал "псих", - он занят анализом, размышлениями о своем положении, чтобы максимально выгодно приспособиться к новым условиям. Я прав, Давид?       "Я знаю, что ты хочешь сказать. Он в приоритете"       В ответ Гай снова транслировал лишь свои эмоции, темные, разъедающие словно кислота остатки естества. Мало кто способен сравниться в уровне презрения с демонами, но падшим ангелам удалось.       - Единственное, чего я желаю - выжить, любой ценой. Здраво понимая репутацию клана, я посчитал, что здесь у меня больше шансов, чем у мятежников.       - Которых ты и не думал щадить, - хмуро сказал Баракиэль. Непонятно только, насколько он верил в те сведения, которые я передавал через Рейналь, чей статус все еще был для меня неясен.       - Что было полностью оправданным решением, - возразил я, переводя взгляд сначала на военачальника, после на серафима. - Проблема оказалась лишь в решительности борьбы, которой не хватило Люциферам с герцогами.       - А как бы ты поступил на их месте? - сложив руки перед собой, спросил Азазель.       - Проверяете? Как угодно, - пожав плечами, сделал вид, что задумался. - Тщательная разведка и поиск лидеров, одновременный обезглавливающий удар, выставление порочащих сведений для населения, обещание помилования тех, кто покается и откажется от конфронтации.       - Странно слышать такое от члена рода, преданного своим лидерам, - задумчиво пробормотал падший серафим, а его суровый товарищ продолжил сверлить меня взглядом.       - Помимо преданности, отец приучал, через жестокие уроки, думать самостоятельно на поле боя, не загоняя себя в рамки доктрин и методов. Поля боя столь же непостоянно, как само существование смертных, - пожав плечами, я добавил после пары мгновений фальшивых размышлений, - Делая, правда, упор на верность и стойкость, но мы далеко не во всем сходились во мнении.       - Было о чем поспорить?       - И не согласиться, а то и полностью разругаться, - вздохнув, я качнул головой. - Слушайте, если я не нужен вам, то дайте нам уйти. У меня нет желания умирать, даже не прожив одного века. Может быть, получится на мир людей посмотреть...       - Недолго, скорее всего, - улыбнувшись, Азазель запустил пальцы в свою светлую часть шевелюры. - Один из греческих богов, - внутри меня стал расплываться приступ ужаса, исходивший от Мары, - очень хочет найти того, что... как же он твердил... ах, да, увел у него законную добычу.       - И что ты предлагаешь?       - Работу, - будничным тоном ответил собеседник. - Мне давно не попадались в руки живые, породистые представители демонов, тем более со столь незамутненным сознанием. А ты, как я вижу, не обременен совестью и честью больше необходимого, однако и не готов предавать в любой момент по сиюминутной прихоти, как твои сородичи.       - Что я получу взамен?       - Хочешь поторговаться? - серафим жестом остановил гневную отповедь, готовую сорваться с губ товарища. - Ты не в том положении, хотя подход мне не то чтобы не нравился. Помимо защиты? Возможность сильнее раскрыть спрятанные в тебе секреты, став сильнее. А там, - он пожал плечами, - даже я не способен предсказать, как далеко сможешь ты уйти.

***

      Удивительная вещь - психология, о которой пока что в мире людей еще мало что знают. Вроде бы знаменитый, сбрендивший немец не успел не то что взяться за написание знаменитых трудов, еще в проекте его дедушки с бабушкой нет. Возвращаясь к нашим баранам - привыкнуть к чему-либо довольно просто, главное, чтобы оно не демонстрировало никаких поводов для беспокойства. Это сложно, но возможно, все дело во внутренней дисциплине. Легионы дают ее с запасом, проблема в моей личной горячности, все портящей уже не первое перерождение. А ведь когда-то именно она помогала держаться за остатки собственного "Я", преодолевая кажущиеся невозможными препятствия и трудности.       "Славные были времена", - продолжал капать на мозги Гай в редкие минуты уединения, когда не было угрозы, что кто-то из команды Азазеля влезет в мою суть и найдет там тщательно скрываемого захребетника. "А что теперь? Пресмыкаешься перед этими болванами..."       "Которые, по сути, твои ближайшие родственники"       "Не смей сравнивать меня и этих заблудших овец!"       Редко когда он так яростно протестовал против моих предположений, я уж молчу про утверждения. Тема болезненная, я старался ее не поднимать особенно часто, используя для того, чтобы он, обидевшись, отвалил от меня. И без того хватало проблем, несмотря на минувшие годы. Мне уже почти столетие стукнуло, хотя, казалось бы, только пару лет назад я бежал из охваченного пламенем революции родового поместья, вынуждено перейдя в следующую фазу плана. Он, пусть и шатаясь, все еще держался, хотя на всякий случай я доработал еще парочку, а то мало ли что произойдет.       Меня сделали подопытным в ряде экспериментов, за которые я раз -дцать был на грани гибели этого тела или раскрытия других сущностей. Пока опасность миновала, но количество вопросов от Азазеля и Ко было неприлично большим. Спасала готовность сотрудничать и общая покладистость. Главное - не перейти грань, а то подозрительность перейдет на новый уровень. Из хорошего - а было и такое - можно отметить разве что повысившуюся устойчивость к разного рода повреждениям, пусть и в ущерб духовно-магической оболочке. Еще бы, столько раз подвергаться всякому!       Удалось еще немного отточить свои воинские навыки, больше заточенные теперь под индивидуальные действия. Сакура не бросила меня, продолжая говорить о невыполненном долге. Столько лет совместного проживания прошли не зря, теперь я мог чаще замечать проявление ее эмоций, пусть и на короткие моменты. Шутливые попытки домогательств стали работать лучше, ей даже льстило такое внимание, хотя других ухажеров она продолжала слать в пешее эротическое с невозмутимым обликом, держа наготове свое излюбленное оружие. А еще она продолжала заботиться о Сильвии, которую я всеми силами сторонился, в тщетной попытке разорвать связь. Она не хотела покидать, возможно, последнего выжившего члена семьи, а я не хотел, чтобы еще и над ней ставили опыты. Замкнутый круг глупых решений и стремлений, причинявший боль нам обоим...

***

      ... на вековой юбилей Азазель сделал мне "подарок", позволив стать частью его команды безумцев, именующих себя исследователями... решительно всего. Но наибольшее удовольствие они получают через вторжение в организм и наведение там суеты преобразованиями. Ошибки случались, на мой неопытный взгляд, слишком часто, многие эксперименты были угрозой никак не ниже божественного уровня, с которыми приходилось разбираться всем, а не только горе-ученым. Парочка экземпляров умудрилась не только перенести яд гидры, но и сделать его еще опаснее. Уж на что моя устойчивость была высокой, и то меня едва откачали Сильвия с пятеркой целителей после уничтожения твари. Другой из троицы "правителей" падших, Шамзахай, был так зол, что я уже рассчитывал на если не убийство, то арест безумца, но увы, пользы от него было намного больше.       Он работал решительно над всем, но особенно любил две вещи - копаться в живых организмах и конструировать безумные механизмы. Вернее, Механизмы с большой буквы - когда-то христианский Бог создал кучу подобной хрени, которая распределялась среди людей в первую очередь, даруя обладателю колоссальную мощь. Во многом это объяснялось тем, что туда заключались части или даже целиком легендарные твари, вроде драконом. Азазель говорил, что одно из его мечтаний - покопаться, изучая устройства, куда заключили каких-то Императоров чешуйчатой братии. Белый и Красный, два непримиримых противника, носители которых даже после решения Бога продолжили искать друг друга и уничтожать. Главная особенность не в той силе, которую они даруют, но в личностях, их получающих.       Люди. Только человечество получило право их получения при рождении, согласно неведомым принципам и правилам. Была ли то забота о "своих бедных созданиях", беззащитных перед мощью мифической нечисти - спросить покамест возможности нет. И его нет, то есть Бога библейского. Пропал, что подтвердил и сам Азазель, и его помощник, Баракиэль. Психованный серафим-ученый (уже звучит неприятно, а какие дела творит, магосы на бинарике "Малаца" скажут) жаждал разобраться в принципах передачи Механизмов от носителя к другому, но самое главное - встать с Ним в один ряд, конструируя собственные изделия.       - Нового подопытного добыл? - спросил я, видя сияющую улыбку на лице своего мучителя. Будучи крепко привязанным к столу, я мог только головой крутить в ожидании того, как Рейналь будет снова тыкать меня световым копьем.       - Да, служитель католической церкви, у него... - слова потонули во вспышке боли, когда падшая приложила "раскаленный прут" ангельского оружия, одинаково эффективного против любого демона. Каждый раз как первый, хотя...       - Хм... верно, устойчивость повышается, - задумчиво пробормотал Азазель, обходя стол вокруг, делая пометки в свитке на планшете перед собой, обходя стороной багрово-зеленоватую лужу, набегающую из раны на животе, пенящуюся при соприкосновении с остатками иной органики. - Даже без дополнительных опытов могу сказать, что концентрация яда гидры в твоей крови превышает все возможные пределы. По сути, ты должен быть уже мертв! - радостно воскликнул черно-светлый урод, рот которого расплывался в улыбке.       "Как ты постоянно себе повторяешь - ради общего блага и выполнения священной миссии", - проворчал Гай. "Но я бы на твоем месте уже оторвал ему голову после пыток"       Верно. Терпение, поиск знаний, преимуществ, подготовка будущих планов. Все еще можно стать сильнее через боль, получить больше знаний через служение, приготовить планы для будущих моментов. Любая капля моей крови теперь по умолчанию страшная отрава, которой лучше не касаться без повышенной устойчивости, которая лишь богам положена с момента сотворения. Нет предела упорству, если поставить себе соответствующую цель и идти к ней, несмотря ни на что. Да и полезные моменты тоже есть, хотя бы такие.       Спустя еще несколько минут, добавивших мне ран на ногах и руках, Азазель приказал Рейналь меня освободить и проводить к Сильвии, которая должна будет меня подлатать, чтобы затем я мог вернуться к своей работе "ассистента". Едва мы скрылись от любопытных глаз, как падшая, прижав меня к стене, опустилась на колени, сотрясаясь от переполняющих эмоций:       - М-мой господин, я...я...       - Достаточно уже, мы это не раз проходили, - стоять было сложно, да и в душе костерил себя же из-за "мазохизма". Вынужденными мерами отмазывать совесть и честь становилось все сложнее, все-таки столько лет минуло. - Это необходимо для поддержания репутации, недооценил твое бывшее начальство, сам виноват. Силу серафимов и других высших ангелов, пусть и бывших, было глупо так недооценивать.       - Я ведь... - пришлось потянуть ее вверх, заставляя встать. Положив ладонь, оставшуюся чистой во время эксперимента, ей на щеку, развернул лицо к себе:       - Хватит, иначе точно разозлюсь. Или же ты настолько испортилась, что жаждешь боли, падшая предательница?       - Г-господин? - прошептала она удивленно, едва заметно вздрогнув, но не от страха.       "Плохой мальчик", - проурчал насмешливо Гай.       - Награду нужно еще заслужить, - выдохнул я после секундной паузы, сделав вид, что осматриваюсь, проклиная себя за то, что десятилетия назад перестарался, переделывая ее в верную прислужницу. - Соберись, наша работа еще далека от завершения. Отведи меня к Сильвии, нужно вернуть себе способность самостоятельно двигаться...

***

      - Мы не в том положении, чтобы жаловаться, - выдохнул я, лежа на кровати, ощущая, как магия младшей сестры проникает в тело, закрывая гноящиеся раны, собирая клетки тела в единую ткань. Она стала намного лучше, поставив перед собою цель стать таковой. Прежде желавшая добиться одобрения семьи, она, кажется, цеплялась за того, кто, по ее мнению, был единственным важным для нее существом, и с упорством, достойным лучшего применения, стремилась стать могущественнее.       Не только лечить, но и уничтожать... Именно поэтому я настоятельно рекомендовал Азазелю и Рейналь не появляться у нее перед глазами без внушительного сопровождения. Сильвия славная девочка, но может не устоять перед жаждой крови мучителей брата. Привыкшая быть улыбчивой и приветливой среди падших, она с одинаковым радушием могла как помочь в чем-то, так и пообещать уничтожить на месте, не оттягивая воплощение слов в реальность. Парочка прислужников серафима не дали бы соврать, останься они в живых.       - Ему следует лучше относиться к одному из лучших помощников! - рыкнула Сильвия, заканчивая залечивать бок.       - О чем ты говоришь, когда он и над собой опыты ставит? Этот безумец, дай волю, и богов по кусочкам разберет, - вздохнул я, попутно следя за тем, чтобы она не коснулась ни единого участка раны. С каждым разом смесь крови и яда становилась ядренее, и средств от нее пока не предвиделось. Попади на кожу, и разъест немногим хуже яда гидры.       - Что мы здесь делаем?       - Скрываемся от демонов, пытаемся найти новое место для жизни.       - Почему падшие?       - Я уже говорил десятки раз...       - И тем не менее.       - Они в окружении, не хуже демонов. Значит, умеют защищаться и нападать в ответ, словно демоны, только на границе у них проблем больше, - ответил я не без усталости, сколько раз за эти десятилетия приходилось повторять. Тихий стук в дверь был сигналом возвращения Сакуры. Та все еще выглядела безупречно, даже в изменившейся несколько форме одежды. Формально она перешла на службу Григори - так себя нередко называли Азазель и Ко - выполняя заказы на устранение всякого разного отребья из числа чернокрылых. Отступников и придурков здесь тоже хватало, равно как и разборок с вторженцами. Я говорил ей, что не стоит беспокоиться, но она не хотела сидеть на месте, бросая одного меня разбираться с вопросом обустройства в этом месте.       Мы с Сильвией же не перестали быть демонами, к которым отношение по умолчанию все еще настороженное, особенно у части военных, потерявших товарищей в приграничных, и не очень, боях. Ботисы для них были злостными врагами, чье место в гробу, в состоянии супового набора. Понемногу своей приверженностью к службе мы, кажется, заставляли поменять мнение у части из них, хотя большинство все ждало повода для расправы. Не то чтобы они не были правы...       - Все хорошо? - спросила со слабой улыбкой, как и сотни раз до этого, Сильвия ушастую мечницу.       - Да, - последовал неизменный ответ, звучавший даже тогда, когда она едва могла добраться сюда на своих двоих. Пройдя в свою комнату и закрыв дверь, Такао стала готовиться к душу, а я снова заслужил неодобрительный взгляд сестры, ревновавшей к ушастой. Я же думал не о том, как подглядеть за суровой наставницей, но о торможении развития плана. Сбежать в людской мир, в поисках основы для будущих исполнителей, я все еще не мог, в противном случае шаткий статус будет потерян, в открывшейся охоте Григори отведут душу, преследуя опасного изменника. Азазель же не спешил знакомить меня со своими контактами "с поверхности". Поэтому придется и дальше давать ему копаться в моем теле, попутно развивая свою... ядовитость.

***

      "Наконец-то", - не удержавшись, подумал я, когда однажды, ввалившись ранним утром в лабораторию, увидел изменения в привычной обстановке. Вместо серафима с кучкой помощников здесь оказался и здоровяк Баракиэль, хмуро переговаривавшийся с "ученым", за их спинами, скованная по рукам и ногам, трепыхалась на операционном столе, окруженная четверкой бойцов, демоница - я прямо от дверей ощущал знакомую ауру члена своего племени. Возможно, теперь мне выдастся шанс убедить сомневающихся в лояльности.       - Всем, - подняв руку, привлек к себе внимание собравшихся. - Что у нас сегодня?       - А, вот и мой драгоценный помощник, - широко улыбнувшись, воскликнул Азазель. - У меня для нас сегодня особый повод собраться заготовлен.       - Если чутье меня не обманывает, то она демон? - спросил я, выдавив слабозаинтересованное выражение лица, облачаясь в лабораторные одежды, рассудив, что покамест во мне копаться не будут.       - Верно, мой дорогой друг, да не простой демон, - хитро прищурившись, ответил серафим. - Присмотрись получше...       - Кто-то из знати? - пожав плечами, я посмотрел на собравшихся, - почти век я не видел никого из них, да и на приемах обращал внимание только на потенциальные угрозы вроде Сазекса и ему подобных.       - Она из рода Асмодеев, ранее звавшихся Гласея-Леболас, - буркнул Баракиэль, внимательно наблюдая за реакцией.       - Ага, теперь все встает на свои места, - вздохнув, я потер пальцами переносицу. - Ждете, что я буду благодарить за возможность отомстить за уничтоженный род? Я скорее ей спасибо скажу, только Сильвии об это не говорите.       - Предатель! - выплюнула разбитыми губами светловолосая женщина.       - Я должен ощущать вину? - пожав плечами, продолжил, - По идее, я должен радоваться возможности отомстить за уничтожение семьи, но вот незадача - я их ненавидел, практически всех. Так что могу сказать лишь спасибо за выполнение казавшейся несбыточной мечты. Но возвращаясь к теме - что вы намерены с нею делать? Явно не распить пару бокалов вина за светскими разговорами.       - Поймали на границе, почти там же, где мы встретились, - с улыбкой молвил серафим.       - Спустя столько лет они смогли отыскать мои следы? - удивленно потер затылок. - Или не торопились, или же совсем у них дела с поисками плохо идут... хотя... может быть, раньше изучали другие следы? Оставленным другими, возможно выжившими, членами рода.       Вместо ответа "темный блондин" с улыбкой поаплодировал, в то время как здоровяк скис, словно проиграл тому спор.       - И мы хотели бы, чтобы ты выяснил у своего сородича все необходимые детали, - добавил хозяин лаборатории. - Все необходимое можешь взять в том шкафу. Только...       - ... не убей ее раньше времени, я понял, - буркнул я, махнув рукой, отправляясь в сторону стеллажей, где блестели чистотой самые разные инструменты кошмарной, и не очень, наружности. Говорить об этом открытии Сильвии точно не нужно, а покамест займемся зарабатыванием очков доверия у местных хозяев.

***

      - Крепкая попалась, - поделился я наблюдениями, выкидывая в бак вымазанную в крови и прочих выделениях одежду, прежде чем отправиться под струи воды смывать с себя всякое. В процессе поймал себя на мысли, что не ощущаю восторга или же отвращения, только некий... научный интерес к процессу. На что еще можно нажать, уколоть, или вовсе отрезать, чтобы добиться желаемого. Даже пару капелек крови хотел использовать, да Азазель не разрешил, посчитав, что это добьет тот агонизирующий кусок плоти, коим стала Вафила Агарес. Впрочем, главная цель была достигнута. Точнее, она сменилась в процессе, когда из груди была извлечена:       - М-да... это определенно... - задумчиво пробормотал Азазель, покручивая в руках глянцевую фигурку, которую давным-давно использовали в одной из настольных игр, в том числе и люди.       - Шахматная фигурка, да, - пробормотал я, возвращаясь обратно в помещение, сияющее чистотой. Едва живую демоницу утащили латать-зашивать, чтобы затем отправить обратно в камеру. - Только что нам это дает?       - Новый взгляд на один из занимательных вопросов, а так же подсказку в поведении твоих сородичей, - широко улыбнулся Серафим. - Наверняка это дело рук нового Вельзевула, он давно уже привлекает мое внимание.       - Такое же повернутый на изобретениях? - вздохнул я, задавая риторический вопрос. Только шибздики и всякие странные вещи привлекали к себе внимание этого психа.       - Ты понимаешь? Эта система позволяет даже слабым подопытным увеличить свою силу и прочие... показатели, - подбросил в руке фигурку собеседник.       - И чем это отличается от старых порядков? Наверняка это тоже является вместилищем душ, украденных у всяких разных существ, людей в особенности. Кроме души, у них, считай, почти нет преимуществ или привлекательности...       - Опасно недооценивать смертных, Давид, - нравоучительно заметил Азазель, клюнувший на подводящий вопрос. Я получше его знаю, что людей опасно недооценивать. Можно ведь и... богов начать убивать, если правильно разложить карты. - Наш с ними общий создатель, да и не только он, прекрасно понимал хрупкость жизни, и даровал массу возможностей для их защиты.       - Войско ангелов? Развалилось на три части, больше воюющие друг с другом, - махнул я рукой, ожидая продолжения. - Систему Механизмов, о которых ты мне говорил ранее? Их необходимо еще открыть в себе, осознать и развить. Как показывают твои действия, изъять их не составляет большого труда.       - Героические души, - бросил с ухмылкой серафим.       - Герои не вечны, - парировал я, получая в ответ ехидный взгляд.       - Они способны реинкарнироваться. Конечно, остается вопрос с осознанием прошлого существования, однако в случае успеха они мало чем уступят обладателям пробужденных Механизмов.       - Их все еще недостаточно, без концентрации значительных сил они мало что могут противопоставить богам...       - А как же поддержка божеств? Ангелы во главе с Михаилом, опекающие христианскую и мусульманские религии...       - Разделившиеся на массу официальных, и не очень, течений, трактующие Евангелие по-своему, - возразил я удивленному падшему. - Имел неудовольствие ознакомиться с их историей последнего десятка веков. Крови пустили друг другу немало, как после хорошего апокалиптичного катаклизма вроде войны Бога и нерадивого сынка, Люцифера.       - Сколько любви ты испытываешь к прародителю, - умилился Азазель, окутывая фигурку новым слоем силы, призванной углубиться в суть объекта.       - Как и к своему отцу... - едва ли не впервые за время своего существования я не лгал, ибо презирал всех своих отцов, без исключения. Даже настоящего, родного... и себя, вычеркнутого из жизни "нерожденных".

***

      - То есть? - нахмурившись, я посмотрел на фигурку, лежащую на столе. - Ты хочешь сказать...       - Большой прирост мощи, только за счет связи с другими участниками клана-боевой группы, что подпитывается из общего источника, - воодушевленно заявил Азазель, размахивая руками, улыбка которого была наполнена позитивом. Прошло едва ли несколько дней, а он, кажется, сумел понять суть творения Аджуки Вельзевула. На фоне своего товарища Сазекса он смотрелся весьма бледно, особенно учитывая собственные сдержанность на грани полного отсутствия эмоций. Но слухи из-за границы твердили, что со своими врагами он расправлялся безжалостно, демонстрируя колоссальную мощь. А еще ведь есть чертов новый Астарот, уничтоживший клан, и... Левиафан, являющаяся моей несостоявшейся невестой.       Кто-то там, отвечающий за судьбу, определенно имеет специфическое чувство юмора. Возвращаясь к теме:       - И для этого им требуются лишь частички души, в том числе человеческой. Я не нашел ни единой целой, только небольшие фрагменты... даже не так, - мотнул головой серафим. - Представь, что это сердце, а кусочки души это кровь. Как бы часть, и в тоже время самостоятельная... понимаешь?       - Кажется, да... - можно считать аналогом научно-технического прогресса, оптимизировавшего использование сырья. Теперь душу можно "доить" - если я все верно понимаю, как и "начальник" - теоретически до самой гибели, не причиняя той никакого вреда, получая сравнимый прирост к мощи, физической и магической. С такими договорами бороться будет куда сложнее. И количество теперь играет роль не меньшую, чем качество. В плане военной мощи демоны становятся только сильнее, надежды на кризис послереволюционного времени просто тают на глазах. Да и конфликтов на границе стало куда меньше, рейдовые группы падших предпочитают оттеснять, а не уничтожать. Надежда только на остатки прежних элит и радикалов, которых не может не быть среди всех сторон. Но сама тенденция на нормализацию отношений с окружающими добавляет проблем. Требуется ускориться.       - О чем задумался?       - О том, как это можно использовать падшим в усилении сил Григори, - слукавил я.       - Эх, - улыбка померкла на губах серафима. - Совет раздумывает над изменением политики в отношении соседей. Твоя работа в лаборатории и примерное поведение убеждают все большее число пересмотреть отношения...       "Бля..."       "А хороший был план", - язвительно воскликнул Гай. "Надежный, как швейцарские часы, если я правильно понял..."       Точно, это не столько издевка, сколько призыв собраться с силами и двигаться дальше. Мир так мир, без радикалов никуда, ими можно будет воспользоваться. До сих пор на нас пытались совершать покушения, благо Сакура не давала спуска врагам. Кстати, о цветочках:       - Никогда не знаешь, как все обернется, особенно с демонами. Я слышал, многие из бывшей знати подались в бега, куда-то в сторону Тартара?       - Вижу, тебя интересуют не только исследования, - за усмешкой Азазеля таилась внимательность бывалого игрока в покер.       - Иначе Баракиэль найдет еще несколько причин продолжить до меня докапываться, или довлеть над сестрой, - пожал я плечами. Заметив блеск в глазах собеседника, поспешно добавил. - Нет, она не станет объектом, мы же договорились!       Заполучив в руки образцы яда гидры - которую я тоже наотрез отказался показывать, к облегчению последней - он размножил направления исследований, в том числе желая узнать, не была ли плоть Ботисов более устойчивой к подобной отраве, или же все дело во мне как аномалии (или последствии заключенного соглашения). Беспокойные ручонки снова не давали покоя серафиму, вернее, беспокойные мыслишки излишне живого разума.       - Жаль, - вздохнул собеседник. - В любом случае, возвращаясь к твоим бывшим родичам, с уверенностью можно говорить о двух вещах. Кто бы там не собрался, договориться им будет сложно, и там точно не будет наших родичей.       - Это почему?       - Мысли о измене Небесам сразу приведут к падению, у нас достаточно способов по обнаружению... новый братьев по убеждениям, - хмыкнул Азазель, не собираясь развивать тему. - Что же касается использования подобной вещи, - он приподнял фигурку, покручивая оную в пальцах, - прежде стоит довести до ума проект по Механизмам, а там и до подобной системы... Ты иди пока, Давид... - пробормотал серафим задумчиво, уходя в размышления. В такие моменты порой он становился недоступным для слов и окриков.

***

      - Ты продолжаешь верить в людей, - проворчал Гай, когда я в очередной раз забрался в подсознание.       - Разве мы не доказывали, что в нас нужно верить?       - Ты все еще считаешь себя человеком, - продолжал он гнуть свою линию.       - Как бы глупо это не выглядело. Мы способны удивлять, просто порой нужно оказать поддержку, - улыбнулся я, вспоминая, что именно такая ситуация когда-то и свела нас, два обиженных и преданных одиночества.       - Ты же видел отчеты, - напирал "серый". - Кризис верований, рост агрессии, миллионы погибших, и мир снова катится в кошмар противостояния...       - Я помню историю, здесь она в целом идет так же, - отмахнулся я от непрошенного урока истории. - Считай меня двинутым на фоне индоктринации, но такое время есть отличная возможность для развития и формирования новой силы. Нужно лишь подтолкнуть в нужном направлении.       - Предположим, атеистам пообещать блага в научной плоскости - всякое продление жизни, укрепление тела, особенно для тех двух "не-империй", - подошедший вплотную Гай начал тыкать в меня потемневшим, истлевшим пальцем в грудь. - А что ты будешь делать с миллионами верующих? Кто пойдет на сотрудничество с демоном?       - Потерявшим все из-за родни и врагов расы? - я похлопал ладонями по костлявым плечам собрата по тяготам. - Просто тыкну их носом в мировую несправедливость, поиграюсь с историческими фактами, подкину нерассекреченных документов из архивов религиозных лидеров... Фанатизм в нашем деле тоже может быть полезен. Главное - правильно начать. А для этого...       - ... нужно свалить от падших, - все еще недовольный, чисто внешне, Гай отступился. - И как ты собираешься это провернуть?       - Я все еще не могу поверить, - протянула неуверенным голосом наша гостья, - что вы хотите ополчиться на...       - Уверен, ты, хотя бы отдаленно, понимаешь наши злость и недоверие к богам и прочим существам, - повернулся я к Маре, которая за прошедшие годы свыклась с мыслью о своем добровольно-принудительном заключении и "разбазаривании" своей силы ради научного прогресса.       - Если я правильно понимаю, то ваше будущее едва ли...       - Тебя волнуют окружающие, или собственное благоденствие? - прервал я гидру, что все чаще появлялась в виде загорелой девушки с длинными волосами, собранными во множество косичек. - Как бы мне не была отвратительна мысль, но людям приходится страдать. Им нужно преодолевать трудности, в противном случае они меньше ценят то, что уже имеют, жиреют, расслабляются, и скатываются в очередной кризис. Масса жертв, сломанные судьбы и все такое в том же духе. Вывод? Страдать на постоянной основе, с минимумом жертв, постоянно находясь в готовности встретить кризис.       - Ох, этот дивный, новый мир, который только предстоит начать строить...       - Лиха беда начало, - пожал я плечами. - Поход через весь Ад тоже начинался с резни и длился много веков, зато где мы теперь? И через что прошли... врагу не пожелаешь.       - Не похоже на воодушевление, не находишь?       - Иди ты... дальше терзать "мать".