Fate/Second Magus Killer

***

Кладбище средневекового Дамаска… этот молчаливый свидетель канувших в лету эпох, раскинулось за пределами городских стен, где пыль веков смешалась с жарким дыханием пустыни. Резные надгробия из песчаника, испещренные куфическими письменами, ведали гостям этого неприветливого места о могучих эмирах, благочестивых учёных и великих воинах, чьи имена ветер забвения давно стёр из людской памяти. Здесь покоились суфии, искавшие просветления в тишине, и купцы, чьи караваны некогда бороздили по шёлковому пути. Средь хаотичного нагромождения камней и разрушенных мавзолеев скрывались едва различимые остатки древних садов, некогда укрывавших прах усопших в тени пальм и кипарисов. Солнце, что ежедневно и немилосердно опаляло камни до болезненной белизны, наложило на это место оттенок призрачной красоты. Лишь шёпот ветра, проносившийся сквозь руины, нарушал тишину этого заброшенного царства мёртвых, напоминая о бренности всего сущего и о неумолимом ходе времени. Широ задумчиво брёл средь могил по еле различимым дорожкам, что местами освещались слабым мерцанием факелов. Было тихо. Лишь холодный ветер ночной пустыни изредка срывал листья с немногочисленных деревьев, закручивая их в ярком предсмертном танце. Проводив очередной такой лист взглядом, Эмия лишь обречённо вздохнул. Полученное им послание по-прежнему не вызывало в нём восторга, да и желания бродить по кладбищу по приказанию его кровососущей знакомой было не то чтобы много. Но выбора не было. Или, что более справедливо, альтернативы казались ему куда как менее радужными. — Встречаюсь с вампиром на кладбище, что может быть банальнее? — с раздражением пробурчал он, опускаясь на корточки перед надгробием, что успело изрядно порасти мхом. — Ну, вы то мне уж точно не расскажите, да? Минуты шли, а Альтруж всё не появлялась. Эмия мысленно выругался, ясно представляя, какое удовольствие ей доставляла мысль о том, что он явился сюда по первому зову и вынужден был послушно ждать, как последняя шавка. Её полная яда самодовольная улыбка, мелькнувшая в его разуме, была столь реалистична, что он невольно поморщился. Время шло, и чем дольше тянулось ожидание, тем больше на смену раздражению стала приходить неясная тревога. Не столько из-за того, что его визави не соизволила явиться на встречу, сколько из-за странной перемены атмосферы этого места… Ветер, что продолжал временами обволакивать его холодными потоками, стал ещё более морозным и поразительно пустым. Сам воздух словно стал гуще и тяжелее, а смутные очертания теней, что тонули в ночном мраке, стали более контрастными, глубокими, словно пожирая тот немногий свет, что озарял это царство мёртвых. Неприятное предчувствие нарастало с каждой секундой, липким страхом оплетая сознание. Где-то вдалеке заунывно каркнула ворона и звук этот, словно удар колокола разорвал повисшую тишину. Мёртвые деревья замерли, протягивая свои сухие, скрюченные и похожие на пальцы мертвецов ветви прямо чёрную бездну неба. Сосредоточившись, Эмия смог лишь с досадой чертыхнуться. Он здесь был не один… Тишину разорвал резкий, шипящий и похожий на змеиный шёпот, от которого все факелы вокруг мигом погасли, а тьма вокруг сгустилась до такой степени, что он едва видел дальше вытянутой руки. Шёпот повторился ближе, обжигая потусторонним холодом сам разум. Широ почувствовал, как что-то коснулось его щеки. Что-то тонкое, ледяное и похожее на паутину, сотканную из мрака. Рука сама собой метнулась к рукояти клинка, позволив Эмии судорожно рубануть вокруг себя по дуге, рассекая воздух в бессильной попытке отогнать этот странный морок. Шёпот нарастал, превратившись в зловещее бормотание, слова в котором ускользали от его понимания, но давили своей тяжестью и разрушительной силой. Пытаясь высмотреть во тьме его источник, Широ с удивлением обнаружил, что тени вокруг, включая его собственную, пришли в движение, оплетая его и сгущаясь настолько, что он перестал хоть что-нибудь видеть. Наёмник словно оказался в преисподней, где не было ничего, кроме беспросветной тьмы, и власть её здесь была абсолютна. Каждый новый вдох давался с трудом, словно воздух стал густым и вязким, наполнившись отравой древней и незнакомой магии. Слабый свист рассекаемого воздуха донёсся до его ушей, заставив Широ судорожно отступить в сторону. Решение было весьма своевременным, ведь в ту же секунду невидимое лезвие разорвало складки его плаща в районе груди. Эмия судорожно напряг все свои органы чувств, пытаясь уловить хоть малейший намёк на источник атаки, но вездесущая тьма окутала его подобно кокону, не давая увидеть дальше собственного носа. А уже в следующее мгновение его ногу пронзила резкая вспышка боли. Опустив взгляд, он к своему вящему шоку обнаружил, что его голень была пробита насквозь… его собственной тенью. Странное щупальце с заостренным концом выросло из неё и двигалось, словно живое. Широ попытался отдернуть ногу, но тень держала его мёртвой хваткой, подобно хищнику, что не желал упускать пойманной добычи. Знакомый свист вынудил его на мгновение отвлечься от раны, заставив выставить перед собой Дайнслейф, принимая на него невидимый удар, что едва не добрался до его горла. Это стало последней каплей, окончательно взбесившей его. Он буквально оказался в глухой обороне, не понимая, кто его атакует и сколько убийц пришло по его душу. Не теряя времени, Эмия прижал руку к раненной ноге, после чего пространство в этом месте моментально исказилось и раздалось странное шипение, словно бы от раскалённого металла, что опустили в воду. Тень, что мгновение ранее крепко держала его ногу, начала таять под влиянием энтропической энергии Мнимого Сектора. И уже через секунду он сумел вырвать ногу из этого капкана, хотя и не рискнул полностью опираться на неё. Широ невольно стиснул зубы, подавляя стон. Адреналин уже начал притуплять боль, но он прекрасно знал, что это была не более чем временная передышка. Впереди его ждал долгий бой, и каждая минута промедления давала его врагам лишние шансы. Магия нападавших была ему незнакома, но он понимал, что его поймали в некое подобие замкнутого барьера, выбраться из которого было затруднительно, если не знать принципа его работы. Но он мог действовать более… грубо. Глаза Эмии вспыхнули потусторонним сиянием Мистических Глаз Восприятия Смерти. Мир моментально преобразился, приобретая багряный оттенок кровопролития и покрываясь линиями Смерти. Непроницаемая ранее конструкция барьера предстала перед ним покрытой бесчисленными трещинами, пульсирующими алым светом обреченности. Широ сосредоточился, выбирая линию, что поддерживала этот кокон, являясь самой уязвимой точкой магического плетения. Воздух задрожал, когда он направил свою волю, усиливая взор. Линии стали ярче, становясь почти осязаемыми, а нужная точка билась, подобно сердцу. Ассасин замахнулся, готовясь к нанесению одного решающего удара, и обрушил лезвие Дайнслейфа. Мир вздрогнул. Барьер задрожал, а затем с треском рассыпался в прах, открывая ему путь сквозь завесу теней. Широ невольно зажмурился, на миг ослепнув от поразительно яркого сияния луны. К счастью, противники не смогли воспользоваться его секундным промедлением, ибо сами пребывали в полном замешательстве, явно не ожидая, что их паутина теней будет уничтожена в столько короткие сроки. Напади они сразу, Эмия оказался бы в невыгодном положении, но… этот бесценный момент был упущен, а ассасин смог оглядеться вокруг и рассмотреть своих противников. Их было трое. Все как один окутанные плащами охристого и песочного оттенков, позволявших им скрываться среди дюн. Лица, естественно, скрывала тень от капюшонов, а нижнюю часть лица скрывали платки, вроде тех, которыми караванщики защищались от вездесущего песка. Руки в тонких кожаных перчатках сжимали странные кривоватые клинки, а ноги их были обмотаны слоем ткани, что и позволяло им настолько сильно приглушать звук собственных шагов. - Ну и ну, конкуренты, что ли? — удивлённо подумал Широ, созерцая их облачение, что весьма недвусмысленно намекало на род деятельности сей троицы. Впрочем, долго строить теории ему не позволили, ведь один из убийц, выйдя из оцепенения, ринулся к нему с поразительной плавностью и быстротой, скользя по песку, словно змея, и готовя свой хопеш для очередного удара. Клинок блеснул острозаточенным лезвием, мелькнувшим всего в паре сантиметров от лица Широ. Увернувшись от этой атаки, он с досадой подметил, что второй убийца тоже пришёл в себя, заняв позицию слева, отрезав тем самым пути к отступлению. Они окружили его словно хищники, готовящиеся разорвать загнанную жертву. И словно этого было недостаточно, из окружавших теней на него обрушился поток клинков и игл, сотканных из мрака. Сомневаться в их опасности не приходилось, поэтому нынешнего выбора оружия явно было недостаточно. Воспользовавшись очередной заминкой противника, Широ сжал кулак, словно охватывая рукоять невидимого клинка, после чего выудил из своего хранилища второе оружие. Появившийся из ниоткуда меч выглядел как настоящее произведение искусства, но был не менее смертоносным, чем проклятое орудие. Гарда, выполненная в форме распростёртых ангельских крыльев, рукоять, обтянутая кожей единорога, а на длинном, отливающем лунным светом лезвии были высечены руны древних клятв верности и справедливости. Меч этот ярко контрастировал с Дайнслефом, что буквально гудел в другой руке ассасина от еле сдерживаемой жажды крови. Использовать оба этих клинка одновременно было крайне опасно и по-своему безумно, но ситуация была нестандартной и он готов был пойти на риск. Молниеносным ударом он рассёк большинство протянувшихся к нему лезвий, скашивая их словно траву и заставляя тени судорожно дёргаться и рассеиваться. Эмия довольно улыбнулся, в который раз поблагодарив судьбу за этот дар. Мистические глаза позволяли ему уничтожать не только живые объекты, а в принципе всё, что оставляло след и существовало в реальном мире. Даже магия, барьеры и магическое оружие были бессильны перед неотвратимостью Смерти. Но времени не злорадство не было — двое убийц продолжали наступать, медленно, но верно оттесняя его. Было заметно, что эта парочка привыкла работать в связке, прикрывая друг друга — слишком уж синхронными и согласованными были их движения. Они напали одновременно, рассчитывая задавить его числом, но Широ резко опустился на одно колено, блокируя атаку лезвиями клинков, после чего резко крутнулся и ударом ноги выбил одного из убийц из равновесия и заставил его чуть отлететь назад. Следом, не давая им опомниться, он продолжил разворот, нанося двойной разрубающий удар по второму ассасину. Последний попытался отступить, и это спасло ему жизнь, но мгновение промедления позволило кончику Дайнслефа глубоко впиться в лицо противника, оставив сильнокровоточащую рану. Обычно такой раны было более чем достаточно, чтобы если не закончить бой, то хотя бы сбить противника с ритма, но на убийцу это произвело обратный эффект. С удвоенной яростью он кинулся на Широ, нанося новые, размашистые удары, пока его напарник наконец снова не оказался на ногах. Эмия понимал, что нельзя давать этим двоим снова войти в согласованный ритм, а потому следовало как можно скорее прикончить одного из них. Time Alter: Double Accel! Время привычно замедлило свой бег, давая ему возможность играючи отвести удар противника, но тот плавно крутанулся вокруг своей оси, вновь нанося серию коротких и быстрых рубящих ударов. Впрочем, два меча давали Широ достаточно преимущества в ударной силе, чтобы нанести мощный контрудар, который отбил оружие противника в сторону, заставив его слегка потерять равновесие и отступить назад. Это и стало его фатальной ошибкой. Пока он заносил оружие для нового удара, пытаясь параллельно восстановить равновесие, Эмия перехватил Дайнслейф обратным хватом и резким ударом вонзил в грудь убийцы. Рана щедро брызнула алым, окрашивая лезвие цветом свежей крови. Противник замер, выпустив меч из рук. Его глаза, скрытые полутенью капюшона, расширились от неверия и боли. Он попытался что-то сказать, но изо рта вырвался лишь невнятный хрип. Не проявляя к этому участия, Дайнслейф покинул рану, и тело незадачливого убийцы рухнуло, как подкошенное. С диким рыком второй убийца ринулся к нему, рассекая воздух перед Широ, и неудачно вонзил хопеш глубоко в землю. Эмия рассчитывал использовать это упущение и прикончить его, но ноги отказались слушаться. Беглый взгляд моментально дал понять почему. Тени вновь пришли в движение, опутав его ноги словно змеи, не давая сделать и шагу дальше. Злостно чертыхнувшись и наплевав на всякую осторожность, он обрушил лезвие своего второго меча вниз, рискуя повредить и вторую ногу, но счёт буквально шёл на секунды, чтобы взвешивать все за и против. Кончик меча с поразительной лёгкостью рассёк извивающуюся тень, подарив Широ долгожданную свободу, что было весьма своевременно, ведь второй убийца наконец-то извлёк оружие из земли и обрушил на него новый шквал яростных атак. Лезвие хопеша мелькало вокруг подобно молнии, создавая вокруг Широ непроницаемую стену стали. Он едва успевал парировать, чувствуя, как боль в ноге сковывает движения и не позволяет навязать бой на своих условиях. Оттолкнувшись от земли, Эмия кувырком откатился назад, вырываясь из смертоносного танца клинков. Убийца зарычал, преследуя его. Безумные глаза ассасина буквально сияли от нескрываемой жажды крови. Их разделяло всего пара метров, когда Широ резко выпрямился и бросил в противника горсть песка. Убийца инстинктивно зажмурился, давая Эмии ту долю секунды, которая и смогла решить исход боя. Клинки снова скрестились, но в этот раз в атаку пошёл уже Широ, выжимая из своего тела остатки адреналина, которых должно было хватить, чтобы закончить бой как можно скорее. Противник, хоть и потеряв инициативу, всё же не сплоховал, давая ему достойный отпор. Очередное скрещивание стали даже позволило ему садануть Эмию локтем в лицо, оттолкнув его назад. Поверив в свои силы, убийца резко закрутился, набирая скорость и замах для того, чтобы одним движением обезглавить Широ, и этот манёвр стоил ему всего. Широ успел блокировать лезвие хопеша Дайнслейфом, после чего перехватил второй меч обратным хватом и, сократив дистанцию до минимума, вогнал лезвие как можно глубже в грудную клетку убийцы, разрывая его мышцы и дробя кости. Кровь хлынула горячим фонтаном, обжигая лицо Эмии. Противник захрипел, безуспешно пытаясь оттолкнуть его, но силы уже начали покидать его. Сознание в глазах убийцы постепенно угасало, оставляя место лишь агонии, ненависти… и желанию забрать противника за собой в ад. Широ не дал ему возможности на контратаку, выбив хопеш из его ослабевшей руки, после чего выдернул меч из зияющей раны и отступил прочь. Убийца рухнул на колени, тщетно пытаясь закрыть руками кровоточащую грудь, но кровь густым потоком утекала сквозь его сведенные судорогой пальцы. Последний вздох вырвался из горла вместе с кровавой пеной, после чего он завалился на бок и навсегда погрузился в безмолвие. Погрузившись в горячку боя, Широ упустил из виду присутствие третьего противника, и это едва не стало уже его фатальной ошибкой. Вспомнив о его существовании, ассасин резко развернулся к тому месту, где должен был находиться последний из его незадачливых убийц, и увидел, как тот извлекает меч из ножен, чтобы в следующее мгновение попросту… исчезнуть. Эмия в замешательстве крутанулся на месте и только чудом смог заблокировать удар убийцы, что за мгновение очутился у него за спиной. Подобное перемещение невольно вызвало в нём порядочный приступ оторопи, но защитившись от нисходящего удара и отпихнув противника назад, ассасин смог восстановить самообладание. И вновь, к его раздражению, из всех окружающих теней на него обрушился шквал колющих атак, количество которых увеличивалось с каждой рассечённой тенью. И это не говоря уже о том, что третий убийца тоже не оставался в стороне, пытаясь дотянуться до Широ лезвием своего хопеша. Впрочем, довольно быстро Эмия понял, что его положения было далеко не так безнадёжно, как могло показаться в момент первого обмен ударами. Очевидно, что этот третий убийца и был тем, кто контролировал тени, вот только делать это, одновременно держа в руках меч, оказалось весьма затруднительным делом. Об этом говорил хотя бы тот факт, что сила и координация теневых атак была куда ниже, чем раньше, да и сам его визави явно не имел такого уж серьёзного опыта в фехтовании, в отличие от своих остывающих на земле приятелей. Разница в их навыках была такова, что смущённый ею Широ поначалу просто не решался на более активные действия, справедливо опасаясь, что это была какая-то ловушка. Но… спустя минуту обмен ударами ему стало очевидно, что никакой западни здесь нет. Неуклюжие, почти детские попытки противника парировать его атаки выдавали абсолютную неопытность в обращении с мечом. Это было настолько неожиданно, что невольно сбивало с толку — после напряжённой дуэли с его напарниками, это казалось… нелепым. Лезвие меча скользнуло, как тень. Убийца едва ли успел осознать происходящее, когда его меч, казавшийся таким внушительным, вдруг стал бесполезным довеском в дрожащей руке. Первый удар — отводящий, без крови, лишь чтобы нарушить баланс. Второй — точный, быстрый, как укус змеи, буквально снёс половину клинка противника, оставляя в его руках лишь нелепый обрубок. Резкая подсечка и удар крестовиной повалили убийцу на землю, а уже через мгновение лезвия обоих мечей оказались у его шеи, готовые оборвать его жизнь. — Стой! — резко крикнул незадачливый убийца, поднимая руки в жесте полной покорности. — Я вряд ли удивлю тебя своей просьбой, но… прошу сохранить мне жизнь и выслушать. Широ невольно подивился тому, как буднично и спокойно, без какой-либо тени страха были сказаны эти слова. Словно жизнь его противника не висела на тонкой нити, к которой были приставлены лезвия дух смертоносных мечей. Он даже подумал о том, что это лишь пустая попытка заинтересовать его и выгадать пару мгновений, но… даже в глазах убийцы читалось какое-то странное безразличие к своей судьбе, смешанное с искрой неподдельного интереса к персоне ассасина. — Ты прав, подобная наглость давно перестала меня удивлять, — фыркнул Широ, искренне позабавившись подобному развитию событий. — То есть… ты пытался меня убить, а теперь пытаешься убедить меня отказаться от справедливого возмездия? Я не ослышался? — Я понимаю, как это выглядит… — Ни черта ты не понимаешь, песчаный червяк, — холодно оборвал его Эмия, намеренно прижимая лезвия мечей к шее противника. — Ты сознательно влез в опасное дело, так имей же мужество принять смерть достойно. — Моя смерть ничего тебе не даст… — спокойно заметил собеседник. — Может быть, но вид того, как ты захлёбываешься кровью, может заставить меня улыбнуться, — кровожадно процедил Широ. — Но я могу быть… — Во имя Аллаха, даже вот не начинай! У меня нет желания слушать жалкие попытки выторговать свою шкуру, — презрительно фыркнул ассасин. — Ты мне ногу продырявил, а это знаешь ли довольно больно, и после этого ты ждёшь снисхождения? — И всё же я ещё жив, — после секундного раздумья резонно заметил убийца. — Значит тебе всё-таки интересно то, что я могу рассказать? Первым порывом Широ было попросту снести ему голову и покончить с этим неприятным ночным рандеву. Эта мысль была весьма соблазнительной, но он всё же смог удержаться от этого. Не сейчас. Не так. Слишком много вопросов оставалось без ответов, слишком многое висело на волоске. Ярость бурлила в венах, требуя немедленной разрядки, но холодный расчёт просил подождать. Он должен был выведать, понять. Для начала следовало узнать, кем вообще были его незадачливые убийцы и чего ради они решили отправить его на свидание со смертью. Подослала ли их некая вампирская принцесса, желая проверить или попросту поиграться с ним? Или же они как раз и были частью той силы, что решила выйти из тени и встать на пути его миссии? Целый ворох вопросов роился в его голове, но все они были поверхностными, а интуиция прямо кричала о чём-то большем, чём-то, что упорно ускользало от него… — Ваша цель — лидер хашишинов… или лично я? — спросил он прямо. — И всё-таки тебе интересно… — с улыбкой в голосе проронил убийца, но тут же ощутил, как лезвие одного из мечей болезненно надрезает кожу на его шее. — Не испытывай моё терпение. Ты в лучшем случае выторговал себе пару минут жизни, но я не гарантировал, что они пройдут для тебя безболезненно. — Моё имя Азир, я маг теней из Аль-Азиз. Нас послали именно по твою душу, Рашид ад-Дин, — послушно ответил убийца. — Не знаю, в курсе ли ты, но за последние пару лет ты создал себе достаточную репутацию, чтобы тебя сочли угрозой достойной того, чтобы по твою душу отправляли наёмных убийц. — Наёмники по мою душу? Какая ирония… — криво усмехнувшись, проронил Эмия. — Я не собирался тебя убивать, — неожиданно заявил Азир. — И прежде чем ты выразишь справедливый скепсис по этому поводу, позволь уточнить… до меня доходили слухи, что это именно ты уничтожил орден Зазубренного Солнца. Это так? — Предположим… — уклончиво ответил Широ. — Ты и я… мы хотим одного и того же… — Ты и понятия не имеешь о том, чего я хочу, — глухо оборвал его Эмия. — Ближе к сути, твои минуты истекают. — У нас с тобой общий враг. Мои… собратья, — последнее слово маг теней едва ли не выплюнул, наполнив таким презрением, что Широ невольно удивился. — Да, как ты мог заметить, я не питаю к ним особой любви, но и не могу в одиночку пойти против них. Мне нужен союзник, способный бросить им вызов и не пасть смертью храбрых. И думаю, в свете сегодняшних событий, ты также заинтересован в этом. — Неужели? — с обманчивым скепсисом в голосе проронил Эмия. Он не готов был этого признавать в открытую, но речь его незадачливого убийцы смогла его заинтриговать. — Ты не слепой, я вижу это. Ты уже давно должен был заметить, как они плетут сети, и очень скоро все мы окажемся в них. Мы должны действовать, пока ещё есть шанс! — горячо воскликнул Азир, чувствуя, что его слова начинают производить нужный эффект. — Я располагаю информацией, которой хватит на то, чтобы развязать войну, но у меня не хватит сил выиграть её в одиночку! — Значит, тебе нужен я? — Твоя сила, твои ресурсы, твоё влияние. Ты ведь прибыл сюда затем, чтобы помочь латинянам, что идут к нам с запада, не так ли? — увидев, как бровь Широ слегка дёрнулась от удивления, он с жаром продолжил. — Те, кто подослал к тебе убийц, хотят обратного. Пришествие крестоносцев изменит устоявшийся баланс сил, даст Святому престолу раскинуть свои сети и здесь, а моим хозяевам претит такая перспектива… Сегодняшнее покушение — лишь первый шаг, будут и другие, куда более опасные, но я могу помочь предотвратить их! — Очень великодушно с твоей стороны, вот только ты не вызываешь у меня доверия, — покачал головой Эмия. — Союз, основанный на ненависти, в лучшем случае штука ненадёжная, а я вижу эти огоньки, что так и пляшут у тебя во взгляде при упоминании хозяев. Такие люди, как ты, лишены всяческих сдержек и крайне неосмотрительны, вы не заботитесь о последствиях своих действий… — А ты значит не такой? — с усмешкой перебил его Азир. — Как ты думаешь, почему эти люди сумели расширить своё влияние и обнаглели настолько, чтобы бросить вызов Ангелу Смерти и его ордену? Может потому… что кто-то убрал камень, который сдерживал поток? Широ скрежетнул зубами, едва сдерживаясь, чтобы не отрезать ему голову за эти слова. Тонкий червячок сомнения, который грыз его с того самого момента, вновь зашевелился в глубине души. Интересно, действительно ли он тогда выбрал меньшее зло? Да и стоило ли вообще выбирать?... Нет. Сейчас явно ни место и ни время думать об этом. — Ты имеешь полно право убить меня, это будет справедливо, — произнёс Азир, вырывая Широ из водоворота мыслей. — Однако я прошу тебя ещё раз всё обдумать. Да, быть может у нас разные мотивы, но единая цель. Ты нужен мне больше, чем я тебе. И это не лесть, а лишь признание неоспоримого факта. И этот факт говорит о том, что наше сотрудничество принесёт желаемое и тебе, и мне. А если мы оба достигнем желаемого, так ли важны будут все эти мелочи? Эмия задумчиво хмыкнул. Стоило отдать должное, этот парень умел складно говорить, да и здравое зерно в его словах тоже имелось, ведь труп вряд ли смог бы рассказать ему больше, а информация была нужна ему, словно вода в пустыне. Хассан предупреждал его, что в игру вступит сторона, обладающая куда большим влиянием и возможностями, чем могло бы показаться изначально, и это не была какая-то случайная переменная, которой можно было пренебречь. Подобный расклад говорил о необходимости по новой взглянуть на карту происходящего, отчего картина будущей миссии становилась куда более масштабной и зловещей. Вопросов было всё больше, а ответов, как назло, меньше. Единственное, что оставалось неизменным — его цель. И, похоже… ему придётся сотрудничать с этим Азиром, каковы бы ни были его истинные мотивы. И во многом это сотрудничество придётся строить на доверии, что было весьма опасной перспективой… с другой же стороны существовало множество способов обеспечить его лояльность и полезность. В конце концов, он был всего лишь ещё одним инструментом со своими зазубринами и трещинами. Главное — четко обозначить границы дозволенного, дабы этот «партнёр» не возомнил себя кем-то большим, чем пешкой в его игре. — Хорошо… — задумчиво протянул Широ, наконец убирая мечи прочь. — Будем считать это временным альянсом до тех пор, пока ты будешь оставаться полезным. Впрочем, особо не обольщайся: полезность — понятие весьма относительное и подверженное влиянию обстоятельств. — Рад слышать, что здравый смысл возобладал, — с облегчением ответил тот, с трудом поднимаясь на ноги, и осторожно коснулся порезов на шее. — Не переживай, я быстро докажу свою полезность. — Поживём - увидим, — с ноткой пренебрежения произнёс Широ. — А пока… приводи себя в порядок и ступай к мечети Омейядов. Жди меня, и там мы обсудим всё более подробно. Надеюсь, мне не стоит говорить, что если я тебя там не застану… — Можешь не заканчивать. Я и так подписал себе смертный приговор, заговорив с тобой, поэтому ты - моя единственная надежда на месть и выживание, — понимающе произнёс Азир, снимания капюшон и открывая перед Эмией своё лицо. Его кожа цвета тёмного базальта казалась почти непроницаемой для света, словно поглощая его и оставляя лишь мерцающие отблески в глубине морщин, прорезающих его лицо. Глаза, обрамлённые густыми, как вороново крыло, бровями, горели изнутри холодным, зловещим пламенем, выдавая в нём личность с несгибаемой волей. Не говоря больше ни слова и слегка склонив голову в знак почтения, он скрылся среди могил, оставив Широ в компании двух трупов. Почувствовав, как напряжение в воздухе исчезло, он с облегчением выдохнул, но уже через секунду болезненно скривился. Адреналин окончательно выветрился, и рана на ноге начала неприятно напоминать о себе. Она не была смертельной, да и просто опасной её назвать было нельзя, что лишний раз подтверждало, что этот тип не старался его убить. Впрочем… это не избавляло его от необходимости заняться раной. Широ огляделся. Холодный лунный свет серебрил надгробия, отбрасывая длинные, зловещие тени. Звук его собственного дыхания теперь казался оглушительным в этой мёртвой тишине. Закатив штанину, он увидел покрытую уже присыхающей кровью рану, которая как он и думал, оказалась неглубокой. Боль, однако, пульсировала, напоминая о себе с каждым шагом. Сняв с пояса небольшую флягу, он старательно промыл рану, чтобы избежать заражения, после чего зажал её рукой и начал концентрировать магическую энергию. Духовное исцеления было достаточно известной, но при этом непростой магической дисциплиной. Для любого опытного мага было несложно исцелить пару порезов или ушибов, но вот для чего-то большего требовался определённый талант. К счастью Эмии он был одним из тех, у кого сей талант имелся. Был ли тому причиной находящийся внутри него исцеляющий Небесный Фантазм или обладание Мистическими глазами, но получалось у него весьма неплохо. Всё же в профессии убийцы мало было просто уметь калечить других, ибо таланты, что могли продлить твою собственную жизнь, ценились куда больше. При лечении себя и других он воспринимал раны и повреждения как прерывистые красные линии, а вливание магической энергии в их пересечение могло залечить повреждения. Каждая царапина, глубокий порез или сломанная кость — всё становилось графиком на невидимой карте тела. Концентрация требовалось абсолютная, иначе поток энергии мог исказить линию, породив новый узел боли. Из-за этого наиболее сложными были внутренние повреждения. Даже для него они являлись невидимыми переплетениями, словно корни старого дерева, уходящие куда-то вглубь. Тут приходилось полностью полагаться на интуицию и знание анатомии, ощущая каждую пульсацию, каждый нерв. Стоило ли говорить о том, насколько подобное выматывало… — Ну и ну, должна признать, я приятно впечатлена, — донёсся до его ушей знакомый елейный голосок. Он не ответил сразу, заканчивая лечение ноги, после чего раздражённо вздохнул и, поднявшись на ноги, бросил на новоявленную гостью максимально презрительный взгляд. — Надо понимать… это тебе я обязан столь тёплым приёмом? — О, что же меня выдало? — невинно спросила Альтруж, по-детски склонив голову чуть набок. — Как минимум твоя плутовская усмешка, которая отказывается сходить с лица, — фыркнул Эмия. — Сама назначила встречу и сама же на неё опоздала… — Ну, не делай такое лицо. Истинная дама, подобно вину, раскрывается лишь спустя время, — игриво отметила она. — Угу, в таком случае наше вино уже успело скиснуть… — Если тебя это утешит, это небольшое побоище - не моя инициатива, — развела руками Альтруж. — Изначально я и правда собиралась просто поговорить с тобой… а уже потом до меня дошли любопытные слухи о том, что кучка расхитителей могил нацелилась на моего дорогого рыцаря плаща и кинжала… — с этими словами она игриво подмигнула Широ. — Вот я и решила… поспособствовать вашей встрече, а заодно посмотреть, как ты выглядишь в деле. — А… значит, тот раз, когда я чуть не снёс тебе башку… не считается? — насмешливо уточнил Широ, с удовольствием отметив, как эти слова сбили с неё спесь. — Слушай, мальчик… — хмуро и холодно ответила она. — Тот факт, что ты смог застать меня врасплох после тяжёлого боя ещё не делает из тебя чёртового Геркулеса. — Интересно, а твоя отрубленная голова была бы такой же наха… — резкая вспышка боли в груди прервала его насмешливую тираду, заставив его настолько стиснуть зубы, что они едва ли не сломались. Но он ни за что не собирался доставлять ей удовольствие, показывая свою боль. — Да, когда ты молчишь, в тебе определённо куда больше обаяния… — хмыкнула Руж. — Ладно, хватит лирики, перейдём к теме нашей встречи. — Не прошло и года… — прошипел Широ, по-прежнему морщась от начавшей стихать боли. — У меня есть для тебя задание. Работа, которую изувер вроде тебя уж точно будет рад выполнить, — пропустив его комментарий мимо ушей, снисходительно произнесла Брюнстад. — Недавно в эти края перебрался один… изгой, что является самопровозглашённым протеже Страута, жаждущим лавров и внимания моего рыцаря. Проблема в том, что этот дуболом в последнее время привлекает много внимания и рискует испортить мне весь расклад. Как ты понимаешь, это неприемлемо… — Почему я? Почему ты сама не можешь этим заняться или отправить одного из твоих мордоворотов? — Мои, как ты выразился, «мордовороты» сейчас заняты куда более важными делами, чем охота на крыс, — пояснила она таким тоном, словно объясняла прописные истины. — А я предпочитаю не опускаться до подобной вульгарности без крайней нужды. Да и потом, мне казалось, что ты уж точно не упустишь возможности уменьшить наше поголовье, разве нет? — Что же такого особенного он делает, что ты сочла нужным обратить на него внимания и использовать меня для его устранения? — с ноткой интереса уточнил Широ. — Честно? Годом ранее я бы действительно махнула на этой рукой, ибо мне нет никакого дела до убитых им наёмников, крестьян и прочих героев без страха и упрёка, — пожала плечами вампирша. — Однако в свете последних событий он рискует привлечь слишком много ненужного внимания… — Крестоносцы… а где они, там и Святая Церковь, — понимающе проронил Эмия. — Да, — согласно кивнула она, улыбнувшись его сообразительности. — Для церковников это станет лишним поводом протянуть сюда свои загребущие ручонки. Угрозы для меня или моих… «мордоворотов» они, конечно, не представляют, но могут очень сильно спутать мне все карты, а я слишком долго выслеживала этих скотов, чтобы какие-то обезьяны в сутанах мне всё испортили! — Ну и ну, такая экспрессия. Я почти удивлён, что кто-то способен вывести тебя из равновесия, — с наигранным сочувствием произнёс Широ. — Не смеши. Интересы этих «святых отцов» никогда не распространялись дальше наживы и банальной жажды власти. Выродки, которые перешли мне дорогу - куда опаснее. Их мотивы - хаос и разрушения, а инструменты - древние ритуалы и тёмная магия. Они не остановятся ни перед чем, чтобы достичь своей цели, — процедила сквозь зубы Альтруж, прежде чем вернуть себе самообладание. — Но всё это не должно тебя волновать. Твоя цель это убить одного из ненавистных тебе кровососов. Всё прямо и просто, без прикрас. После этого я точно смогу быть уверена, что твои успехи не банальное везение, и ты на самом деле можешь быть мне полезен в будущем. — Кто он и где мне его искать? — после секундного раздумья спросил Широ. — Его имя Валаш Харкон. Он один из последователей Ризо, что, будучи смертным, смог произвести на него впечатление, за что ему и был дарован шанс. Но… как я и сказала, его деятельность сейчас может привлечь много нежелательного внимания, а допустить этого никак нельзя. Как ты это сделаешь, меня не заботит, но советую не затягивать, поскольку он редко засиживается на одном месте. — А твой рыцарь не обидится на подобное? — с иронией уточнил Широ. — Напротив, если ты его убьёшь, значит, Страут ошибся и ему изначально ничего не светило, — с мрачным весельем ответила Руж. — Если уж его способен убить кто-то вроде тебя, он не заслуживает и тени внимания моего рыцаря. Найти его ты сможешь в горах к северу отсюда, он часто караулит путников на дорогах, предлагая померяться силой. Если же не сумеешь наткнуться на него так, то найти его можно будет в одной из пещер. Местные зовут её Магаратт ад-Дамм. Наверняка он обустроил себе лежбище там, так что можешь просто подкараулить его, ведь рано или поздно он явится туда, чтобы переждать день. — Как мне связаться с тобой, когда дело будет сделано? — О… я так и знала, что ты будешь скучать по мне! — ядовито хихикнула Альтруж. — Не переживай, я и без тебя обо всё узнаю, ровно как и сообщу место нашего следующего свидания. И не волнуйся, в следующий раз мы будем только вдвоём, без всяких третьих лишних! — Столько радости, прямо не знаю, куда себя деть, — с неприкрытой иронией проворчал Широ. — Ну, тогда не смею отвлекать. До скорой встречи, мой рыцарь смерти! — кокетливо произнесла Руж, исчезнув прежде, чем Эмия успел огрызнуться. Оглянувшись вокруг и не почувствовав её присутствия, он невольно выругался. - Во что же превратилась моя жизнь?...

***

— Ха… ха… Широ тяжело дышал, судорожно пытаясь восстановить дыхание и свободной рукой вытирая кровь, что активно лилась из небольшой раны на лице. Адреналин, бурливший в венах, постепенно отступал, оставляя после себя лишь ноющую боль и ощущение завершённости. Последний удар был неожиданным и стремительным, словно змеиный укус, что позволяло с досадой заявить, что Широ недооценил противника. Убитый Эмией вампир лежал в нескольких шагах от него, пригвождённый к скальному полу пещеры Дайнслейфом, что сдерживал любые попытки вырваться. Впрочем… если что-то и поддерживало в нём жизнь пару мгновений назад, это что-то уже покинуло эту бренную плоть. Его доспехи треснули во многих местах, отчего их тёмно-багряный оттенок стал ещё более колоритным. Эхо битвы стихло, оставив лишь тяжелое дыхание ассасина и тонкий, стихающий звон стали. Проклятый клинок, пронзивший сердце, не оставлял и тени шанса. Оружие довольно пульсировало алым оттенком, наслаждаясь новым потоком кровопролития. Пещера, служившая укрытием для чудовища, теперь стала его могилой. Капли воды, падающие со сталактитов, мерно отсчитывали секунды тишины, а лунный свет, проникающий сквозь расщелину, падал на бледное лицо побеждённого, застывшее в гримасе боли и удивления. Победа далась нелегко. Вампир оказался куда сильнее, чем он предполагал, а его магия крови почти сокрушила оборону Эмии, не говоря уже о том, что вампир оказался отличным фехтовальщиком. Тело Широ ясно сигнализировало о том, что ему требуется отдых. Оно и неудивительно, ведь хоть Широ и успел привыкнуть к затяжным схваткам и повреждениям тела, но это вовсе не делало из него неутомимого берсеркера. Он чувствовал, как мана медленно покидает его тело, оставляя лишь усталость и дрожь в руках. Все мышцы ныли, словно их перекрутили в тугой жгут. Голова гудела, а в висках пульсировала назойливая боль. Даже дыхание казалось каким-то рваным и неглубоким. Широ чувствовал себя выжатым лимоном, из которого до последней капли выцедили всю энергию. Он прислонился спиной к шершавой стене, медленно сползая вниз. Холод камня приятно освежал разгорячённую кожу. Закрыв глаза, он попытался сосредоточиться на своём дыхании, нащупать тот самый внутренний стержень, который всегда помогал ему восстановиться. Обычно в его деле найти цель было едва ли не труднее, чем ликвидировать её, но в этот раз ему очень помогла наводка Брюнстад. Эмия не стал тратить время на заведомо бессмысленные скитания по местным горам и сразу направился к нужной пещере. Благо, найти её было несложно, ибо местные отлично знали о ней, в силу её дурной славы. По легенде именно в ней Каин убил своего брата Авеля, в честь чего пещера и получила своё название — Пещера Крови. Вампир, несомненно, нашёл это забавным и символичным. Ожидание продлилось несколько часов, но когда цель появилась в поле зрения, вампир ни выказал и капли удивления появлению очередного претендента на его голову. Впрочем, полузасыпанные землёй останки прошлых визитеров, что гнили в паре шагов от входа в пещеру, были весьма красноречивы. Никакого диалога не последовало, оба прекрасно знали, чем всё закончится… Впрочем, предсмертное выражение лица кровососа явно говорило о том, что исход, по его мнению, должен был быть иным. Хотя Широ ни за что не мог назвать этот успех закономерным. Множество неглубоких ран по всему телу, в том числе и на лице, а также немая, тупая боль в конечностях были явным признаком того, что он недооценил мастерство убитого вампира. Теперь мысли о том, чтобы убить кого-то вроде Альтруж Брюнстад или её прихвостней выглядели откровенно смехотворными. Он и раньше это понимал, но сейчас это стало очевидно как никогда — в тот раз ему действительно просто повезло. - Ладно, хватит об этом, — мысленно одёрнул он себя, с тяжёлым вздохом поднимаясь на ноги, и зашагал к выходу. Дел оставалось ещё много: во-первых, следовало подробно допросить этого Азира, которого он временно оставил под присмотром Бальтазара до тех пор, пока он сам разбирается с охотой на вампира. Всё же, от исхода их разговора зависело решение о том, что делать с этим внезапным союзником и насколько он будет полезен сейчас и в ближайшем будущем. Во-вторых, следовало проверить, как идут дела у его подчинённых и насколько вообще тронулся с места процесс, ведь сейчас уже должны были быть готовы доклады об общем положении дел, дабы ему было проще скоординировать общий план действий. И в-третьих… он просто хотел спать. Банально лечь и закрыть глаза, не просыпаясь ближайшие часов двадцать. Конечно, цифра была фантастичной, но в нынешнем состоянии перспектива даже пары часов сна казалась ему райским блаженством. Занятый этими мыслями, он не сразу услышал шаги, что эхом отдавались от стен пещеры. Камень крошился под чужими ногами, с каждым звуком приближая неизбежную встречу. Тревога закралась в душу, подобно ядовитому плющу, опутывая сердце тревогой. Кто бы это ни был, он явно искал его или убитого им вампира. Шаги стали отчётливее, и он почувствовал, как напряглись все его мышцы. Рука самой собой опустилась на рукоять клинка, что уже довольно завибрировать в сжатой ладони. — So, so, es sieht so aus, als wäre ich zu spät? — произнёс новоявленный визитёр на немецком. Ещё пара шагов, и Эмия смог подробно разглядеть новоприбывшего. Им оказался молодой человек лет тридцати, не более. У него были несколько длинные, светлые волосы, которые он для удобства заплёл в хвост. Глаза бледно-алого оттенка цепко и заинтригованно скользнули с вампирского трупа на самого Широ. Хоть он и был облачён в традиционный арабский бурнус, Эмия успел заметить блеснувший на его шее серебряный крест. Одежда неплохо скрывала тело, но ассасин готов был отдать руку на отсечение, что где-то под её складками скрывается минимум десяток Чёрных Ключей. Стоящий перед ним явно был экзекутором, убийцей на службе Святого престола… - Неужели явился сюда за тем вампиром? Так далеко? Неужто личная вендетта или во время путешествия с армией крестоносцев он решил не отступать от привычного дела?.. — Если ты пришёл за кровососом, то да, ты опоздал, — многозначительно хмыкнул Эмия, отвечая незнакомцу на таком же немецком. — Любопытно… ты говоришь по-немецки? — с удивлением проронил церковник. — Забавно… я… догадывался, что за ним может кто-то прийти, но… хе-хе… не думал, что им окажется один из ваших… — Если на этом всё, то дай мне пройти. Можешь оставаться и делать здесь все, что душе угодно, — равнодушно произнёс Широ, сделав шаг к выходу. Но прежде чем он успел сделать следующий шаг, между пальцев экзекутора блеснули лезвия Чёрных Ключей, а уже между ними затрещали искры. Церковник многозначительно улыбнулся и угрожающе, но одновременно вежливо произнёс: — Боюсь… мне придётся задать тебе несколько вопросов, и прошу, давай не будем осложнять всё излишней драмой, — с этими словами он сделал небольшой, истинной театральный поклон, после чего представился. — Моё имя Михаэль Роа Вальдамион, покайся… и покойся с миром!