That Town Is a Bitch

Сунену не жалко дешевую футболку из секонда — у него таких целый запас в рюкзаке. Но за себя немного неловко — Джихун так неожиданно дергается на помощь, будто это он лично столкнул со стола суненову чашку, и Солар как по волшебству тут же появляется с тряпками и извинениями ни за что, а у Сунена краснеют кончики ушей, выдавая смущение с потрохами. — Ребят, спасибо, но ничего страшного, я же сам накосячил… — отставляет он чашку подальше от края стола и поднимается торопливо, растерянный от такого внимания. — Все окей, я просто пойду переоденусь. Где у вас здесь туалет? Испорченная футболка без сожалений остается в мусорке. Сунен не в тему рассеянно думает, можно ли это считать за примету — вроде как, чтобы еще раз сюда вернуться? В этот странный город, солнечный и красивый, как с винтажной открытки, но Сунена почему-то принимающий не слишком приветливо. — Я бываю таким неуклюжим, — слегка виновато объясняет Сунен Джихуну несколько минут спустя, когда они вместе идут по выложенной цветной брусчаткой улочке. Солар на прощание сунула обоим по картонному кофейному стаканчику и ласково погладила Сунена по плечу. Сунен машинально выдал ей в ответ одну из своих самых обаятельных улыбок, а уже потом подумал, что почти таким же жестом она одаряла, скажем, тот же музыкальный автомат — ни намека на флирт, лишь ободряющее нежное участие. Сунен не обижается, тем более, что шагающий рядом с ним Джихун, хоть к Сунену и не прикасается, выглядит куда как более заинтересованным. — Спасибо, что вызвался проводить, — и Сунен искренне ему благодарен. — У вас здесь вообще… здорово. Мне нравится. Жаль только, что я не нравлюсь этому месту, полушутливо думает Сунен, но не произносит вслух. Наверное, это было бы странно? Но из-за пары неудачных случайностей Сунен и правда с сожалением начинает думать, что ему тут не место, будто он лишний кусочек паззла в цельной картинке, сложенной так давно, что стыки деталек срослись накрепко и сгладились со временем, а само изображение успело выцвести на ярком солнце. Джихун ниже Сунена едва ли не на целую голову и чуть поуже в плечах, а еще, кажется, ужасный интроверт. Отхлебывает кофе и выглядит, честно говоря, так, будто кофе для него — не маленькое удовольствие, а средство для выживания. Сунен не может его судить — уж ему известно, каково это, когда состоишь на 80% не из воды, а из айс американо. — Знаешь, хотел бы я задержаться здесь немного дольше, — задумчиво произносит Сунен, любопытно нюхая воздух. — Море должно быть далеко от этой части города, если я правильно понимаю… Но я чувствую его присутствие так близко, точно оно прямо сейчас у самых наших ног. Под их ногами только пыльный асфальт и смятая банка из-под колы. Джихун кидает на Сунена очередной заинтересованный взгляд, и Сунен неожиданно для самого себя подмигивает ему — выходит машинально и вполне естественно. — Жаль, что мне действительно пора ехать. Я ведь и так здесь задержался. А не хочешь со мной? Посмотришь, как я танцую. Я и Мингю предлагал, но он отказался — говорит, работа. Сунен готов поклясться, что у Джихуна загораются глаза на мгновение, и лицо его в эту секунду становится почти таким же нежным и свежим, как у Солар — или это солнечные лучи так ложатся на него, когда они выходят из тени раскидистого граба? Впрочем, Джихун опускает взгляд, смаргивает солнце с ресниц, и качает головой. Ссылается на работу тоже, поникнув плечами и став, кажется, еще меньше. Сунен расстроенно вздыхает. — Я… может быть, заеду на обратном пути? — предлагает опрометчиво, потому что Джихун выглядит как брошенный на дороге котенок, которого почесали мимолетно за ухом, а в дом не забрали. — Только я не знаю, когда… После феста я поеду дальше автостопом, я обещал навестить друзей, а еще родители… Джихун возвращается в прежнее стабильное состояние, отстраненно ухмыляется самым уголком губ. Говорит, ничего страшного. Говорит, пусть Сунен заскакивает, когда будет проезжать мимо — ему будут рады в любое время. Говорит, что они на месте — и показывает рукой на здание автовокзала с большими круглыми часами. Сунен эти часы со вчерашнего вечера запомнил — электронное табло там тоже есть, но часы с массивными стрелками и римскими цифрами произвели на него впечатление. До автобуса еще двадцать минут. — Спасибо, что проводил, — плюхается Сунен на скамейку в тени, заталкивает под нее рюкзак. Джихун кивает, остановившись перед ним в нерешительности. — Может, составишь мне компанию до отъезда? Если не торопишься, конечно. Джихун не торопится. Садится рядом, оставляя небольшое расстояние между ними, и вытягивает ноги в открытых тапках — это вообще его единственная открытая часть тела, вдруг залипает Сунен на это осознание. На кусочек щиколотки с выступающей косточкой. На маленькие ступни с аккуратными пальцами и ногтями, немного пыльные от пройденной дороги. Задумывается, это у Джихуна стиль такой, или, если судить по кругам под глазами и общему встрепанному виду, он просто не стал запариваться над одеждой в это тяжелое для него утро. Любой вариант кажется одинаково возможным и одинаково нравится Сунену. В ожидании автобуса Сунен рассказывает Джихуну про фест; про то, что его родители живут далеко отсюда, а сам он пару лет назад рванул покорять столицу, но не может усидеть на одном месте — любые стены давят на него, какими бы условными они ни были, поэтому время от времени ему нужны разъезды. Рассказывает о романтике роад-трипов, о своей роли опытного попутчика, о том, что дорога и автостоп как наркотик — все видели в американских фильмах, как он работает, но попробовать мало кто решается. Сунен треплется привычно и складно — и это тоже скилл, развитый поездками стопом и необходимостью находить новых знакомых в новых местах. «Я просто очень прокачанный инсайдер», — смеется он модному словечку и достает телефон. «Давай сделаем селку? Я все еще не могу зайти в Инстаграм, но могу выложить фото позже. Люблю собирать воспоминания».