Хочу быть с ним

Цзинь Лин вернулся обратно в ресторан. Он решил, что не пойдет пока в зал, а подождет Лань Юаня в коридоре. Но кое-кто подумал так же — в коридоре уже стоял Ян Сюцзя. Цзинь Лин замер посреди, не зная, как теперь поступить — встать возле этого парня или все-таки ждать А-Юаня в зале ресторана? Не успел он принять решение, как Ян Сюцзя поднял на него взгляд и подошел. — Кто ты такой? — спросил он. Вопрос мог бы показаться грубым, но был произнесен с таким вежливым и неподдельным интересом, что А-Лин воспринял его спокойно. Цзинь Лин понимал, что бывшего одноклассника Лань Юаня интересовала не его жизнь, а что связывало его со старым другом. — Я сосед Лань Юаня. И… друг, — неуверенно добавил он. Их отношениям сложно дать точное определение. Они были друг для друга одновременно всем и ничем. — Хорошо, — черты лица Ян Сюцзя расслабились. Он достал что-то из заднего кармана джинсов и протянул это Цзинь Лину. — Визитка? — А-Лин с недоумением крутил маленькую прямоугольную карточку в руках. — Да, — кивнул Ян Сюцзя. — От меня Лань Юань ее вряд ли возьмет… Я его понимаю… — он слегка скривился. — Но я, правда, хотел бы с ним нормально поговорить… Ты отдашь ее Лань Юаню? Цзинь Лин продолжал вертеть визитку в руках. Хороший вопрос… Стоит ли отдавать ее А-Юаню? — Я… постараюсь, — без ложной уверенности ответил он и убрал ее в карман своих брюк. Меньше всего Цзинь Лину хотелось бы, чтобы Лань Юань снова начал общаться со своей первой любовью, но… Если он будет вести себя так же странно… Кто знает, возможно, ему стало бы легче после разговора с бывшим другом. Жулань решил, что это не срочный вопрос, он решит это когда-нибудь потом. — Это все, чего я прошу, — Ян Сюцзя мягко улыбнулся. Цзинь Лин смотрел на парня и понимал, что в нем могло привлечь Лань Юаня. У них был схожий типаж: с виду красивые, яркие и неприступные, словно какие-то поп-айдолы, но стоило узнать их получше, как оказывалось, что внутри они очень чувствительные и мягкие. Сладкая вата в блестящей обертке. Раньше А-Лин вряд ли подметил бы подобную мелочь, но жизнь с А-Юанем все-таки чему-то его научила. Ян Сюцзя точно не производил впечатление злодея или нехорошего человека. Тогда что случилось у них с Сычжуем в прошлом? Как он мог так сильно обидеть друга? — Я буду в зале, — сказал А-Сюцзя и ушел из коридора. Цзинь Лин немного походил взад-вперед, размышляя обо всем на свете, а потом зашел за угол и, встав спиной к стене, прислонился к холодной поверхности затылком. По идее он должен был радоваться — теперь почти не оставалось шансов, что Лань Юань и Лань Цзинъи когда-нибудь будут вместе, но… Ему было совсем невесело. Скорее наоборот, ему хотелось биться головой о стену. Он до такой степени сопереживал Сычжую, что сам чувствовал тошноту и горечь во рту. Как же больно было А-Юаню услышать нечто подобное… Лань Цзинъи еще и заставил его быть свидетелем этого… Неужели он реально ни разу не подозревал, что у Лань Юаня есть к нему чувства?.. Цзинь Лин перебирал в голове те моменты, когда видел их вместе, и все сильнее убеждался, что нет… А-Цзинъи жил в блаженном неведении. Наверное, Цзинь Лин так хорошо понимал чувства своего соседа потому, что мог легко представить себя на его месте. Каково ему было бы, если бы на его глазах Лань Юань сделал предложение Лань Цзинъи? Это просто убило бы его… Не больше и не меньше. Он даже не знал, что стал бы тогда делать… Если смотреть на эту ситуацию под таким углом, то Лань Юань вполне сносно воспринял новости о помолвке А-Цзинъи. Но, скорее всего, потому, что был потрясен встречей с Ян Сюцзя. Да уж… Ну и вечерок у Лань Юаня… Цзинь Лин услышал в коридоре шаги и выглянул посмотреть — вдруг это Лань Юань решил вернуться в зал. Но это был не он — Лань Цзинъи решил выйти на задний двор. Он даже накинул на плечи свою куртку, чтобы не замерзнуть на улице. С минуту А-Лин размышлял о неэтичности подслушивания, но потом любопытство победило, и он все-таки подошел к дверям, что вели на задний двор, и навострил уши. Слишком интересно узнать, что после случившегося скажет А-Цзинъи А-Юаню. — Ты чего тут сидишь, мерзнешь? — спросил Лань Цзинъи. Его голос звучал бодро и весело. Очевидно, он был счастлив, что Тинг Лиу ответила согласием, а после десятка-другого поздравлений от близких людей и вовсе расцвел. — Хотел подышать воздухом, — глухо сказал Лань Юань. — Я-ясно, — с доброй усмешкой ответил А-Цзинъи, — вышел покурить? Сычжуй либо кивнул, либо просто не ответил. Цзинь Лин не мог видеть парней, только слышал их голоса. — Поздравляю. Рад за тебя, — произнес Лань Юань. Однако в его голосе не было ни намека на то, что он рад этому событию. — Спасибо! Я тоже очень рад! Я так переживал… Тинг Лиу… Я так ее люблю… Цзинь Лину в этот момент захотелось врезать А-Цзинъи. Придурок долбанный. Хоть бы разок пройтись кулаком по его лицу… Чуть-чуть подправить форму носа и все. Тинг Лиу ведь уже согласилась, а значит обязана любить его любым, даже с искривленной перегородкой. — Не стоило, — сказал Лань Юань, — она никогда не смогла бы тебе отказать. Я уверен, она любит тебя не меньше. Цзинь Лин нервно пожевал губы. Сычжуй говорил такие слова… Ему не больно?.. Голос А-Юаня был ровным и лишенным каких-либо эмоций, поэтому ничего было невозможно понять. — Раньше я тоже не сомневался, — согласился Лань Цзинъи, — но это ситуация с паролями и… Помнишь, что ты мне тогда говорил? Насчет того, чтобы я последил за ее поведением? — И? — с заднего двора стал доноситься легкий запах табачного дыма. Видимо, Лань Юань закурил очередную сигарету. — И… все очень странно, — А-Цзинъи громко вздохнул. — Она действительно часто с кем-то переписывается, а когда я подхожу, то быстро блокирует экран. Она улыбается и говорит, что это просто сообщения от подруг, но… Она обновила гардероб — купила пару весьма откровенных платьев и туфли на каблуках. Обычно она не носит такие высокие… А стрижка — ты заметил? Она сменила форму каре — теперь она чуть короче сзади, а возле лица удлиняется. Думаешь, она реально что-то от меня скрывает? Или я сам себе придумываю?.. Цзинь Лин тихонько фыркнул. Ну конечно, Лань Юань должен был заметить, какая там форма стрижки у Тинг Лиу! Обязательно! Сам А-Лин тоже не обратил на волосы девушки никакого внимания. Да и не особо он к ней приглядывался! Надо оно ему? Забавно, что А-Цзинъи считал, что А-Юань подмечал такие мелочи. — Ты ведь все равно сделал ей предложение, так? — Лань Юань ответил встречным вопросом. — Она согласилась. Значит, она хочет быть именно с тобой, остальное уже неважно. Забей. — Да, наверное, ты прав, — в голосе А-Цзинъи слышалась улыбка, — зря я себя накручиваю. Она уже моя. — Слушай, давай вернемся? А то я уже начинаю замерзать… — Лань Юань сменил тему — ему явно не хотелось обсуждать ни Тинг Лиу, ни их с Лань Цзинъи отношения. Цзинь Лин спешно покинул коридор и вернулся в зал. Ему не хотелось бы, чтобы Сычжуй застал его за подслушиванием. Не прошло и пары минут, как парни вернулись в зал. Лань Цзинъи весь сиял, с его лица не сходила улыбка. А вот Лань Юань выглядел мрачнее тучи, он устало плюхнулся на соседний от А-Лина стул, повесив плед на спинку, и сразу накрыл лицо ладонями. Цзинь Лину так хотелось бы как-то его утешить… Обнять и сказать, что Лань Цзинъи полный придурок и никогда не стоил его внимания, поделиться с ним своими чувствами и рассказать, как сильно его любит, а потом покрывать поцелуями до тех пор, пока он не забудет, что существуют все эти Ян Сюцзя, Лань Цзинъи и Тинг Лиу. Чтобы в голове Лань Юаня остался он и только он. Но это было неосуществимо… Сычжуй не разделял его чувств, и Цзинь Лин должен был сдерживать свое обещание — они только друзья с привилегиями, ничего больше. Через какое-то время Лань Юань все-таки смог взять себя в руки — по крайней мере, выглядел он уже немного спокойнее. Улыбаться он, конечно, не начал, но вел относительно содержательные беседы с родителями друзей. Лань Цзинъи продолжал периодически незаметно подливать Лань Юаню байцзю, но тот ничего не имел против. Он пил порцию за порцией, совершенно никак не меняясь в лице. К нему подходили друзья и коллеги, что сидели за другими столами, чокались и произносили тосты в честь Лань Цзинъи и его невесты, а Лань Юань снова и снова стукался своим бокалом с чужими и пил. — Может, тебе уже хватит? — шепнул Цзинь Лин на ухо А-Юаню. Он сбился со счета, сколько выпил его сосед. Учитывая, что Лань Цзинъи действительно мастерски сливал другу свое спиртное, то можно было только догадываться о том, сколько спиртного успело попасть в кровь Лань Юаня. Сам А-Лин сегодня предпочитал всем видам алкоголя сок. — Тш-ш, — Сычжуй приложил палец к губам и подмигнул Жуланю. Цзинь Лин скорчил недовольную рожицу. В такие моменты А-Юань очень сильно напоминал господина Вэя. Не успел Цзинь Лин сказать что-то еще, как Лань Юань поднялся со своего места. А-Лин сразу подскочил, намереваясь пойти следом, но Сычжуй усадил его обратно, легонько надавив на плечи. — Я выйду на улицу, подышать. Не ходи за мной, — шепнул он ему на ухо. Цзинь Лин с сомнением посмотрел на парня, но тот, как ни странно, выглядел вполне нормально. Лань Юань накинул на плечи плед и вышел из зала, не оборачиваясь. На сердце Жуланя лежал камень. Не нравилось ему это все… Он перевел взгляд на Лань Цзинъи — тот жевал какой-то салат с довольным выражением лица. Тинг Лиу отошла вместе со своими родителями к другому столу, и А-Лин решил воспользоваться этим моментом, чтобы вразумить Лань Цзинъи. — Слушай, — Цзинь Лин пересел на стул А-Юаня и наклонился к А-Цзинъи так, чтобы его родители ничего не могли слышать. — Может, ты перестанешь уже спаивать Лань Юаня? — Что? — он замер с палочками в руках и с недоумением смотрел на парня. — Хватит уже сливать все Лань Юаню, — повторил А-Лин. — Я понимаю, что тебе просто нравится пользоваться его добротой, и ты привык сваливать все на него, но на сегодня хватит, окей? Лань Цзинъи отложил палочки и, поставив локти на стол, скрестил ладони перед лицом. — А-Лин, я понимаю, ты считаешь, что хорошо знаешь А-Юаня, — в его взгляде не было дружелюбия, — но поверь мне, я знаю его намного лучше и намного дольше. Давай ты не будешь рушить нашу дружбу? Я очень ценю А-Юаня и не делаю ничего такого, что бы ему не нравилось. У нас старая договоренность, А-Юаня никто не заставляет. Если он не захочет, то просто скажет «нет». Так что не лезь в это, окей? — в конце он передразнил интонацию самого А-Лина. — Во-первых, я Жулань, — в его голосе тоже не осталось ни намека на доброжелательность, — а во-вторых: ты уверен, что так уж хорошо его знаешь? — он склонил голову вбок. — То, что вы давно знакомы, еще ни о чем не говорит, — он сел обратно на свое место, не дожидаясь, пока Лань Цзинъи ему что-нибудь ответит.

***

Soundtrack: Thom Yorke — «Hearing Damage»

A drunken salesman Your hearing damage Your mind is restless They say you're getting better But you don't feel any better. Your speakers are blowing Your ears are wrecking Your hearing damage You wish you felt better You wish you felt better You can do no wrong In my eyes In my eyes

Вечер шел своим чередом. После предупреждений А-Лина ничего не изменилось — Лань Цзинъи все так же сливал Лань Юаню байцзю, но, надо отдать ему должное, Сычжуй правда не сопротивлялся и не отказывался. Казалось, что спиртное сегодня вообще не имело над ним силу: он не краснел, не потел, не шатался — ничего. Его глаза потеряли фокус и все сильнее тускнели, но в остальном он вел себя, как обычно. Даже язык не заплетался. Поразительно. Цзинь Лин не сомневался, что выпей он столько же, то уже упал бы без чувств прямо там. Самоконтроль А-Юаня в этот вечер работал в полную силу, что еще могло удерживать его на ногах? Периодически Лань Юань отлучался на улицу — «подышать», поэтому вся его одежда пропахла табаком. — Лань Юань, — позвал его Цзинь Лин, и тот с готовностью наклонился к нему, — давай поедем домой? — скрыть волнение в голосе не получалось. — Малыш, перестань нервничать, — он оставил на его волосах мимолетный поцелуй. Он был настолько быстрым, что А-Лин и сам с трудом его заметил, остальные точно не обратили на это внимания. — Отличный вечер. Все хорошо. Мы отмечаем праздник Лань Цзинъи… — Сычжуй замолчал. Казалось, он потерял мысль на середине предложения. — У А-Цзинъи такое событие… Я просто должен быть рядом с ним. — Ты никому ничего не должен… — буркнул А-Лин, надувшись. — Потерпи еще немного, хорошо? — Лань Юань положил свою горячую ладонь на бедро парня и легонько сжал. — Скоро взрослые начнут расходиться, тогда мы поедем… — он кивнул сам себе и покачнулся на ровном месте. Цзинь Лин, прищурившись, посмотрел на него. И как Сычжуй так может? Он ведь точно не в порядке… Просто не может быть… Но, глядя на него, об этом невозможно было догадаться. Пусть на его лице и не было привычной улыбки, все остальные все равно с удовольствием с ним беседовали и угощали различными блюдами, хотя А-Юань весь вечер почти ничего не ел. — А давайте выпьем за Лань Юаня! — произнес раскрасневшийся господин Тинг. — Он поддерживает нашего замечательного мальчика и всегда ему помогает! А-Цзинъи рассказал мне, что Лань Юань помогал ему с работой, когда он приезжал к нам в гости — просить у меня руки дочери, и заменял его, когда он отлучался купить кольцо! Ты тоже часть нашей семьи, — невооруженным глазом было видно, что отец Тинг Лиу находился в той кондиции, когда все вокруг становились самыми лучшими и любимыми. — Выпьем за тебя! — он щедро плеснул байзцю в бокал Лань Юаня, расплескав добрую часть по скатерти. При этом он тянулся через весь стол, залезая рукавом в салат дочери. — Папа, сядь, пожалуйста, — одернула его дочь, дернув за подол пиджака. Тот грузно опустился на свое место. — За тебя! — сказал господин Тинг и чокнулся с А-Юанем. Когда Лань Юань потянулся рукой к бокалу, то Цзинь Лин заметил, как дрожат его пальцы и неодобрительно поджал губы. Давненько он не хотел ничего так сильно, как немедленно забрать Сычжуя домой. Если бы у него хватило на это сил, то он бы уже закинул его на плечо и вынес отсюда. Опустошив свой бокал, Лань Юань снова встал со своего места и пошел на улицу. На этот раз было заметно, что его походка стала пружинистой, поэтому А-Лин с тревогой смотрел ему в спину, но не пытался остановить его или пойти следом. Он понял, что А-Юаню необходимы эти отлучки, чтобы побыть наедине с собой и не сломаться окончательно. Цзинь Лин снова бросил недовольный взгляд на Лань Цзинъи — хоть он и понимал, что А-Юань сам принимал решения, но А-Лину очень хотелось кого-то обвинить, а обвинить А-Цзинъи было проще всего. — Что? — брови Лань Цзинъи взметнулись вверх. — А-Юань уже взрослый мальчик, ты видишь, что он умеет пить. Не волнуйся, при мне он выпивал и намного больше. Ничего с ним не случится. Цзинь Лин качнул головой. Лань Цзинъи действительно ничего не понимал. Дело не только в спиртном. Этот вечер — настоящее испытание нервов А-Юаня на прочность. Как бы тот ни хорохорился, он явно не в себе. Он даже ведет себя не так… Смотрит не так… Все не так. Будто он нацепил на лицо чужую маску. Время шло, а Лань Юань не возвращался. Пять минут. Десять. Пятнадцать. Все струны души А-Лина напряглись. Он отбивал ногой нервный ритм, все время поглядывая на часы на стене. Шестнадцать. Семнадцать… Счет пошел на секунды. Цзинь Лин не выдержал и пошел искать Лань Юаня. Его сердце было не на месте. Поиски А-Лина быстро увенчались успехом. Он нашел Лань Юаня там, где и ожидал — на заднем дворике ресторана. — Лань Юань! — крикнул он на выдохе и бросился к парню. А-Юань сидел на голой земле, прислонившись спиной к кирпичной стене и опустив голову. Одна его нога была согнута в колене, а вторая — полностью вытянута. Возле него валялась потухшая недокуренная сигарета. — Лань Юань, — он присел перед ним на колени и заглянул в его лицо. — Лань Юань, — его голос становился все тише. — Лань Юань, ты слышишь меня? Глаза парня были плотно сомкнуты, и он никак не реагировал на прикосновения Цзинь Лина, а продолжал сидеть словно неживая кукла. Кровь стыла в венах А-Лина. В какой-то момент ему показалось, что А-Юань не дышит, но потом заметил, что его грудная клетка медленно поднималась и опускалась — он просто отключился. Что совсем не удивляло Жуланя — такое количество алкоголя, плюс эмоциональная перегрузка… Никто не смог бы такое выдержать. Цзинь Лин осторожно потряс А-Юаня за плечо, и тот ненадолго открыл глаза. — М-м-м… — он промычал что-то невнятное и снова закрыл глаза, не в силах оставаться в сознании. Его голова вновь безвольно повисла. Радовало одно — он жив. — Что вы тут… — Во дворике появился Лань Цзинъи. Стоило ему увидеть развернувшуюся там картину, как он оборвал себя на полуслове и застыл. Цзинь Лин поднял на него взгляд. — Ну что? Доволен? Вот он — твой «взрослый мальчик». Этого ты добивался? Тебе настолько наплевать на него и его чувства? — он был вне себя от негодования. Не предаваясь размышлениям, он просто озвучивал все те мысли, что весь вечер крутились у него в голове, когда он смотрел на А-Цзинъи. — Ты ничего не знаешь о нем! Ты хоть представляешь, как тяжело ему сегодня было? Нет! Насколько больно ему было весь этот чертов прием? Нет! Думаешь, тот факт, что ты знаешь его почти всю жизнь, означает, что ты понимаешь его чувства? Ничего ты не знаешь о нем! Ни-че-го! — от крика на холоде он сорвал себе голос. — Тебе наплевать на него, на его мысли и чувства. Честно, я не знаю, почему Лань Юань считает тебя своим лучшим другом… — произнес он севшим голосом и покачал головой. — Он так дорожит тобой, что не замечает простого факта — ты считаешь его пустым местом. Держишь его возле себя, словно собаку: «А-Юань, сделай за меня то», «А-Юань, принеси это»… Используешь, когда тебе удобно, а потом снова отправляешь в угол до востребования, — каждое его слово сочилось ядом. — Хорошо, что у меня нет таких друзей. — Он отвернулся от А-Цзинъи, потеряв к нему какой-либо интерес, и направил все внимание на А-Юаня. — Лань Юань… — он растерянно гладил его по холодным щекам, готовый разрыдаться. Он не должен был позволять ему напиться до такого состояния. Должен был остановить его раньше. А теперь… Что теперь делать? Он будет в порядке? Лань Цзинъи стоял, пребывая в состоянии полнейшего шока. А-Цзинъи открывал и закрывал рот, но звук не шел, словно он резко онемел. Цзинь Лин аккуратно потряс Лань Юаня, надеясь добиться хоть какой-то реакции, но ее не было. Ясно было одно — нужно отвезти его домой, и как можно скорее. Но тут А-Цзинъи внезапно обрел голос. — Но… Но… Как же так… Лань Юань… он же… Он же всегда… — он на время зажмурился, будто надеясь, что ему все это только привиделось. — Он и раньше столько пил, так почему же… Как же… Почему?.. Он должен быть в порядке, — его брови сошлись на переносице. Он пытался убедить сам себя, но себе же проигрывал. Цзинь Лин громко цокнул и посмотрел на Лань Цзинъи, как на недоумка. — Что ты можешь знать об алкоголе? Никто не может быть в порядке, если столько выпьет! — он буквально выплевывал эти слова. — Но что же… Как же… — он нервно мял руки. — Будь добр, вызови такси, сделай для него хоть что-нибудь полезное! — попросил Цзинь Лин, выпрямляясь в полный рост. — И присмотри за ним, пока я схожу за верхней одеждой. — А-Лин очень надеялся, что А-Юань не получит еще и переохлаждение. Хорошо, что он не выходил на улицу без пледа.

***

С трудом, но Цзинь Лину все же удалось одеть и затащить почти бесчувственного Лань Юаня в такси с помощью Лань Цзинъи. — Он… будет в порядке? — в глазах А-Цзинъи появилась неподдельная тревога. — Надейся, — холодно сказал А-Лин, сев на заднее сиденье возле А-Юаня. — Скажи ему, чтобы завтра написал мне… Когда проснется… — его взгляд нервно бегал по лицу Цзинь Лина, пока он стоял возле открытой задней двери машины. — И… спасибо тебе, Жулань. Спасибо… что заботишься о нем, — слова давались ему тяжело. — Я… ты прав… Я, наверное, поганый друг… Цзинь Лин хмуро глянул на Лань Цзинъи. Даже сейчас этот придурок пытался перетянуть одеяло на себя, но у А-Лина он был абсолютно не в приоритете. Ему хотелось поскорее отвезти А-Юаня домой, от души надеясь, что тому не станет плохо в такси. — Иди отмечай свою помолвку дальше, — грубовато сказал А-Лин. Ему было глубоко наплевать, как на самого А-Цзинъи, так и на все его пустые «спасибо». Пусть лучше извинится перед А-Юанем — тому это будет по-настоящему важно. — Поздравляю, — с желчью произнес он и захлопнул дверь машины. Каким-то чудом, А-Лину удалось доставить Лань Юаня до квартиры. В такси А-Юань несколько раз просыпался, ненадолго открывая глаза, а к моменту, когда они подъехали к дому, обрел хоть небольшую ясность сознания. Опираясь о плечо Жуланя, он из последних сил переставлял ноги. Однако стоило ему переступить порог квартиры, как остатки инстинкта самосохранения отключились, и он осел на пол, не в состоянии пошевелиться. Цзинь Лин закрыл за ними входную дверь и присел перед Лань Юанем на корточки. — Эй-эй, А-Юань, не засыпай пока, хорошо? А-Юань, — ласково говорил он, надеясь, что его голос дойдет до спутанного сознания Сычжуя. — Скажи мне, тебя тошнит? — он слегка потряс его за плечо. — М-м-м… — он кивнул, не открывая глаза. — Хорошо, тогда идем в ванную, давай, — он потянул Лань Юаня за руки, помогая подняться и добраться до ванной комнаты. Сычжуя шатало в разные стороны, и если бы Жулань не держал его всеми возможными способами, то тот точно сам не дошел бы. Стоило А-Юаню оказаться в ванной, как он сразу же подполз к унитазу, отправляя в него содержимое своего желудка. Цзинь Лин вытер со лба пот. Наверное, он так не нервничал даже когда разбил Ауди Эр Восемь. Он подождал, пока Лань Юаня перестанет рвать — он следил, чтобы тот не захлебнулся собственной рвотой, а потом ненадолго оставил его одного. Он пошел в комнату Сычжуя за одеялом, на ходу доставая из кармана телефон. А-Лин вбил в строку поиска интернета «как прочистить желудок», пытаясь определить, что делать дальше.

***

Только спустя час Лань Юаня перестало рвать. Цзинь Лин укрыл его одеялом и постоянно носил теплую воду, помогая избавиться от остатков спиртного в желудке, а потом умыл его и довел до кровати. Он не стал раздевать его полностью, только снял пиджак, который успел прилично запачкаться. А-Лин уложил А-Юаня в постель и присел на краешек, посильнее укутав Сычжуя одеялом. Того сильно трясло, но А-Лин надеялся, что в тепле ему станет хоть немного легче. — Лань Юань, — он нежно гладил его по мокрым прядям, — тебе стало лучше? — спросил он, искренне надеясь, что Лань Цзинъи был прав, и Лань Юань не впервые выпил так много. — Д-да, — его губы без остановки дрожали, — завтра б-буду в порядке. С-спасибо. — Хорошо, — Цзинь Лин выдавил улыбку, — тогда отдыхай. — Он все еще сильно переживал за него, поэтому решил, что не оставит А-Юаня сегодня одного — вдруг ему снова станет плохо. — Т-ты не уйдешь? — ему было сложно говорить, язык почти не слушался и сильно заплетался. — Нет, — он поставил стул возле кровати Лань Юаня и взял его за руку. Та все еще была влажной и прохладной. — Я останусь с тобой. — Хорошо… — пробормотал он, закрывая глаза. Деланая улыбка сразу сошла с лица А-Лина, и он посмотрел на парня с откровенной грустью. Сердце обливалось кровью, когда он видел несчастного А-Юаня. Неизвестно, кому в тот момент было хуже. Лань Юань быстро погрузился в сон. Его дыхание стало размеренным, а пальцы, что лежали в ладони Цзинь Лина, стали нагреваться и слегка подрагивать. Цзинь Лин смотрел на этого пьяного дурака и понимал, что несмотря ни на что, любит его всем сердцем. В тот момент он жалел, что не может через прикосновение передать Сычжую частичку своей силы и тепла, чтобы ему стало легче. — А-Цзинъи… — голова Лань Юаня дернулась на подушке. — А-Цзинъи… — повторял он во сне. Цзинь Лин отпустил руку А-Юаня и опустил голову. Ему не стоит забывать, что в жизни Сычжуя, он играет совсем не главную роль. А-Лин сидел возле его постели всю ночь, лишь к утру он заснул, положив голову на край кровати соседа.