Хочу быть с ним

Пока Лань Юань ехал в такси, в его голове снова и снова проносились слова, сказанные Цзинь Лином: «Я люблю тебя, Лань Юань! Люблю, черт тебя дери! Люблю так, что не могу спокойно есть и спать, когда тебя нет дома! Люблю так, что схожу с ума! Люблю, люблю, люблю! Понимаешь? Люблю!». Любит… Цзинь Лин его любит… Никогда прежде никто не говорил Сычжую подобных слов… Нет, не так. Говорили, конечно, родители в том числе. Ему часто признавались в любви девочки в школе, признавались одногруппники и одногруппницы в универе, но это были чужие ему люди. Всех он знал лишь заочно, поэтому никогда не верил в то, что они могут по-настоящему его любить. Какая там любовь, если все, что они о нем знали, это имя и внешние данные? А вот люди, с которыми он общался близко… Нет, никогда. Сычжуй никого не подпускал настолько близко. Он четко устанавливал границы со всеми, с кем спал, поэтому подобных недопониманий прежде не возникало. А скажи ему нечто подобное кто-то из его прежних партнеров, и он просто в одного мгновение вычеркнул бы этого человека из жизни — удалил его номер из телефона и забыл имя. Но Цзинь Лин… Почему с ним вечно все так сложно? Лань Юань согнулся и, поставив локти на колени, обхватил голову двумя руками. При всем желании Сычжуй не смог бы вычеркнуть А-Лина из своей жизни — они соседи, от него не получилось бы спрятаться… Да А-Юаню и не хотелось… Зачем Цзинь Лин вообще это сказал?! Он все испортил! У них ведь все было так хорошо! А теперь? Как быть теперь? — Вы выходить будете? Или еще часик-другой посидим? — недовольно спросил водитель, обернувшись. — Ох, простите… — спохватился Лань Юань. Он совсем не заметил, что машина остановилась. — До свидания! — Он уже оплатил проезд онлайн через приложение, поэтому просто вышел, захлопнув за собой дверь. И хотя он приехал сюда из-за Лань Цзинъи и, по идее, должен был сильнее всего переживать за него, на практике у него из головы не шел А-Лин. Его жалобное выражение лица, его слезы и мольбы остаться… А-Юань успел пожалеть, что был резковат с парнем. Просто он никак не ожидал, что Жулань так себя поведет… Он и представить не мог, что все это время у Цзинь Лина были к нему чувства… И все же… Сказать, что Сычжую были неприятны мысли о том, что Жулань любил его, А-Юань не мог. Но и что теперь делать — он понятия не имел… Набрав в грудь побольше воздуха, Лань Юань решительно зашагал вперед. Сейчас в приоритете было разобраться с А-Цзинъи, забрать его домой, а там уже можно будет подумать и о будущем с Цзинь Лином. А-Юань очень надеялся, что Лань Цзинъи не успел натворить ничего непоправимого. Лань Цзинъи в своей жизни пил всего дважды, и оба раза закончились серьезными драками. Всего пара порций чего-нибудь горячительного, и А-Цзинъи становилось не узнать. Он начинал вести себя крайне агрессивно, всем язвил и откровенно нарывался на то, чтобы кто-нибудь дал ему в рожу. В пьяном состоянии в нем будто пробуждались все его худшие качества и общаться с ним становилось невозможно. И в первый, и во второй раз Лань Цзинъи крупно повезло, что Лань Юань был рядом с ним — именно он разнимал драки и доставлял друга домой. После пары таких случаев они и решили, что А-Цзинъи пить противопоказано. Страшно представить, что случилось бы, выпей Лань Цзинъи на одном из корпоративов! Вот и сейчас, стоило Сычжую зайти в бар, как он понял, что пришел вовремя. Драка была в самом разгаре: Лань Цзинъи сцепился с каким-то здоровым бугаем в кожаном рокерском прикиде, пока его безуспешно пытался оттащить Смит. Смит и сам имел не маленькую комплекцию, но явно уступал противнику А-Цзинъи — мужчина был накачанным и толстым, не борец сумо, но близко к этому. Лань Цзинъи всегда умел выбирать достойных противников. Лань Юань, не мешкая, влез в драку и, закрывая собой друга, встал перед этим незнакомцем в черной бандане с черепами. — Подождите, пожалуйста! — громко сказал он, стараясь перекричать музыку. Но даже если этот мужчина его и расслышал, то все равно не успел остановить свой кулак. А-Юаню прилетело в грудную клетку раньше, чем он понял, что произошло. — Ауч! — он схватился за грудь и согнулся пополам. Хорошо, что у них с А-Цзинъи было небольшое отличие в росте, и А-Юаню не попало в ту самую центральную болевую точку, в которую целился этот громила. — Свали нахер отсюда! — крикнул мужик, когда понял, что случайно ударил не того. — Нет-нет, подождите, пожалуйста, — Лань Юань выставил вперед две ладони, не позволяя приблизиться ни к нему, ни к А-Цзинъи, что стоял за его спиной. — Я понимаю, что мой друг вас, наверное, как-то обидел, но давайте решим этот вопрос мирно! — Так это твой друг, говоришь? — он смерил А-Юаня взглядом, исполненным презрения. — Ты хоть знаешь, что этот мелкий гандон мне сказал?! Я не потерплю такого в свой адрес! Я сидел себе, пил, никого не трогал, а он… От рассказов о происшествии мужчина начинал злиться еще сильнее, поэтому Сычжуй решил его остановить. Не так важно, какую чушь сморозил А-Цзинъи по пьяни, он был способен на все. — Стойте-стойте, — Лань Юань достал из кармана пальто несколько цветных хрустящих купюр — как удачно, что у него была с собой наличка. Пальто Сычжуй намеренно не стал оставлять в гардеробе, он планировал по-быстрому забрать А-Цзинъи отсюда, чтобы тот не успел натворить чего-нибудь еще более серьезного. — Вот, возьмите, — он незаметно вложил деньги в кулак мужчины. — Это компенсация за произошедшее. Простите моего друга, он просто не умеет пить. Мужчина глянул на деньги в своей ладони — сумма была внушительной — и кивнул. — Чтоб я вас больше не видел! — буркнул он и пошел к противоположной части бара, где располагалась вторая барная стойка. Лань Юань громко выдохнул. Хорошо, что все обошлось. Грудь все еще неприятно ныла от удара, но, скорее всего, он отделается одним неприятным синяком и все. Не так уж и плохо, учитывая, что нарвался Лань Цзинъи нормально. — Ну? И что ты творишь? — обратился Лань Юань к другу, которого крепко держал за плечи Смит. А-Цзинъи сохранял молчание и смотрел в пол. Тогда Сычжуй поднял взгляд на бармена: — Спасибо большое, что присмотрел за ним. Вот, — он достал из кармана еще несколько купюр — последняя наличность, что была у него при себе, — это тебе и Мун Ли. Угости ее с подругами кругом их любимых шотов, окей? Бармен улыбнулся и с удовольствием взял протянутые деньги. — Договорились, — он кивнул в ту часть бара, в которой работал, — кстати, она с подружками там, поздороваешься с ними? — Они все хорошо друг друга знали. — Может, позже, — Лань Юань продолжал разглядывать своего лучшего друга, что оказалось весьма непросто, учитывая то, какое скверное освещение было в помещении. Лишь несколько слабых светильников, чтобы не нарушать интимную атмосферу. — Окей, — Смит отошел от Лань Цзинъи, и тот сразу же покачнулся на ровном месте, потеряв прежнюю опору, — удачи тебе, — он подмигнул Сычжую и пошел к рабочему месту. — Спасибо, — Лань Юань горько усмехнулся и подошел к другу, — идем на улицу, хорошо? — Он взял Лань Цзинъи за предплечье и хотел увести его к выходу. Но друг резко дернулся и сбросил руку А-Юаня. — Ты чего упираешься? — Сычжуй снова схватил А-Цзинъи за руку, на этот раз усилив хватку. — Мало получил? Еще хочешь? На лице Лань Цзинъи красовалось несколько ссадин, нижняя губа распухла и кровила, а кое-где на щеках назревали синяки. Он явно успел пару раз схлопотать по лицу. Оставалось только надеяться, что ничего жизненно важного задето не было. — Иди в жопу, Сычжуй! — буркнул А-Цзинъи и предпринял неудачную попытку сделать шаг назад, но в итоге лишь пошатнулся, удерживаемый А-Юанем на одном месте. — Спасибо, но я не хочу туда, где сейчас ты, — ответил Лань Юань и дернул друга к выходу. — Слушай, сгинь к черту! Прошу! Отвянь от меня! Знать тебя не хочу! — ворчал А-Цзинъи, изо всех сил сопротивляясь. Лань Юань тихонько вздыхал и раз за разом твердил про себя: «Он просто пьян, нет смысла его слушать». — Давай ты не будешь усложнять жизнь себе и другим и просто поедешь домой, договорились? — Как ты мог Лань Юань? Ка-а-ак?! Как! — он толкнул Сычжуя свободной рукой в плечо. — Ты — говнюк! Ты настоящий говнюк, А-Юань! — его язык слегка заплетался, а движения были нечеткими. Почему-то эти нелепые комментарии лучшего друга вызвали у него улыбку. — Сколько ты выпил, а? Ни разу не видел, чтобы ты так себя вел… — Это было правдой. Учитывая, что А-Цзинъи обычно впадал в бешенство чуть ли не после первой рюмки, никогда прежде он не доходил до серьезной стадии опьянения. — Я попросил самый крепкий коктейль и залпом его выпил… — бормотал Лань Цзинъи. — Он был большой… То есть длинный… Сладкий и коричневый… — Ясно, — Лань Юань снова вздохнул. — Пошли на улицу, тебе надо подышать воздухом. — Никуда я с тобой не пойду! — крикнул он. Хотя звучало это больше как: «Никудая стабой нипаду». — Я хочу еще выпить! — он дернулся вперед, намереваясь исполнить сказанное. — Ты серьезно? — Сычжуй наморщился. Ну что за напасть, а? Почему нельзя просто поехать домой? — Еще как! И ты мне не указ! И вообще никто! Лань Юань посмотрел на друга и намеренно отпустил его — Лань Цзинъи зашатался и с трудом удержал равновесие. — Ты издеваешься?! — прошипел А-Цзинъи. — А, похер! Пошел ты!.. — Нетвердой походкой он направился к барной стойке. Неуклюже взгромоздившись на барный стул, он заказал у бармена коктейль. Лань Юань потер шею. Какая-то частичка его души хотела пустить все на самотек и уехать разбираться с Цзинь Лином, но он никогда не смог бы так поступить. Лань Цзинъи близкий ему человек и оставить его здесь одного напиваться до отключки он не мог. Поэтому Сычжуй сел на соседний свободный стул и спросил: — Неужели ты все еще думаешь, что между мной и Тинг Лиу что-то было? Серьезно? — Это задевало его сильнее всего. Никогда в жизни Сычжуй никого не уводил, никогда в жизни он не стал бы причинять боль другу. Как можно вообще было предположить такое? — Не думаю, — буркнул Лань Цзинъи. Перед ним бармен поставил какой-то лонг дринк коричневого цвета. — Но это не значит, что я не считаю тебя мудаком и предателем, — заявил он, прикладываясь к коктейльной трубочке. — Хах, интересно! — А-Юань издал нервный смешок и скрестил руки на груди. — Ты уверен, что Тинг Лиу тебе все рассказала? — О! Я увере-е-ен! Настолько, что… Блять, я предпочел бы не знать и половины… — он уныло покачал головой и отпил еще немного коричневой жидкости из своего бокала. Лань Юань никак не мог взять в толк, если Лань Цзинъи в курсе, что между ним и Тинг Лиу ничего не было, то почему все еще злится? Почему не обратился к нему сразу? — Тогда почему?.. Лань Цзинъи понял к чему клонит друг. — Почему я все еще считаю тебя мудаком? — он пьяно усмехнулся. — Потому что ты лжец, — он посмотрел А-Юаню в глаза, — подлый, наглый, гнусный лжец. Ты ведь все знал, так? Почему сразу не рассказал мне? В тот же момент ты должен был прийти ко мне и все рассказать! Черт! — он стукнул кулаком по столу, с трудом сдерживая подбирающуюся к горлу ярость. Лань Юань скривился. Дело было не в выборе слов друга, а в том, что отчасти он был прав… — Я не мог подорвать доверие Тинг Лиу… — Что? Ты сейчас серьезно?! Ты… — он буквально задыхался от злости. — А мое доверие подорвать ты не боялся?! — А-Цзинъи… — Лань Юань хорошо понимал, что сейчас было бесполезно пытаться что-то объяснить Лань Цзинъи, хотя ему и очень хотелось. Он ненадолго прикрыл глаза, уговаривая себя терпеть и не реагировать на обидные слова. — Скажи лучше, что в итоге с Тинг Лиу? Вы ходили в полицию? Лань Цзинъи тяжело вздохнул и сосредоточился на своем бокале. — Ау! Прием! Ты меня слышишь? А-Цзинъи? — Лань Юань помахал рукой перед лицом А-Цзинъи, но тот продолжал его игнорировать. — Как же я люблю все это! — ворчал он себе под нос, доставая из кармана телефон. Разблокировав экран, он с грустью заметил, что время стремительно утекало сквозь пальцы. А еще, что новых сообщений от А-Лина не наблюдалось. Конечно, с чего бы ему писать?.. Он сильно обиделся на него, да? — А-Юань, почему ты такой говнюк? — неожиданно спросил Лань Цзинъи. Сычжуй закатил глаза. — Ладно, давай, просвети меня, почему я говнюк. — Он отложил стой телефон на барную стойку и сосредоточил все внимание на друге. — Как ты мог?.. — А-Цзинъи покачал головой. — Если бы ты сразу все мне рассказал, то, возможно, до такого бы не дошло… — он продолжал потягивать коктейль через трубочку. Взгляд Лань Юаня помрачнел. А что если Лань Цзинъи прав? Что если именно так ему и нужно было поступить?.. Это было бы некрасиво по отношению к Тинг Лиу… Но… А что если нужно было поставить ее благополучие выше желаний? Всегда ли мы знаем, как для нас лучше? Тем не менее, сделанного не воротишь. Сычжуй поступил так, как считал нужным. — Этот ублюдок, — невнятно говорил А-Цзинъи, — он… — на его лице читалось полнейшее отвращение. — Знаешь, что самое забавное? — Лань Юань вопросительно кивнул, и Лань Цзинъи продолжил: — Она поверила этому дебилу потому, что он был ее школьной любовью, а он… А он даже не помнил, кто она такая! Смех да и только! — Вот только никто не смеялся. — Когда я вчера вечером отвел ее в полицию, оказалось, что он самый обычный мошенник. У него уже переболело пять мам, умерло десять бабушек и все в таком стиле… Он дурил девушкам головы, занимал деньги и не возвращал… Как она могла на это попасться? — он посмотрел на Сычжуя мутным взглядом. Лань Юань нервно облизал губы. — Понимаешь, — он вздохнул, не зная с чего начать, — первая любовь… это всегда сложно. Мне кажется, она слишком долго жила своими воспоминаниями… Рисовала у себя в голове какой-то идеальный образ этого парня, а когда встретила его — то увидела именно таким, каким он существовал в ее воображении, не замечая реальности. Но… — Сычжуй слегка нахмурился. — Разве мы не имеем права на ошибку? Мы ведь просто люди… Не заклинатели, не небожители… Нам свойственно ошибаться… А когда речь заходит о профессиональных мошенниках… Неужели ты не простил ее? — Все внутри А-Юаня сжималось. Он и сам не мог объяснить почему, но ему было страшно услышать ответ. В оголенных страданиях друга было дело или в этой странной истории с первой любовью Тинг Лиу, но Лань Юаню становилось все неприятнее. Лань Цзинъи глухо рассмеялся и чуть не подавился коктейлем. — Знаешь, что меня бесит больше всего? Именно то, что я простил ее! Простил! — Он снова стукнул кулаком по стойке, вызывая недовольство ближайшего бармена и посетителей, что сидели от него по левую руку. — Я, блять, умолял ее остаться! Умолял! Я просил ее не уходить! Я… — Тш-ш-ш, — Лань Юань видел, что друг на грани, поэтому приобнял его. — Тихо-тихо, не горячись так. — А-Юань, что мне теперь делать? Что я… Как я… Без нее я… — А-Цзинъи душили эмоции, а в глазах стояли непролитые слезы. — Тихо-тихо, все будет хорошо, — он ритмично похлопывал его по спине ладонью, — мне кажется, что вы со всем справитесь, слышишь? Вы со всем разберетесь, я уверен, — ему хотелось приободрить друга, видеть Лань Цзинъи в таком разбитом состоянии оказалось настоящим испытанием для него. — Она… сказала, что не хочет быть со мной… — Лань Цзинъи схватился одной рукой за плечо Сычжуя, крепко впившись пальцами в его пальто. — Как я мог ее отпустить… Она… Она столько всего сделала, а я все равно ее люблю… А-Лиу… Ладонь Сычжуя застыла посреди горячей спины А-Цзинъи. Ему на ум пришел А-Лин — что если бы нечто подобное произошло между ними? Как бы он тогда себя повел? — Ох, мальчики, я вас не прерываю? Улыбочку! — к ним подплыла подвыпившая Мун Ли с телефоном в руках. Несколько раз щелкнув их, она уставилась в экран телефона. — А вы, кстати, очень мило смотритесь! А-Цзинъи, — она осторожно коснулась его плеча, — зачем тебе девушки? Бери А-Юаня! Посмотри, какой он классный! Вы столько лет друг друга знаете — он тебя точно не бросит, как эта девка! Лань Юань недовольно зыркнул на подругу. Если бы ее опьянение не бросалось в глаза, он бы уже послал ее. К тому же, ему все еще следовало поблагодарить ее за то, что она вообще сообщила о том, где Лань Цзинъи. — А-Ли, прошу тебя, сгинь, а? — А чего мы такие злые? Я правда что-то прервала? Это были не дружеские обнимашки? — она усмехнулась и приподняла брови. Долго еще этот день будет испытывать на прочность нервы Сычжуя? — Мне тебе еще раз повторить?! — голос Лань Юаня стал жестким. — Спасибо, что позвонила, но сейчас лучше вернись к своим подругам, хорошо? — Бу-бу-бу! — она показала друзьям язык. — Ну и пофиг! Но вы реально классно смотритесь вместе! — подмигнув А-Цзинъи, она хихикнула и ушла обратно к своим. Лань Юань вздохнул с облегчением, но, как оказалось, рановато. Лань Цзинъи, который все еще был прижат к его груди, вдруг поднял на него взгляд и сказал: — Знаешь, почему она меня бросила? — Почему? — И откуда Сычжуя взялось предчувствие, что ответ ему не понравится? — Потому что она мне изменила… Смешно, да? Она мне изменила, я ее простил, а в итоге она все равно меня бросила! Ха-ха-ха. Но Сычжуй не смеялся. — Изменила? — по спине потек холодный пот. — Мне казалось, между ними ничего не было… — Тинг Лиу в принципе не производила впечатления той девушки, которая могла бы вот так запросто с кем-то переспать. — Ну, секса у них не было… — пальцы А-Цзинъи еще сильнее впились в плечо А-Юаня, и тот поморщился. — Но так ли это важно? Она целовалась с ним! Целовалась! Сама! Не удивительно, что в последний раз он начал руки распускать! Сама прежде давала ему надежду! Хромая логика друга не импонировала Сычжую, но он молча слушал. — Это все равно измена! Ты понимаешь? — Лань Цзинъи глянул на Лань Юаня и махнул на него свободной рукой. — Ни хрена ты не понимаешь! Для тебя же поцелуи ничего не значат, да? Тебе все равно, кого целовать, как и ей… — На его лице читалось презрение и отвращение. — А знаешь что? Поцелуй меня! — Он положил обе ладони на плечи Сычжуя. — Я хочу отомстить ей! Так почему бы не с тобой — ты же все равно би, так? — Он начал сокращать расстояние между их лицами. — Лань Цзинъи, перестань! — Сычжуй пытался убрал руки друга, но тот крепко за него держался. — Я не собираюсь тебя целовать! — Неужели я недостаточно хорош для тебя, а? Я хуже всех твоих партнеров? Хуже Смита? — он кивнул на дальнюю часть бара, где работал Смит. — Я хуже твоего Цзинь Лина? Лань Юаню было тошно как никогда! Что за мерзкая ситуация! Не собирался он целовать Лань Цзинъи! Стоило ему подумать о том, что их губы вот-вот соприкоснуться, как ему делалось дурно физически. А ведь раньше он не раз представлял себе их поцелуй… Тогда почему ему сейчас было настолько неприятно? Дело в атмосфере? В том что А-Цзинъи пьян и делает это ради мести? — Перестань! Просто один поцелуй и все! Тебе что, жалко? — А-Цзинъи продолжал лезть к нему. — Это ты перестань! Что ты в самом деле?! — Лань Юань резко подскочил на ноги, чтобы не оставить другу шансов дотронуться до него губами. — Фу! — Сычжуй неудачно махнул рукой, когда вставал и опрокинул коктейль Лань Цзинъи. — Черт! Твою ж… Блять… Ну как так-то! Ах… — Он схватил со стойки свой телефон, с которого медленно стекал коричневый напиток. — Дерьмо! А-а-а, — он тихонько простонал и, осторожно удерживая мокрый телефон двумя пальцами, возвел глаза к потолку. За что ему все это?! — Все, ты меня достал окончательно! — крикнул Сычжуй А-Цзинъи, будто тот был виноват в том, что его айфон теперь рябил и глючил. — Иди в гардероб, одевайся, а я пока расплачусь! На улицу не выходи, а жди меня! — Лань Цзинъи хотел поспорить, но Лань Юань шикнул на него. — Никаких возражений! Марш в гардероб, я сейчас туда за тобой приду! Лань Юань попросил у бармена чек, а пока тот его печатал, Сычжуй заворачивал свой айфон в салфетки. Он выключил его от греха подальше, надеясь, что если его просушить, то он скоро вновь заработает. Покупка нового телефона в его расходы не входила. Оплачивать выпивку Лань Цзинъи, к слову, тоже, но все-таки он достал из кармана кошелек и карточку.

***

— Что за хрень?! — вскрикнул Лань Юань, оказавшись на улице. — Как же меня это все… — пробормотал он и спешно подошел к другу. — Ты понимаешь, что вещи из гардероба нужно было надеть?! На себя! И вообще я просил тебя не выходить на улицу! — кричал он Лань Цзинъи, который стоял посреди улицы, держа шарф, пальто и шапку в руках. — Дай сюда, блин! — Он выхватил из рук А-Цзинъи пальто и спешно накинул его на плечи друга, искренне надеясь, что тот не успел заболеть — очередь в баре была довольно длинной, поэтому кто знает, как долго Лань Цзинъи стоял на морозе без одежды… — Руки просунь! — командовал он, помогая А-Цзинъи попасть в рукава. — Хорошо. Теперь шарф, — Сычжуй повязал на шею друга вязаный шарф и вздохнул. — Что б ты был здоров, а! — он покачал головой. — Где твой телефон? Дай его мне, — он выставил вперед ладонь. — Не-а, — Лань Цзинъи надул губы и положил ладонь на правый карман джинсов, выдавая тем самым местонахождение телефона. — Просто отдай мне! — Терпение Сычжуя успело изрядно истрепаться, а теперь, когда он сам не мог даже такси вызвать, то чувствовал себя совсем неуютно. Осторожно вытащив из кармана А-Цзинъи телефон, Лань Юань быстро вошел в приложение и заказал им такси. Смс-уведомление сообщило, что машина прибудет на место через семь минут. Сычжуй глянул на А-Цзинъи — тот чуть ли не засыпал на ходу и слабо понимал, что происходит. Для его нетренированного алкоголем тела коктейли стали слишком серьезными нагрузками. Долго не раздумывая, Лань Юань по памяти воспроизвел телефон Цзинь Лина и написал ему смс: «Везу Лань Цзинъи домой, он сильно пьян и…». Сычжуй нахмурился и стер написанное. Нет, не стоит пока писать малышу. Сначала он уложит Лань Цзинъи спать, а потом, когда вызовет себе такси до дома — тогда уже можно будет написать. К тому же, вполне вероятно, что А-Лин уже лег спать — не стоит его лишний раз беспокоить.

***

В такси Лань Цзинъи сильно укачало. Чудом не испортив салон машины, А-Цзинъи стошнило сразу, как только он вышел из такси. Пока Лань Юань извинялся перед водителем и оплачивал проезд, Лань Цзинъи опустошал свой желудок, склоняясь над урной возле своего подъезда. Сычжуй посмотрел вслед уезжающему такси с грустью — жаль, что он пока не может поехать домой. Нужно сначала проследить, чтобы этот пьянчуга добрался до постели. Кто бы мог подумать, что А-Цзинъи может стать настолько плохо всего от нескольких коктейлей. Лань Юань цокнул и подошел к Лань Цзинъи, дожидаясь, пока у того прекратится очередной приступ тошноты. Но спазмы накатывали на А-Цзинъи снова и снова. Сычжуй поддерживал друга под руку — тот слабел буквально на глазах. Как же Лань Цзинъи страдает… Любовь — это всегда больно… — Ты как? Сможешь дойти до квартиры? — мягко спросил его Лань Юань. Злость уже успела раствориться. Как можно злиться на того, кому настолько плохо? Лань Цзинъи неуверенно кивнул. С трудом, им все же удалось добраться до квартиры, но и там А-Цзинъи тошнило и рвало. Снова и снова. Лань Юань принес в ванную стакан с водой. Лань Цзинъи сидел на полу, склоняясь к унитазу. Выглядел он откровенно паршиво. — Попей, пожалуйста, — А-Юань протянул стакан другу. А-Цзинъи отрицательно покачал головой, отказываясь принимать воду. — Мне плохо… Очень плохо… Сычжуй отставил воду в сторону. — Ну-ка, иди сюда, — он подошел вплотную к другу и положил ладонь ему на лоб. — Ты весь горишь! — зрачки Лань Юаня расширились от ужаса. — Сиди здесь, — зачем-то сказал он, Лань Цзинъи все равно не смог бы никуда уползти. Лань Юань пошел в гостиную и взял со стола телефон А-Цзинъи. Сначала он вызвал скорую, а потом написал короткое смс А-Лину: «Прости, я сегодня останусь у Цзинъи. Потом все объясню». Спешно отправив послание соседу, А-Юань поспешил обратно в ванную, опасаясь оставлять друга одного даже ненадолго. Сычжуй очень надеялся, что скорая помощь приедет быстро.