Хочу быть с ним

После того, как Лань Юань узнал, что его имя в «черном списке», он не стал придавать этому значения и все равно приходил каждый день. Он сидел в холле, пробуя навещать А-Лина в разное время — сложно предугадать, какое у него сейчас расписание. Иногда Сычжуй из-за этого прогуливал пары, иногда опаздывал на работу или уходил пораньше. Он пробовал даже поговорить с родителями Цзинь Лина, но Цзинь Цзысюань был категорически против, он не позволял даже приблизиться к нему — охранники сразу же отталкивали А-Юаня, а вот Цзян Яньли смотрела на парня с какой-то странной грустью, временами казалось даже с пониманием, но охрана все равно не подпускала Сычжуя к ней. Интересно, это Цзинь Лин попросил их с ним не разговаривать или это их собственное решение?.. В любом случае, как бы Лань Юань ни старался держаться, а надежда на встречу с А-Лином становилась все призрачнее с каждым днем. Кроме учебы, работы и попыток отыскать Цзинь Лина, А-Юань каждый день ездил еще в одно место — больницу. Он постоянно навещал больного друга, с удовольствием наблюдая за тем, как тот идет на поправку. — Привет, не разбудил? — Сычжуй заглянул внутрь. Сегодня была ровно неделя с того момента, как от Лань Цзинъи ушла невеста, и заварилась вся эта каша. — Привет, — Цзинъи осторожно потянулся — тело еще побаливало после операции — и зевнул, — ты сегодня опять рано… — Он взял в руки свой телефон с прикроватного больничного столика и посмотрел на время. — Разве у нас сейчас нет пар? — Не парься, — подмигнул другу Сычжуй. Он принес ему всяких полезных вкусностей, которые сейчас выставлял на столик. — Как твое самочувствие? Выглядишь лучше. Первые дни после операции Лань Цзинъи выглядел совсем бледным и осунувшимся, чуть лучше мертвеца, но сейчас его цвет лица постепенно приходил в норму, и он уже не выглядел настолько устрашающе. — Чувствую себя тоже. Аппетит даже начал появляться, — Цзинъи сел в койке поровнее и добавил: — А вот ты выглядишь так, будто это тебя на этой неделе оперировали, а не меня. Шутка была неплохой, но у Сычжуя не было сил улыбнуться. Он в самом деле чувствовал себя паршиво, но не собирался с этим ничего делать. Пусть его самочувствие будет его карой за то, что он упустил А-Лина. Уже неделю он спал кое-как и лишь жалкими урывками, питался и того хуже, а потому худел на глазах. Заметив странную реакцию, а точнее отсутствие адекватной реакции на шутку, Цзинъи переполошился. — Ты вообще в порядке? Все еще пытаешься связаться с А-Лином? Сычжуй не делал из случившегося тайны и давно рассказал все другу. — Не хочу об этом говорить. — И почему ты никак его не отпустишь?.. — недоумевал Цзинъи. — Ни разу не видел, чтобы ты за кем-то бегал! — Слушай, давай не будем это обсуждать? Ничего, что когда тебя невеста бросила, ты вообще загремел в больницу? Хорошо хоть жив остался! — Ты сейчас сравниваешь своего соседа, которого знаешь несколько месяцев, и мою невесту, которую я люблю много лет? Ты ничего не перепутал?.. — Лань Цзинъи даже не понимал, обижаться ли на такое сравнение или его друг просто реально не в себе. Сычжуй сел на стул возле больничной койки и накрыл лицо рукой. Он чувствовал жуткую усталость, но за последние дни так привык к ней, что уже не пытался от нее избавиться. — Ты пришел сюда, чтобы поспать? А дома никак? — спросил Лань Цзинъи, заметив, что грудь друга стала опускаться и подниматься все медленнее, он явно засыпал. — Никак… — Лань Юань действительно засыпал на ходу, но стоило ему оказаться в своей квартире, как сон пропадал. Он часами лежал в кровати, не смыкая глаз. И вообще, если была возможность лишний раз не появляться дома, то он не появлялся. — Раз уж пришел, то хотя бы поговори со мной, — Цзинъи улыбнулся другу и вытянул руку вперед, подзывая Сычжуя к себе. Лань Юань улыбнулся в ответ и поднялся со своего места. Он присел на кровать сбоку. Сычжуй был рад, что их отношения с Цзинъи пришли в норму. После той ссоры он чувствовал себя ужасно, но, как оказалось, не он один. Когда Сычжуй навестил друга на следующий день после операции, тот искренне извинился и признал, что во многом был не прав. Этого Лань Юаню было достаточно. Все равно узы, что столько лет так прочно связывали их, невозможно было разорвать. — Что, заскучал тут совсем? — с наигранной веселостью спросил А-Юань. Раньше все это притворство давалось ему легко, проще, чем щелкнуть пальцами, но теперь… Каждый раз он чувствовал, будто шел наперекор себе. — Конечно! Думаешь, весело тут лежать сутками одному! — бурчал Цзинъи, однако в его тоне слышалось неподдельное удовлетворение жизнью. Еще бы, несмотря на то, что у него выявились проблемы со здоровьем, все остальное наладилось. — Так уж и один! — усмехнулся Сычжуй. — А ничего что тебя каждый день навещают родители и невеста? Цзинъи слегка покраснел. — Ну не прям невеста… Лань Юань закатил глаза. — Не говори мне, что сомневаешься в том, что Тинг Лиу выйдет за тебя, а? Тинг Лиу все эти дни чаще других приезжала в больницу — иногда даже по два-три раза в день. Первое время она сильно переживала за состояние любимого, у нее вечно были глаза на мокром месте, но стоило этим двоим серьезно поговорить наедине за закрытыми дверями, как все резко пошло на лад. Кто знает, кто что говорил и кто извинялся, но факт оставался фактом — они снова сошлись. Впрочем, Сычжуй совсем не удивился, было ясно, что это лишь вопрос времени. Еще немного, и они снова съедутся, а там и свадьба не за горами. — Конечно, сомневаюсь! А как не сомневаться?! Вообще-то совсем недавно она меня бросила, если ты забыл! — возмущался Цзинъи. Лань Юань цокнул. — Если ты забыл, то она бросила тебя из-за того, что кое-кто вел себя, как мудак! — Он не собирался приукрашивать правду, на это у него точно не было никаких сил. — Ты хотя бы сейчас-то понимаешь, что в тот момент ей нужна была твоя поддержка, а не подозрения и порицания? Лань Цзинъи скрестил руки на груди и нахохлился, словно попугай. — Я и тогда это понимал! Просто… просто ничего не мог с собой поделать! Сычжуй покачал головой. Какой же Цзинъи собственник! — А что? — А-Цзинъи заметил осуждающие взгляды друга. — Ты бы не ревновал, если бы знал, что твой любимый человек за твоей спиной заводит роман с кем-то еще? — Цзинъи… — А-Юань поморщился. — Ты же не хуже меня знаешь, что все было не так! Вот из-за таких преувеличений от тебя и уходят девушки! Осторожнее со словами, окей? И все-таки слова друга заставили Сычжуя задуматься. Он сразу подумал о том, что понятия не имеет, чем занимался в последние дни А-Лин… А что, если тот уже нашел себе кого-нибудь? Или родители нашли ему какую-нибудь невесту для брака по договоренности? Всякое бывает… Однако то, что Сычжуй испытывал от подобных мыслей, сложно было назвать ревностью — это было нечто другое… В данный момент Лань Юань так сильно хотел увидеть Цзинь Лина, узнать, что с ним все хорошо… Плевать, если он уже нашел другого или другую… Тем более, а вдруг с другим человеком А-Лин будет счастливее? Лань Юань все равно не имел права забирать у Цзинь Лина возможность быть любимым. Они ведь никогда и не были в настоящих отношениях… — Ауч, — А-Юань резко схватился за грудь. У него так сильно закололо в межреберьи, что в глазах начало темнеть. — А-Юань? Ты чего? — переполошился Цзинъи, взяв друга под локоть. — Что с тобой? Врача позвать? Сычжуй старался делать полноценные вдохи и восстановить сердечный ритм, который, как ему показалось, на минутку сбился. — Все в порядке… — сквозь зубы процедил он. — Черт! Сычжуй! Не пугай меня так! Иди домой и поспи немного перед работой, раз уж прогуливаешь пары! Сделай хоть что-то полезное для себя! И умоляю тебя, перестань уже искать этого Цзинь Лина! Все это попахивает сумасшествием, тебе не кажется? Лань Юань, все еще чувствуя себя отвратительно, с трудом поднялся на ноги и направился к выходу. — Выздоравливай, А-Цзинъи, — спокойно сказал он и вышел. Разумеется, он не прислушался к советам друга, даже несмотря на то, что тот говорил их из лучших побуждений. Сразу из больницы Сычжуй пошел к дому Цзинь Лина, чтобы просидеть в холле до тех пор, пока не придется идти на работу. Хотя на деле Лань Юаню стало совсем безразлично, что там с его учебой и работой. Ничего не приносило ему ни удовольствие, ни удовлетворение. Жизнь, которая еще недавно казалась ему такой наполненной и полноценной, вдруг стала видеться ему в серых тонах. И дело не только в А-Лине, хотя тот сыграл свою роль. Как бы далеко в прошлое Лань Юань ни заглядывал — на год, два, три — все выглядело какой-то серой массой. Однотонные будни, бесцветные дни… Как он вообще жил?.. Или дело все-таки в Цзинь Лине? Те дни, что он провел с ним, были самыми яркими. Словно жизнь А-Юаня — это книжка-раскраска, но цветными были лишь те дни, которые он провел с А-Лином. А может, прав Цзинъи, и он просто медленно сходил с ума? Зачем он так цепляется за Жуланя? Зачем ему с ним разговаривать? Дядя Хуань говорил примерно тоже самое — А-Лин сделал свой выбор и ушел. Все. Точка. Конец истории. Но стоило Лань Юаню представить, что однажды он все-таки сможет пересечься с Цзинь Лином, и на лице возникала улыбка. Ничего он не хотел от А-Лина, даже разговоров… Просто обнять… Просто побыть рядом… Но, наверное, это и есть безумие, да? Что еще это может быть? Из жизни Сычжуя исчезли все желания, кроме одного — встречи с Жуланем. Остальные интересы угасли, будто их никогда и не было. И речь шла не только о желании учиться и работать или даже есть и спать — он не хотел ни с кем общаться, не хотел никого видеть, не хотел куда-то ходить. Как и ожидалось, после разговора с дядей Хуанем ему начали названивать отцы. Сначала позвонил папа Чжань — Сычжуй коротко поговорил с ним, не желая посвящать его в свои проблемы. Потом позвонил папа Вэй — с ним Сычжуй вообще говорил через силу и лишь пару минут. Но с тех пор они не унимались и каждый день на телефоне А-Юаня появлялись новые пропущенные вызовы от них. Кроме них Сычжую названивали его одногруппники, обеспокоенные его нерегулярной посещаемостью университета, друзья, с которыми он резко перестал общаться, «друзья с привилегиями», с которым он и вовсе не виделся несколько месяцев. А сегодня Лань Юаню даже пару раз звонила ЛиЛи — скорее всего, чтобы позвать на свой концерт, — но он не отвечал никому. Не хотел и не отвечал. Только один номер мог бы заставить его сердце биться быстрее, но именно он не появлялся на его экране уже целых семь дней.

***

Следующую неделю Лань Юань продолжил жить в таком же ритме. Не изменилось абсолютно ничего. Разве что Лань Цзинъи обещали скоро выписать из больницы и перевести на домашний постельный режим, что будет Сычжую только на руку — Цзинъи будет дома, Тинг Лиу с ним, а значит отпадет необходимость постоянно к нему мотаться. Отсидев одну пару, Лань Юань понял, что не может нормально воспринимать информацию и решил уйти с лекций. Его мысли блуждали далеко отсюда — на пристани Наншухань. Схватив сумку, Сычжуй направился к выходу, как вдруг в дверях его кто-то резко схватил за руку и остановил. — Эй, давай отойдем, поговорим, м? — предложил ему Сан Фэнь, у них только что была совместная пара. Лань Юань закатил глаза. — А давай не отойдем и не поговорим, м? — Он грубо выдернул свою руку. За последние несколько дней у него так и не появилось желания общаться с кем-либо. Профессор Сан вздохнул. — Окей, давай по-плохому, раз вежливо ты не хочешь. — Он снова схватил Сычжуя за руку, на этот раз усилив хватку, и потащил к своему кабинету, что был в конце этого этажа. — Ну и зачем я здесь? — устало спросил А-Юань, оказавшись внутри кабинета господина Сан и опустившись на стул напротив профессорского стола. — А ты видел себя в зеркало? «Ходячих мертвецов» смотрел? Лань Юань вопросительно приподнял брови. Что за бред нес Сан Фэнь? — Нет. — Я тоже нет, но уверен, что зомбаки там выглядят симпатичнее тебя. Расскажешь, что с тобой случилось? — Черт! И ты туда же… — Он потер глаза, унимая раздражение. — Нет, я не хочу ни с кем говорить, — он поднялся со своего места и направился к двери. — Не стоило тащить меня сюда ради этих дурацких вопросов. — Сычжуй, подожди, — Сан Фэнь преградил дорогу студенту, — это как-то связано с Цзинь Лином, да? Слышал, он перевелся… У вас что-то случилось? Лань Юань тяжело вздохнул. От недосыпа у него болел затылок, а от разговоров об А-Лине эта боль только усиливалась. — Какая тебе разница? Дай пройти, — он грубовато отодвинул профессора, положив ладонь на его предплечье. — Сычжуй, ну зачем ты так? Мне казалось между нами нет проблем… Давай, как раньше, выберемся вдвоем в бар, поболтаем. Вдруг я смогу тебе как-то помочь или что-то подсказать? — Ты прав, между нами нет проблем. И дружбы нет. Ничего нет. И помочь мне никто не может. Впрочем, — он глянул на Сан Фэня с легкой усмешкой, — у тебя не завалялась «Машина времени»? Ну или «Маховик времени», мне в общем-то не принципиально. — Сычжуй! — профессор Сан осуждающе цокнул. — Зачем ты так? Я правда хочу тебе помочь! Многие в редакции и университете переживают за тебя! — Пусть не переживают, я большой мальчик и сам со всем разберусь, — он подошел вплотную к двери. — Дело ведь не в возрасте, никто не застрахован от ошибок… — тихо сказал Сан Фэнь ему в спину. — Очень жаль… — пробормотал А-Юань. Почему-то после этого дурацкого разговора с профессором ему стало только хуже. — Мне пора идти. — Если тебе что-то понадобится, то можешь на меня рассчитывать, — крикнул господин Сан ему вслед. — Не понадобится, — буркнул Лань Юань, когда вышел в коридор, но Сан Фэнь уже не мог его слышать.

***

Soundtrack: Luca Debonaire — Falling Down Baby you left me and Then you pushed me out Now I’m falling down I’m falling down You know crazy love You make me weak Baby I’m falling down I’m falling down

Раздраженный больше обычного Сычжуй пришел в высотку, где располагался пентхаус. Просидев в здании до обеда и так и не встретив никого из семьи Цзинь, он пошел на работу, по пути перекусив цзянбином*. Там он с трудом досидел до вечера — работы было очень много, — а потом решил вновь вернуться на набережную Наншухань. Через некоторое время после того, как Лань Юань сел в холле, потирая виски, которые ныли от усталости, мимо него прошел папа Цзинь Лина — в жизни тот выглядит даже лучше, чем на фото. У них с А-Лином имелось немало внешних сходств. На этот раз Сычжуй даже не пытался заговорить с господином Цзинь, взгляды его охранников были достаточно красноречивы. Лань Юань откинулся на спинку кожаного диванчика, на котором сидел в зоне ожидания, и прикрыл глаза. Как бы ему хотелось увидеть А-Лина… Пусть он хотя бы прошел мимо него в окружении охраны… Просто посмотреть на него… Знать, что он в порядке… — Господин Лань Сычжуй? — спросил Лань Юаня незнакомый мужской голос. Сычжуй распахнул веки и увидел перед собой какого-то накачанного мужчину в черном костюме. Не трудно было догадаться, что перед ним стоял охранник семьи Цзинь. Хотя в этом здании осталось минимум людей, которые за последние дни еще не успели запомнить лицо А-Юаня. — Да, а я вам зачем? — Адреналин в крови Лань Юаня резко подскочил, давая ему знать, что ситуация опасная, однако он игнорировал эти ощущения, как и все прочие. — Вам запрещено здесь находиться. Прошу вас покинуть это здание и никогда больше не возвращаться. Сычжуй приоткрыл от удивления рот. — Мне казалось, мы живем в свободной стране. Я могу находиться в том здании, в котором захочу. — В любом, кроме этого. Покиньте, пожалуйста, помещение, — твердо сказал охранник. Лань Юань усмехнулся. Вот как... Цзинь Лину надоело, что А-Юань сюда ходит, и он решил натравить на него своего барбоса? Прекрасно… — А если нет?.. — Обычно он не вел себя насколько безрассудно, но сейчас ему и в самом деле было абсолютно безразлично, что будет с ним дальше. — Мы будем вынуждены принять меры. — И какие же? — Сычжуй даже не сомневался, что в полицейском управлении у семьи Цзинь имелись свои знакомые, поэтому никакая полиция во всем Китае не смогла бы ему помочь в случае чего. — Давайте выйдем поговорить на улицу, — сказал мужчина и, бесцеремонно схватив Лань Юаня за шиворот, потащил его к выходу. Он отпустил его только когда они оказались в узком проулке между двумя высотными домами. — Вы больше не подойдете ни к одному члену семьи Цзинь. Это последнее предупреждение, — он внезапно ударил Сычжуя кулаком по животу. Лань Юань резко согнулся пополам от боли, сплюнув слюну от неожиданности, он никак не мог ожидать, что его так с ходу начнут бить. — А что будет, если я снова приду? Меня убьют? — на его губах снова появилась усмешка. Охранник придвинулся к уху парня и медленно сказал. — Именно так. — За этими словами последовал еще один удар, который был сильнее прежнего, и Сычжчуй грузно повалился на грязный оледенелый асфальт. — Господин Цзинь вами крайне недоволен. Только приблизьтесь к его семье, и вас даже мать не узнает, — охранник на прощание пару раз пнул Лань Юаня в живот, после чего быстрым шагом вернулся обратно в здание. Теряя сознание то ли от боли, то ли от плохого самочувствия в целом, Сычжуй невнятно пробормотал: — У меня нет матери… Только отцы…