Силентиум

— Ну что, дрянь, как тебе? Этот медведь ещё не оприходовал твою дырку? А? Что ты сказал? Наверное, член мешает тебе говорить. Рот мальчика освободили, и он надрывно закашлялся, падая на руки. Его ладони проехались по гравию, а судорога свела все тело, заставив скорчиться. Отплевываясь, Айрон неуклюже вытер губы тыльной стороной ладони, размазав слюни по подбородку. Он стоял на четвереньках. На коленях протерлась дыра, из которой по капле сочилась кровь. — Ой, кажется, нашему маленькому бунтарю неприятно, что с ним так обращаются. Слишком грубо, ваше высочество? — Что вам надо?! — прохрипел юноша, пожирая ненавистным взглядом силуэт, который больше всех надо ним издевался. — Отвалите от… — Закрой рот и открывай его только для того, чтобы вновь мне отсосать. — По лицу Айрона проехались ногой, и он отлетел к стене часовни, к которой его приволокли. Здесь их никто не услышит, и двое похитителей знали это прекрасно. — Этот увалень в бане вел себя как заботливая мамочка. Тошно было смотреть на эти сопли. Он что, влюбился в тебя, крошка? — подал голос второй, разворачивая фага носком ботинка к себе лицом и наклоняясь. — Ты с ним спишь? — Спит? — рассмеялся первый. — Ты думаешь, свершилось чудо и кто-то настолько полюбил этого мышонка? Это очень даже забавно. Но вряд ли, все бы знали, если бы нашу всеми любимую розу так грубо сорвали. По крайней мере не он, не этот тупоголовый. Он знает лишь куда засунуть руку, чтобы пожрать, а не чтобы взять член и вставить в эту дырку. Они не трахаются, будь уверен. — Не смей так отзываться, — прохрипел мальчик, озлобленно скалясь, — об Артуре. Он хор… — Я тебе что сказал?! — Жертву заткнули ударом в поддых, и та, всхлипнув от боли, сжалась. — Вот так, скули, но потише. Дойдут до тебя мои руки, не переживай. Это похищение случилось на третью ночь после торгов. Когда Артур вновь вышел на защиту мальчика, по толпе прошёлся недовольный ропот. Против силача никто опять не выступил, и тот спокойно увел свой приз подальше от этих людей. Но Айрон видел их злобные взгляды и понял, что просто так ему это не простят. Он оставил их на ещё одну неделю без развлечения. Прошлую они наблюдали с любопытством, ведь это было необычно, но повторения не одобрил никто. Все время до сегодняшнего момента юный фаг ловил на себе ненавидящие взгляды и все ждал, когда разразится буря. Первая молния блеснула, когда Айрон решил задержаться у своего друга Нокса в соседнем крыле. Ребята спокойно болтали, и Артур постепенно начал дремать. Мальчик, сжалившись, осторожно разбудил его и попросил пойти в спальню, а сам он его догонит скоро. Сонный парень лишь кивнул и без задней мысли ушел. Но мальчики заболтались, и когда пришло время расставаться, был уже час ночи. Нокс вызвался проводить друга, помогая ему опираться. Накануне Айрон упал на острые камни возле реки, когда класс рыбачил, и повредил себе ногу в районе лодыжки. Ходить можно было, но прихрамывая. Трогательная забота Нокса вызывала улыбку, хотя Айрон старался ходить без чьей-то помощи, ибо становился слишком зависимым. Так как время было позднее, пришлось идти не привычным путем, через двор, а обходить за садом, чтобы не заметили ночные монахи, охранявшие главные выходы из блоков общежития. С трудом выбравшись через окно на волю, приятели медленно побрели в сторону другого крыла, где уже глубоким сном забылся Артур на постели мальчика. Ночь была безлунная, поэтому приходилось идти на ощупь, еле различая силуэты предметов. Это-то и сыграло с ними злую шутку. Как только ограда, за которую мальчики цеплялись в качестве опоры, закончилась, рука Айрона нащупала что-то мягкое. То была чужая рубашка. Мальчик похолодел от ужаса. — Здравствуй, принцесса. После этого его ударили, и он мягко свалился в чужие руки. Пока его тащили, похитители по дороге решали, где же лучшее место, и сошлись на небольшом пятачке у задней стенки часовни. Туда редко кто ходил, только старшие ребята, но зачем — младшие не знали. — Что мы с ним будем делать? — слышался голос второго парня. Третий, как подумал Айрон, утащил Нокса. Хотя он не мог сказать, сколько точно было нападавших. — Валяется как дохлая змея. И сосать сейчас не сможет, блеванет только. — Судя по ноткам отвращения, парень передёрнул плечами. — Ну, а зачем пользоваться тем, чем пользовалась вся школа? Его перетрахала в рот толпа старшеклассников. Не лучше ли стать первооткрывателями его задницы? — Хочешь забрать его несорванный цветочек себе? — Я и с тобой могу поделиться, если захочешь. Сначала трахну, а потом отдам тебе. Давно хочу ему присунуть, к черту этих педиков и их торги. Эту игрушку я хочу в своё личное пользование. — А почему ты первый? — недовольно спросил было второй. — А ты хочешь право оспорить? Давай, я не против. Только не знаю вот, как ты с разбитым лицом потом найдешь, куда вставить. Наступила напряжённая тишина. Айрон все это время старался почти не дышать, чтобы не вызывать новые приступы боли. В горле клокотало, хотелось откашляться, но при новых судорогах грудная клетка словно разрывалась от боли. Он даже не прислушивался к разговору, хмурясь. Он перестал вообще различать что-либо в темноте, так как слёзная пелена покрыла его глаза и пара капель покатилась к виску. — Знаешь, — наконец подал голос второй, — забирай его себе. Я пас. Мне не нужны проблемы ни с остальными парнями, ни с тем медведем. Не думаю, что он нас погладит по головке, когда найдет крысеныша в нашей компании. — Что ж, — хмыкнул первый. — Значит, поспеши, пока он не пришел и не увидел, как ты намочил штаны. Иди, иди. Мне одному вся сладость достанется. Второй ничего не ответил и, развернувшись, оставил приятеля наедине с фагом. Торопливые шаги постепенно смолкли, и когда наступила тишина, мальчика грубо развернули к себе. — Ну что, красавец мой, вот мы и одни. — Голос парня звучал нежно, но было слышно, что это лишь игра. — Горлышко болит, наверное, да? Ох, извини. Я думал, у тебя там шахта, а там лишь неразработанный карьер. Это у остальных такие мелкие стручки, раз мой оказался для тебя большеват? Мучитель взял Айрона за подбородок, приподняв его голову над землёй. Его тело, словно безвольная кукла, распласталось по земле. Из-за того, что ему пришлось тащиться самому быстрым шагом к часовне, он постоянно падал и морщился от боли в ноге. Пока его били, лодыжка совсем опухла. Убежать теперь он точно не сможет. — Скажи, ты сам себя ласкал? Засовывал пальцы, куда не нужно, мм? — сладко шептал похититель, стаскивая без церемоний штаны с худых ног. — Я как представлю, что у тебя там так узко, член сам просится внутрь. Ведь это не те пропасти, которые имеются у малолетних петушков. Ты ведь у нас недотрога, у тебя все туго. Верно? — Прошу, — всхлипнул юноша в отчаянии, — не надо. Отпусти меня, я умоляю. Не делай этого, не надо, пожалуйста, я прошу… — Тшшш, — прислонил палец к разбитым губам парень, — тише, не надо плакать. Ты должен наоборот меня благодарить за то, что я оказываю тебе большую услугу. Ты станешь взрослее, опытнее. — Нет, нет!.. — Айрон залился слезами, упёршись руками в грудь парня, но силы его были на исходе, а потому его запястья с лёгкостью прижали к земле, пока мальчик горько всхлипывал от безысходности. — Как же я раньше не замечал тебя? Никто бы так не ломался передо мной. — Темный силуэт грубо перевернул мальчишку на живот и поставил было его на четвереньки, но у того подгибались руки, поэтому держались только бедра в чужих руках. — Ох, моя кукла ослабла. Прости, что твой первый раз проходит в такой обстановке. Я хотел тебя выиграть ещё в воскресенье, но твой приятель разрушил все мои планы. Ну, ничего. Как только он увидит, что ты такая же шлюха, как и все, выкинет к чертовой матери. Айрон болезненно простонал, когда его обожгли жёстким ударом по ягодицам. Они были настолько тощие, что пострадали больше кости, нежели мышцы. Поверх штанов на мальчике была ночная рубашка, которую он накинул, чтобы долго перед сном не переодеваться, а сейчас ее, всю пыльную и продранную на локтях, задрали до лопаток. Ткань накрыла голову юноши, и из-под нее выглядывали теперь только спутанные темные волосы. Парень же с неподдельным наслаждением провел сухими ладонями по жилистой спине своей жертвы. На нежной коже выступили мурашки от этих отвратительных прикосновений, и Айрон зажмурился, болезненно охнув, когда его вновь огрели по заднице. — Какие прекрасные звуки ты издаешь, — прошептали над ухом фага. — А когда я буду тебя трахать, будешь стонать мое имя? Юноша ничего не отвечал, заливаясь беззвучными слезами и глотая всю горечь, которую сейчас чувствовал. Боль от последующих ударов не давала спокойно дышать. Видя, что мальчик больше не реагирует должным образом, похититель увеличивал силу, отчего Айрон давился слезами ещё больше. Пораненные руки мелко тряслись, а лицо, уткнутое в предплечья, пачкали кожу кровью из разбитой губы. Бедный фаг не мог поверить, что это с ним случилось, что он оказался в такой ситуации. Он не исключал такого варианта, но он казался таким далёким, что казалось, будто это невозможно. Кто будет рисковать, когда рядом Артур? А рядом он всегда. Кроме этого вечера. Стоило немного расслабиться, как жизнь нагнула и решила преподать урок. Айрон попал в ловушку только по собственной глупости. И больше всего сейчас он переживал за Нокса. Бог с ним самим, но этот мальчик лишь попал под горячую руку, он ни в чем не был виноват. — Стой! — вскрикнул юноша, почувствовав, как в него насухую проталкивают что-то горячее и большое. — Нет! Убери его, убери! — срываясь на хрип, умолял он, собираясь с последними силами и сопротивляясь. — Тише, щеночек, — наигранно пропел парень, хватая Айрона за волосы и оттаскивая назад, тем самым не давая соскочить с члена, который уже вогнал наполовину. — Ты куда это собрался? Я ведь только начал, а впереди ещё интереснее. В молодое тело вновь резко толкнулись, отчего фаг склонился к самой земле, скуля и сжимая зубы до скрипа. В глазах начало темнеть, когда грубы толчки продолжились и стали повторяться все чаще и чаще. Захлебываясь в слезах, Айрон глотал свои стенания, закусив кулак. Он лежал навзничь, наверху только была его задница. Бедный мальчик содрогался от каждого движения насильника. Тот всецело наслаждался процессом, не беспокоясь о самочувствии своей жертвы, не думая, потерял ли тот сознание, узнал ли он его. Нет, сейчас для парня было важнее всадить поглубже, что он и делал, сопровождая свои действия побоями, если вдруг Айрон смел проявлять сопротивление. Подавленный мальчик отчаянно желал обморока, чтобы не продолжать эту пытку. Но избавление так и не пришло. Фаг пережил весь процесс, ощутил всю боль, от самого начала до самого конца. Живых мест на его хрупком теле почти не осталось, и юноша совсем не чувствовал отдавленные ноги и изнасилованный зад. Когда ему все-таки кончили на спину и отпустили, Айрон рухнул на землю, словно безвольная кукла. Давясь своими рыданиями, он скрючился, а на мокрые дорожки слез налипло еще больше грязи, оставив на щеках темные разводы. Губа все так же кровоточила, как и порванное кольцо мышц. — В следующий раз, солнышко, будешь немного активнее, понял? Сейчас я злиться на тебя не буду, потому что твоя узкая дырка выше всяких похвал. — Пока парень довольно мурлыкал это, жертва даже не слушала его. — Ну, не скучай тут. И насвистывая, старшеклассник спокойно удалился, оставив Айрона одного. *** Сквозь мутную пелену слабо просматривался знакомый потолок. Юноша с трудом разлепил глаза и бездумно уставился на трещины в сводах. Глухая боль отозвалась по всему телу, когда Айрон пошевелился. Из уст раздался слабый стон. — Не двигайся, — посоветовали ему где-то рядом. — Лучше не надо. — Артур, — позвал мальчик, узнав его голос. Его распухшие потрескавшиеся губы приоткрылись, чтобы сказать что-то еще, но его опередили. — Я тут, все хорошо. Не волнуйся только, — поспешил успокоить фага парень, поправляя сбившееся покрывало. Айрон внезапно надсадно закашлялся, забившись в судороге, от которой тело ощутило всю недавнюю боль. На глазах выступили слезы, но, к счастью, приступ скоро прошел, так что бегавший за водой Артур принес стакан еле дышащему подростку. — Где я? В своей спальне? — спросил он тихо, морщась от привкуса крови во рту. — Нет, я отнес тебя в свое крыло. Тут безопаснее, я думаю, — пояснил блондин, изучая беспокойным взглядом своего подопечного. — Понятно. — Айрон прикрыл глаза, вспоминая невольно вчерашнее и переваривая это. Разговаривать не хотелось, и юноша был благодарен, что Артур его не мучает расспросами. В комнате было светло и пусто. Очевидно, все были на занятиях. Где-то вдали колокол прозвенел два раза. Мухи беспечно летали по нагретой комнате, за окном слышно было, как шелестят садовые деревья, и нарушали эту идиллию только глубокое сопение полуоборотня да хриплое дыхание пострадавшего. — Это ведь ты меня нашел? — не глядя на Артура, спросил фаг. — Да. — Ты понял, что со мной сделали? — Да. — И я тебе теперь отвратителен? Парень удивленно посмотрел на мальчишку, выпрямившись. — Почему ты об этом спрашиваешь? — Потому что, — тот осторожно пошевелил больной ногой, проверяя, отнялась она в конец или нет, — мной воспользовались, словно имели на это полной право. Словно так можно было: побить, а потом изнасиловать, избавившись в конце как от мусора. — Айрон поджал разбитые губы. — Я думал, что раз с тобой, то никто меня не тронет. А они разозлились, что я не играю по их правилам. Решили наказать. Мальчик наконец-то оторвался от потолка и перевел затравленный взгляд на парня. Тот напряженно слушал его, давая выговориться. — Что мне теперь делать? — спросил фаг, чувствуя, как глаза вновь наполняются слезами. — Я сам себе вырыл могилу в наивной попытке избавиться от роли игрушки для утех. Они ведь теперь не примут меня обратно на торги, я потерял ценность, стал ниже самой последней шлюхи в этой школе. Они растерзают меня. Голос предательски дрогнул, и просившиеся слезы покатились по нежным щекам, покрывая влагой большой кровоподтек на скуле. Прикрыв веки, Айрон по-детски всхлипнул, покрывшись мелкой дрожью. Он так желал не чувствовать ни физическую, ни душевную боль. Как же он мечтал сбежать отсюда как можно дальше. На пораненную руку вдруг опустилась большая ладонь, неуклюже сжав побитые пальцы. — Все будет хорошо, верь мне, — тихо обнадежил мальчика Артур. — Больше тебя никто не тронет. Обещаю. Давясь слезами, юноша лишь кивнул, слабо веря в эти обещания.